Файл: Защита права собственности (Характеристика права собственности).pdf

Стабильность оборота недвижимости гарантируется положениями действующего закона относительно того, что до регистрации перехода права отношения продавцов и покупателей с третьими лицами не видоизменяются (п. 2 ст. 551 ГК РФ).

Заявительная направленность государственной регистрации как правоприменительной операции ни в коем случае не противоречит императивному характеру государственной регистрации как материальной нормы гражданского права. В различии же от нотариальной формы договора, стороны не имеют права собственным соглашением утвердить государственную регистрацию, равно так же, как и отменить ее. В тех условиях, когда договор относится к обязательной государственной регистрации, то его необходимо считать заключенным с момента регистрации, а когда договор не подлежит обязательной регистрации, то с момента достижения обоюдного соглашения по всем вещественным условиям в форме, которая установлена действующим законодательством либо настоящим договором (ст. 432, 433, 434 ГК РФ). Таким образом, договор купли - продажи жилищного помещения является заключенным с момента государственной регистрации сделки (п. 2 ст. 558 ГК РФ). В согласии с п. 1 ст. 20 с учетом п. 1 ст. 2 Настоящего закона в регистрации прав и сделок, которые не подлежат обязательной регистрации в согласии с настоящим законом, должно быть отказано. Допустим, отказывается в соответствующей регистрации договоров найма жилищного помещения, так как они являются заключенными, а основанные на них обязательственные права являются непосредственно появившимися без акта данной регистрации.

В согласии с правовыми нормам ГК РФ об обязательности государственной регистрации прав и сделок действующее законодательство о государственной регистрации детализирует обстоятельства потребности регистрации. Соответственно закону к данной регистрации относятся права:

а) на недвижимое имущество, документы устанавливающие законное право, на которое оформлены после 31 января 1998 г. (п. 2 ст. 4);

б) ранее появившиеся права перед регистрацией сделки либо другого ограничения (обременения) права (п. 2 ст. 6 и п. 2 ст. 13).

Второй случай непосредственно касается темы относительно права собственности жилищных помещений. Когда законное право на недвижимость появилось без акта соответствующей регистрации, то собственник имеет полное право пользоваться и быть владельцем недвижимости. Допустим, лицо, которое прямо унаследовало жилищное помещение либо загородный дом, имеет полное право проживать в них, не оформляя при этом необходимого свидетельства о законном праве на наследство и не регистрируя собственных прав в организации юстиции (конечно, в таком случае он утрачивает доказательства существования собственного права). В то же время он в частности должен нести сопутствующие затраты, которые связаны с осуществлением данного права собственности, выплачивать коммунальные платежи и налоги, реконструировать жилищное помещение. Однако, если он в качестве собственника захочет распорядиться недвижимым имуществом (перепродать, обменять, подарить и пр.), его право в беспрекословном порядке должно быть зарегистрировано в Едином государственном реестре.^[26]

На данный момент энергично процветает криминальная область деятельности. Применяя, в первую очередь, правовую неосведомленность людей относительно режима оформления какой-либо имущественной сделки, используя разные методы мошенничества, с гражданами подписывают договора на весьма проигрышных для них условиях. Зачастую с посредством мошенничества они утрачивают собственное имущество. Когда жилищное помещение покидает законное владение, владельцы обращаются к юридической защите

ГЛАВА 3. АНАЛИЗ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ ПО ВОПРОСУ ЗАЩИТЫ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ

До приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания. Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является (ст. 234 ГК РФ).

Решением Железнодорожного районного суда г. Самары от 24.05.2011 требования Г. о признании права собственности на земельный участок площадью 600 кв. м по адресу: г. Самара, Красноглинский район, 41 км, участок без номера для индивидуального жилищного строительства удовлетворены в полном объеме.^[27]

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Президиум Самарского областного суда решение отменил, указав следующее.

Г. обратилась в суд с иском к администрации г. Самары в лице департамента строительства и архитектуры о признании права собственности на земельный участок, указав, что она проходит службу в органах внутренних дел с 25.05.1987, ее выслуга на 28.12.2012 составляет более 20 лет, в связи с чем она имеет право на безвозмездное предоставление земельного участка площадью 0,06 га.

28.11.2012 она обратилась в департамент строительства и архитектуры г. Самары с заявлением о выделении ей земельного участка по адресу: г. Самара, Набережная реки Самары, земельный участок N 189, однако ответа на заявление получено не было. Ссылаясь на указанные обстоятельства, Г. просила признать за ней право собственности на вышеназванный земельный участок.

Из материалов дела видно, что первоначально истица обратилась к главе города Самары 29.11.2012 с заявлением о предоставлении ей земельного участка по адресу: г. Самара, Набережная реки Самары, участок N 189 в Железнодорожном районе. На заявлении стоит штамп департамента строительства и архитектуры г. Самары. 21.03.2013 обратилась в суд с иском о признании за ней права собственности на указанный земельный участок.^[28]

Однако 25.04.2013 представитель Г. заявила ходатайство об изменении исковых требований, просила признать за истицей право собственности на земельный участок по адресу: г. Самара, Красноглинский район, 41 км, участок без номера. При этом суду было представлено заявление Г. о предоставлении ей этого земельного участка со штампом департамента строительства и архитектуры г. Самары от 15.12.2013, входящий номер отсутствует.

При таких обстоятельствах суду следовало проверить достоверность этого доказательства.

Суд пришел к выводу о том, что по данному делу подлежит применению ст. 56 Положения о службе в органах внутренних дел РФ.

