Добавлен: 24.04.2023
Просмотров: 260
Скачиваний: 1
Поведение выражается в действии или бездействии. Моральные нормы поведения различают правильное и неправильное, доброе и злое в человеческих отношениях. Фундаментальные нравственные правила являются универсальными. Без внутреннего чувства морального порядка не может быть никакого уважения к закону, человек будет соблюдать закон если ощущение его обязательности навеяно из его головы. Мораль или моральные нормы – это правила поведения, которые основаны на представлениях общества, отдельных социальных групп о добре и зле, плохом и хорошем, справедливом и несправедливом, честном и бесчестном и тому подобных нравственных (этических) требованиях и принципах.
Глава 2. Возникновение правонарушений
2.1. Основные виды правонарушений
Все виды правонарушений можно разделить на: дисциплинарные; административные; гражданские. В определенных случаях выделяют также процессуальные правонарушения. К ним можно, например, отнести неявку правонарушителя на судебное заседание.
Уголовный и административный кодексы содержат в себе перечень статей за различные правонарушения в разнообразных сферах жизни общества, но главное их отличие друг от друга заключается в том, что в административном законодательстве правонарушение не влечет за собой опасных и негативных последствий, как в уголовном, тем самым не несет в себе особых последствий для правонарушителя.
Российскому законодательству известны термины «уклонение» и «злостное уклонение», встречающиеся в ряде глав Уголовного кодекса РФ (ст. 177, 185.1, 193, 194, 198, 199, 243.1, 312, 314, 314.1, 328, 330.1, 339). Один только перечень видов криминального уклонения говорит о том, что это явление, которое вызывает необходимость уголовно-правовой регламентации. Наше законодательство в отношении отдельных видов общественно опасного уклонения отличается либеральной мягкостью, да и практика его реализации нередко не выдерживает критики. Например, уровень уклонения от уплаты налогов, по официальным данным, составляет 30 %, а по экспертным оценкам -до 80 %. При этом «власть делает вид, что собирает налоги, а граждане - что их платят.[8]
Из приведенного перечня статей УК РФ видно, что в отдельных случаях законодатель предусматривает уголовную ответственность осужденных, уклоняющихся от отбывания наказания. Эти случаи объединены в ст. 314, которая именуется «Уклонение от отбывания ограничения свободы, лишения свободы, а также от применения принудительных мер медицинского характера».
Анализ этой статьи в сопоставлении с нормами уголовно-исполнительного законодательства РФ позволяет утверждать, что понятие уклонения от отбывания уголовного наказания важно рассматривать в двух аспектах: с позиций уголовного и уголовно-исполнительного права. Уголовно-правовое понятие уклонения от отбывания наказания, как представляется, включает в себя лишь те его виды, которые криминализированы российским законодательством. В соответствии с УК РФ это злостное уклонение от отбывания наказания лица, осужденного к ограничению свободы (ч. 1 ст. 314), а также уклонение от отбывания наказания в виде невозвращения в исправительное учреждение лица, осужденного к лишению свободы, которому разрешен выезд за пределы исправительного учреждения, по истечении срока выезда либо в виде неявки в соответствующий орган уголовно-исполнительной системы лица, осужденного к лишению свободы, которому предоставлена отсрочка исполнения приговора или исполнения наказания, по истечении срока отсрочки (ч. 2 ст. 314). Рассматриваемым понятием не охватываются случаи уклонения лица, страдающего педофилией, от применения к нему принудительных мер медицинского характера (ч. 3 ст. 314 УК РФ) и уклонение от исполнения вступившего в силу приговора суда о назначении конфискации имущества (ч. 2 ст. 312 УК РФ).
Уголовно-исполнительное понятие уклонения от отбывания наказания значительно шире и помимо его уголовно наказуемых видов охватывает уклонение от обязательных работ, исправительных работ, уклонение условно осужденных и осужденных с отсрочкой отбывания наказания от контроля уголовно-исполнительных инспекций (ст. 18.1 УИК РФ), злостное уклонение от отбывания штрафа (ст. 32 УИК РФ), уклонение осужденного к лишению свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении от получения предписания о направлении к месту отбывания наказания или неприбытие к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок (ч. 6 ст.75.1 УИК РФ), уклонение от отбывания принудительных работ (ст. 60.17 УИК РФ). Во всех перечисленных случаях закон не предусматривает юридической ответственности за уклонение от отбывания наказания.
