Добавлен: 05.04.2023
Просмотров: 345
Скачиваний: 2
Вместе с тем совокупность отмеченных действий правительства по качественному критерию можно охарактеризовать следующим изречением бывшего Президента США Рональда Рейгана: «Правительство, как грудной младенец: чудовищный аппетит на одном конце и полная безответственность на другом».
Контролирующим органам и должностным лицам предоставляется любая запрошенная информация, за исключением сведений, указанных в ч. 2 ст. 12 ФЗ об ОРД.
Ряд авторов в числе субъектов контроля называют также судебные органы, подтверждая свою позицию нормами чч. 3-7 ст. 5, чч. 2, 3, 6 ст. 8, ст. 9 ФЗ об ОРД. При этом основным аргументом в полемике по этому вопросу выступает положение ч. 6 ст. 8 ФЗ об ОРД, согласно которому «в случае возникновения угрозы жизни, здоровью, собственности отдельных лиц по их заявлению или с их согласия в письменной форме разрешается прослушивание переговоров, ведущихся с их телефонов, на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с обязательным уведомлением соответствующего суда (судьи) в течение 48 часов».
Законодатель не уточняет смысл рассматриваемого предписания. Логика подсказывает, что если гражданин добровольно в письменной форме соглашается с ограничением своего конституционного права на тайну телефонных переговоров путем их прослушивания компетентными органами, то здесь не может идти речь о нарушении рассматриваемого права, в связи с чем непонятна роль уведомляемого об этом оперативными подразделениями суда.
С другой стороны, ФЗ об ОРД рассматривает только два случая предоставления суду информации об ОРД: о проведении ОРМ, ограничивающих права и свободы граждан, при отказе органа, уполномоченного на осуществление ОРД, сообщить такие сведения по запросу гражданина и в связи с обжалованием последним этого решения в судебном порядке (ч. 4 ст. 5); при подготовке ОРМ, ограничивающих конституционные права и свободы граждан, и оформлении соответствующих материалов, инициирующих судебное решение (чч. 1–3 ст. 9).
Точка зрения о том, что судебный контроль ОРД не осуществляется и не может осуществляться, представляется более здравой. В основу аргументации такой позиции могут быть положены следующие рассуждения.
Во-первых, ФЗ об ОРД подразделяет контроль ОРД на два вида: контроль (ст. 20) и ведомственный контроль (ст. 22). Поскольку ведомственный контроль может осуществляться лишь в рамках какого-либо ведомства, обладающего в соответствии со ст. 13 ФЗ об ОРД оперативно-розыскными функциями (а судебная система в ней не зафиксирована), судебные органы не могут осуществлять ведомственный контроль. Что касается общего контроля ОРД, то в ст. 20 законодателемон возложен на Президента РФ, Федеральное собрание и Правительство Российской Федерации в пределах предоставленных им полномочий. Ни к одной из указанных структур суд не имеет прямого отношения, поскольку принадлежит к иной ветви власти.
Во-вторых, отраженные в ФЗ об ОРД функции суда по обеспечению соблюдения прав и свобод человека и гражданина при осуществлении ОРД (ст. 5) и охраны основополагающих ценностей при выдаче разрешений на их ограничение (ст.ст. 8 и 9) имеют пассивный, бессистемный характер и поэтому не могут охватываться понятием контрольной деятельности.
В-третьих, ни в Конституции России, ни в одном законодательном акте не отражены полномочия суда по осуществлению контроля ОРД.
И, наконец, в-четвертых, контрольная функция (в отличие от надзорной) предполагает непосредственное вмешательство контролирующего органа (его должностного лица) в деятельность контролируемого. Оценка судебного присутствия в решении задач ОРД демонстрирует отсутствие у него функции контроля этой деятельности.
Все это свидетельствует об отсутствии у судов функции по осуществлению контроля ОРД.
Ведомственный контроль ОРД организуют руководители органов, осуществляющих ОРД, и иные должностные лицана основании ст. 22 ФЗ об ОРД и ведомственных нормативных правовых актов. Под иными должностными лицами в первую очередь подразумеваются руководители оперативных подразделений, а также имеющие соответствующие допуски сотрудники включенных в ст. 13 ФЗ об ОРД министерств и ведомств, в обязанности которых входит осуществление контроля проведения ОРД нижестоящими подразделениями.
