Добавлен: 22.05.2023
Просмотров: 388
Скачиваний: 3
СОДЕРЖАНИЕ
1. Общая правовая характеристика института представительства в гражданском праве
1.1. Представительство в гражданском праве: исторический аспект
1.2. Юридическая природа правоотношения представительства
2. Виды представительства в гражданском праве
2.1. Правовая природа законного (обязательного) представительства в гражданском праве
2.2. Правовая основа договорного (добровольного) представительства в гражданском праве
Использование представительства в Советском Союзе гражданами связано главным образом с правом распоряжения личной собственностью на трудовые доходы и сбережения.
Если самостоятельному распоряжению личной собственностью препятствует недееспособность, то необходимая для недееспособного юридическая деятельность осуществляется от его имени законными представителями[12].
История становления и развития института представительства в гражданском праве, как выяснилось, имеет массу противоречий, различных позиций, мнений и теорий. Это означает, что многогранность представительства позволяет нам продолжать традиции русской цивилистической школы: ставить все новые вопросы и искать на них ответы.
В настоящий момент, правовое регулирование представительства осуществляется Гражданским кодексом Российской Федерации, однако легального определения представительства нет. В связи с этим, считается возможным разработать понятийно-категориальный аппарат
1.2. Юридическая природа правоотношения представительства
В юридической науке существует несколько подходов к пониманию правовой природы представительства:
1. Представительство понимается как способ реализации представляемым своего права[13], то есть представляемый, не имеющий возможности самостоятельно совершить то или иное юридическое действие, прибегает к опосредованному способу реализации своего права – через представителя.
2. Представительство понимается как услуга, оказываемая представителем представляемому[14].
3. Представительство понимается как фикция в праве, когда фактически действует одно лицо, а подразумевается, что действует другое[15].
По нашему мнению, с изложенными выше традиционными подходами к пониманию сущности представительства сложно согласиться.
Толкование представительства исключительно как способа реализации представляемым своего права приведет к неоправданному сужению понимания данного правоотношения. Теория права исходит из того, что под реализацией права понимается осуществление юридически закрепленных и гарантированных государством возможностей, проведение их в жизнь в деятельности людей и их организаций[16]. К формам реализации права относят соблюдение, исполнение, использование и правоприменение как его особую форму.
Реализация права построена на действии субъекта правореализации по воплощению в жизнь правовых предписаний посредством соблюдения, исполнения, использования или применения правовой нормы. Реализация в чистом виде не предполагает получение субъектом «отклика» на совершенный правореализационный акт. При этом мы признаем тесную связь категорий «правоотношение» и «способ реализации права». Еще Р.О. Халфина обоснованно отмечала, что «правоотношение охватывает реализацию правовой нормы и ее воплощение в реальных жизненных отношениях. Правоотношение - это результат реализации субъектами права соответствующих правовых предписаний»[17].
Таким образом, понимание представительства только как способа реализации права не позволит учитывать полный комплекс отношений, которые складываются между представляемым, представителем и третьим лицом, перед которым представитель представляет интересы представляемого.
Нельзя согласиться и с пониманием представительства как услуги, оказываемой представителем представляемому. Такой подход чрезмерно сужает объект правового регулирования отношения представительства. Представитель в первую очередь совершает от имени и за счет представляемого юридически значимые и тесно связанные с ними фактические действия. Услуги (например, консультации по способу заключения договора или выбору контрагента), которые оказываются представителем представляемому, лишь сопутствуют объекту представительства.
Изложенная позиция имеет поддержку в науке. Существует точка зрения[18], согласно которой в случае с оказанием возмездных услуг интересы кредитора удовлетворяются действиями обязанного лица (исполнителя), а в случае с правоотношением представительства – действиями третьих лиц (с которыми представитель, хотя и от имени представляемого, вступил в отношения). При этом все действия исполнителя рассматриваются как его собственные действия, в то время как действия представителя рассматриваются как действия представляемого. Кроме того, в науке отмечают необходимость разграничения основания для осуществления представителем своей деятельности и саму эту деятельность[19], понимая под этим то, что договор, опосредующий внутреннее (организационное) правоотношение между представляемым и представителем, не влияет на характер сделок, которые будут совершаться представителем, реализующим свое полномочие.
Представительство нельзя также считать фикцией в праве. Еще Н.О. Нерсесов отмечал, что признание за представительством фикционной природы приведет к тому, что мы вынуждены будем признать представителя, но не представляемого, истинным контрагентом по сделке. Ученый указывал, что фикция ведет к ложному и неправильному представлению понятий; она дает основание к признанию того, чего нет в действительности. Резюмируя свое несогласие с признанием за представительством фикционной природы, Н.О. Нерсесов заключал: «Фикция имеет место там, где к данным фактическим отношениям применяются чуждые их природе юридические начала; через нее впервые возникает право. Вместо того чтобы создать для новых гражданских отношений согласные с их природой юридические правила, при посредстве фикции обсуждают их по существующим уже нормам»[20]. Идею о недопустимости считать представительство фикцией разделял также Л.Н. Казанцев[21].
