Файл: История становления и развития уголовного сыска и оперативно-розыскной деятельности в правоохранительных органах России.pdf

В конце XVII в. дополнительно к ранее указанным субъектам общеуголовного розыска вводится новая категория должностных лиц — обыщики (сыщики). Это были особые княжеские «порученцы», высылаемые центральной властью в города и вотчины для розыска и преследования преступников и беглых холопов. Должность сыщика возникла на постоянной основе, когда его задачи, права и обязанности были регламентированы несколькими законодательными актами центральной власти. Самым полным из таких актов был царский «Сыщиков наказ» от 2 марта 1683 г.^[10] Наказ наделял сыщиков широкими полномочиями и определенной свободой действия на местах. Они подбирались, как правило, из дворянского сословия. К месту «поручения» сыщик выезжал с приданными ему дьяком и подьячими. А в соответствии с выдаваемой ему «послушной грамотой» воевода обязывался выделить сыщику местных стрельцов, палача и других служивых людей. Таким образом комплектовалось целое розыскное формирование, которое называлось «приказом сыскных дел».

1.2. Развитие уголовного сыска в Российской империи

C середины XVII в. начинается отсчет второго периода разыскной работы на Руси, который связан с переходом к абсолютизму и обусловлен крупнейшими изменениями в государственном управлении России. Если вторая половина XVII в. знаменуется преимущественно отмиранием сословно-представительных органов, то первая четверть XVIII в. — строительством новой системы государственных органов. Существенный признак этого изменения в составе и структуре государственного аппарата — замена приказов коллегиями, Боярской думы — Сенатом, подчинение церкви государству (Синод), создание регулярной армии и полиции. В этот период в России впервые была создана регулярная полиция — специальный аппарат, отделенный от общеадминистративных органов государственного управления. Задачи полицейских органов были весьма многочисленны, но главными из них стали обеспечение безопасности и борьба с преступностью. Было издано свыше трех тысяч законов. В их числе основными правовыми документами, в которых устанавливались формы сыска, являлись: некоторые неотмененные нормы Соборного уложения 1649 г., Краткое изображение процессов или судебных тяжб 1715 г., Сенатский указ «Об определении главных сыщиков для сыску и искоренения воров и разбойников и беглых людей»[11] с приложением «Инструкции определенному для сыска и искоренения воров и разбойников главному сыщику», Указ «О беспрепятственном розыске сыщиками воров, разбойников и их сообщников по всем губерниям» от 12 октября 1711 г.[12] и др.

---

В результате полицейской реформы, проведенной Петром I, произошло становление регулярной полиции, были определены ее основные задачи и функции. Общая полиция была организационно отделена от органов политического сыска. Однако, несмотря на преобразования, полиция еще не в достаточной степени обеспечивала организацию правоохранительных функций в государстве. Существовавшие для этих целей административные органы — Розыскной и Сыскной приказы, явно не справлялись со своими функциями. По всей вероятности, именно в связи с этим в 1763 г. при Московской губернской канцелярии была учреждена Особая экспедиция для розысков по делам воров и разбойников, которая затем была переименована в Розыскную экспедицию. Розыскной и Сыскной приказы упразднялись, а предмет их ведения передавался во вновь созданную экспедицию.

В этот период наиболее отчетливо проявляются организационные начала розыскной работы. Розыск мог осуществляться либо чинами экспедиции, либо другими правительственными и частными учреждениями — по требованию экспедиции. В первом случае чину экспедиции с ведома полицейской канцелярии давалась особая инструкция, уполномочивавшая его отправиться с несколькими солдатами на розыски лица. Если же экспедиция считала более удобным поручить розыск обвиняемого какому-либо другому государственному учреждению, то ему посылалась «промемория» (памятная записка) или указ с требованием осуществления сыска разыскиваемого лица.
С подобными требованиями чаще всего экспедиция обращалась в полицейские канцелярии обер-полицмейстеров, полицмейстеров и градоначальников, которые после упразднения экспедиции и до организации Сыскной полиции выполняли оперативно-розыскные функции.

Характерной чертой организации розыскной деятельности того периода являлся ее военизированный характер. На службу в полицию, как правило, переводились армейские офицеры. Низшие полицейские чины комплектовались из унтер-офицеров и солдат старших возрастов, исполнявших рекрутскую повинность, но уже по возрасту и состоянию здоровья непригодных к службе в полевых войсках. В помощь полиции для проведения масштабных розыскных мероприятий (например, для поимки банд и воровских шаек, состоящих из беглых солдат и крестьян) нередко направлялись воинские команды. Учитывая сравнительную малочисленность полиции, к несению службы по охране общественного порядка привлекалось в порядке повинности местное население по одному человеку с каждых десяти дворов («десятские») и в качестве старшего над ними — один человек с каждых ста дворов («сотский»). В городах этих привлеченных к несению охранной службы из местного населения людей в некоторых документах XVIII в. именовали квартальными поручиками.