В теории права, как известно, принято выделять следующие признаки правонарушения: деяние (действия или бездействие), вина, противоправность, вредный результат, причинная связь между деянием и вредным результатом, юридическая ответственность. Представляется, что все признаки правонарушения, кроме юридической ответственности, в действиях лиц, уклоняющихся от отбывания уголовного наказания, в рассматриваемых случаях имеются. Действительно, налицо деяние в форме бездействия - уклонения, вина в форме умысла (уклонение не может быть совершено по неосторожности), противоправность в виде нежелания подчиниться вступившему в законную силу приговору суда, вред, нанесенный интересам правосудия, причинная связь между виновным бездействием и наступившим вредным результатом. Нет лишь юридической ответственности, предполагающей наказание виновного. Этот нонсенс - очевидное следствие чрезмерной гуманности уголовного наказания.
Правопорядок и безнаказанность, тем более изначальная ненаказуемость правонарушающего поведения, - явления, на наш взгляд, несовместимые. Показательно, что в федеральном законодательстве об административных правонарушениях предусмотрена ответственность даже за уклонение от уплаты административного штрафа (ст. 20.25 КоАП РФ), в то время как уголовный закон остается безразличным к целому ряду уклонений от отбывания уголовного наказания. Получается, что при отсутствии криминализации такого уклонения оно не только не представляет общественной опасности, но и причиняет меньше вреда обществу, чем неуплата административного штрафа в срок, предусмотренный Кодексом об административных правонарушениях РФ. Это еще одна, мягко говоря, нелогичность правовой политики государства.
Безмерная либерализация порядка отбывания рассматриваемых видов уголовного наказания, особенно не связанных с изоляцией осужденных от общества, многими из них воспринята не как гуманная мера законодателя, а как легальная возможность безнаказанного игнорирования решений судебной власти. Ситуация может усугубиться при намеченном широкомасштабном применении принудительных работ как нового вида наказания, порядок и условия отбывания которого во многом схожи с порядком и условиями отбывания лишения свободы в колониях-поселениях. Именно этим диктуется необходимость введения ответственности за уклонение от отбывания тех видов наказания, которые при разработке действующего Уголовного кодекса РФ (вероятно, под влиянием либеральных иллюзий в области уголовно-правовой политики) оказались не обеспеченными превентивной силой возможной юридической ответственности.
Речь идет как об уголовной, так и об административной ответственности за уклонение от отбывания рассматриваемых наказаний. Идея заключается в следующем. За уклонение от отбывания уголовного наказания, не связанного с лишением свободы, или при назначении его отбывания в колонии-поселении предлагается установить административную ответственность в виде безальтернативной меры наказания - административного ареста. Это, с одной стороны, могло бы стать достаточно сильным упреждающим средством против уклонения, а с другой - решило бы проблему временного содержания разысканных осужденных до решения судом вопросов, связанных с дальнейшим отбыванием ими уголовного наказания.
Уголовную ответственность целесообразно ввести за злостное уклонение от отбывания наказания. Она, по замыслу, адресуется тем осужденным, которые после привлечения к административной ответственности продолжают уклоняться от отбывания наказания. Иначе говоря, предлагается состав преступления с административной преюдицией, которая все чаще пополняет арсенал уголовно-правовых мер борьбы с преступностью. В настоящее время эта тенденция уже прослеживается на примере ст. 116.1, 151.1, 157.1, 158.1, 212.1, 215.4, 264.1, 314.1 УК РФ. Кроме того, Государственной Думой принята соответствующая поправка к ст. 116 УК РФ, смягчающая негативный общественный резонанс в связи с так называемым «законом о шлепках», в соответствии с которым близкие родственники потерпевших в отличие от посторонних лиц могут сразу привлекаться к уголовной ответственности за нанесение побоев без предварительного привлечения к административной ответственности за аналогичное деяние, предусмотренное ст. 6.1.1 КоАП РФ. Предлагаемое установление административной ответственности за уклонение от отбывания названных видов уголовного наказания могло бы органично вписаться в этот ряд, свидетельствующий об осознании законодателем целесообразности использования профилактического потенциала административного наказания.
