Файл: Побег из мест лишения свободы, из-под ареста, из-под стражи.pdf

Введение

Актуальность темы исследования. Одним из средств уголовно-правовой реакции на преступления является уголовное наказание в виде лишения свободы. В последние годы преступность в исправительных учреждениях осталась практически той же самой, однако постоянно растет число правонарушений, регистрируемых в качестве предотвращенных преступных деяний либо нарушений режима, часть из которых представляет собой преступления. К числу наиболее распространенных и опасных преступлений в местах лишения свободы относится побег^[1].

В последние годы численность осужденных, содержащихся в исправительных учреждениях, постоянно уменьшается. Так, по состоянию на 1 мая 2018 г. в учреждениях уголовно-исполнительной системы содержалось 595 728 чел^[2], в 2015 – 646 тыс. осужденных. «Это самая низкая численность контингента в местах лишения свободы в новейшей истории Российской Федерации. За последние десять лет побеги сократились в среднем на 25%. При этом следует учитывать, что, по мнению исследователей, побег относится к категории латентных преступлений, в связи, с чем следует предполагать, что официальная статистика не в полной мере отражает глубину негативных процессов в этой сфере. В структуре преступлений, совершенных в учреждениях уголовно-исполнительной системы, доля побегов составила 28,06 %»^[3].

Дестабилизируя нормальную деятельность пенитенциарных учреждений, побеги, уголовная ответственность за совершение которых предусмотрена в ст. 313 Уголовного кодекса РФ^[4], представляют собой опасное посягательство на интересы правосудия и осложняют криминальную ситуацию в обществе, так как лица, бежавшие из мест лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи в условиях своего нелегального существования нередко вновь совершают преступления. Побеги противодействуют исполнению приговора или меры процессуального принуждения, реализации задач и целей лишения свободы и ареста, подрывают авторитет органов уголовно-исполнительной системы и предварительного расследования. Кроме того, всякий побег в какой-то мере дезорганизует работу не только органов уголовно-исполнительной системы, но и территориальных органов внутренних дел, вынужденных отвлекать личный состав от выполнения непосредственных обязанностей, участвовать в поиске и задержании преступника.^[5] Среди лиц, совершивших побеги, преобладают осужденные к длительным срокам лишения свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений^[6].

Поэтому, я считаю, что изучение вопросов квалификации побегов является практически значимым, может способствовать поиску решений по их предотвращению.

Объектом исследования курсовой работы является совокупность общественных отношений, которые возникают вследствие совершения побегов из мест лишения свободы в уголовно – правовом аспекте, его квалифицирующие признаки.

Предметом исследования является действующее уголовное и уголовно-исполнительное законодательство, связанное с регулированием ответственности за побег из мест лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи; судебная практика, относящаяся к данному составу преступлению и смежных с ними деяний; а также совокупность научных взглядов по данной проблеме.

Цель и задача работы. Цель данной работы состоит в изучении и анализе действующего законодательства в совокупности с судебной практикой и системой научных взглядов, касающихся побегов из мест лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи. Вследствие данной цели возникли следующие задачи: 1) проанализировать действующее законодательство, необходимое для изучения вопросов квалификации побега; 2) дать уголовно-правовую характеристику побега из мест лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи, его квалифицирующих признаков; 3) проанализировать судебную практику и систему научных взглядов в специальной литературе и статьях, посвящённой данной проблеме.

Степень разработанности и рассмотрения данной проблемы, на наш взгляд, не является достаточной. Последнее диссертационное исследование на данную тему было подготовлено десять лет назад^[7].

Теоретической основой исследования явились труды А. В. Бриллиантова, Р. В. Галиакбарова, О. Г. Демидова, А. И. Друзина,, О. В. Мазур, Ю. М, Ткачевского и других учёных.

Методологической основой курсовой работы является диалектический подход к рассмотрению поставленной проблемы с использованием общих и частно-научных методов, логического, системного анализа.

Структура курсовой состоит из введения, двух глав,заключения, списка используемой литературы.

Глава 1. Понятие и объективные признаки состава побега из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи

§ 1.1. Объект и объективная сторона побега из мест лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи

Преступление, предусмотренное ст. 313 УК РФ, посягает на законную деятельность органов следствия и суда; побег препятствует производству дознания, следствия, судебному разбирательству, а также мешает нормальному исполнению приговора. Поэтому большинство авторов в качестве непосредственного объекта данного преступления считают именно законную деятельность органов следствия и суда. Если же побег сопровождался признаками, которые указаны в ч. 3 ст. 313 УК РФ, то в качестве дополнительного объекта выступает жизнь и здоровье личности.

Более узкое понятие дал А. И. Друзин, определив непосредственный объект как общественные отношения, урегулированные нормами уголовно-исполнительного законодательства, обеспечивающие исполнение приговора о назначении наказания в виде лишения свободы либо ареста или определения (постановления) суда о замене обязательных работ или исправительных работ лишением свободы либо арестом^[8]. Данная характеристика непосредственного объекта преступления, которое предусмотрено ст. 313 УК РФ, представляется более конкретной, так как в ней указаны непосредственно те наказания, от отбывания которых уклоняется осужденный при совершении побег^[9]. Мнение А. И. Друзина могло быть уточнено исключением из этого определения указания на такой вид наказания, как арест (не применяется на сегодняшний день).