Контроль осуществляется, как правило, посредством изучения оперативно-служебных документов. При этом контролю подвергается деятельность не только исполнителей, но и руководителей, санкционирующих те или иные действия подчиненных, руководящих и контролирующих их деятельность в оперативно-розыскной сфере.
По выявленным в ходе контроля нарушениям проводится служебная проверка, а по ее результатам принимаются соответствующие меры дисциплинарного, уголовного или гражданско-правового характера.
2.2. Процессуальный контроль и прокурорский надзор за исполнением законов в стадии возбуждения уголовного дела
В стадии возбуждения уголовного дела защита прав граждан требует более пристального внимания. Дело в том, что только за 2016 год выявлено 3,6 миллионов нарушений, допущенных при приеме, регистрации и рассмотрении сообщений о преступлении, что на 3,2% больше, чем за аналогичный период прошлого года[9]. Нередко следственными органами сообщения о преступлениях длительное время не регистрируются. Следователи отказываются принимать по ним процессуальные решения, направляют по надуманным основаниям в другие органы. При наличии в материалах и уголовных делах иных признаков преступления соответствующие материалы не выделяются и по ним не принимаются решения. В связи с присутствием такого количества нарушений защиту прав граждан в стадии возбуждения уголовного дела должен обеспечивать ряд субъектов: прокурор, руководитель следственного органа, начальник органа (подразделения) дознания и суд. Однако не все из них в силу ряда причин способны оказать реальное воздействие на улучшение сложившейся ситуации.
Так, руководитель следственного органа, начальник органа (подразделения) дознания осуществляют ведомственный контроль и руководство деятельностью подчиненных им следователей. В силу заинтересованности в увеличении процента раскрытых дел в ряде случаев они могут бездействовать при незаконном отказе в регистрации сообщений или в возбуждении уголовных дел по неочевидным преступлениям. Суд, в свою очередь, несмотря на то, что является независимым органом, в силу существующих пределов рассмотрения жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ не всегда имеет возможность восстановить нарушенные права.
В отличие от указанных субъектов, прокурор обладает несколько более значительными возможностями по защите прав граждан в стадии возбуждения уголовного дела.
На основании п.1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ прокурор уполномочен проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях. В дополнение этому положению издан Приказ Генерального прокурора от 05 сентября 2011 г. №277 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях в органах дознания и предварительного следствия" [10], в котором прямо закрепляется обязанность тщательно и всесторонне проверять соблюдение установленного не только законодательством, но и межведомственными и ведомственными нормативными правовыми актами единого порядка приема, регистрации и разрешения сообщений о преступлениях, а также законность и обоснованность принимаемых по ним решений. На основании указанного приказа прокурор систематически, не реже одного раза в месяц, проверяет законность действий и решений следственных органов в ходе досудебного производства при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлении, а также принимает меры по устранению выявленных нарушений. Данное полномочие дает возможность прокурору выявить нарушение на самых ранних этапах, что позволяет вовремя принять меры реагирования по его устранению. В зависимости от криминогенной обстановки на поднадзорной территории, проверки могут проходить и значительно чаще, опрос прокурорских работников показал - на территории с высоким уровнем преступности надзор в данном направлении осуществляется до двух-трех раз в день. Например, в Саратовской области по распоряжению прокурора от 06. 10. 2011 № 94/16[11] проверки соблюдения закона при приеме, регистрации и разрешении заявлений и сообщений о преступлениях проводятся ежедневно.
По данным Генеральной прокуратуры РФ с 2011 года число неправомерных отказов следственных органов в приеме сообщений о преступлениях и случаев их нерегистрации возросло на 59 %. В подразделениях Следственного комитета России их количество за 2012 год увеличилось в 2,5 раза, в органах дознания ФСКН - в 4 раза, а в дознании Федеральной пожарной службы МЧС России - более чем в 10 раз[12]. Всего за 2012 год прокурорами было выявлено более трех миллионов нарушений, допущенных при приеме регистрации и разрешении сообщений о преступлениях[13]. По сравнению с 2014 годом эта цифра увеличилась на 5 %[14].
