Файл: Нотариат в РФ (Актуальные перспективы развития законодательства, регулирующего нотариальную деятельность).pdf

1) в случаях, не терпящих отлагательства;

2) когда нельзя определить, кто впоследствии будет участвовать в деле.

Представляется, что обеспечение доказательств из «глобальной сети» по большей части относится к первой группе случаев, т.е. к случаям, не терпящим отлагательства. Тем не менее, чтобы развеять у нотариуса возникшие сомнения о необходимости извещения заинтересованных лиц, правильней было бы дополнить ч.4 ст. 103 третьей группой случаев, освобождающих нотариуса от обязанности извещать, а именно: «В случаях, если есть основания полагать, что доказательства будут уничтожены».

Важно отметить, что нотариус, обеспечивая доказательства путем осмотра интернет - информации и составления протокола осмотра веб-страницы, не должен делать какие- либо выводы и давать оценки, потому что он не является экспертом или судьей. Иными словами, сведения, размещенные в сети Интернет, должны отражаться в протоколе объективно - без выводов и оценок.

После подачи заявления об обеспечении письменного доказательства (доказательства из Интернета) нотариус осматривает веб-страницы и составляет протокол нотариального действия. Особых требований к протоколу законодательство не предъявляет, в нем содержатся те же данные, что и при обеспечении других видов доказательств (дата и место производства осмотра; фамилия, инициалы нотариуса; обстоятельства, обнаруженные при осмотре, и т. д.). Обязательно указывается, в какой последовательности проводился осмотр, в каком варианте распечатаны страницы Интернета - черно- белом или цветном и сколько экземпляров. После этого распечатанные страницы сайта подшиваются, указываются применяемые технические средства и их возможности: тип процессора, оперативная память, программы осуществления доступа. Протокол подписывает заявитель, либо его представитель, далее делается отметка о тарифе и ставится подпись нотариуса [28, С. 54]. Оформленные таким образом итоги осмотра могут использоваться как письменные доказательства в суде.

К примеру, в решении Федерального арбитражного суда Московского округа от 4 августа 2008 г. № КГ- А40/4421-08 отмечается: «Доводы, что представленные документы не могут быть оценены как допустимые доказательства, неосновательны... протокол, составленный нотариусом, соответствует требованиям, предъявляемым к письменным доказательствам, т.е. содержит сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, а именно об информации, содержащейся на веб-сайте. Отсутствие в протоколе выраженного порядка действий нотариуса при работе в сети, не может служить основанием для оценки содержащейся в нем информации как недостоверной» [43]. Аналогичная позиция высказывается и в других решениях арбитражных судов [44].

Думается, что необходимо предусмотреть возможность для нотариусов привлекать к обеспечению данного вида доказательств специалиста. Однако законодательство не предоставляет нотариусам такого права, не содержит правового основания вовлечения в нотариальную процедуру специалиста, Основы о нем не упоминают. Хотя, представляется, что профессиональный подход к любому источнику информации, находящемуся в сети Интернет, на сегодняшний день может обеспечить только специалист по информационным технологиям, он поможет нотариусу оптимизировать его работу. Если в дальнейшем ответчик будет доказывать факт фальсификации доказательства, полученного из Интернета, то специалист сможет подтвердить в суде, что в момент осмотра нотариусом сайта никаких посторонних включений не было.

В свою очередь, нотариальным палатам субъектов РФ также необходимо способствовать решению возникающих у нотариусов проблем в ходе совершения данного нотариального действия. К примеру, целесообразно проводить обучающие семинары для нотариусов или вырабатывать методические рекомендации обеспечения такого рода доказательств. В настоящее время лишь единицы нотариусов берутся за совершение данного нотариального действия. Это связано, в частности, с отсутствием надлежащего законодательного регулирования данного вопроса, теоретической базы, либо необходимых навыков пользователя персонального компьютера.

