ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 14.10.2020
Просмотров: 5745
Скачиваний: 21
Б. Совершенные в продолжаемом преступлении деяния являются юридически тождественными, хотя по фактическим признакам могут различаться (например, нанесение побоев или иные насильственные действия как составные элементы единого продолжаемого преступления - истязания (ст. 117 УК РФ)) <390>.
--------------------------------
<390> В юридической литературе также принято считать, что продолжаемое преступление может быть совершено в результате тождественных действий (кража после кражи) или юридически однородных (истязание).
В. Деяния, составляющие в совокупности продолжаемое преступление, могут рассматриваться в качестве самостоятельных законченных преступлений, административно (дисциплинарно) наказуемых правонарушений либо вообще не влечь юридической ответственности <391>.
--------------------------------
<391> Ю.А. Красиков считает, что эти действия сами по себе не являются самостоятельными преступлениями, а лишь в своей совокупности образуют единое преступление (Игнатов А.Н., Красиков Ю.А. Указ. соч. С. 80).
Г. Между отдельными действиями продолжаемого преступления должно быть внутреннее единство, каждое действие является звеном единого целого, что свидетельствует об определенной линии устойчивого поведения, направленного на реализацию единого плана (Ю.А. Красиков) <392>.
--------------------------------
<392> Там же.
Д. Все эпизоды (тождественные деяния) преступной деятельности объединены единым умыслом <393>.
--------------------------------
<393> Умысел может быть конкретизированным (хищение определенного количества продукции, изъятие определенной суммы денег), но чаще он носит неконкретизированный характер (совершать хищения до тех пор, пока имеется возможность). Наличие того или иного вида умысла в содеянном влияет на его квалификацию. В первом примере продолжаемого преступления с конкретизированным умыслом уже первые мелкие хищения, например деталей телевизора, должны квалифицироваться как покушение на хищение в стоимости телевизора. Во втором случае, при неконкретизированном умысле, лицо будет отвечать за фактически совершенное, пример - кража книг из библиотеки (Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений. С. 313 - 315).
В качестве дополнительных признаков общего понятия продолжаемого преступления З.А. Незнамова выделяет следующие: а) непродолжительный промежуток времени между преступными эпизодами; б) совершение преступных деяний в одной и той же обстановке, одним способом, в одном месте, из одного и того же источника <394>.
--------------------------------
<394> Уголовное право. Общая часть: Учеб. для вузов. С. 292.
С учетом рассмотренных признаков продолжаемое преступление можно определить следующим образом: это такое преступное поведение, которое складывается из нескольких юридически тождественных деяний (действий или актов бездействия), каждое из которых является звеном единой преступной деятельности, направленной на один и тот же объект (либо предмет) посягательства для достижения общего результата, объединенной единством вины и умысла.
Для уяснения особенностей продолжаемого преступления важное значение придается характеристике элементов его состава. Одним из главных признаков продолжаемого преступления является единство объекта посягательства (В.Н. Кудрявцев) <395>. Специфика объективной стороны продолжаемого преступления заключается в том, что совершенные действия (акты бездействия) объединены не только относительно небольшими промежутками времени между ними, но и единым способом совершения деяния, а равно наступлением ряда однородных последствий <396>. В юридической литературе обращается внимание на то, что если в результате ряда действий наступило одно последствие, то налицо не продолжаемое, а "обычное" преступление, а если наступили разнородные последствия, то налицо уже не единое продолжаемое преступление, а совокупность преступлений (А.М. Яковлев) <397>. С субъективной же стороны продолжаемое преступление характеризуется наличием одной и той же формы вины (умысел или неосторожность), одинаковых мотивов и единой цели преступной деятельности. Для характеристики продолжаемого преступления важно отметить свойства его субъекта. Речь идет в данном случае о лице, совершившем все рассматриваемые действия до привлечения к уголовной ответственности хотя бы за одно из них и, таким образом, не получившем еще государственной оценки своего преступного поведения <398>.
--------------------------------
<395> Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. С. 237 - 243.
<396> Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений. С. 313 - 315.
<397> Российское уголовное право. Общая часть: Учеб. С. 214.
<398> Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. С. 237 - 243.
Профессор Н.Ф. Кузнецова формулирует следующие основные правила квалификации продолжаемого преступления:
- продолжаемое преступление квалифицируется по статье или части статьи УК РФ как единое сложное преступление, этапы совершения которого хотя внешне и схожи с самостоятельными оконченными преступлениями, но совокупности преступлений не образуют;
- в зависимости от цели продолжаемого преступления, конкретизированное или неконкретизированности умысла виновного оно квалифицируется как покушение на преступление либо как оконченное преступление с фактически наступившими общественно опасными последствиями;
- при покушении на преступление первые "мелкие" деяния не вменяются в ответственность и не рассматриваются как малозначительные деяния (ч. 2 ст. 14 УК РФ) <399>.