---

По мере совершенствования уголовно-правовых отношений^[13] институт специальных сыщиков, введенный в городах еще в конце XVII в., был упразднен Екатериной II. Ее указом было определено «вместо бывших сыщиков сделать в губерниях и провинциях благопристойнейшее учреждение, как бы воров и разбойников искоренять»^[14], т. е. сыскные функции были возложены на местные органы управления, в частности на уездную полицию (нижний земский суд), а в уездных городах – на городничих. В последующие годы (до первого десятилетия XX в.) основным инструментом борьбы с уголовной преступностью на местах оставалась общая полиция, хотя в отдельные периоды времени должности сыщиков вводились вновь.

Знаменательным событием в реформе государственного механизма, сыгравшим в последующем определенную роль в организации службы уголовного сыска в начале XIX в., стало учреждение министерств, возглавляемых министрами^[15]. Одним из первых было учреждено Министерство полиции. В силу важности возлагавшихся на Министерство функций для него первого было разработано и одновременно с «Общим учреждением министерств» опубликовано «Учреждение и наказ министру полиции», ставшее нормативной основой его организации и деятельности. Необходимо учитывать, что полицейская служба в России в тот период представляла собой сложную организацию без единой и четкой законодательной регламентации. Входящие в ее состав различные подразделения были образованы в разное время под влиянием потребностей конкретного исторического периода^[16].

В 1863 г. предпринимается попытка организовать уголовную полицию с возложением на нее оперативно-розыскных функций, которая была реализована только в декабре 1866 г., когда в Санкт-Петербурге впервые в России была учреждена сыскная полиция^[17]. В связи с ограниченным составом чинов сыскной полиции они не были прикреплены к конкретному району или участку, где могли бы осуществлять работу во взаимодействии с чинами наружной полиции. Весь личный состав был сосредоточен в центральном Управлении. Это приводило к формальной, чисто канцелярской работе сотрудников сыскной полиции, заключавшейся в обязанности составлять розыскные статьи для приложения к приказам и записи разыскиваемых вещей и лиц в справочные книги. Такое положение в значительной степени было обусловлено отсутствием общегосударственной системы уголовно-сыскных аппаратов. Ответом на неудовлетворительное состояние уголовного сыска стало издание 6 июля 1908 г. Закона «Об организации сыскной части»^[18]. В основу организации был положен опыт работы сыскных отделений Санкт-Петербурга и Москвы. В соответствии с законом на сыскные отделения возлагались все права и обязанности общей полиции в области производства дознаний по общеуголовным преступлениям. Новые сыскные отделения, как и существовавшие ранее функционировали по децентрализованному принципу. Начальники отделений подчинялись начальнику городской полиции. Закон 1908 г. установил контроль над сыскными отделениями со стороны прокуроров, имевших право давать непосредственные поручения чинам сыскных отделений относительно производства розысков. Следует заметить, что одной из задач, определенных в вышеуказанном законе, было улучшение розыскного дела в сельской местности. Вместе с тем, повышению эффективности деятельности сыскной и общей полиции по борьбе с уголовной преступностью мешало то обстоятельство, что более двух лет их работа осуществлялась без единого нормативного акта. Только 9 августа 1910 г. была издана «Инструкция чинам сыскных отделений», которая определила внутреннюю структуру и регламентировала порядок деятельности органов уголовного сыска в России^[19].

---

В основу работы сотрудников сыскных отделений был положен принцип специализации (линейный принцип), который, несомненно, являлся новаторством в розыскной работе того времени^[20].

