Файл: Ilyashenko_A_N__Samoylenko_K_V__Saprunov_A_G__Palazyan_A_S_Protivodeystvie_sexualnoy_nasilstvennoy_prestupnosti_v_semye.pdf
ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 3254
Скачиваний: 8

131
полнородных и неполнородных
1
и близких родственников
2
. Поня-
тия же «родственники» в семейном праве нет. Под родственни-
ками в п. 37 ст. 5 УПК РФ понимаются все иные лица, за исклю-
чением близких родственников, состоящих в родстве
3
. Исходя из
данных понятий, по нашему мнению, можно сделать неверный
вывод, что супруги также являются близкими родственниками.
По справедливому утверждению М.А. Баратовой, единого
понятия «член семьи», которое можно было бы использовать в
различных отраслях законодательства, в российском праве не
существует
4
. Имеются основания утверждать, что к родственни-
кам относятся все, без исключения, лица, между которыми суще-
ствуют кровные узы, причем вне зависимости от близости этих
уз. К членам же семьи относятся супруги, усыновители и усы-
новленные, лица, находящиеся в фактических брачных отноше-
ниях (сожители), фактические воспитатели и воспитанники (опе-
куны и опекаемые, пасынки, падчерицы, мачехи и отчимы).
Основным признаком членов семьи является их совместное про-
живание и ведение ими совместного хозяйства. Из вышеизло-
женного можно сделать вывод: родственники не всегда являются
совместно проживающими, а члены семьи могут не быть род-
ственниками.
Сложно согласиться в полной мере с мнением В.И. Шахова
о том, что «фактические брачные отношения (сожительство) не
могут защищаться с уголовно-правовых позиций, поскольку
между их участниками нет правовой связи, порождающей юри-
дические права и обязанности супругов, предусмотренные зако-
ном»
5
. Разумеется, если рассматривать только насильственные
(несексуальные) действия в отношении сожителей, то насилие
против фактических супругов можно трактовать как общие пре-
ступления против личности. Сексуальное же насилие, совершае-
мое в отношении сожителей, не менее опасно и безнравственно,
чем такие же действия в отношении супругов законных.
1
См. п. 2 ст. 14 Семейного кодекса Российской Федерации.
2
См. п. 4 ст. 5 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.
3
См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.
4
Баратова М.А. Проблема правовой квалификации понятия «член семьи» // Право. –
2012. – № 4. – С. 79–86.
5
Шахов В.И. Насилие в семье: уголовно-правовое и криминологическое значение:
дис. ... канд. юрид. наук.
–
Ижевск, 2003. – С. 107.

132
Необходимо отметить, что к сексуальным преступлениям
должны относиться деяния, посягающие не только на половую
неприкосновенность и половую свободу, но и те, которые
направлены на нормальный уклад половой жизни и нравственное
здоровье личности. Современное отечественное уголовное зако-
нодательство включает в эту группу преступления, относящиеся
к разным разделам и разным главам УК РФ, например, эксплуа-
тация человека, предусмотренная ст. 127.1 УК РФ, с целью
использования для занятия проституцией, либо деяния, преду-
смотренные ст. 240–242.2 УК РФ.
История развития уголовного законодательства как ряда за-
рубежных стран, так и российского показывает, что нормы поло-
вой морали и нравственности востребованы обществом как соци-
альное основание для уголовно-правовых запретов именно в той
мере, в какой они касаются жизненно важных интересов лично-
сти. Отрицать этот факт невозможно. Так, Г.Н. Борзенков совер-
шенно справедливо отмечает, что, поместив половые преступле-
ния в раздел «Преступления против личности», законодатель тем
самым определил родовой объект рассматриваемых преступле-
ний
1
. В настоящее время в литературе сущность половых пре-
ступлений, их общественная опасность определяется через пося-
гательство на интересы личности
2
. Отсюда можно сделать вывод,
что интересы личности применительно к половым преступлениям
все-таки рассматриваются с учетом полового уклада и половой
нравственности. Особенно это касается сексуальных отношений
между родственниками и другими членами семьи.
Без сомнения, отношения в семье есть и должны быть част-
ными отношениями. Вместе с тем, когда эти отношения перерас-
тают в насильственные и затрагивают интересы одного члена семьи
в ущерб интересам другого или других ее членов, то государство
может и должно вмешаться в частную семейную жизнь и защи-
1
См.: Курс уголовного права: в 5 т. – Т. 3. Особенная часть / под ред.
Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. – М., 2005. – С. 92.
2
См.: Уголовное право России: учеб. для вузов: в 2 т. / под ред. А.Н. Игнатова и
Ю.А. Красикова. – Т. 2. Особенная часть. – М., 2005. – С. 127–128; Уголовное право
России. Особенная часть / под ред. А.И. Рарога. – М., 2007. – С. 99; Российское уголовное
право: учеб.: в 2 т. – Т. 2. Особенная часть / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай,
В.С. Комиссарова, А.И. Рарога. – М., 2007. – С. 95–96.