--------------------------------
<399> Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений. С. 314.
Изложенные положения являются методологической основой для решения частного вопроса о признаках единого продолжаемого воинского насильственного преступления. Прежде всего, следует показать, в чем выражаются в них отмеченные общие признаки любого продолжаемого преступления <400>.
--------------------------------
<400> В отношении общеуголовного насильственного преступления по конкретным делам Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации было констатировано, что, поскольку преступное деяние виновным совершено в отношении одного и того же лица в течение непродолжительного времени и по единому мотиву, его действия охватывались единым умыслом и свидетельствовали о едином продолжаемом преступлении (ВВС РФ. 1994. N 5. С. 14; 2002. N 4. С. 9 - 10).
Во-первых, военнослужащий должен совершить несколько актов насилия, между которыми будет определенный временной промежуток. Если такого временного разрыва нет, то отсутствует и само продолжаемое преступление. Например, воинский начальник, обнаружив в казарме пьяного подчиненного, отсутствовавшего на вечерней поверке, сначала избивает его за самовольную отлучку, а затем - за нахождение в нетрезвом состоянии. Единым простым преступлением будет являться применение насилия одновременно в отношении нескольких военнослужащих (при этом допустимо наличие различных мотивов).
Во-вторых, насильственные действия могут отличаться по фактическим признакам (побои, издевательство, глумление, принуждение и т.п.), однако при этом будут являться юридически тождественными (нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности - ст. 335 УК РФ).
В-третьих, насильственные акты, составляющие в совокупности продолжаемое преступление, могут рассматриваться в качестве самостоятельных законченных преступлений. Например, неоднократные побои при превышении должностных полномочий.
В-четвертых, между отдельными насильственными действиями продолжаемого преступления должно быть внутреннее единство. Это означает, что наличие нескольких таких актов обусловлено невозможностью в конкретной ситуации совершить преступление в результате одного деяния. Эти акты направлены на реализацию заранее возникшего намерения.
Наконец, в-пятых, все насильственные деяния должны быть объединены единым умыслом. На практике это может проявляться в наличии одного (единого) повода для применения насилия в отношении одного и того же потерпевшего (например, неоднократные избиения начальником военнослужащего за опоздание из увольнения в течение дня).
Специфическими признаками единого продолжаемого воинского насильственного преступления (с учетом особенностей насилия как такового) являются следующие:
- непродолжительный промежуток времени между насильственными эпизодами. Это, пожалуй, один из основных дополнительных признаков для всех продолжаемых насильственных преступлений, в том числе воинских. В конкретных случаях разрыв во времени может быть разным - от нескольких десятков минут до нескольких часов (к примеру, неоднократное применение насилия в течение суток). Однако следует иметь в виду, что насилие может иметь форму истязания (об этом подробно говорилось выше), т.е. выражаться в причинении физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев или иными насильственными действиями (ст. 117 УК РФ). В данном случае временной фактор уже не имеет столь важного значения. Систематичность применительно к истязанию - это не просто многократность периодически совершаемых насильственных действий, это еще их взаимосвязь, внутреннее единство, образующие определенную линию поведения виновного в отношении одной и той же жертвы;
- совершение насильственных действий в отношении одного и того же потерпевшего. Для признания воинского насильственного преступления единым продолжаемым преступлением этот признак очень важен, хотя и не является безусловным. В тех случаях, когда насилие неоднократно применяется виновным в отношении одного и того же потерпевшего, но при этом имеется значительный разрыв во времени (например, 24 часа), налицо отсутствие единого преступления (за исключением случаев, когда насилие выражается в истязании). Насильственные действия в отношении разных потерпевших также могут представлять собой единое продолжаемое преступление, но при этом требуется установить, наряду с небольшим временным разрывом, также единство места и повода. В качестве правильного примера можно привести решение гарнизонного военного суда, которым осужден за одно преступление, предусмотренное п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ, майор К., который, намереваясь наказать подчиненных К., Я. и С. за нарушения ими воинской дисциплины, в одном месте и практически без перерыва во времени нанес каждому из них удары кулаками, ногами и палкой (побои);
- одно и то же место применения насилия. Представляется, что данный признак имеет значение для правильного решения вопроса о признании преступления единым продолжаемым преступлением в случае, когда насилие применяется в отношении разных потерпевших (выше приведен такой пример). Если речь идет о применении насилия в отношении одного и того же военнослужащего, место не будет иметь принципиального значения. Так, если командир взвода в течение трех часов (с перерывом в 30 минут) будет избивать подчиненного в спортивном городке части, в спальном помещении и в столовой за отсутствие в ночное время в расположении роты, содеянное следует признать продолжаемым преступлением, несмотря на разные места совершения преступления.