Другие авторы характеризуют непосредственный объект данного преступления как установленный порядок исполнения уголовных наказаний в виде лишения свободы, ареста, реализации меры пресечения в виде заключения под стражу, а также нормальную деятельность органов суда, предварительного расследования, исправительных учреждений и мест содержания под стражей^[10].

Заметим, что исследователи чаще всего называют в качестве дополнительных непосредственных объектов жизнь и здоровье человека^[11].

По конструкции объективной стороны данный состав является формальным. Он считается оконченным при побеге из мест лишения свободы или предварительного заключения – с момента оставления виновным соответствующего учреждения; при побеге из-под стражи – когда субъект выйдет из-под надзора и контроля лиц, охраняющих его^[12]. Если побег был совершен лицом, пользующимся правом бесконвойного передвижения или проживания вне пределов колонии, то преступление будет считаться оконченным при самовольном изменении маршрута или границ нахождения, установленных администрацией исправительного учреждения, свидетельствующих о желании осужденного покинуть место лишения свободы и уклониться от наказания хотя бы на некоторое время.

Другого мнения придерживается О. В. Мазур. По его мнению, побег из места лишения свободы – преступление с материальным составом, поскольку лицо, обязанное находиться в местах лишения свободы и отбывать назначенное наказание, в результате совершения побега оказывается за пределами места лишения свободы, вне сферы охраны и контроля за ним со стороны администрации исправительного учреждения и при этом не отбывает наказание за ранее совершенное преступление^[13]. Данное утверждение является неточным, поскольку оно не учитывает ни специфику побега как длящегося преступления, ни критерии деления составов по конструкции на материальные и формальные.

Побег может быть совершен только из мест, указанных в диспозиции статьи – лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи, а также иных мест, где лицо находится под стражей.

К местам лишения свободы следует относить колонии-поселения, исправительные колонии всех видов режимов, воспитательные колонии для несовершеннолетних, тюрьмы, следственные изоляторы и лечебные учреждения уголовно-исполнительной системы (ч. 1 ст. 56 УК РФ, ч. 1 ст. 74 Уголовно-исполнительного кодекса^[14]). Местом лишения свободы в будущем будут считаться и арестные дома, так как согласно уголовно-исполнительному законодательству на осужденных к аресту распространяются условия содержания, установленные для лиц, отбывающих наказание в тюрьмах строгого режима.^[15]

К местам предварительного заключения относятся следственные изоляторы МВД и ФСБ, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых МВД, Пограничных войск России, камеры временного содержания в случаях, предусмотренных законом, учреждения уголовно-исполнительной системы МВД, исполняющие наказание в виде лишения свободы, а также гауптвахты.^[16]

К иным местам, где лицо находится под стражей, можно отнести пересылочные пункты, транспортно-пересылочные отделения; транспортные средства для конвоирования задержанных лиц, которым избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, или осужденных к лишению свободы или аресту; кабинет прокурора, следователя, лица, производящего дознание; зал судебного заседания; место проведения следственных действий.

Побег традиционно является самым распространенным преступлением, которые совершают осужденные, находясь под стражей. Доля его в структуре пенитенциарной преступности достаточно высока. Несмотря на то, что в 2014 году территориальными органами ФСИН России установлено 247 интегрированных систем безопасности, в надзоре за осуждёнными используется более 49 тыс. камер наблюдения, а также у правоохранительных органов имеется большой опыт предотвращения побегов и применения уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за совершение этого преступления, побеги, как отмечалось выше, продолжают оставаться очень распространенным преступлением, а при применении норм уголовного закона возникают определенные затруднения как при решении вопроса о наличии состава преступления, так и при квалификации побега.^[17]

При этом следует отметить, что указанные трудности обусловлены отнюдь не изменениями уголовного закона и, соответственно, отсутствием теоретических наработок по его реализации. Побег уже на протяжении нескольких десятилетий в законе определяется как «побег». С точки зрения А. Бриллиантова имеющиеся затруднения связаны с тем, что до настоящего времени нет единой позиции по, казалось бы, простому вопросу о понятии побега и его признаках^[18]. Видимо, решение этого вопроса и приведение различных позиций к общему знаменателю, может быть осуществлено только путем определения в законе понятия побега.^[19] Но в действующем Уголовном кодексе Российской Федерации оно отсутствует, и поэтому на практике по аналогичным ситуациям принимаются нередко различные решения.

В научной литературе употребляется несколько схожих терминов: «побег», «самовольное оставление» места отбывания наказания, «незаконное оставление» учреждения. В указанные понятия вкладывается довольно различное содержание, соответственно и правовые последствия совершения таких деяний должны быть неодинаковы. Но объединяет эти деяния то, что любое из них может быть совершено в период отбывания наказания, нахождения под арестом или под стражей. При этом имеет место и определенная конкуренция рассматриваемых понятий. ^[20]