Файл: Субъективная сторона преступления. Форма вины.pdf

Далее остановимся на содержании умысла. Так, наиболее полное выражение отрицательное психическое отношение лица к совершенному им деянию находит в преступлении, совершенном с прямым умыслом, законодательное определение которого дано в ч. 2 ст. 25 УК РФ.

Применяя доктринальное толкование этого определения, отметим, что к интеллектуальному моменту прямого умысла относятся осознание виновным общественной опасности своего деяния, предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий, а к волевому моменту – желание наступления этих последствий. Осознание виновным общественной опасности деяния предполагает прежде всего осознание им, во-первых, фактического характера совершаемого деяния, во-вторых, социальной значимости этого деяния.

В первом случае виновное лицо должно осознавать: физический характер деяния, т. е. совершение или несовершение им определенных телодвижений, временные границы деяния, причиняющий характер деяния, способ его совершения (физическое или психическое воздействие); особенности социальной или физической среды, в которой совершается преступление (обстановку совершения преступления); посягательство на определенные общественные отношения, составляющие объект преступления. При этом совсем необязательно, чтобы виновный осознавал объект преступления во всем его многообразии как целостную структуру, представленную участниками общественных отношений, социальной связью между ними и предметом, по поводу которого эти отношения устанавливаются. Необходимым и достаточным является осознание направленности посягательства на один из признаков объекта преступления – социальную связь между участниками общественных отношений, предмет преступления или потерпевшего. Во втором случае виновный осознает негативную оценку общества этого деяния с позиций доминирующих в нем норм нравственности и морали, в частности, ветхозаветных заповедей («не убивай», «не кради» и т. д.). В данном случае речь идет об осознании сущностного свойства преступления, лежащего в основании уголовно-правового запрета. При этом неважно, что лицо, совершившее преступление, во-первых, не согласно с такой оценкой, не воспринимает ее как свой внутренний императив, во-вторых, осознает все негативные с позиций общества аспекты своего деяния. Например, при убийстве достаточно осознания негативной оценки обществом лишения другого человека важнейшей для него ценности – жизни, хотя лицо может не осознавать, что причиняет страдания близким убитого, лишает семью кормильца, предприятия ценного работника, общество в целом, например, талантливого певца и т. д. Дискуссионным среди исследователей является вопрос о том, включает ли в себя осознание общественной опасности деяния осознание его уголовной противоправности. Одни авторы отрицают такое осознание, аргументируя это тем, что незнание уголовного закона повлечет недопустимое освобождение лица, совершившего уголовно-противоправное деяние, от ответственности. Другие ученые утверждают, что осознание уголовной противоправности деяния является обязательным, поскольку требование такого осознания позволяет избежать объективного вменения. Третья группа исследователей занимает компромиссную позицию по этому вопросу, утверждая, что такое осознание необходимо в тех случаях, когда законодатель прямо указывает на незаконный характер совершаемых действий. На наш взгляд, при осознании общественной опасности деяния должно быть и осознание его противоправности, хотя степень такого осознания может быть различной. При посягательстве на такую абсолютную ценность, как жизнь человека должно быть осознание того, что она является объектом уголовно-правовой охраны, при посягательстве на собственность – осознание конкретного правоотношения по поводу принадлежности имущества, при уклонении от уплаты налогов – знание бланкетных норм, составляющих налоговое законодательство, и т. д. Это означает, что осознание уголовной противоправности деяния не тождественно знанию о его квалификации и наказуемости (установленному виду и размеру наказания за его совершение). Осознание уголовной противоправности характеризует осознание формализации сущностного свойства преступления (общественной опасности) в уголовном законе. Особенно актуальной является проблема осознания уголовной противоправности деяния в отношении иностранных граждан из арабских и африканских государств, совершивших преступления на территории России. В силу особенностей национального правосознания отдельные категории этих лиц не осознают общественной опасности совершенных ими деяний в силу незнания и непонимания социальной значимости некоторых уголовно-правовых запретов. Привлечение таких лиц к уголовной ответственности, по сути, является объективным вменением. Таким образом, осознание виновным общественной опасности деяния предполагает осознание им фактического характера совершаемого деяния, его социальной значимости, а также его уголовной противоправности. Следующим признаком интеллектуального момента прямого умысла является предвидение виновным возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий совершаемого им деяния. Предвидение последствий означает осознание виновным причиняющего характера совершаемого им деяния, т. е. прогнозирование того, что это деяние выступает в качестве причины преступных последствий. Если виновный осознает возможность наступления преступных последствий, то он прогнозирует, что деяние может выступить в качестве причины этих последствий. При таком осознании виновный предвидит эти последствия как реальные, однако допускает вмешательство в развитие причинной связи, вызванной деянием, привходящих обстоятельств, которые способны предотвратить предвиденные последствия или вызвать последствия, отличные от предвиденных. Осознание виновным неизбежности наступления преступных последствий означает наличие в его сознании прогноза об обязательном их наступлении. При этом виновный в своем прогнозе исключает вмешательство в развитие причинной связи между деянием и предполагаемыми преступными последствиями привходящих обстоятельств, способных предотвратить эти последствия или вызвать последствия, отличные от предвиденных. Однако в обоих случаях виновный осознает, что причиняющий характер деяния является закономерным, так как деянием запускаются реально существующие физические или социальные процессы, необходимые для наступления преступных последствий. Волевой момент прямого умысла предполагает желание наступления преступных последствий. Это означает активное состояние воли, ее направленность на достижение предвиденных преступных последствий. Интеллектуальный и волевой моменты умысла тесно взаимосвязаны^[12].

