Файл: Особенности права собственности (Проблема собственности и ее изменений в ходе либеральных экономических реформ).pdf

Форма собственности не является и никогда не была определяющим началом в развитии товарного производства. Безразлична в форме собственности и основа рыночного хозяйства – конкуренция. И это не случайно, ведь обе формы собственности как различное проявление единой сущности существуют тысячелетия. Эволюция форм собственности происходит в процессе эволюции общественного производства. Переход от одной экономической модели в другой значительно облегчен наличием у всех современных моделей экономки общей основы – товарного производства. Но сами эти системы различаются уровнем развития товарного производства и товарного обращения, а также типом экономической власти и формам ее осуществления и тем, какое место в системе ценностей данного общества занимает экономическая деятельность^[34].

Реформирование явно высвечивает избирательный характер заимствований. Обнаруживается это уже при переходе от присваивающего хозяйства к производящему. Наблюдение за народами, живущими в естественной среде, показывает, что перенимается лишь то, что легко вписывается в традиционный образ жизни, не нарушает его и не требует коренной перестройки. На другие новшества идут лишь тогда, когда без них уже не обойтись. Иногда для успеха реформ оказывается достаточно переориентировать общественные связи, повысить нравственную значимость экономической деятельности, сменить характер и методы осуществления экономической власти. Но нередко и смена преобладающей формы собственности не избавляет от провала реформ. Это объясняется тем, что реформирование затрагивает духовно-нравственный, социально-психологические стороны бытия, связано с психическим состоянием человека и уровнем его включенности в сами реформы, непосредственно выходит на шкалу нравственных ценностей народа. Реформирование достигает цели в том случае, если не отрывается от реалий жизни народа^[35]. Оно подчинено закону минимальной трансформации: из всех возможных вариантов преобразований достигает цели тот, который позволяет адаптировать общество к новым условиям хозяйствования, не грозящим фундаментальным сущностям данной цивилизации. Удачный переход Японии из традиционной экономики в рыночную объясняется тем, что здесь не стали разрушать устои, поддерживающие стабильность традиционного общества, а использовали тесную связь субъекта с первородной социальной общностью в новой форме организации труда. Это позволило воспроизводить прежний статус личности в новых экономических условиях и создать форму организации труда, которая по мотивационности и производительности превосходит западные.

Выводы

Выделяют два типа собственности: частную и государственную (общественную).

Частная собственность – это отношения собственности, при которых субъект осуществляет функции распоряжения и присвоения независимо от других, а все основные правомочия находятся у него.

Государственная (общественная) собственность - это отношения собственности, при которых различные субъекты совместно осуществляют функции распоряжения и присвоения, а также наделены определенными правомочиями собственника. В рамках общественной собственности возникают различные ее виды: 1) коллективная собственность; 2) государственная собственность. Государственная собственность в свою очередь может быть: общенародной, региональной; муниципальной.

Сегодня, в эпоху перехода к инновационному обществу, на новом витке исторической спирали возникает потребность в возврате к более широкому пониманию собственности. В более отдаленной исторической перспективе собственность, по-видимому, растворится в органически кооперированной созидательной жизнедеятельности человеческого сообщества. Во всяком случае, вместе с возрастанием удельного веса человеческого капитала и развитием интеллектуальной собственности просматривается тенденция к размыванию грани между частной и общественной собственностью.

Глава 3. Проблемы права собственности в России и пути их решения

3.1. Проблемы права собственности

Ключевым источником развития экономики и общества является стремление людей к повышению благосостояния. Возможность получения дохода и накопления богатства – важнейший, хотя, разумеется, не единственный, стимул созидательной деятельности. Угроза отбора честно заработанного дохода или накопленной собственности снижает или даже отменяет стимулы к труду, предпринимательству, инвестициям, приумножению богатства своей страны.

