Файл: Защита права собственности.pdf

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования обусловлена тем, что право собственности один из наиболее важных, древних и востребованных институтов в гражданском праве. Особая значимость отношений собственности закреплена на уровне Конституции РФ [1], в котором предусмотрен ряд принципиальных положений о защите данного вещного права (ст. 8, ст. 35, 36). Гражданский кодекс Российской Федерации, опираясь на конституционные постулаты, формулирует систему положений как о праве собственности в целом, так и его защите (ст.209 – 306 ГК РФ). Большое значение имеет тот факт, что право собственности - право, имеющее значительное влияние на иные гражданские права, выделяющееся среди них особой полнотой содержания полномочий собственника. По утверждению В.Д. Карповича, «право собственности - фундаментальная разновидность прав, генерирующая иные виды вещных, обязательственных прав, имеющих зависимый от собственности характер» [9, с.177]. Данные факторы накладывают отпечаток на правовое регулирование материальных и процессуальных норм о защите права собственности.

Актуальность темы курсовой работы заключается в том, что, положения о защите права собственности корреспондируют основным идеям правового демократического государства, в котором соблюдение основных свобод и прав признано в качестве стандарта национального правотворчества. Ценность положений о защите права собственности выражается в том, что они, прежде всего, средством регулирования особых общественных отношений, поскольку направлены на защиту существующего общественного строя и обновление общества [19, с. 117].

Большое значение имеет тот факт, что порядок и пределы применения конкретного способа защиты права собственности зависят от характера правонарушения, содержания защищаемого субъективного гражданского права, при этом данному правилу не противоречит обстоятельство, когда одновременно применяются несколько различных способов защиты данного вещного права. В каждом конкретном случае возникает сложность избрания того или иного способа защиты права собственности, включая самозащиту. Ряд проблем возникает при защите права собственности в случае добросовестности приобретения материального блага, что подчеркивает исключительную актуальность избранной темы исследования.

Цель исследования – анализ института защиты права собственности, выработка рекомендаций по совершенствованию законодательства. Автором сформулирована следующая совокупность исследовательских задач:

– раскрыть сущность института права собственности и способов его защиты в римском частном праве;

– проанализировать институт защиты права собственности в дореволюционном и современном гражданском праве России ;

– изучить понятие, значение права собственности и способов его защиты;

– рассмотреть систему способов защиты права собственности;

– проанализировать виндикационный и негаторный иски как базовые способы защиты права собственности;

– выявить правовые особенности самозащиты права собственности.

Объектом исследования выступают общественные отношения, возникающие у субъектов гражданского права в связи с реализацией права на защиту права собственности.

Предмет исследования – нормы российского права, регулирующие защиту права собственности, судебная практика.

Основными методами, применяемыми в исследовании, являются методы исторического анализа и сравнительного правоведения, системный и структурный анализ. Автором в процессе исследования использован инструментарий общей методологии: синтез, классификация, сопоставление, описание, анализ, экстраполяция, диалектический метод.

Нормативная база представлена актами современного законодательства – Конституция Российской Федерации, ГК РФ.

Теоретическую основу исследования составили труды Н.Е. Амелиной, Б.М. Гонгало, В.П. Грибанова, Н.И. Клейн, М.С. Кораблевой, М.М. Лебетко, Д.И. Мейера, М.В. Перовой, И.А. Покровского, Н.П. Попковой, Е.А. Суханова, Б.Б. Черепахина, В.Ф. Яковлева и других ученых.

Эмпирическую базу составили опубликованные материалы судебной практики, специальная литература, периодические издания.

Структура работы обусловлена целью и поставленными задачами. Исследование состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников.