Осознание виновным общественной опасности своего деяния, характер предвидения им наступления общественно опасных последствий в результате совершения этого деяния предопределяют направленность воли на достижение этих последствий. В частности, в случае предвидения виновным неизбежности наступления общественно опасных последствий в результате совершения преступного деяния, можно говорить только о таком состоянии воли, которое характеризует желание наступления этих последствий, т. е. только о прямом умысле. Тесная взаимосвязь интеллектуального и волевого моментов умысла проявляется не только в том, что осознание виновным общественной опасности своего деяния, предвидение им наступления общественно опасных последствий в результате совершения этого деяния предопределяют направленность желания на достижение этих последствий. В свою очередь, волевой момент умысла является средством реализации интеллектуального момента, так как без активного состояния воли, направленной к достижению предвиденного результата, интеллектуальная деятельность не получает своего практического воплощения. В преступлении, совершенном с косвенным умыслом, по сравнению с преступлением, совершенным с прямым умыслом, отрицательное психическое отношение лица к своему преступному деянию является менее выраженным. Законодательное определение косвенного умысла, которое дано в ч. 3 ст. 25 УК РФ, означает, что к его интеллектуальному моменту относятся осознание виновным общественной опасности своего деяния, предвидение возможности наступления общественно опасных последствий, а к волевому моменту – нежелание, но сознательное допущение наступления этих последствий либо безразличное к ним отношение. Осознание виновным общественной опасности деяния при косвенном умысле так же, как и при прямом умысле, предполагает осознание им фактического характера совершаемого деяния, его социальной значимости, а также его уголовной противоправности. Сходным в обоих видах умысла является предвидение виновным возможности наступления преступных последствий. И в том, и в другом случае виновный предвидит эти последствия как реальные, допуская вмешательство в развитие причинной связи, вызванной деянием, привходящих обстоятельств, которые способны предотвратить предвиденные последствия или вызвать последствия, отличные от предвиденных. Разница в интеллектуальных моментах между двумя видами умысла существует лишь в том случае, когда лицо, совершая преступление с прямым умыслом, предвидит неизбежность наступления преступных последствий. Однако отдельные исследователи, несмотря на законодательное закрепление предвидения неизбежности наступления последствий только при прямом умысле (ч. 2 ст. 25 УК РФ), утверждают, что предвидение виновным неизбежности наступления общественно опасных последствий возможно и при совершении преступления с косвенным умыслом в случаях идеальной совокупности преступлений, когда, наряду с нужным преступнику результатом, неизбежно наступает ненужный ему результат. Например, при взрыве стратегически важного объекта неизбежно погибают находящиеся на нем люди. Подобную позицию исследователи объясняют тем, что взрыв объекта был целью преступника, поэтому в отношении этого последствия было желание его наступления. Гибель людей такой целью не была, поэтому она не является желанно. Следуя этой логике, получается, что большая часть умышленных преступлений совершается с косвенным умыслом, так как целью преступника являются не те последствия, которые охватываются составом преступления, а иные последствия. Например, убийство с целью облегчить другое преступление (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ) совершается с косвенным умыслом, так как желаемым является последнее преступление, а не смерть человека. Получается, что и кража (ст. 158 УК РФ) совершается с косвенным умыслом, так как желаемым является не причинение ущерба собственнику или иному владельцу имущества, а обращение имущества в свою пользу. Указанная логика позволяет отнести к преступлениям, совершаемым с прямым умыслом, только те преступления, которые являются самоцелью, например, убийство по мотиву кровной мести (п. «е.1» ч. 2 ст. 105 УК РФ). В этом случае желаемой будет только смерть потерпевшего и никакой другой результат. По этому поводу заметим, что в критикуемой позиции цель преступления отождествлена с тем, что хочет преступник получить, совершая преступления. Однако это не так^[13].

