Файл: Пенсия по инвалидности,понятие.pdf

Наконец, Республика Ингушетия относится к категории регионов освоенной зоны, по экономическому развитию относящихся к числу аутсайдеров (всю эту группу формируют субъекты Северо-Кавказского федерального округа). По детской инвалидности (первичной) к регионам с наименьшими показателями относится Саратовская область, Тюменская область. Ко второму кластеру — Республика Татарстан, Волгоградская область, к третьему — Хабаровский край, к последнему кластеру — Республика Ингушетия. Саратовская и Тюменская области формируют группу регионов, которые во всех детских возрастных группах имеют первую ранговую позицию. В  Республике Татарстан отмечается улучшение ранговой позиции по показателям первичной детской инвалидности от младшей возрастной группы к старшим. В Волгоградской области в старшей возрастной группе происходит ухудшение ранговой позиции. Республика Ингушетия сохраняет низшие ранговые позиции во всех детских возрастах. Хабаровский край только в последней детской возрастной группе улучшает свою ранговую позицию. По показателю общего коэффициента детской инвалидности Тюменская и Саратовская области также демонстрируют наилучшие позиции. Близко к ним оказывается и положение

Волгоградской области, тогда как Республика Татарстан имеет значительно худшие оценки. Ближе к  концу распределения расположен Хабаровский край, а замыкает его Республика Ингушетия.

Прежде всего стоит сказать, что региональные программы в  отношении инвалидов должны полнее учитывать специфические особенности каждого региона. В настоящий момент все они являются кальками с федеральной программы и оперируют общими цифрами, а зачастую и шаблонными фразами. Не учитываются ни интенсивность инвалидизации и ее структура, ни экономические и социальные особенности региона. Уровень освоенности территории, плотность расселения и  масштабы городской среды непосредственным образом влияют на объем затрат, необходимых для реализации безбарьерной среды. Тем не менее эти аспекты в  региональных программах не освещаются вовсе.

Социальная политика в отношении инвалидов в России: современный этап. Даже если сравнивать политику в  отношении инвалидов в  Тюменской области и в Республике Ингушетия — которые находятся на противоположных крайних позициях в рейтинге социально-экономического развития регионов России и  в  которых крайне разный образ жизни людей, можно найти не так много отличий. Кроме того, в региональных программах очень слабо раскрываются уже реализованные мероприятия, связь с ними отсутствует или недостаточно сильна. Первым направлением возможностей (рекомендаций) для региональной политики каждого из пилотных регионов является более полное использование принципов программно-целевого подхода. Его внедрение на федеральном уровне происходит не первый год и по-прежнему далеко от успешного завершения, однако постепенно подход к реализации программ меняется. Внимание всех региональных программ традиционно сосредоточено на фактическом составе мер и действий по реализации программы, а не на достигаемом при их помощи эффекте. Вместе с тем заявленное измерение эффекта программы некорректно.

Задачи программы и тем более оценка их результатов должны быть сфокусированы на населении — в данном случае, лиц с инвалидностью,  а  не какие бы то ни было объекты (здания, дороги и  т. п.). Эффективность адаптации того или иного объекта под нужды инвалидов может быть оценена только в  контексте масштабов и структуры использования этого объекта непосредственно инвалидами (действующей и потенциальной после его адаптации). В качестве примера возьмем паспорт программы «Обеспечение доступности приоритетных объектов и услуг в приоритетных сферах жизнедеятельности инвалидов и  других маломобильных групп населения»

Инвалидность и социальное положение инвалидов в России

• в какой мере данный объект будет доступен и каким группам инвалидов? (лицам с ограничениями в передвижении объект будет доступен полностью или только в  пределах входной группы? Будет ли проведена адаптация объекта для нужд лиц с ограничениями зрения и слуха?);

• какова примерная посещаемость данного объекта лицами с  инвалидностью? Какова расчетная посещаемость объекта лицами с  инвалидностью после его реконструкции? Каков спектр потребностей, удовлетворяемых данным объектом?

• это уникальный для города объект или один из многих? В чем преимущество его адаптации перед другими объектами с точки зрения потребностей инвалидов? Другими словами, постановка цели в  отношении объекта должна иметь примерно следующую формулировку: «В 2014 году в  рамках подпрограммы “Доступная среда” предусмотрено истратить 1757,81 тыс. руб. на обеспечение доступа к объекту культуры «ГАУК ТО “ДК Нефтяник”», крупнейшему в городе культурному центру. Прогнозируется 300% рост потребления услуг в области культуры лицами с ограничениями в передвижении, зрении и слухе из г. Тюмени и ближайших населенных пунктов». Во-вторых, все задачи, аналогичные такой, как «увеличить долю доступных для инвалидов и других маломобильных групп населения приоритетных объектов социальной, транспортной, инженерной инфраструктуры в общем количестве приоритетных объектов до 60%», также должны быть переформулированы с тем, чтобы ставить своим объектом население.