1. ЭВОЛЮЦИЯ ИНСТИТУТА ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ

1.1. Институт права собственности и способы его защиты в римском частном праве

Институт собственности возник достаточно давно, но своё основательное развитие получил в римском праве. Римские юристы определили, что наличие добросовестности, даже у незаконного владельца, положительно сказывается на его правовом статусе, влияет на уменьшение ответственности перед собственником [5, с. 14]. Считается, что римское вещное право имело три правовых института: possessio (владение), право собственности, права на чужие вещи. Самым главным из них было право собственности, но первым сформировался институт possessio (фактического обладания).

В римском праве понятие possessio («владение», или «обладание») имело двойное значение:

1) самостоятельный правовой институт, не зависимый от права собственности,

2) правомочие владельца [7, с. 110].

В первом значении подразумевают именно обладание, а во втором – jus posidendi – право владения. Даже сейчас эти понятия отождествляют: владельца не отличают от обладателя, а обладателя – от владельца. Однако такие разные правовые категории смешивать нельзя. Владением, по сути, считалось фактическое обладание вещью, которое сопровождалось отношением к вещи как к своей собственности. Владение сопровождалось фактическим обладанием вещью и подкреплялось намерением относиться к вещи как к своей собственности [9, с. 54].

Однако следует помнить о существовании и такой категории как держание в римском праве. Держанием считалось фактическое обладание вещью, которое не нуждалось в отношении к ней, как к своему имуществу. Так, арендатор считался держателем, поскольку фактически обладал вещью, но не имел возможности ею распоряжаться. В тоже время владелец также фактически обладал вещью, но дополнительно обладал еще и правом собственности на нее. Из этих соображений целесообразно определять институт фактического обладания вещами как обладание (possessio), а соответствующую правомочность владельца – как право владения. Обладание (possessio) как самостоятельный правовой институт возникло в древнеримском праве. Еще Законы XII таблиц упоминают понятие владения. В период ранней республики преторы различают фактическое обладание вещью без права на нее и фактическое обладание вещью, основанное на праве [7, с. 111].

С.А. Муромцев предполагает, что обладание, как фактическое обладание вещью, происходит от освоения земель родами. В давние времена земля была собственностью общины и отдельным родам передавалась лишь в занятие, временное пользование [21, с. 226]. Владение, основанное на праве, – это уже не владение, а право собственности. Фактическое обладание вещью может быть основано не только на праве собственности, но и на любом другом (например, на договоре найма вещи), однако оно не будет владением, поскольку основано на праве.

Римские юристы слово «владение» (possessio) выводили от sedere – сижу как обладатель. «Владение было названо, – отмечает Лабеон, – от оседания [будучи] будто поселением, ибо оно естественно удерживается тем, кто на нем стоит». Другой юрист, Нерва-сын, подчеркивал, что «собственность на вещи происходит от природного занятия вещью» [19, с. 98].

Соответственно, владением в римском праве длительное время являлся факт, который не имел должной юридической природы, поскольку не был основан на праве и не влек правовых последствий. Однако преторы придали этому факту юридическое значение: начали предоставлять фактическому состоянию юридическую защиту. Сложилась парадоксальная ситуация – правовую защиту получило не право, а факт. Однако после того как этот факт получил юридическую защиту и, следовательно, стал юридически значимым понятием, необходимо было дать ему определение с правовой точки зрения. Из богатой казуистики можно сделать вывод, что римские юристы понимали владение как фактическое необладание вещью, соединенное с намерением считать ее своей [19, с. 79].

В ранний период развития римского права юристы первый элемент фактическое владение (corpus possessionis) трактовали упрощенно – держать вещь в руках, во дворе, в доме, кладовой и тому подобное. Впоследствии такое положение стали толковать более детально – как возможность владельца вещи без помех, непосредственно и длительно использовать вещь в своих интересах [5, с. 210]. Например, считалось, что животное находится во владении своего хозяина, пока оно не потеряла привычки возвращаться к своему двору. Строительный лес, составленный на улице против двора владельца, считался в его обладании. Для получения фактического обладания вещью не обязательно было брать ее в руки. В некоторых случаях достаточно окинуть ее взглядом и охватить мысленно. При передаче земли ее приобретателю достаточно было с высокого места осмотреть участок. Дом приобретателю было достаточно осмотреть, чтобы стать его владельцем. Занятие не терялось и в том случае, если арендатор передавал вещь во временное пользование другому лицу [37, с. 86].