В 2014 году прокурорами Саратовской области в ходе проведенных проверок выявлено 108 фактов несвоевременной регистрации (в нарушении требования Инструкции) сообщений о преступлениях, что свидетельствует о некачественном ведомственном контроле. Из практики прокуратур Саратовской области можно привести несколько примеров, характеризующих типичные нарушения, допускаемые при регистрации и разрешении сообщений о преступлении.
Так, 29.01.2014 г. от прокурора Краснопартизанского района в Пугачевский МСО СУ СК РФ по Саратовской области поступил материал по факту уклонения от призыва на военную службу гражданина П., однако зарегистрирован он был лишь 03.03.2014, т.е. через месяц после обнаружения признаков преступления.
Большую озабоченность вызывают выявленные прокурором г. Хвалынска и Аткарским межрайонным прокурором факты выделения материалов из уголовных дел, однако данные постановления не были зарегистрированы и не направлены для проведения проверок.
Прокурором г. Хвалынска при проверке уголовного дела в отношении несовершеннолетних К., М., Р. установлено, что 25 декабря 2013 следователем С. вынесено постановление о выделение в отдельное производство материалов в отношении П. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.175 УК РФ, однако выделенный материал не был зарегистрирован и направлен по подследственности. Только после внесенного требования прокуратуры в апреле 2014 гола он был зарегистрирован.
29 июля 2014 и 27 августа 2014 прокурором Татищевского района направлены заявления Б., однако они в СО по Ленинскому району г. Саратова СУ СК РФ по Саратовской области так и не были зарегистрированы. По данному факту в адрес руководителя СО по Ленинскому району г Саратова СУ СК по Саратовской области вынесено требование, после чего материалы зарегистрированы и по ним принято решение[15].
Кроме того, прокурорами выявляются нарушения требований ст. 145 УПК РФ, допускаемые сотрудниками полиции при передаче сообщения о преступлениях по территориальной подследственности. Так, свыше 8 раз необоснованно направлялся материал из МО МВД России «Советский» в УМВД России по г. Самаре. Уголовное дело возбуждено ОД МО МВД России «Советский» только через 11 месяцев после поступления жалобы гражданина. По результатам проведенной проверки прокурором района начальнику ГУ МВД России по Саратовской области внесено представление об устранении выявленных нарушений и привлечении виновных лиц к ответственности[16].
Таким образом, рассмотренные примеры показывают существующие недостатки деятельности руководителя следственного органа, начальника органа (подразделения) дознания в стадии возбуждения уголовного дела, которые в силу ведомственной заинтересованности не всегда принимают меры к устранению нарушений. В свою очередь, прокуратура в случае активного и своевременного надзора способна добиваться устранения нарушений, что свидетельствует о приоритетной роли прокурорского надзора в системе защиты прав граждан в стадии возбуждения уголовного дела.
На стадии возбуждения уголовного дела ведомственный процессуальный контроль осуществляется внутри соответствующих правоохранительных органов. Содержание контрольной деятельности носит процессуальный характер, так как данная деятельность основана на нормах УПК РФ и конкретизирующих его положениях ведомственных актов. Поэтому ведомственный контроль является также и процессуальным.
В отличие от прокурорского надзора и судебного контроля ведомственный процессуальный контроль отличается оперативностью и непосредственностью реагирования на выявленные нарушения уголовно-процессуального законодательства, зачастую носит упреждающий характер.
Применительно к стадии возбуждения уголовного дела ведомственный процессуальный контроль - это контроль над своевременностью деятельности по поступившему сообщению о преступлении, состоянием регистрационно-учетной дисциплины, законностью проведения проверочных действий и обоснованностью принятия решения по первичным материалам.
Ведомственный процессуальный контроль выступает одной из гарантий законности деятельности органов дознания и предварительного расследствия, в том числе на стадии возбуждения уголовного дела. Применительно к стадии возбуждения уголовного дела ведомственный процессуальный контроль осуществляется, прежде всего, в целях недопущения случаев возбуждения уголовного дела при отсутствии законных поводов и достаточного основания, а также необоснованного отказа в возбуждении уголовного дела[17].