Цель преступления – это мысленно представляемый результат совершенного преступления, включающий в том числе и его последствия. В связи с этим желание как активное состояние воли, направленное на достижение цели преступления, включает в себя стремление достигнуть не только то, что хочет преступник, но и то, что необходимо для этого либо неизбежно сопряжено с ним. Это означает, что последствия, к которым стремится виновный (желаемые для виновного), могут быть конечной целью преступления (например, убийство по мотиву кровной мести), промежуточной целью, достижение которой является средством к достижению основной цели (например, убийство с целью облегчить совершение другого преступления), а также побочным неизбежным последствием, наряду с тем последствием, которое необходимо преступнику. Например, неизбежным последствием кражи, совершенной с проникновением в жилище, предусмотренной п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, является нарушение неприкосновенности жилища. В тех случаях, когда прямой и косвенный умыслы включают в себя предвидение виновным возможности наступления преступных последствий, отличие между ними устанавливается, исходя из волевого момента, который характеризуется при косвенном умысле тем, что виновный не желает наступления этих последствий. Нежелание преступных последствий виновным означает, что воля виновного не направлена на достижение тех последствий, которые являются результатом совершаемого им преступления. Воля виновного направлена на достижение иных последствий (преступных или непреступных) и в то же время не направлена на то, чтобы последствия, являющиеся признаком состава преступления, не наступили.

Законодатель конкретизирует нежелание наступления последствий указанием на то, что виновный допускает их наступление или относится к ним безразлично. В научной литературе предпринимаются попытки вложить в используемые законодателем термины «допускает» и «относится безразлично» различное содержание.^[14]

Например, исследователи утверждают, что допущение виновным наступления преступных последствий при косвенном умысле означает активное эмоциональное переживание по поводу его незаинтересованности в этих возможных последствиях. Безразличное отношение виновного к преступным последствиям при косвенном умысле, напротив, по их мнению, означает, что у него нет активных эмоциональных переживаний по поводу возможного их наступления.

На наш взгляд, такое разъяснение относится к эмоциональной, а не волевой сфере деятельности виновного лица. Полагаем, что законодатель в данном случае разными терминами выразил одинаковое состояние воли лица по отношению к преступным последствиям.

Таким образом, улучшению законодательной формулировки косвенного умысла способствовало бы исключение из ч. 3 ст. 25 УК РФ излишних словосочетаний, характеризующих его волевой момент, например, «относилось к ним безразлично».

2.2 Неосторожность и ее виды

Преступления по неосторожности представляют собой колоссальную проблему, поскольку производственный и бытовой травматизм, а также смертность в результате неосторожных действий превышает суммарное количество умышленных преступлений, которые причиняют вред личности. Неосторожное преступление, как указывает Уголовный Кодекс Российской Федерации – деяние, совершенное по небрежности или легкомыслию, запрещенное под угрозой наказания1На первый взгляд, суть неосторожных преступлений обманчива, так как неосторожность связана с возможностью и необходимостью человека действовать в установленной ситуации определенным образом.

Неосторожная преступность – это негативное явление, которое выражено в общности неосторожных преступлений, совершенных под воздействием тех обстоятельств, которые возникают в той или иной ситуации, а также особенностей личности преступника. Разберем отдельно понятия и причины, преступлений которые совершены по легкомыслию, либо небрежности: Преступное легкомыслие в уголовном праве Российской Федерации характеризуют так, что преступник предвидит наступление общественно-опасных последствий своего действия либо бездействия, но легкомысленно рассчитывает на их предотвращение. Лицо, которое совершает преступление рассчитывает избежать последствий, надеясь на какие-либо определенные факторы, предотвращающие последствия. Расчет должен быть основан на реальных обстоятельствах, которые могут быть связаны с профессиональными качествами, навыка ми и умениями конкретного лица, особенностями используемых им технических средств, приспособлений, конкретной специфике профессии и т. д. Данная особенность волевого содержания легкомыслия обусловлена переоценкой своих сил и обстоятельств, на которое полагается лицо в момент совершения преступного деяния.