133
тить тех, кто не может по различным причинам сделать это само-
стоятельно.
Нормы уголовного законодательства зарубежных стран по-
разному рассматривают вопросы ответственности за нарушения,
совершаемые в рамках частной, семейной жизни. Разумеется,
только особого рода деяния подлежат вмешательству государства,
а следовательно, и наказанию. Так, Уголовный кодекс Швейцарии
предусматривает ответственность за сексуальные действия, изнаси-
лование, сексуальное принуждение, совершаемые с зависимыми ли-
цами (в том числе членами семьи и родственниками). Вместе с тем,
уголовная ответственность может не наступить, если лицо, совер-
шившее деяние, заключит брак с потерпевшим (ст. 188). Если по-
терпевшей стороной является супруга виновного, то дело может
быть возбуждено только по ее жалобе (ст. 189)
1
.
Уголовный кодекс ФРГ также определяет необходимость
вмешательства в семейную (частную) жизнь только в том случае,
если сексуальные действия совершаются в отношении опекае-
мых, не достигших шестнадцати или восемнадцати лет, а также в
отношении кровных или приемных детей, не достигших восем-
надцати лет (§ 174)
2
.
Австрийский Уголовный кодекс предусматривает ответ-
ственность за совершение преступных деяний в браке или при
совместном проживании (§ 203), кровосмешение (§ 211), злоупо-
требление родительскими и другими правами (§ 212)
3
.
Российским уголовным законодательством защита половой
неприкосновенности и половой свободы в рамках семейных и
родственных отношений специально не предусмотрена. В связи с
этим полагаем, что в рамках исследуемой темы необходимо более
детально рассмотреть само понятие семейного полового уклада и
половых отношений между родственниками и другими членами
семьи.
В отличие от религиозных заповедей, которые и сегодня не
утратили своего значения
4
, мораль и нравы отражают всего лишь
модели поведения, типичные для определенного социума, причем
в определенный период его развития. Эти модели не постоянны,
1
Уголовный кодекс Швейцарии / пер. с нем. – М.: Зерцало, 2000. – С. 123.
2
Уголовный кодекс ФРГ / пер. с нем. – М.: Зерцало, 2000. – С. 147.
3
Уголовный кодекс Австрии / пер. с нем. – М.: Зерцало-М, 2001. – С. 102.
4
См.: Никонов В.А. Библия и уголовный закон. – Тюмень, 1997. – С. 41.