В истории немало примеров того, как неопределенность с правом собственности, ее перераспределение приводили к тяжелым социальным последствиям, даже катастрофам. Это и Опричнина, и Смута, и революция 1917 г., в том же ряду оказывается и трансформация 1990-х гг. Передел случался в периоды слабости государства, обусловленной восстаниями, гражданскими войнами, коренными политическими преобразованиями. В России подобное происходило в 1990-е гг., когда, невзирая на либерализацию условий для предпринимательства, занятие им было весьма рискованным делом из-за перманентной угрозы рэкета, даже физического устранения при неспособности или нежелании государства обеспечить безопасность. 1990-е гг. тяжело травмировали и широкие массы населения^[36].

Объективных индикаторов, отражающих уровень защищенности собственности в России, нет. Но субъективные индикаторы – результаты опросов – весьма красноречивы^[37]. По опросу ФОМ от 27 марта 2013 г., 19% опрошенных сочли защиту права «на неприкосновенность собственности и жилища» хорошей, 21% – плохой, 49% – удовлетворительной. Но надо принять во внимание, что в такой формулировке речь, по сути, идет о защите от физических посягательств на собственность. Последнее конечно, важный элемент нормального климата в обществе. В 2000-е гг. было немало сделано для прекращения «беспредельной» борьбы за активы (как мелкие, так и крупные), и Россию теперь все же нельзя ставить в один ряд с наиболее отсталыми странами. Но при отборе собственности, тем более сколько-нибудь значимой, вовсе необязательно применяется прямое воздействие. Законные права человека явно или неявно могут быть «переписаны» на других, и в этом случае защита тесно связана с возможностью отстоять его перед лицом правоохранительной и судебной системы^[38].

Согласно результатам того же опроса ФОМ, лишь 6% граждан верят в соблюдение принципа равенства перед законом и права на справедливый суд, то есть считают, что эти права защищены хорошо, еще 29% считают их защиту удовлетворительной и 56% – плохой. Таким образом, большинство населения приходит к выводу: свои законные права, в том числе и права собственности, в правоохранительной и судебной системе защитить нельзя^[39].

Итак, в результате 20-летнего перехода к рыночной экономике России не удалось создать устойчивую систему защищенной частной собственности.

Корни ситуации уходят в историю России, прежде всего – в дизайн приватизации. Она проводилась без плана и продумывания последствий. Простота и скорость раздачи прав собственности: без социальных или инвестиционных обременений, без выстраивания системы долгосрочного корпоративного контроля, без воспитания ответственного собственника привели к тому, что не возникло стратегических условий для стабильной системы прав: легитимной крупной частной собственности, массового акционера и условий для развития малого бизнеса. Общий хаос и высокие нормы прибыли, характерные для приватизационной «золотой лихорадки», сменились давлением на бизнес и навязыванием «участия в прибылях», наступившего после приватизации. Коллапс советского режима произошел быстро и неожиданно. У общества и интеллектуального класса не было времени и возможности подготовиться. К тому же, отнюдь не только реформаторы первого поколения несут ответственность за то, что до сих пор практически не предпринято серьезных усилий по строительству правового государства. В результате в стране сформировалась ныне действующая система «условно защищенных» прав собственности. Условия зависят от политической (в первую очередь), а также социально-экономической конъюнктуры. Ситуация объективно вынуждала удачливых собственников, даже самых патриотичных из них, посвятить два десятилетия защите своих прав и доходов через офшоры, пытаться захватывать власть (как олигархи 1990-х гг.) или вступать с ней в тесные отношения, как сейчас^[40].

Никто не будет инвестировать, если есть шанс потерять доход. Никто не оставит капитал в опасной зоне, если существует угроза его потерять. Простое альтернативное решение – вывод страховочного капитала за рубеж, открытие параллельного бизнеса или вложение в заграничную недвижимость, но не производственная деятельность в России.