В пример можно привести водителя, который опираясь на свой многолетний опыт, значительно превышает скоростной режим в темное время суток. Он предполагает возможность наступления негативных последствий в целом, но легкомысленно рассчитывает на их предотвращение, полагая, что ситуация, в любом случае, останется под контролем. В результате водитель не замечает пешеходный переход и сбивает человека насмерть. Соответственно, правонарушитель будет привлекаться к уголовной ответственности по ст. 264 ч. 3 УК, поскольку он допустил нарушение правил дорожного движения, что впоследствии повлекло по неосторожности смерть человека. Итак, легкомыслие присутствует только тогда, когда субъект рассчитывает на предотвращение последствий уже в момент совершения преступного деяния, ссылаясь на определенные обстоятельства в определенной ситуации. Рассмотрим форму вины такую как небрежность. Особенностью преступлений совершенных по небрежности является то, что лицо, причинившее общественно опасные последствия или не предотвратившее их, при совершении своего деяния не предвидело эти последствия. При небрежности действия либо бездействия лица не направлены на причинение какого – либо вреда охраняемым уголовным законом интересам и ценностям. Преступник нередко осознает фактическую сторону совершаемых действий, например то, что нарушает правила предосторожности, но при этом не осознает, что эти действия либо бездействие могут вызвать факт преступления. Это может быть вызвано усталостью, невнимательностью, а также недисциплинированностью. Все же, лицо должно было их предвидеть и к тому же могло предвидеть и, соответственно, не допустить наступления каких – либо последствий, но не сделало этого, из-за чего общественно опасные последствия наступили, то имеются основания утверждать о совершении преступления по небрежности, а не об отсутствии вины, о невиновном причинении вреда. В качестве примера преступной небрежности можно привести различного рода врачебные ошибки: так, например, участились случаи, когда вместо физраствора пациентам вводился формалин, что приводило к летальному исходу. Последний случай такого рода произошел в г. Ульяновске 15 марта 2018 г., где во время плановой операции 28летней женщине ввели в брюшную полость формалин, в результате чего наступила смерть пациентки.

Очевидно, что данная ситуация свидетельствует о преступной небрежности, проявляющейся в невнимательности и недисциплинированности медицинского персонала.

Преступная небрежность нередко считается в теории уголовного законодательства менее опасной формой вины, чем преступное легкомыслие. Неосторожная преступность представляет собой крайне сложное, смешанное, латентное общественно опасное явление. Для признания преступления совершенным по небрежности нужно наличие двух критериев одновременно – объективного и субъективного. Первый заключается в обязанности виновного лица предугадать общественно опасные последствия своих действий либо бездействий. Такая обязанность рассчитана на неопределенный круг лиц и не обязательно учитывать индивидуальные свойства и частные особенности конкретной ситуации. Субъективный критерий толкуется в наличии у виновного лица возможности предвидеть либо предугадать наступление общественно опасных последствий своего деяния. Наличие двух критериев небрежности – это отсутствия в поведении лица необходимой внимательности и предусмотрительности. Некоторое время в психологии существовало некое представление, согласно которому поступки человека, непосредственно связаны с воздействием на него стимулов, исходящих из окружающего мира – это упрощенное понимание вопроса. В реальности воздействие внешнего мира на человека носит намного более сложный характер. Первым в психологии это указал Д. Н. Узнадзе. Он предложил пользоваться понятием иногда осознаваемой, иногда полуосозноваемой, а иногда и вовсе неосознаваемой «установки». Неосторожные преступления можно систематизировать по различным основаниям. Так, в зависимости от субъекта, совершающего неосторожные преступления, можно выделить:

1. «Случайные» неосторожные преступления. Такие преступления могут быть совершены абсолютно любым лицом в результате доступности для необходимых составляющих криминогенной ситуации (доступность опасных технологий и энергий, например электроэнергии, создают условия для совершения неосторожного правонарушения любым ее пользователем).

2. «Профессиональные» неосторожные преступления. В некоторых случаях возможна деятельность, связанная с профессиональной принадлежностью лиц. Так, например, совершение неосторожного преступления врачом, лицом, несущим боевую службу с оружием, гораздо более вероятно, чем обычным гражданином, не вовлеченным в опасные сферы деятельности.