Файл: Теоретические аспекты конституционных принципов оперативно-розыскной деятельности.pdf

Инициаторы непрекращающихся поисков идеальной модели правового регулирования деятельности специальных органов исходят из ошибочного представления о ней как о разновидности правовой деятельности и чуть ли не как о правоприменительной подотрасли. Тогда как ОРД, по своему содержанию является разновидностью противопреступной деятельности, связанной с угрозой наступления пагубных последствий для субъектов-участников.

Современная реальность в области воздействия на преступность настоятельно диктует признать в течение многих десятилетий сложившую негласную сферу защиты человека и общества от преступных посягательств в качестве не только единого и самостоятельного вида социально полезной юридической деятельности, но и подлежащей правовому регулированию по общим правилам.

Эта деятельность называется оперативно-розыскной, в которой возникают специфические оперативно-розыскные правоотношения и которая фрагментально представлена в комплексе некоторых видов как государственной, так и иной юридической деятельности (контрразведывательной, уголовно-процессуальной, уголовно-исполнительной, административной и частной детективной деятельности), требующая изучения с единых правовых позиций. ^[81]1.

Необходимость усовершенствования ведения ОРД обусловлено рядом объективных и субъективных факторов. Так, несмотря на то, что у оперативных подразделений имеется информация, позволяющая раскрыть преступление, существует реальная возможность исчезновения доказательной базы, ее использование в уголовно-процессуальной деятельности вызывает в ряде случаев проблемы.^[82]2.

Способы совершения преступлений показывает, что наиболее тяжкие из них, а также совершаемые в группах, готовятся и совершаются тайно, преступники тщательно выбирают средства маскировки своего преступного поведения. В последние годы отмечаются факты глубокой конспирации преступных групп, применения ими современных технических средств для совершения преступлений и ведения контрнаблюдения за работниками органов внутренних дел, а также использования иных элементов активного криминального противодействия, в т.ч. коррумпированных представителей органов власти и управления.

Это подтверждает верность выбора негласных мер борьбы с преступностью в прошлом и обусловливает необходимость их использования в настоящее время, однако настоятельно требует разработки и реализации на практике современных теоретических моделей борьбы с преступностью в ее новейших проявлениях, использование необходимых научно-технических возможностей.^[83]1.

Только грамотное ведение работы оперативных подразделений органов внутренних дел даст предпринять разнообразные меры по обеспечению бесперебойного и эффективного функционирования структурных подразделений, направить их на совершенствование стратегии и тактики оперативно-розыскной работы, накопление профессионального опыта, обеспечение четкого взаимодействия, устранение недостатков в деятельности оперативных подразделений и следственных аппаратов.^[84]2.

3.2. Рекомендации по минимизации обозначенных проблем оперативно-розыскной деятельности

При рассмотрении аспекта специализации теории оперативно-розыскной деятельности в качестве самостоятельного юридического института, целесообразно отметить, что только диалог, корректная дискуссия и конструктивные обоснованные предложения и идеи смогут обогатить не только теорию ОРД, но и послужить развитию оперативно-розыскного права и практики, отвечающим требованиям Конституции Российской Федерации. Именно из положений Основного закона должны быть выведены идеи и предложения, развивающие эту деятельность, априори основанную на Конституции Российской Федерации, служащую защите основ конституционного строя и основ правового статуса личности в Российской Федерации.

Проведение научных и научно-практических мероприятий и участие в них представителей различных научных специальностей, лиц, реализующих различные правовые функции разных сфер деятельности, позволит более разносторонне и детально осветить проблемы ОРД с позиций положений российской Конституции.^[85]1..