Подводя итог, следует сказать, что, во-первых, при обеспечении доказательств из сети Интернет нотариус не создает новых доказательств, а наоборот, закрепляет уже существующие письменные доказательства с приданием им необходимой процессуальной формы. Во-вторых, нотариально зафиксированное «сетевое доказательство» не является безусловным и определяющим при разрешении спора. Так, ч. 2 ст. 67 ГПК РФ и ч. 5 ст. 71 АПК РФ содержат положение, что «никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы». Тем не менее, протокол осмотра письменного доказательства нотариусом будет являться не просто «доказательством», а «квалифицированным доказательством», потому что исходит от нотариуса - квалифицированного специалиста в области права. Следует признать, что суды в большей степени доверяют нотариальным актам, чем просто письменным доказательствам, не удостоверенным у нотариуса. В-третьих, следует констатировать тот факт, что в будущем количество нотариусов, имеющих опыт в данной сфере, будет расти. Этого требует развитие информационных технологий. В-четвертых, законодатель должен провести комплексную работу по совершенствованию российского законодательства в области регулирования интернет-отношений, в частности, урегулировать процедуру обеспечения доказательств нотариусами из «всемирной паутины». Основы должны быть дополнены нормой процессуального характера, содержащей четкие правила обеспечения информации, находящейся в сети Интернет.

2.2 Расширение полномочий и повышение роли нотариата в разрешении правовых конфликтов

Как уже отмечалось в предыдущих параграфах бакалаврской работы, в настоящее время, в рамках проводимых научных исследований по проблемам развития нотариата в России, идут споры о возможных путях совершенствования законодательства о нотариате. В частности, речь идет о необходимости расширения перечня видов нотариальных действий, предусмотренных российским законодательством, совершенствовании порядка их свершения, а также наделении нотариусов более широкими полномочиями в рамках нотариальной процедуры.

Основной проблемой, которую призваны решить такие нововведения, является значительная перегруженность судов, что характерно не только для правовой системы России, но и других стран постсоветского пространства. В условиях возрастания динамичности современного гражданского оборота, перегруженность судебной системы приводит к задержке в рассмотрении дел и увеличению расходов сторон. Кроме того, некоторое отстранение нотариуса от обеспечения законности при совершении гражданско-правовых сделок (в особенности, связанных с недвижимостью), уже сегодня сказывается весьма негативно.

В целях преодоления этих и ряда других отрицательных моментов, многие исследователи выступают с различными инициативами повышения юридических возможностей и эффективности использования потенциала российского нотариата. Однако реформирование нотариальной деятельности, безусловно, требует участия законодателя. В этой связи, опираясь на труды таких авторов как Е.М. Артамонова, В. Герасимов, В. Жуйков, К.А. Корсик, Л.В. Усович, и, в особенности, И.Г. Черемных, следует выделить целый ряд перспективных нововведений в сфере нотариальной деятельности, которые можно сгруппировать по следующим наиболее актуальным направлениям:

- расширение видов квалифицированной юридической помощи, оказываемой нотариусами;

- повышение роли нотариата в предупреждении и разрешении правовых конфликтов.

Рассмотрим некоторые предлагаемые инициативы.

Так, В. Жуйков, опираясь на опыт ряда стран континентальной Европы и Америки, предлагает включить в нотариально удостоверенные соглашения о взаимных обязательствах сторон (договоры займа, сделки с недвижимостью, признание долга и т.п.) положения "о возможности их немедленного исполнения". По мнению автора, подобные соглашения сами по себе будут являться исполнительными документами и принудительное исполнение по ним возможно будет без обращения в суд. [20, С. 57]

Необходимо согласиться с автором в том, что заимствование такого опыта будет полезным. Действительно, исполнение таких нотариально удостоверенных соглашений без обращения к суду даст значительное ускорение, упрощение и удешевление защиты прав и законных интересов сторон. В свою очередь это существенно повысит эффективность гражданского оборота, поскольку, как известно, разбирательство дела в суде влечет для кредитора потерю времени и денежных средств. При этом права и законные интересы должников не страдают, так как включение в нотариально удостоверенные документы положений "о их немедленном исполнении" возможно лишь с согласия должников и, кроме того, за ними, безусловно, сохраняется право оспорить требования кредитора в судебном порядке.

Использование данного опыта позволит освободить судебную систему страны от рассмотрения большого количества дел, в особенности таких, в которых отсутствует спор между сторонами, что, в свою очередь уменьшит огромную и все возрастающую нагрузку на суды и создаст за счет этого более благоприятные условия для рассмотрения дел по спорам о праве.