Проблема формулировки задач не должна недооцениваться, так как подобная размытая их постановка создает предпосылки для расценивания реализации программы как успешной, даже если она таковой не является. Наконец, перемещение непосредственно населения в центр целеполагания делает текст любой программы понятнее для общественности и дает возможности легкого и корректного информирования о ней. Верный оттенок политической риторики сам по себе выступает важной мерой по преодолению социальной инклюзии инвалидов.

В качестве еще одного примера возьмем глобальную задачу предоставления инвалидам доступа к рынку труда.

В региональных программах она прописывается преимущественно через переоборудование рабочих мест под нужды инвалидов. Вместе с тем это переоборудование не может помочь совмещению родителями, воспитывающими детей-инвалидов, обязанностей по воспитанию детей с трудовой занятостью; не может снять проблемы дискриминации инвалидов при трудоустройстве (в частности, трудоустройстве на условиях дистанционной занятости); не расширяет возможности дистанционной занятости; не решают проблему недостаточного информирования инвалидов об имеющихся возможностях и так далее.

Кроме того, региональные программы не раскрывают категории инвалидов, для которых производится переобустройство мест, не учитывают структуру спроса на эти рабочие места. Наконец, в подпрограммах, касающихся развития занятости инвалидов, необходимо было бы кратко прописывать структуру местного рынка труда с  тем, чтобы оценивать число тех предприятий (имеющих более 100 работников), которые подпадают под действие квот для инвалидов, и  обобщенный профиль этих предприятий. Таким образом, до тех пор пока в целевых индикаторах программ фигурирует число переоборудованных рабочих мест вместо уровня занятости инвалидов, реальная задача не получает комплексного решения. Программно-целевой подход предполагает многоуровневое измерение эффективности программы. На первом уровне может быть измерен непосредственный эффект от реализации отдельных мер, связанный, как правило, с  изменением возможностей конкретных групп населения в доступе к каким-либо продуктам или услугам, повышении их навыков, компетенций, информированности.

Эти изменения в свою очередь влекут за собой результаты второго уровня: институциональные или общие поведенческие сдвиги, возникновение которых необходимо для достижения конечной цели программы (в данном случае — социальной инклюзии инвалидов, обеспечения им равных с другими прав и свобод). Наконец, следует отметить, что внешний экспертный аудит и SWOT-анализ проводимых в регионе политик в отношении инвалидов затруднены закрытостью данных о ходе реализации региональных программ. Фактически проводить подобный анализ могут только внутренние кадры (например, департаменты социального развития), так как лишь у  них содержатся необходимые сведения о  достижении тех или иных индикаторов программ. Информация, находящаяся в  свободном доступе, разрознена и недостаточна. Вместе с тем внутренним работникам не хватает компетенций для такого анализа — в частности, они не заинтересованы в сравнительном межрегиональном анализе. Кроме того, отчеты о реализации программ практически в 100% случаев оперируют общими абсолютными числами. Это не дает представления ни об охвате целевой группы программными мерами, ни о  распределении охвата по территории региона и типу населения. Например, оборудование одного и того же числа учреждений (5, 10, 50) в Волгограде и в Назрани это абсолютно разные по своему эффекту мероприятия. Только использование показателей удельного веса может дать представление об эффективности проводимых мер. Другой крайностью, находящей свое место среди задач региональных программ, становятся чрезмерно размытые формулировки, не подкрепляемые расшифровками по конкретным действиям. К  сожалению, практика таких формулировок восходит к федеральным нормативным документам. Пример можно привести из региональной программы по Доступной среде Республики Татарстан, в  которой одна из задач звучит следующим образом: «Преодоление социальной разобщенности в обществе и формирование позитивного отношения к проблемам инвалидов и к проблеме обеспечения доступной среды жизнедеятельности для инвалидов и  других маломобильных групп населения в  Республике Татарстан». При этом единственное подкрепляющее ее мероприятие это «проведение просветительских кампаний». И здесь нельзя не отметить, что в нынешнем виде «просветительские кампании» нередко, наоборот, закрепляют сегрегацию и социальную исключенность инвалидов.