Если говорить об оперативном внедрении, то в случаях по отношению к лицам, выполняющим негласную функцию, было бы справедливо вести речь о декриминализации их деяния, об обстоятельствах, исключающих их преступность и наказуемость. Однако нормы уголовного закона, определяющие такие обстоятельства, применимы далеко не всегда. Так, участие в преступлении под давлением внешних обстоятельств не исключает физического или психического принуждения. Однако признание данных обстоятельств в соответствии со статьей 40 "Физическое или психическое принуждение" УК Российской Федерации исключающими преступность деяния правомерно только по правилам непреодолимой силы либо крайней необходимости.^[86]2. Если вследствие принуждения лицо не могло руководить своими действиями, то оно действовало под влиянием непреодолимой силы, в случае же сохранения возможности руководить своими действиями вопрос об уголовной ответственности решается по правилам крайней необходимости.

Учитывая принцип субъективного вменения, правовая оценка действий участников ОРМ и разрабатываемых ими лиц не может быть одинаковой. Положительная мотивация и преследование общественно полезных целей, как представляется, если не исключает субъективную сторону преступления, то, как минимум, должна учитываться в роли обстоятельства, смягчающего ответственность.

Поскольку ограничение прав всегда конкретно и касается определенных лиц, само состояние и динамика преступности не может служить ни обоснованием допустимости, ни оправданием ограничения конституционных прав личности.^[87]1.

Поэтому применение в деятельности правоохранительных органов оперативно-розыскных средств и методов должно осуществляться лишь в силу обоснованной необходимости не в абстрактном, а в конкретном ее значении, в строгом соответствии с правовыми предписаниями - неукоснительном соблюдении законности. При этом, поскольку в любом демократическом правовом государстве первостепенное место занимает Конституция РФ, которая закрепляет базовый конституционный строй, правовой статус личности, ориентирующая и обеспечивающая успешное развитие личности, общества и государства, общественную, экономическую, государственную безопасность, безопасность личности - оценка конституционной законности оперативно-розыскной деятельности должна осуществляться не только путем формального сопоставления правоприменительных действий на предмет их соответствия отдельным правовым нормам, но и оценки самих юридических норм в системе правового регулирования и исходя из взаимосвязанных положений Конституции РФ. В противном случае неизбежна полярность суждений относительно одних и тех же действий и регламентирующих их положений закона как соответствующих или не соответствующих Конституции РФ.^[88]2.

Принимая во внимание решения Конституционного Суда относительно ведения в ходе проведения ОРМ негласной видео- или аудиозаписи, следует учитывать, что отечественная практика применения негласной аудиозаписи при проведении ОРМ получила негативную оценку Европейского Суда в деле «Быков против России». В своем решении по этому делу ЕСПЧ заключил, что в российском праве не существует правовой базы, регулирующей запись частных разговоров посредством радиопередающего устройства. По мнению Суда, решение властей о перехвате разговора не ограничивалось никакими условиями и использование данной технологии в качестве части оперативного эксперимента не сопровождалось соответствующими гарантиями против возможных злоупотреблений. В итоге был сделан вывод о нарушении прав заявителя российскими правоохранительными органами.

Для решения проблемы проведения негласной видео- или аудиозаписи, законодателю следовало бы предусмотреть возможность принудительного получения образцов для сравнительного исследования в случае отказа подозреваемого, обвиняемого от их предоставления. В условиях же существующего правового регулирования затронутого вопроса можно порекомендовать правоприменителям руководствоваться п. 3 ч. 1 ст. 6 Закона об ОРД, разрешающим проведение сбора образцов для сравнительного исследования в качестве самостоятельного ОРМ.^[89]1.

Сегодня негативное влияние на развитие УИС оказывают имеющиеся недостатки в нормативно-правовой регламентации применения технических средств в ОРД, в частности, отсутствие специального ведомственного нормативного правового акта, регламентирующего применение технических средств при осуществлении ОРД в учреждениях УИС.^[90]2.