Второй элемент обладания (animus possessionis) характеризует субъективное отношение владельца к вещи – он должен считать вещь своей. При этом воля владельца могла основываться на ошибке или явном обмане. Покупатель краденой вещи, который не знал, что покупает чужую вещь, считает ее своей; он убежден, что приобрел право на нее, то есть добросовестно заблуждается. Если же он знает, что владеет чужой вещью, однако своим отношением к ней пытается убедить окружающих в том, что это его вещь – это осознанный обман. И в первом, и во втором случаях владельцы выказывают волю владеть от своего имени, показывают, что вещь принадлежит им.

Следовательно, не всякое фактическое обладание вещью является обладанием, а лишь основанное на собственнической свободе – animus possessionis. Поэтому обладание вещью от имени другого лица так же не является обладанием (например, договор найма, аренды, хранения и т.д.). В данном случае владелец вещи осуществляет владение не от собственного имени, а от имени другого лица, собственника. Он только держатель чужой вещи – detentor. Для юридически значимого обладания требовалась именно воля к владению от своего имени, особое отношение к вещи [5, с. 201]. Незаконный обладатель признавался добросовестным владельцем, если у него присутствовала убежденность в том, что он не нарушает чужие права. Такая убежденность могла быть только у настоящего владельца или лица, которое хоть и не является истинным владельцем, но считает себя таковым, вследствие добросовестного обмана [37, с. 82].

Собственническая воля, например, незаконного захватчика земли, осознающего неправомерность своего владения, но скрывающего это от окружающих своим внешним поведением и отношением к слову, основанная на неправомерном основании, являлась обманом. Добросовестность проявляется тогда, когда приобретатель уверен, что отчуждатель вещи является ее собственником. Однако подобная уверенность должна базироваться на определенных критериях. Например, в Древнем Риме разрешалось продавать чужие вещи несобственникам, например опекунам. М.Н. Прудников подчеркивает, что добросовестность не нуждается в убежденности приобретателя в правах лица, у которого он приобрел имущество. Гораздо важнее при добросовестности учитывать законность своих прав и прав отчуждателя [27, с. 88].

Юридическая ошибка (error juris) в римском праве не признавалась извинительной, поэтому бытовало мнение, что подобное заблуждение подрывает добросовестность владельца. Так, покупатель мог приобретать вещь, рассчитывая на то, что она не является краденой. Впоследствии выяснялось, что продаваемая вещь была краденой, что не позволяло приобрести ее по давности владения, согласно закону Атиния [35, с. 48].

В тоже время, добросовестность должна основываться на правдоподобной, допустимой ошибке (probabilis). Если выясниться, что приобретатель на самом деле знал и не мог не знать, что вещь не принадлежит продавцу, то речь не может вестись о добросовестности вовсе. Добросовестность требовалась только при приобретении владения, все последующие сведения уже не могли повлиять на право собственности [27, с. 56]. Так, добросовестность должна была иметь место на момент отделения плодов. А.А. Вологдин указывает, что между исследователями длительное время не было единства в вопросе, касающемся установления момента, при котором необходима добросовестность – при передаче вещи, или при совершении сделки. Бытовала точка зрения, что добросовестность должна присутствовать при передаче вещи и при совершении сделки как таковой. Если незаконный владелец признавался добросовестным, то для него наступали положительные последствия. Например, такой владелец мог требовать раздела вещи при совместном владении, у него не было необходимости доказывать своё право собственности – достаточно самого факта добросовестного владения. Такие владельцы могли подавать иски о возмещении ущерба против лиц, которые повредили или уничтожили вещь [36, с. 102].