Добавлен: 23.04.2023
Просмотров: 289
Скачиваний: 2
Непреложным требованием к завещанию является его учинение лишь полностью дееспособным лицом[19]. В соответствии с действующим законодательством дееспособность лица определяется нотариусом документально (проверка документа, где указан возраст завещателя) и визуально (беседа, оценка адекватности поведения завещателя). Однако на практике зачастую совершения данных действий бывает недостаточно для установления полной дееспособности лица, так как нотариус не обладает специальными знаниями и методиками для определения психического состояния гражданина. Возражения о том, что для получения статуса нотариуса гражданин должен иметь высшее юридическое образование, в рамках которого читается курс судебной психиатрии, выглядят нелепыми, так как за несколько лекций будущего юриста возможно обучить лишь азам психиатрии. К тому же решения суда о лишении (а также и об ограничении) дееспособности гражданина не доводятся до сведения нотариуса, а заинтересованные в удостоверении завещания лица могут скрыть факт наличия решения суда о признании завещателя недееспособным[20].
Безусловно, при наличии у нотариуса оснований полагать, что завещатель не способен понимать значения своих действий или руководить ими, и при этом не имеется сведений о признании такого лица недееспособным, для предотвращения в дальнейшем оспаривания завещания по ст. 171 ГК РФ в порядке ст. 41 Основ о нотариате нотариус имеет право отложить удостоверение завещания с целью выяснения вопроса о том, не выносилось ли судом решение о признании этого лица недееспособным. Однако на практике это трудно осуществить, поскольку неизвестно, какой именно суд должен запросить нотариус на предмет наличия такого судебного решения, ведь завещатель мог неоднократно поменять место проживания перед тем, как обратиться за удостоверением завещания. Положение осложняется еще и тем, что согласно ст. 40 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 года №4462-1[21] (далее – Основы о нотариате) удостоверить завещание возможно в любой нотариальной конторе любого нотариального округа в Российской Федерации. Действующее законодательство не позволяет нотариусу осуществлять запросы необходимых данных из медицинских учреждений, так как это является врачебной тайной. Но даже если у нотариуса и было бы право на получение данных сведений, их было бы недостаточно для признания гражданина недееспособным на момент совершения завещания, так как некоторые психические заболевания подразумевают периоды ремиссии, когда человек способен руководить своими действиями и давать им отчет. Так, в случае, когда отсутствует решение суда о признании гражданина недееспособным, а он составляет завещание в период ремиссии, то можно считать, что лицо является дееспособным[22].
Таким образом, необходимо создание эффективного механизма установления нотариусом дееспособности завещателя в момент удостоверения завещания с целью уменьшения количества исков о признании завещания недействительным. В соответствии с действующим законодательством определить психическое состояние лица, обратившегося за удостоверением завещания, для нотариуса не всегда возможно. В целом приходится признать, что нотариус в настоящее время практически лишен возможности проверять дееспособность завещателей в строгом смысле слова.
Согласно абз. 2 п. 1 ст. 1026 ГК РФ, на основании завещания, в котором назначен исполнитель (душеприказчик) может быть учреждено доверительное управление имуществом. В этом случае, как следует из содержания ч. 2 п. 2 ст. 1026 ГК РФ права учредителя управления принадлежат исполнению завещания. Продолжая мысль законодателя, Ю.К. Толстой называет выгодоприобретателями по такому договору лиц, которым имущество перейдет в порядке наследования, а сам договор доверительного управления наследственным имуществом относит к договорам в пользу третьего лица[23]. Если придерживаться этой точки зрения, то необходимо признать, что положения ст. 430 ГК РФ о договорах в пользу третьего лица и положения гл. 53 ГК РФ о договоре доверительного управления имуществом могут применяться к исполнению завещаний со значительными оговорками, при этом, не всегда отвечая потребностям правового регулирования, лежащим в основе возникновения рассматриваемых отношений.