Следует отметить, что в юридической литературе предлагается и более радикальный способ решения проблемы розыска осужденных и других лиц. Автор монографии, посвященной методологии розыска, пишет, что целесообразно законодательно закрепить правило о том, что в отношении разыскиваемого подозреваемого (обвиняемого), а также подсудимого и осужденного в качестве меры пресечения может избираться только заключение под стражу, без учета санкции статьи УК РФ и особенностей субъекта преступления. Это предложение по сравнению с изложенным представляется не только менее гуманным, но и более затратным, поскольку его реализация повлекла бы за собой дополнительную и далеко не всегда оправданную нагрузку на следственные изоляторы.
Как бы то ни было, ни указанные публикации, ни проект закона, разработанный нами в связи с участием в одной из ведомственных рабочих групп по подготовке предложений о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ, официальной поддержки пока не получили. Сотрудники оперативных и других подразделений УИС, которым приходится непосредственно заниматься розыском осужденных, испытывая при этом значительные трудности из-за несовершенства закона (а оно не ограничивается только рассмотренным упущением), невесело иронизируют: иногда, мол, проще угодить под арест за распитие бутылки пива в общественном месте, чем за уклонение от уголовного наказания. В этом явном преувеличении тем не менее есть доля правды. Остается надеяться на то, что рано или поздно наши излишне либеральные законотворцы все же попытаются доискаться истины и примут необходимое решение. Ведь демократическое правовое государство, которым мы себя провозгласили в Основном Законе, предполагает наличие в стране прежде всего прочного правопорядка, а его нормативно-юридическую основу, в свою очередь, составляют право и законность, призванные обеспечивать правомерное поведение граждан.[9]
По своей социальной значимости деяние является антиобщественным, проезде не исполняется договор перевозки, при уклонении от уплаты налог – нормы финансового права.[10]
2.2. Примеры правонарушений
В последнее время административные правонарушения в России превратились в одно из самых типичных криминогенных явлений. Можно с уверенностью сказать о том, что наше государство, испытывающее, наряду с мировым сообществом, большие разрушительные тяготы от данных негативных явлений, особенно нуждается в укреплении политико-правового и научно-криминологического ресурса, консолидации сил и средств противодействия им.
Суммарный экономический ущерб от административных правонарушений сопоставим с ущербом от многих опасных реступлений. Сегодня уже во всем мире ни для кого не секрет, что правонарушения –самые распространенные из всех видов противоправных деяний, уже в силу этого, противодействие им приобретает первостепенное значение. Более того, латентность правонарушений имеет более широкое распространение, чем латентность преступлений. Имея способность «мутировать» подобно вирусу гриппа, правонарушения заставляют юристов всего мира совершенствовать законодательство, заниматься активным поиском оптимальных превентивных мер. Указанные факторы возводят исследования, направленные на борьбу с правонарушениями, в статус чрезвычайно актуальных и востребованных как в теоретическом, так и в практическом отношении.
В Бюджетном кодексе РФ на то, что конкретное деяние является нарушением бюджетного законодательства и влечет за собой меры административной или уголовной ответственности, не означает, что этим деяниям присуща административная или уголовная противоправность. Так, в ст. ст. 289, 293, 296 - 303 БК РФ предусмотрена возможность применения мер уголовной ответственности, если перечисленные в этих статьях нарушения содержат признаки состава преступления.
Президент РФ Владимир Путин 2 февраля 2016 года подписал Указ № 41 «О некоторых вопросах государственного контроля и надзора в финансово-бюджетной сфере». В целях совершенствования государственного контроля и надзора в финансово-бюджетной сфере, а также необходимости оптимизации структуры федеральных органов исполнительной власти Росфиннадзор, просуществовавший довольно длительное время с 2004 года, был упразднен.
Федеральному казначейству переданы функции по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере, а также функции по внешнему контролю качества работы аудиторских организаций. Обязанности Росфиннадзора в части валютного контроля переданы Федеральной таможенной службе и Федеральной налоговой службе.
Согласно данному правоприменительному акту, Федеральное казначейство становится основным контрольно-ревизионным органом со стороны органов исполнительной власти, обеспечивающим сохранность бюджетных средств, играющим основополагающую роль в организации платежной системы страны.
До настоящего времени не создана научная теория государственного казначейского контроля. Более того, ни в экономической, ни в юридической литературе, посвященной проблемам казначейства, нет толкования категории «государственный казначейский контроль».