В практике военных судов квалификация нескольких актов преступного насилия не всегда получает единообразную и правильную оценку с учетом рассмотренных выше основных и дополнительных признаков единого продолжаемого преступления.
Так, органами предварительного следствия М. обвинялся в том, что 14 февраля 2004 г., около 23 часов 20 минут, совершая обход территории Балтийского военно-морского института, в боксе автопарка он, обнаружив в багажнике автомобиля "Киа" матроса Б., вытащил его оттуда и, проявляя недовольство нахождением его в автопарке в гражданской одежде, нанес ему несколько ударов рукой по лицу, разбив губу до крови, после чего заставил его раздеться до трусов и идти в подразделение за формой. Через десять минут в том же боксе М., высказав недовольство тем, что матрос Т. нарушил форму одежды, схватил его за куртку, нанес несколько ударов сзади в область шеи и затылка, а затем развернул и ударил фонариком в область глаза. Указанные действия М. в отношении Б. и Т. органами предварительного следствия были расценены как самостоятельные преступления и квалифицированы каждое по п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ. Аналогичным образом были квалифицированы преступные действия М. и гарнизонным военным судом. Судебная коллегия по уголовным делам флотского военного суда переквалифицировала все содеянное М. на п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ, указав, что все преступные действия осужденного были совершены по одному поводу, в одном месте и в течение короткого промежутка времени, т.е. являлись единым продолжаемым преступлением.
Решение флотского военного суда представляется спорным. В данном конкретном случае отсутствуют достаточные основания для признания наличия в действиях М. единого продолжаемого насильственного преступления. Акты насилия М. в отношении Б. и Т. никак не связаны между собой, их нельзя признать этапами (звеньями) единой цепи. Насилие по каждому из эпизодов совершалось по разным мотивам, умысел также возникал каждый раз заново, следовательно, эпизоды не охватывались единством умысла. Совершение преступлений в одном месте (боксе) и через незначительный промежуток времени, с учетом того что насилие применялось в отношении разных лиц, как представляется, решающего значения не имеет.
По другому делу органами предварительного следствия рядовой Н. обвинялся в том, что за отказ выполнить просьбу личного характера в помещении столовой части избил рядового Д., нанеся ему сначала несколько ударов ладонью по голове, а через 20 минут - еще один удар кулаком в грудь, после чего заставил потерпевшего отжиматься от пола. Эти его действия были квалифицированы по п. "а" ч. 2 ст. 335 УК РФ (по признаку неоднократности, т.е. признано наличие множественности преступлений) <401>. Переквалифицируя содеянное Н. на ч. 1 той же статьи, гарнизонный военный суд в приговоре правильно указал, что насильственные действия, совершенные в отношении Д. в течение непродолжительного времени, были объединены единством мотива, умысла и обусловлены одним и тем же поведением потерпевшего, вследствие чего носили характер единого продолжаемого преступления. Поэтому оснований для квалификации их по п. "а" ч. 2 ст. 335 УК РФ нет <402>.
--------------------------------
<401> Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ п. "а" ч. 2 ст. 335 УК РФ признан утратившим силу.
<402> Обзор судебной практики по делам о преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях, совершаемых военнослужащими. С. 27 - 28.
В отдельных случаях систематическое применение насилия (в том числе различных его видов) в отношении одного и того же потерпевшего может привести к наступлению одного последствия, например к самоубийству или покушению на самоубийство. Такие насильственные акты следует оценивать как единое преступление <403>. Обоснованной является и квалификация военным судом по ч. 3 ст. 335 УК РФ действий рядовых А., Д. и К. Указанные военнослужащие признаны виновными в том, что систематически издевались над сослуживцем Л., заставляли его выполнять свои незаконные требования, а за отказ избивали. Не выдержав издевательств, Л. покончил жизнь самоубийством, повесившись в казарме подразделения.
--------------------------------
<403> Некоторые авторы признают их продолжаемыми преступлениями. Такой вывод является спорным, поскольку если эпизоды преступной деятельности причиняют единый преступный результат, то содеянное утрачивает важный признак продолжаемости - наличие ряда однородных последствий.