134
поскольку их формирование и изменение устанавливаются по-
вседневными потребностями межличностного общения. Полная
формализация половых отношений, конечно, невозможна, да и
нецелесообразна. Автор согласен с мнением Ю.А. Гусевой, что
вряд ли можно составить конкретное и полное, единое и одно-
значное представление о содержании требований современного
полового уклада, которое могло бы послужить реальной основой
для формирования уголовно-правовых норм и их системы
1
.
Большинство ученых констатируют непостоянство полового
уклада. Так, А.П. Дьяченко отмечал, что страны Западной Евро-
пы и США пережили в XX в. несколько стадий сексуальной ре-
волюции, которые проявились в либерализации сексуальной мо-
рали, в трансформации семейных отношений, в акселерации и
признании автономии сексуальных ценностей
2
. Эти тенденции,
естественно, отразили и изменения половой морали в российском
обществе. Все это подтверждает, что изменчивость половой мо-
рали как типичной модели межличностных отношений – явление
закономерное.
Функцией уголовного права и задачей уголовного закона
является охрана публичных, т. е. значимых жизненно важных
интересов субъектов уголовно-правовых отношений (личности,
общества и государства)
3
. Нестабильность половой морали, несо-
мненно, оказывает влияние на криминализацию (либо декрими-
нализацию) половых деликтов. Примером тому являются послед-
ние изменения в ст. 131, 132, 134 и 135 УК РФ
4
. Вместе с тем, это
влияние осуществляется в связи с происходящими изменениями в
1
Гусева Ю.А. Социальные основания уголовно-правовой охраны половой свободы
и половой неприкосновенности личности // Уголовное право. – 2009. – № 4. – С. 65.
2
Дьяченко А.П. Уголовно-правовая охрана граждан в сфере сексуальных отно-
шений. – М., 1995. – С. 4–6.
3
См.: Шигина Н.В. Интерес в уголовном праве (методологический аспект). –
Владимир, 2007. – С. 5–26.
4
О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. за-
кон от 27.07.2009 № 215-ФЗ // Рос. газ. – 2009. – 30 июля; О внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с введением в действие
положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-исполнительного
кодекса Российской Федерации о наказании в виде ограничения свободы: федер. закон
от 27.12.2009 № 377-ФЗ // Рос. газ. – 2009. – 30 дек.; О внесении изменений в Уголов-
ный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Фе-
дерации в целях усиления ответственности за преступления сексуального характера,
совершенные в отношении несовершеннолетних: федер. закон от 29.02.2012 № 14-ФЗ //
Рос. газ. – 2012. – 2 марта.

135
половой морали, которые и определяют социальную востребо-
ванность по существу любой уголовно-правовой нормы.
Большинство ученых совершенно справедливо определяют
сексуальное насилие как вид полового преступления. Вместе с
тем, они по-разному рассматривают социально-правовую приро-
ду этих преступлений, и единого мнения по этому поводу пока не
достигнуто. Так, Я.М. Яковлев к половым относил такие деяния,
которые посягают на принципы половой морали. Именно половую
мораль указанный автор определил как уклад половых отноше-
ний
1
. Вместе с тем, в УК РСФСР 1960 г. не нашли отражения
некоторые принципы господствовавшей в социалистическом
обществе половой морали: принцип общности взглядов и взаим-
ная любовь участников половых отношений; принцип недопу-
стимости половых отношений по соображениям материальной
выгоды. Несмотря на то, что принципы советской половой морали
требовали установления половых отношений в рамках института
брака, уголовной ответственности за внебрачные половые отно-
шения не было. Следовательно, определение социально-правовой
природы видового объекта половых преступлений через характе-
ристику принципов половой морали нельзя назвать абсолютно
точным. Именно в силу этого Я.М. Яковлев отмечал, что вмеша-
тельство государства в уклад половых отношений ограничено
наиболее общественно опасными случаями его нарушения.
Несколько отличалось от вышеизложенного мнение А.Н. Игна-
това (на него ссылается в своей работе А.Б. Утямишев)
2
, который
полагал, что половые преступления – это грубые нарушения норм
морали, крайние проявления безнравственного поведения. Отме-
чая аморальность всякого преступления, А.Н. Игнатов выделял в
качестве существенной характеристики половых преступлений
то, что они связаны с нарушением основ нравственных принци-
пов по самой своей сути
3
. В то же время А.Н. Игнатов определил
во всей системе моральных ценностей отдельную группу отно-
шений, которые назвал половой нравственностью и в которые
включил не только правила поведения людей в половых отноше-
1
Яковлев Я.М. Половые преступления. – М., 1969. – С. 20.
2
Утямишев А.Б. Указ. соч. – С. 142.
3
Игнатов А.Н. Ответственность за преступления против нравственности (поло-
вые преступления). – М., 1966. – С. 12.