Кроме того, в настоящее время встает вопрос о включении в список ст.ст. 35-38 Основ, нотариального действия, придающего соглашениям сторон исполнительную силу судебных решений.

Как отмечается в Материалах Международного союза латинского нотариата предоставленного Федеральной нотариальной палатой России, нотариальные действия, придающие соглашениям сторон исполнительную силу судебных решений, широко используются в странах, практикующих латинскую нотариальную традицию. В этих странах право санкционировать принудительное взыскание, изначально присущее суду, передано нотариусам в тех случаях, когда дело не является предметом спора и важнейшая судебная функция - разрешение споров между сторонами – нивелируется [29, С. 31].

Назначением данного института может стать придание документам исполнительной силы на основе согласия сторон без прохождения судебной процедуры, но с участием незаинтересованного публичного должностного лица - нотариуса. Действительно, такое полномочие, предоставленное нотариусу по действующему законодательству, как совершение исполнительной надписи, никак не соответствует нуждам современного гражданского оборота и может быть использовано нотариусом в слишком редких юридических обстоятельствах (см. п. 2.5 настоящей работы).

В качестве примера, когда нотариат способен значительным образом снизить нагрузку на суды, В. Герасимов приводит также установление факта наличия родственных отношений. Данный вопрос, как отмечает автор, часто возникает при оформлении наследственных прав и нередко сопровождается ситуацией, когда какого-либо письменного документа, устанавливающего наличие родственных отношений, наследники представить не могут (таковые могут попросту не существовать). [19, С. 76] В настоящее время в подобных случаях нотариус вынужден направить стороны в судебную инстанцию, которая, по сути, делает те же запросы, что уже направлялись нотариусом, и, в конечном счете, вызывает свидетелей, которые могут подтвердить наличие отношений родства. Представляется, нет препятствий против того, чтобы нотариусы сами были наделены полномочиями на осуществление этой процедуры, тем более, что они в соответствии с законодательством вправе удостоверять свидетельские показания.

Наконец, весьма интересное предложение сформулировал И.Г. Черемных. [38]

В своей диссертации автор освещает новый для российской правовой действительности, но уже давно обсуждаемый, способ внесудебного урегулирования правовых споров - медиацию, а также возможности и полезности участия в нем нотариуса.

Медиация в нотариальной деятельности понимается как вид квалифицированной правовой помощи, направленной на достижение обратившимися за совершением нотариального действия лицами единой позиции по совокупности их прав и обязанностей, подлежащих удостоверению (засвидетельствованию) нотариальным актом. [38, С. 34]

Следует согласиться с Г.И. Черемных, что медиация представляет собой перспективную форму разрешения правовых конфликтов во внесудебном порядке. Ее содержанием являются переговоры между спорящими сторонами при участии и под руководством нейтрального третьего лица – посредника (в данном случае - нотариуса), не имеющего при этом права выносить обязательное для сторон решение.

Основополагающими принципами медиации, таким образом, будут являться: добровольность; добросовестность и беспристрастность посредника; полный контроль сторон за результатами процедуры; неконфронтационный характер процедуры; конфиденциальность; обширный круг возможных взаимоприемлемых решений спора.

Принципы медиации, а также такие характерные для медиации и медиатора черты, как соблюдение абсолютного нейтралитета и беспристрастности, независимость от других лиц, повышенная ответственность за свои действия и ряд других, органически присущи нотариальной деятельности и поэтому внедрение на законодательном уровне подобного нотариального действия будет весьма полезным.

Преимущества проведения процедуры медиации при участии именно нотариуса по сравнению с разрешением спора сторонами самостоятельно, с привлечением каждой из них юристов или в судебном порядке, будут, по мнению автора, состоять в следующем [38, С. 34-35]:

– быстрота и невысокий размер издержек по сравнению с разрешением спора в судебном порядке;

– высокий потенциал добровольной исполнимости достигнутого соглашения в силу авторитета, а в ряде случаев и исполнительной силы нотариального акта, а также вследствие самостоятельности сторон в процессе достижения согласия и высокой степени их влияния на результат;

– обеспечение конфиденциальности процесса достижения согласия, а также создание гарантий для сохранения здоровой морально-психологической атмосферы в отношениях сторон после достижения результата.