Акцентируя внимание на необходимости вхождения особой группы населения в общество, они лишь подчеркивают ее «особость». Еще одним из направлений возможностей, и  соответственно, рекомендаций к  региональным программам является более полный учет принципов Конвенции ООН о  правах инвалидов. Наибольшее внимание потребностям людей с ограниченными возможностями уделено в  программах по развитию «Доступной среды» и  социальной защиты населения. Однако не всегда приоритеты 5. Социальная политика в отношении инвалидов в России: современный этап программ совпадают с приоритетами, обозначенными в Конвенции ООН, а также с теми потребностями, которые подчеркивают сами инвалиды. Например, не освещается такое важное направление, как повышение возможностей для самостоятельной жизни инвалида. Многие из аспектов, отраженных в  Конвенции ООН, важные для реализации прав и  обеспечения равной со всеми остальными гражданами жизни, вообще не учитываются в  государственных программах. В частности, предлагаемые мероприятия не разбиваются по направлениям и приоритетным группам: что окажется важнее для женщин-инвалидов? как учитываются интересы детей-инвалидов? а их родителей? пожилых инвалидов, проживающих в  одиночестве? Программно-целевой подход предполагает разворачивание структуры нормативных документов вокруг преследуемых целей. Например, «повышение самостоятельности передвижений инвалидов» включает: организацию безбарьерной среды (начиная с  подъезда, а  не с  конечной точки предполагаемого маршрута), повышение доступности современных технических средств, социальную рекламу и  просвещение (населения в целом, работников учреждений) и так далее. Достаточно слабо представлены в  региональных программах меры по повышению осведомленности целевой группы о новых возможностях. По результатам опросов известно, что даже в отношении индивидуальных программ реабилитации сохраняется неполная информированность. Например, наряду с  задачами по внедрению электронных карт доступности городских объектов должны присутствовать меры того, где и  как будет размещаться информация о них.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Выступая гарантом прав граждан на пенсионное обеспечения, государство играет активную роль в жизни страны посредством последовательно проводимой социальной политики. Грамотная политика в данной области – одно из условий стабильного экономического роста, а ошибки в ее реформировании могут привести к тяжелым социальным последствиям. Формирование устойчивого общества и единого социального пространства предполагает для граждан признанных в установленном порядке инвалидами наличие политических, экономических и юридических гарантий в области социального обеспечения. Действующий с 1 января 2015 г. Федеральный закон «О страховых пенсиях» является очередным шагом на этапе реформирования пенсионной системы. Новая пенсионная реформа, бесспорно, создала предпосылку к усилению страховых принципов в обязательном пенсионном страховании, что, в свою очередь, предопределяет повышение активности и ответственности каждого застрахованного лица за свое будущее пенсионное обеспечение. Здесь, действительно, «каждый — кузнец своего счастья». И это не просто фигуральное выражение, а суровая реальность.

Страховая пенсия по инвалидности входит в распределительную пенсионную систему, которая является частью экономической системы государства и зависит от текущего и долгосрочного социально-экономического развития. Пенсионная система всегда находится в прямой зависимости от демографических факторов. Стратегия долгосрочного развития пенсионной системы предусматривает обеспечение связи между параметрами пенсионной системы и базовыми макроэкономическими и демографическими показателями, обеспечения преемственности и сохранения социально-страхового принципа функционирования, согласно которому пенсия представляет собой компенсацию части утраченной заработной платы работника.

Размер страховой пенсии состоит из страховой пенсии и фиксированной выплаты, которая устанавливается к страховой пенсии и выплачивается одновременно с ней и так же как и пенсия подлежит корректировке. В результате проведенного исследования общественных отношений в области предоставления страховой пенсии по инвалидности были сформулированы следующие выводы и предложения: число инвалидов ежегодно увеличивается в среднем на 1 миллион. В связи с этим необходимо сконцентрировать внимание на исполнении Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» для реализации обязанностей работодателей по обеспечению безопасности работников в процессе их трудовой деятельности и прав работников на рабочие места, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда;

• изменения, происходящие в экономике страны, требуют оперативного реагирования со стороны правотворческих органов с целью совершенствования законодательства и практики его применения. В целях обеспечения конституционного права каждого на получение пенсии законодатель вправе, как это вытекает из статьи 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации, определять механизм его реализации, включая закрепление в законе порядка исчисления пенсий и индексации их размеров, соблюдая при этом конституционное требование о недопустимости издания в Российской Федерации законов, отменяющих или умаляющих права граждан;
• необходимо решить проблемы, возникающие в процессе установления гражданам соответствующих групп инвалидности при провидении медико-социальной экспертизы, т.к. от этого зависят размеры страховых пенсий по инвалидности;
• требуется внести изменения в статью 15 Федерального закона «О страховых пенсиях». Эта статья сложна для понимания и определения размера страховой пенсии по инвалидности. В новой пенсионной формуле множество значений и коэффициентов, что делает её слишком сложной для рядового пенсионера;
• следует обратить особое внимание на пробелы в праве и устранить их при помощи принятия или внесения изменений в нормативно-правовой акт. Для этого необходимо не только принимать законы, устанавливающие новые правила, но и изучать опыт зарубежных стран. Например, Распоряжение Правительства Российской Федерации от 25 декабря 2012 № 2524-р «Об утверждении Стратегии долгосрочного развития пенсионной системы Российской Федерации». Ряд идей, заложенных в нем, позаимствованы из опыта некоторых западноевропейских стран. Однако важны не только разработанные планы, но и точное их закрепление в нормативных правовых актах, продуманный механизм реализации правовых норм;