Поддерживая точку зрения о невозможности придания представительству фикционной природы, отметим, что фикция – это вид специализированной нормы в гражданском праве, которая призвана упростить систему законодательства[22], закрепляя несуществующие обстоятельства существующими, и наоборот. Сторонники фикционной природы представительства не учитывают тот факт, что фикцией может быть норма права, закрепляющая определенные факты, но не правоотношение. Представляемый и представитель вступают друг с другом в отношения, при которых представитель действует от имени и за счет представляемого в отношении с третьим лицом. Представитель транслирует свою волю в процессе реализации поручения представляемого. Третье лицо, вступая в отношения с представителем, имеет ясное представление, что обязанным по сделке является представляемый. В данном случае не происходит никаких допусков и фикций.
Перед тем как обозначить наш собственный взгляд на природу правоотношения представительства, укажем, что имеющиеся в научной литературе подходы к пониманию юридической природы представительства возможно разделить на концепцию действия и концепцию правоотношения[23].
Концепция «действия» была обоснована В.А. Рясенцевым, который трактовал представительство как совершение сделок или иных юридических действий представителем в пределах полномочия от имени представляемого. Данная концепция частично воспринята Гражданским кодексом РФ[24] (далее – ГК РФ), согласно п. 1 ст. 182 которого сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.
Согласно концепции «правоотношения», под представительством понимают правоотношение, при котором юридически значимые действия, совершенные представителем от имени представляемого, создают, изменяют или прекращают права и обязанности непосредственно у представляемого. Это правоотношение носит неимущественный характер, так как не опосредует отношения собственности.
Теория права исходит из того, что правоотношение представляет собой способ претворения в жизнь правовой нормы. Правоотношение – это норма права в действии. Следовательно, без акта реализации нормы права (в данном случае норм о представительстве в гражданском праве) правоотношение представительства не может возникнуть. Правоотношение представительства является следствием реализации его субъектами соответствующих правовых норм.
О.А. Красавчиков исходил из трехзвенной структуры правоотношения представительства: внутреннее (организационное) правоотношение между представляемым и представителем, внешнее (информационное) правоотношение между представителем и третьим лицом, а также правоотношение представляемого и третьего лица как результат реализации первых двух звеньев.
Во внутренней составляющей представительства О.А. Красавчиков выделял организационные отношения, в результате которых представляемый уполномочивает представителя на совершение юридически значимых действий[25]. Они построены на началах координации или субординации, социальные связи в них направлены на упорядочение (нормализацию) иных общественных отношений, действий их участников, либо на формирование социальных образований. Как отмечено С.С. Алексеевым, такие отношения «необходимы и важны, в частности, при заключении договоров, оформлении наследства, выдаче доверенности»[26]. Разработка учения об организационных правоотношениях нашла продолжение в трудах других ученых[27]. В то же время необходимо отметить, что организационное правоотношение является всего лишь фрагментом различных механизмов осуществления прав средствами института представительства.
Во внешней составляющей представительства О.А. Красавчиков выделял информационные отношения, которые реализуются в виде информирования представителем третьего лица о факте своего надлежащего уполномочивания на совершение юридически значимых действий от имени представляемого. При этом О.А. Красавчиков отмечал, что собственно представительскими отношениями являются отношения третьей группы (отношение между представляемым и третьим лицом), поскольку именно в них представитель участия не принимает и не приобретает для себя какие-либо права или обязанности[28].
Трактовка представительства, исходя из концепции «правоотношения», имеет поддержку в науке[29]. Так, Е.Л. Невзгодина отмечает сложную структуру правоотношения представительства и указывает, что «противопоставление представительства-действия представительству-правоотношению столь же неправомерно, как обсуждение вопроса о том, являются ли поставка, хранение, комиссия действием или правоотношением... о представительстве можно говорить как о действии, только если иметь в виду, что действие осуществляется в рамках (во исполнение) правоотношения представительства»[30].
Необходимо также согласиться с позицией Е.Л. Невзгодиной о включении в структуру правоотношения представительства только внутреннего правоотношения между представляемым и представителем, а также внешнего правоотношения между представителем и третьим лицом. Отношения между представляемым и третьим лицом (третья группа отношений, выделявшихся О.А. Красавчиковым) собственно представительскими не являются. Как обоснованно указывает Е.Л. Невзгодина, при определении объекта правоотношения представительства в данном случае необходимо различать предмет и результат воздействия.
Анализ норм ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что внутреннее отношение представительства урегулировано в рамках главы 49 ГК РФ о договоре поручения, а также в главе 52 ГК РФ об агентском договоре. Внешнее отношение представительства урегулировано в нормах главы 10 ГК РФ о представительстве. Приходим к выводу о необходимости понимания представительства как правоотношения, в рамках которого происходит реализация представителем полученного от представляемого полномочия, делегированного ему представляемым, то есть правоотношение, возникающее во внутренней (организационная) и внешней (информационная) сторонах представительства.
По итогам анализа вопросов о правовой природе представительского правоотношения приходим к выводу о том, что под представительством должно пониматься регулируемое гражданским правом организационно-информационное отношение, в рамках которого происходит реализация представителем полученного от представляемого полномочия на совершение от имени представляемого в отношении третьих лиц юридических и тесно связанных с ними фактических действий, влекущих возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей представляемого. Соответственно, устойчивая замкнутая совокупность норм, регулирующих данное общественное отношение, будет именоваться институтом представительства.