Малый и средний бизнес при такой ситуации будут создавать дополнительные страховочные резервы вместо реинвестирования в развитие своих предприятий. Многие выбирают эмиграцию. Они объективно не будут вкладывать в Россию не только капитал, но и усилия, не будут предпринимать попыток улучшить качество жизни в собственной стране, городе, районе – если у них не будет там ничего «своего». То есть, по сути, неустойчивость прав собственности и слабость всей правовой системы подрывают патриотизм и объективно работают против его развития. В любом случае в нынешних российских реалиях вывоз капитала или эмиграция (по крайней мере, готовность к ней) как приобретение относительной независимости оказываются необходимыми всем, кто обладает сколько-нибудь существенными активами, включая средний и даже малый бизнес, крупных менеджеров и тех, кто обладает «интеллектуальными активами», а не только «олигархов».

Неопределенность прав собственности толкает всю экономическую систему к тому, чтобы работать в режиме извлечения ренты. Никакой прибыли, никаких инноваций. Все, что нужно для успеха при таких правилах игры, укладывается в стандартную схему: захват актива, уплата рент всем помогавшим, вывод капитала. Вкладывать в долгосрочное развитие может позволить себе только бизнес государственный, аффилированный с государством.

Но и эта система неэффективна, поскольку фактически ориентирована не на прибыль, не на социальные цели, а только на безопасность. Последняя по рассмотренным выше причинам подразумевает близость к власти. Сохранение близости предполагает расходы на «благотворительность» в центре и на местах, своего рода политические «откупные». По сути дела – это увод прибылей, которые в обычной рыночной экономике обеспечивали бы инвестиции, рост курсов акций и дивидендов акционерам либо же реализацию по-настоящему социально значимых проектов. Но в российских условиях массового акционера нет, следовательно, нет и контроля над менеджментом – таким компаниям вполне можно тратить огромные деньги на спорт, СМИ, безопасность, не заботясь о реинвестировании, тем более – о вложениях в экономически эффективные долгосрочные проекты^[41].

Результат – не только вывоз капитала, но и низкая норма накопления в стране, вывоз помимо денег еще и идей, и людей. Появляется все меньше частных компаний, малым и средним стало сложно делать следующий шаг, число их сокращается, поскольку кредит дорог, расходы на защиту и скрытые платежи велики. Часть средств приходится сберегать за границей. Все это формирует одну из главных причин снижения темпов экономического роста в лучшие годы и нынешнего его затухания^[42].

Такой характер системы прав собственности порождает массу негативных побочных эффектов. Невозможность (хотя иногда и кажущаяся) законной защиты прав собственности заставляет собственников прибегать либо к коррупции либо к услугам организованной преступности, а часто – к тому и другому одновременно. Постоянная тревога за сохранность собственности неминуемо ведет к ослаблению моральных ценностей в обществе, утрате социального и деградации человеческого капитала. Проблема правовой незащищенности и нелегитимности частной собственности – одна из коренных в обществе и стране. Ее нерешенность обрекает на отставание в мировой конкуренции, а это уже серьезная проблема национальной безопасности.

3.2. Пути защиты прав собственности в России

Можно выделить три пути защиты прав собственности, которые могут заменять и дополнять друг друга.

Первый связан с самостоятельной защитой прав собственности владельцами активов. В первую очередь, это означает аффилирование с государством, то есть действия посредством той же коррупции, доходящей до передачи части прав контроля и управления предприятием соответствующему чиновнику, способному гарантировать права. Помимо прочего, это приводит к потере качества управления. Либо происходит обычная сдача доли дохода, то есть коррупционный налог, влекущий за собой повышение стоимости товаров и услуг с ущербом для потребителей или уменьшения возможностей для инвестирования. В условиях слабости или безучастности государства эта самостоятельная защита на уровне предприятия, города или, в крайнем случае, региона, иногда позволяет сохранить деловую активность. Но результативность ее крайне низка за счет отсутствия эффекта масштаба: большое количество мелких систем безопасности (от собственной вооруженной охраны до поддержки отношений с местными властями, прокуратурой, полицией) обходятся предприятиям гораздо дороже, чем одна национальная система. И тем более дорогостоящей является одновременно уплата налогов в пользу государства, которое должно заниматься защитой собственности, и «взносов» в фонд собственной теневой системы защиты. Чтобы эффективно развиваться, страна не может позволить себе двойного бремени.