Так, действие правила, закрепленного в п. 1 ст. 430 ГК РФ, согласно которому, исполнение может быть произведено третьему лицу, не указанному в договоре, парализовано императивной нормой п. 1 ст. 1016 ГК РФ, называющей существенным условием договора доверительного управления имуществом наименование юридического лица или имя гражданина, в интересах которого осуществляется управление имуществом. Получается, если имя (наименование) наследника неизвестно, а это далеко не редкий случай (например, когда в завещании использована формула «завещаю все свое имущество внукам»), доверительное управление наследственным имуществом не может быть учреждено. Не совсем ясно, какое право образуется у наследника, выступающего выгодоприобретателем по такому договору. В рассматриваемом соглашении выгода – понятие, охватывающее не столько материальный результат, заключающийся в приращении имущества (его может и не быть), а сам процесс управления имуществом, поскольку сложение с себя бремени заботы об имуществе – тоже своего рода выгода. Получается, что право выгодоприобретателя по договору доверительного управления наследственным имуществом – право требовать от доверительного управляющего надлежащего управления имуществом.
Подводя итог исследованию юридической природы исполнения завещания (на анализе соотношения договора и института исполнения завещаний), необходимо еще раз отметить следующее. Назначение наследодателем исполнителя завещания и согласие последнего на выполнение его распоряжений на случай смерти не есть результат единения воли указанных лиц, это – лишь сегменты сложного фактического состава. Соответственно наследник не является по отношению к исполнителю завещания третьим лицом, имеющим право требовать исполнения возникающего из договора обязательства в свою пользу. У наследника есть право потребовать от исполнителя последней воли выполнения возложенных на него обязанностей, но это право, равно как и сами обязанности, лежит в плоскости внедоговорных отношений, что, однако, не лишает исполнителя завещания возможности использовать для выполнения своих обязанностей инструментарий договорного права.
2.2. Наследование по закону
Как уже отмечалось ранее, на основании ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наряду с этим ГК РФ указывает в качестве оснований наследования и иные обстоятельства (открытие наследства, переход права на принятие наследства, направленный отказ от наследства, наследование в качестве подназначенного наследника и т.п.), которые необходимо рассматривать как частные случаи проявления одного из двух общих оснований наследования. Чаще всего в том случае, если покойным не был составлен завещательный документ (завещание), наследство распределяется по правилам, определенным законом, а именно Гражданским кодексом РФ. В данном случае применяется очередь наследников, которая составляется из родственников умершего наследодателя. Их позиция в данном списке зависит от близости родственных уз по отношению к умершему (степень родства). Очередность наследования предусмотрена Разделом V Гражданского кодекса РФ. В соответствии со ст. 1141 ГК РФ: наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. 1142-1145 и 1148 ГК РФ. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (ст. 1117 ГК РФ), либо лишены наследства (пункт 1 ст.1119 ГК РФ), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства. Наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления (ст. 1146 ГК РФ).[24]
Таким образом, каждая следующая ступень такой родственной лестницы получает права на наследство тогда, когда все родственники, стоящие на предыдущей: не имеются; лишены права на наследство либо отстранены от него в силу своей недостойности; отлучены от наследства по воле умершего, согласно особому пункту завещательного документа; не приняли наследство; произвели отказ от него. Первоочередным правом наследования обладает ребенок, муж или жена покойного, а также его мать и отец. Ребенок является первоочередным наследником даже в том случае, если он незаконнорожденный, или тогда, когда умерший был лишен прав родителя на основаниях, определенных соответствующим законом. Кроме того, наследующим считается такой ребенок, который родился в трехсотдневный срок после того, как произошла смерть наследодателя, при условии его прижизненного зачатия. Мать и отец же покойного, в случае отстранения их от прав родителей, не имеют права на наследство. Дети детей являются наследниками согласно представительского права. Такое право вступает в силу тогда, когда законный наследователь умер до того, как наследство было открыто, или вместе с человеком, наследство которого распределяется. В таком случае долю такого родственника получают уже его наследники. Если у умершего была, например, единственная дочь, и она погибла вместе с ним, то три ее сына получат полный объем наследства в равных долях. Дети же тех наследников, которых сам умерший лишил наследственных прав, на него также не могут рассчитывать, как и дети наследников, признанных недостойными.[25] Второочередное наследственное право остается за братьями и сестрами умершего, в том числе сводными, его бабушками и дедушками с обеих сторон, а также по представительному праву – дети братьев или сестер. Третьеочередное наследственное право принадлежит братьям и сестрам отца и матери покойного, в том числе и сводным, с передачей по представительскому праву наследства их детям. На четвертой ступени лестницы наследования располагаются дедушки и бабушки родителей умершего, на пятой – внуки и внучки, дедушки и бабушки соответственно четверостепенному родству, а на шестой – родственники пятого колена. Все дети вышеперечисленных также имеют представительские права.[26]