Основным методом работы сыскных отделений была работа с использованием методов наружного и внутреннего наблюдения. Наружное наблюдение вели штатные сотрудники. Внутреннее наблюдение вели секретные сотрудники (агентура), привлекавшиеся к сыскной работе из представителей различных слоев общества. Вот что писал об организации Московской сыскной полиции тогдашний ее начальник А.Ф. Кошко: «При каждом Московском полицейском участке состоял надзиратель сыскной полиции, имевший под своим началом 3–4 постоянных агентов и целую сеть агентов-осведомителей, вербовавшихся, по преимуществу, из разнообразных слоев населения данного полицейского района. Несколько надзирателей объединялись в группу, возглавляемую чиновником особых поручений сыскной полиции. Эти чиновники ведали не только участковыми надзирателями и их агентами и осведомителями, но имели и свой особый секретный кадр агентов, с помощью которого и контролировали деятельность подчиненных им надзирателей. Чиновники и надзиратели состояли на государственной службе. Агенты и осведомители служили по вольному найму и по своему общественному положению представляли весьма пеструю картину: извозчики, дворники, горничные, приказчики, чиновники, телефонистки, актеры, журналисты и др. Над деятельностью чиновников особых поручений я наблюдал лично, имея для их контроля около двадцати секретных агентов… благодаря этому контролю, над контролем мне вскоре же удалось внедрить в сознание моих подчиненных, что начальник следит сам за всем и в курсе всего происходящего, что, конечно, сильно подтянуло моих людей». Для довершения описания агентурной сети следует упомянуть еще о так называемых «агентах-любителях»^[21].

Вместе с тем, наряду с положительными сторонами вышеуказанной Инструкции в ней имелись достаточно серьезные недостатки, на которые указывали сами чины полиции в специализированном издании того периода — «Вестнике полиции». По их мнению, Инструкция была «изложена так туманно, что дала возможность толковать начальникам городских полиций положение о сыскных отделениях в зависимости от их благоусмотрения, от чего сыск поставлен в такие рамки, которые не дают возможности успешно бороться с возрастающей из года в год преступностью»^[22]. В Инструкции ничего не было сказано об особенностях организации сыска в зависимости от местных условий (например, в районах, население которых придерживалось в быту особенных, местных традиций и обычаев — на Кавказе, в Средней Азии и т.п.). Не предусмотрен был порядок непосредственного взаимодействия сыскных отделений между собой, минуя губернатора. В случае необходимости начальник сыскного отделения имел право входить с рапортом к полицмейстеру, тот представлял дело на усмотрение губернатора, который, в свою очередь, входил в сношение с Департаментом полиции и лишь последний делал распоряжение о производстве необходимых розыскных действий сыскным отделениям различных губерний. Нецелесообразным, по мнению тогдашних сыщиков, было требование Инструкции о ношении чинами сыскных отделений форменной одежды. Ношение штатского платья разрешалось только «в случае особой необходимости». Нечетко был регламентирован объем полномочий прокурора по отношению к сыскной деятельности и материалам оперативного характера, что давало возможность прокурору не только надзирать за законностью при проведении уголовного сыска, но и руководить оперативной работой.

---

Неудовлетворительное положение в организации уголовного сыска вынудило Департамент полиции провести новую реформу. Она коснулась как личного состава сыскных отделений, так и порядка денежных и статистических отчетностей, регистрации преступников, правил опознания неизвестных лиц и циркулярного (всероссийского) розыска, который явился прообразом современного федерального розыска.

В начале XX в. российский уголовный розыск признавался одним из лучших в мире, поскольку использовал в своей практике новейшие методики, например, систему регистрации, основанную на систематизации информации о лицах по 30 специальным категориям. Активно использовались альбомы фотографий (первый российский кабинет фотографии был организован еще в 1889 г.). В то время, когда на западе методы фотографии и дактилоскопии только осваивались спецслужбами, российская полиция уже имела в своем распоряжении более 2 млн. фотографий и 3 млн. дактилокарт.

Система и структура сыскных подразделений в целом оставалась неизменной до 11 марта 1917 г., когда Временное правительство издало постановление об упразднении Департамента полиции. Однако российское буржуазное государство не смогло обойтись без государственных правоохранительных органов. 17 апреля 1917 года постановлением Временного правительства «Об утверждении милиции» создается «народная милиция», деятельность которой регламентировалась «Временным положением». Если разграничение милиции было принято аналогично имперской полиции, т. е. на уездную и городскую, то другие основы организации милиции претерпели значительные изменения. Так, становится выборной городской или уездной управой должность руководителя милиции; вводятся новые штаты: начальник милиции, его помощники, участковые начальники милиции, их помощники, старшие милиционеры, милиционеры; начальник милиции, кроме того, располагает секретарем, канцелярией, архивом и рассыльными, а также помещением для арестованных. «Временное положение» фактически передало все полномочия охраны правопорядка местным органам власти. Роль центрального органа — Министерства внутренних дел — декларировалась только в объеме общего руководства, издания нормативных актов, производства ревизий и на деле была номинальной. Таким образом, центральному аппарату отводились функции координатора деятельности подчиненных подразделений.

Сыскная полиция, переименованная в «уголовно-розыскную полицию», продолжала действовать и при новой власти, но под надзором прокуратуры, адвокатуры и комиссаров Временного правительства.

---