В соответствии со ст. 31 ЗК РФ принятию решения по заявлению заинтересованного лица о предоставлении земельного участка для индивидуального жилищного строительства предшествует принятие решения о предварительном согласовании места размещения объекта, утверждающее акт о выборе земельного участка в соответствии с одним из вариантов выбора земельного участка.

Как следует из материалов дела, суд не располагал таким решением в отношении спорного земельного участка.

Принятый судом план установления границ земельного участка без номера на 41 км Красноглинского района г. Самары, изготовленный ООО ПО "КадастрГеоСервис", комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Самары не утвержден.

Изложенное свидетельствует о том, что в установленном порядке границы земельного участка не определены, фактически он не сформирован, в связи с чем не может выступать в силу п. 2 ст. 6 ЗК РФ объектом земельных отношений.

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со ст. 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (ст. 234 ГК РФ).^[29]

В сфере же права собственности на жилые помещения юридическая картина вещей выглядит с точностью до наоборот. Во-первых, ни нормы жилищного, ни нормы гражданского законодательства до настоящего времени не устанавливают каких-либо правовых барьеров (в виде той же самой социальной нормы) по вселению (регистрации) собственником жилья новых членов своей семьи. Собственнику при решении этого вопроса предоставляется практически полная свобода. Во-вторых, и это более принципиально, нормы гражданского законодательства точно так же не предусматривают и никогда не предусматривали минимального размера долей в праве собственности, которые могут принадлежать сособственникам жилья. На практике же это привело к тому, что лица в силу самых различных юридических оснований (купля-продажа, дарение, так называемое расщепление долей) стали приобретать крайне незначительные (мизерные, «микронные») доли в праве собственности на жилые помещения.

А затем такие лица предъявляли к «доминирующему» собственнику требование о фактическом вселении в жилое помещение и полноценном проживании в нем, ссылаясь на свое законное право собственности. Именно с такой ситуацией и столкнулся в свое время ВС РФ.

В рассматриваемом им деле обладатель 1 /40 доли в праве собственности на однокомнатную квартиру требовал фактического вселения в нее, против чего, естественно, категорически возражал другой сособственник. Для того чтобы увидеть это дело во всей его полноте, а также проследить мотивировку, которой руководствовался суд при разрешении этого дела по существу, необходимо обратиться к конкретному судебному прецеденту. Суть рассматриваемого спора сводилась к следующему. К. обратилась с иском к Ш. о вселении, оязывании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, передать дубликат ключа от жилого помещения. В обоснование иска К. указала, что является собственником 1 /40 доли в общей собственности на однокомнатную квартиру общей площадью 37,4 м². Собственниками остальных долей в праве собственности на указанную квартиру являются: ее сын С., а также М., Б. и ответчик Ш. На момент обращения в суд с иском в спорной квартире никто не проживал, Ш. врезала новый замок во входную дверь, ключей от которого истец не имеет, ответчик создает препятствия в пользовании квартирой, отказалась передать дубликат ключа от замка входной двери.

02.10.2012, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 29.01.2013, иск К. удовлетворен. В кассационной жалобе Ш. просила об отмене вынесенных судебных постановлений. Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ 03.12.2013 жалобу удовлетворила, поскольку имелись предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений. Как установлено судом, К. с 29.02.2012 является собственником 1 /40 доли в праве общей долевой собственности на спорную однокомнатную квартиру. Собственниками остальных долей в праве собственности на данную квартиру являются: сын истца – С. (1 /40 доли), М. (¼ доли), Б. (4 /20 доли) и ответчик Ш. (1 /2 доли). Ш. постоянно зарегистрирована в спорной квартире с 18.04.2006, К. зарегистрирована в квартире после приобретения ею доли в праве общей долевой собственности – с 27.03.2012.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные исковые требования К. к Ш., суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 30 ЖК РФ, пришел к выводу о том, что К., являясь одним из сособственников жилого помещения, обладает правом владения, пользования и распоряжения жилым помещением наряду с остальными его сособственниками. При этом суд исходил из того, что К. не проживает в спорном жилом помещении ввиду препятствий, чинимых ей ответчиком Ш. С данными выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ признала, что выводы суда сделаны с нарушением норм материального права. ЖК РФ установлено, что объектами жилищных прав являются жилые помещения. Жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства)^[30].

В соответствии с п. 1, 2 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия – в порядке, установленном судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доли, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Интеллектуальная собственность представляет собой не только один из наиболее значимых правовых институтов, но и является достаточно острой проблемой современного общественного развития в связи с высоким уровнем незаконного использования охраняемых правом результатов интеллектуальной деятельности и других нарушений прав интеллектуальной собственности^[31]

Согласно ст. 2 ГПК РФ, основными задачами гражданского судопроизводства является правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, а также формированию уважительного отношения к закону и суду Достижение оптимальности судебной защиты, выражающейся в вынесении законных и обоснованных актов органов правосудия, во многом зависит от эффективности такого процессуального института, как судебное доказывание, сложность регулирования которого обусловлена его комплексным и межотраслевым характером. Доказывание в гражданском судопроизводстве представляет собой урегулированную процессуальным законом деятельность суда и других участников гражданского дела, направленную на установление обстоятельств конкретного дела, правоотношений его участников, вынесение законного и обоснованного решения по нему.

Нормы ГПК РФ, посвященные доказыванию и доказательству, обычно, несовершенны, так законодатель, включив в ст. 67 «Оценка доказательств» требования, предъявляемые к изучению письменных доказательств, путает исследование доказательств и их оценку. Согласно ч. 5 ст. 67 ГПК РФ, при оценке документов и иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, под19 писаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств. При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом при копировании, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли процесс копирования тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.