Несмотря на то, что правовое регулирование ОРД осуществляется на законодательном уровне, в уголовно-процессуальной практике к ее результатам по-прежнему сохраняется настороженное отношение как к информации недостоверной, которая получена с нарушениями прав человека Складывающаяся ситуация усугубляется тем, что не все работники оперативно-розыскных аппаратов обладают соответствующими навыками и знаниями методических рекомендаций, нужных для эффективного применения технических средств в ОРД

Выводы по главе 3:

ОРД зачастую является предметом критики, так как идет в разрезе с действующей Конституцией РФ. Соблюдение конституционных принципов лежит в основе ОРД. Необходимое научное осмысление ведения ОРД и соответствующие изменения и поправки в нормы ФЗ «об ОРД» должны быть с максимальной приближенностью к конституционным принципам РФ.

Заключение

ОРД благодаря специфическими методами добычи информационно-доказательной базы, в основном - путем применения негласного принципа всегда являлась предметом множественных споров. ОРМ связанны с лишением свободы гражданина, данной ему Конституцией РФ. Применение содействия с частными лицами (на конфиденциальных условиях), так же не могут остаться без внимания представителей различных сфер деятельности (Например: юристы, политические деятели, обычные граждане). Этот феномен можно объяснить тем, что все скрытое от посторонних глаз всегда подогревает интерес и несет в себе соблазн для злоупотребления.

ОРД всегда была продуктивным и нужным средством по борьбе с криминальностью, она необходима для обеспечения безопасности граждан, народа и страны в целом.

Урегулирование общепринятых взаимоотношений в области ОРД, стремительности изменений в сфере ОРД, поправки, необходимые Федеральному Закону «об ОРД», атак же иные нормативно-правовые акты, подразумевают переосмысление данной области и трактование норм ФЗ «об ОРД» втесном контакте с нормами и принципами Конституции РФ, а так же с нормами других законодательных актов, контролирующих и регулирующих правоотношения в области защиты граждан, общества и государства от криминального мира.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Описание нормативно-правовых актов органов законодательной и исполнительной власти

1. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) под ред. А.В. Бриллиантова. // СПС «Консультант плюс». – 2010 г.
2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) Отв. ред. А.И. Рарог. // СПС «Консультант плюс». – 2011 г.
3. Конституция Российской Федерации принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года // СПС «Консультант плюс».
4. Об оперативно-розыскной деятельности: Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ (с изменениями от 21 декабря 2013 г.) // СЗ РФ. - 1995. - № 33. - Ст. 3349.
5. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 1998 года № 2-П "По делу о проверке конституционности положений частей первой и третьей статьи 8 Федерального закона от 15 августа 1996 года "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" в связи с жалобой гражданина А.Я. Аванова": "Собрание законодательства Российской Федерации", 26.01.1998, № 4, статья 531; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 февраля 2000 года № 3-П "По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 5 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Б.А. Кехмана": "Собрание законодательства Российской Федерации", 28.02.2000, № 9, статья 1066; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2010 г. № 14-П "По делу о проверке конституционности подпункта "а" пункта 1 и подпункта "а" пункта 8 статьи 29 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина А.М. Малицкого": "Собрание законодательства Российской Федерации", 05.07.2010, № 27, статья 3552.
6. Постановления Европейского Суда от 11 октября 2007 г. по делу "Насруллоев против Российской Федерации" (Nasrulloyev v. Russia), жалоба № 656/06, § 66; по делу "Худоеров против Российской Федерации" (Khudoyorov v. Russia), жалоба № 6847/02, § 125, ECHR 2005-X; по делу "Йечюс против Литвы" (Jecius v. Lithuania), жалоба № 34578/97, § 56; ECHR 2000-IX; по делу "Барановский против Польши" (Baranowski v. Poland), жалоба № 28358/95, § 50 - 52, ECHR 2000-III; от 12 февраля 2009 года по делу "Нолан и К. (Nolan and K.) против Российской Федерации", жалоба № 2512/04, § 98.
7. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: ФЗ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ //СПС «Консультант плюс».