Кроме всего вышеперечисленного, стоит обратить внимание на то, что приемные дети и родители имеют такие же права, как и родные, со всеми вытекающими обстоятельствами и соответственным представительским правом их отпрысков. Статья 1150 ГК РФ предполагает особенные права супругов наследодателей. В соответствии с этими правилами, супруг получает не только часть наследства, но и половину всего общего имущество, которое было приобретено во время брака[27]. Также по особенным правилам происходит принятие наследства лицами, которые находились на обеспечении у покойного. Они получают наследство соответственно своей родственной степени, вместе с остальными родственниками такой категории, а сами в это время должны быть разделены по двум категориям. К первой относятся такие иждивенцы, которые имеют наследственное право согласно законным основаниям. Они, согласно статьям 1143–1145 ГК РФ, могут получить наследство даже в том случае, если не обладают такими родственными узами с умершим, какими обладают родственники, получающие наследство согласно очередности. Для этого существует два условия – их нетрудоспособность и обеспечение их покойным на протяжении года до смерти. Вторую же составляют такие обеспеченцы, которые не имеют права наследовать по закону. Они также могут стать наследниками, но только в том случае, если жили совместно с покойным год до того, как он умер. Кроме того, такие люди получают самостоятельные права наследования как родственники восьмой ступени. [28]
Рассмотрим на примере: Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе Шелюгиной Л.А. на решение Выселковского районного суда Краснодарского края от <...>, которым отказано в удовлетворении иска Шелюгиной Л.А. к Устич Ю.А. о признании права на долю в праве собственности на жилой дом, земельный участок в порядке наследования, установила: Устич А.В. являлся собственником жилого дома, земельного участка общей площадью <...>, расположенных по адресу: Россия, Краснодарский край, <...>. Устич А.В. <...> умер. Шелюгина Л.А. обратилась в суд с иском к Устич Ю.А. – сыну наследодателя о признании права на долю в праве собственности на жилой дом, земельный участок в порядке наследования, ссылаясь на то, что с <...> она проживала с наследодателем одной семьей, вела совместное с ним хозяйство, пользовалась жилым домом как своим собственным, несла расходы по его содержанию, обрабатывала земельный участок и фактически приняла причитающуюся ей на основании ст. 1149 ГК РФ обязательную долю в наследстве. Кроме того, с <...>. ей была установлена бессрочно вторая группа инвалидности, ко дню открытия наследства она являлась нетрудоспособной и не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении. Просила суд признать право на долю в наследстве в виде 1/2 доли в праве общей собственности на жилой дом и земельный участок, уменьшив долю Устич Ю.А. в наследственном имуществе с целого до 1/2. Устич Ю.А. иск не признал. Решением Выселковского районного суда Краснодарского края от 09 октября 2015 года в иске отказано. В апелляционной жалобе Шелюгина Л.А. просит решение отменить, ссылаясь на то, что судом не дана оценка показаниям свидетелей, допрошенных по ее ходатайству, и подтвердивших ее нахождение на иждивении Устич А.В. более года до его смерти; судом не учтено в качестве доказательства иждивенчества ее нетрудоспособность; ссылаясь на ошибочность вывода суда об отсутствии у наследодателя материальной возможности для предоставления ей систематической помощи. Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителя Шелюгиной Л.А., судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда.
В соответствии с положениями ст. 1149 ГК РФ, суд на основании представленных по делу доказательств, пришел к обоснованному выводу об отсутствии у Шелюгиной Л.А. права на получение обязательной доли в наследстве, открывшемся после смерти Устич А.В., поскольку получение обязательной доли в наследстве в порядке ст. 1149 ГК РФ возможно при наличии завещания, которое Устич А.В. не составлялось. При оценке доказательств, представленных Шелюгиной Л.А. в подтверждение нахождения ее на иждивении Устич А.В. не менее года до его смерти, суд учел разъяснение п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», и пришел к обоснованному выводу, что ни показания свидетелей, ни размер пенсии Шелюгиной Л.А. не могут служить безусловным основанием для признания ее иждивенцем Устич А.В. при отсутствии доказательств наличия материальной возможности у Устич А.В. для предоставления ей полного содержания или такой систематической помощи, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию.