Файл: Problemy_kvalifikatsii_prestupleniy_svyazannykh_s.doc

При квалификации по ст. 222 УК РФ суда допускают многочисленные ошибки. Например, лицо, не знавшее о незаконно хранившемся в его жилище, ином помещении оружии, не может быть привлечено к уголовной ответственности по ст. 222 УК РФ. Однако органами следствия К. обвинялся наряду с другими преступлениями в хранении боеприпасов (ч. 1 ст. 222 УК РФ). Судебная коллегия приговор Индустриального районного суда г. Барнаула в части осуждения К. по ч. 1 ст. 222 УК РФ отменила, а дело прекратила за отсутствием в деянии состава преступления, указав, кроме прочих доводов, на следующее. В судебном заседании К. вину не признал, утверждая, что патроны, изъятые в сейфе в его кабинете, ему не принадлежат, а остались от предшественника. Часть патронов, обнаруженных у него дома, он приобрел на законных основаниях, о происхождении других ему ничего не известно. Кроме того, К. ссылался на то, что при обыске он не присутствовал и ему не было предложено выдать патроны добровольно. Органы следствия при имеющейся возможности не обеспечили присутствие К. во время обысков, чем существенно нарушили процессуальный закон, права и интересы обвиняемого⁴⁷.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков составов преступлений, предусмотренных статьями 222-226.1 УК РФ, судам необходимо устанавливать, являются ли изъятые у него предметы оружием, его основными частями или комплектующими деталями, боеприпасами, взрывчатыми веществами или взрывными устройствами, ответственность за незаконный оборот которых предусмотрена указанными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации (п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 12.03.2002 № 5)⁴⁸.

При этом обвинительный приговор не может быть основан на предположениях об относимости некого предмета к огнестрельному оружию.

В частности, Коллегия по уголовным делам отменила за недоказанностью обвинения приговор Ленинского районного суда г. Барнаула в части осуждения Р. и Г. по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Суд, признав их виновными в незаконном ношении огнестрельного оружия, доказательств не привел. Показания потерпевших Л. и В. о том, что осужденные угрожали им пистолетом, нельзя признать достаточными для постановления обвинительного приговора по ч. 1 ст. 222 УК РФ, поскольку пистолет в ходе следствия обнаружить не удалось и не установлено, являлся ли предмет, которым осужденные угрожали потерпевшим, огнестрельным оружием, пригодным для производства выстрелов⁴⁹.

Судебной коллегией по уголовным делам Алтайского краевого суда приговор Ленинского районного суда в части осуждения Р. и А. по ч. 1 ст. 222 УК РФ отменен с прекращением производства за отсутствием состава преступления, поскольку в материалах дела нет достаточных доказательств того, что предметы, примененные при разбое, являются огнестрельным оружием. Они не изъяты, баллистическая экспертиза по ним не проводилась, в связи с чем нельзя сделать вывод, что указанные предметы - огнестрельное оружие⁵⁰.

Кроме того, судам, рассматривая квалифицированные признаки, необходимо помнить, что если преступление, предусмотренное ст. 222 УК РФ, совершено группой лиц без предварительного сговора, содеянное ими квалифицируется по части первой статьи 222 УК РФ. При этом суд, постановляя приговор при наличии к тому оснований, предусмотренных частью первой ст. 35 УК РФ, вправе признать совершение преступления в составе группы лиц без предварительного сговора обстоятельством, отягчающим наказание (п. "в" ч. 1 ст. 63 УК РФ).

В частности, Приговор Индустриального районного суда в отношении П. изменен: его действия переквалифицированы с ч. 2 на ч. 1 ст. 222 УК РФ, поскольку суд без достаточных оснований пришел к выводу о том, что П. незаконно приобрел, носил, перевозил и хранил огнестрельное оружие по предварительному сговору с группой лиц. Как видно из материалов дела, данные о том, что П. заранее договорился с Р. о передаче ему пистолета ТТ, отсутствуют. Когда стало известно Р., что работники полиции его разыскивают, он передал пистолет П., в тот же день при задержании П. пистолет был изъят. Таким образом, в деле отсутствовали какие-либо сведения о предварительном сговоре П. с Р. о незаконном приобретении огнестрельного оружия⁵¹.

Проблемой правоприменительной практики до сих пор остается надлежащее обеспечение охраны оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. Похищенные вследствие ненадлежащего хранения, нарушения правил утилизации оружие, взрывчатые вещества и взрывные устройства используются в последующем при совершении преступлений. Несогласованность отдельных положений Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) и существующие пробелы в административном законодательстве создают предпосылки к хищению оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств как лицами и организациями, непосредственно привлекаемыми к охране и утилизации оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств, так и военнослужащими с гражданским персоналом арсеналов.

По данным МВД России, за 10 месяцев 2012 г. на территории РФ зарегистрировано 1169 преступлений, связанных с хищениями оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств вследствие их ненадлежащего хранения, что на 7,8% меньше, чем за аналогичный период 2011 г. Раскрыто 565 (на 2,8% меньше, чем в 2011 г.) преступлений. Вместе с тем в течение указанного периода 2012 г. с применением похищенного огнестрельного оружия совершено 3548 преступлений, что на 21,3% больше аналогичного показателя 2011 г.⁵².

Настораживает то обстоятельство, что, по данным следственной практики, конечным "потребителем" похищенного либо утраченного вследствие ненадлежащего хранения оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств являются в большинстве случаев террористы и экстремисты. Однако изъятое у боевиков оружие среди утраченных и похищенных не значится (и это при том, что в Российской Федерации свободный оборот оружия запрещен). При изложенных обстоятельствах следственные органы лишены возможности установления лиц, виновных в утрате оружия, и привлечения их к ответственности⁵³.

Одной из причин сложившейся ситуации является отсутствие федерального номерного учета огнестрельного оружия, поступающего от производителя на вооружение армейских частей и силовых структур. На заводах-производителях оружия нет учета, позволяющего установить получателя оружия. Ведется только количественный, а не номерной учет. В настоящее время порядок ведения учета оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств военизированными организациями определяется самостоятельно. Соответствующая документация хранится до истечения гарантийного срока эксплуатации оружия, то есть 5 лет⁵⁴.

Как представляется, подобная практика способствует развитию теневого рынка оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств. Порядок ведения учета огнестрельного боевого оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств должен быть единым для всех организаций и иметь статус федерального закона.

Определенную обеспокоенность вызывает сохранность боевого ручного стрелкового оружия, поступающего на утилизацию.

Например, сотрудниками МВД России и МВД по Удмуртской Республике в ходе работы по уголовному делу по факту хищения 2-х автоматов "АК" с территории открытого акционерного общества "Ижевский машзавод" установлено, что технология проведения работ по утилизации боевого оружия не отвечает нормам безопасности и учета, требует серьезной доработки. Грубое нарушение лицензионных требований и условий со стороны ОАО "Ижмаш" при утилизации оружия на предприятии, несовершенство технологического процесса, ненадлежащее исполнение своих обязанностей, связанных с осуществлением контроля проведения операций по утилизации оружия должностными лицами и работниками ОАО "Ижмаш", филиала "Удмуртский" Федерального государственного унитарного предприятия "Ведомственная охрана объектов промышленности России", а также военного представительства № 1517 Министерства обороны РФ привело к тому, что 12 января 2012 г. зафиксирован факт несанкционированного вывоза с территории предприятия 80 автоматов "АК". По данному факту возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 225 УК РФ.

В ходе проводимых оперативно-профилактических мероприятий неоднократно фиксировались факты ненадлежащего исполнения технологического процесса со стороны ОАО "Ижмаш", о чем свидетельствовал ряд материалов проверок, зарегистрированных в органах внутренних дел РФ⁵⁵.

В частности, установлены факты поступления продукции без номерного учета на участки утилизации, т.е. несоответствие фактических номеров изделий ведомостям номерного учета и упаковочным листам.

Так, согласно государственным контрактам из воинской части N 86278 г. Перми на утилизацию поступила 68 701 единица стрелкового оружия и средств ближнего боя (автоматы, пистолеты-пулеметы, пистолеты, гранатометы). При проверке и проведении инвентаризации выявлен факт поступления более 600 единиц оружия с несоответствием фактических номеров изделий ведомостям номерного учета и упаковочным листам⁵⁶.

Указанные факты свидетельствуют о наличии предпосылок к хищению стрелкового оружия при его утилизации.

Вместе с тем, по данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, за период 2007 - первое полугодие 2012 гг. число лиц, осужденных за ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 225 УК РФ), крайне незначительно. По ч. 1 данной статьи в сумме по основной и дополнительной квалификации осуждено: в 2007 г. - 5 лиц, в 2008 г. - 6 лиц, в 2009 г. - 4 лица, в 2011 г. - 2 лица, за первое полугодие 2012 г. - 1 лицо, в 2010 г. осужденных не было. По ч. 2 указанной статьи в 2007 г. осуждено 3 лица, а за период с 2008 г. по первое полугодие 2012 г. осужденных не было⁵⁷.

Результаты изучения судебной практики рассмотрения данной категории дел верховными судами республик, краевыми, областными, окружными (флотскими) военными судами, Московским и Санкт-Петербургским городскими судами, судами автономной области и автономных округов показали, что случаи привлечения к уголовной ответственности по ст. 225 УК РФ, когда соответствующие деяния повлекли за собой утрату оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, носили единичный характер.

Однако Верховный Суд РФ признает, что потенциал санкций ст. 225, УК РФ судами используется не в полной мере. Не случайно в настоящее время совместно с заинтересованными ведомствами готовится проект доклада Правительства РФ Президенту РФ по результатам рассмотрения вопроса об ужесточении ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (п. 2 "б" Перечня поручений Президента РФ)⁵⁸.

Причины тому нам видятся не только в отсутствии целостного нормативного правового регулирования вопросов, связанных с сохранностью оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств на уровне административного и иного в данной сфере законодательства. Определенные вопросы вызывает и уголовно-правовая регламентация ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Учитывая вышеизложенное, представляется целесообразным в сфере уголовного законодательства:

1. Унифицировать уголовное законодательство в части установления ответственности за деяния, связанные с незаконным оборотом оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств по отношению к общему и специальному субъектам преступления.

2. Усилить уголовную ответственность за квалифицированный состав деяния - ненадлежащее исполнение обязанностей по охране ядерного, химического или других видов оружия массового поражения либо материалов или оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, если это повлекло тяжкие последствия либо создало угрозу их наступления, с одновременной унификацией ответственности общего и специального субъектов преступления.

3. Предусмотреть в общей и специальной нормах повышенную уголовную ответственность за совершение уполномоченным лицом деяния, связанного с ненадлежащим исполнением своих профессиональных обязанностей по организации должных мер по обеспечению сохранности оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, когда такое деяние повлекло за собой хищение или уничтожение указанных предметов либо наступление иных тяжких последствий, в организациях, осуществляющих их оборот. Усиливая уголовную ответственность, в то же время вряд ли стоит отказываться от существующей ныне вариативности наказаний, предусмотренных в санкциях ст. 225 УК РФ, что позволяет в достаточной мере реализовывать принципы дифференциации и индивидуализации назначения уголовного наказания.

Подводя итоги, необходимо подчеркнуть, что потребность в установлении уголовно-правового запрета на незаконный оборот огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств является отражением происходящих в обществе процессов, дающих государству достаточные основания для защиты общественных отношений от преступных посягательств. Эти основания образуют систему предпосылок, которые не просто связаны между собой, но и имеют единую сущностную основу. Вместе с тем необходимо акцентировать внимание на различиях в механизме обусловленности уголовной ответственности этими предпосылками, что, несомненно, может сказаться на законодательном закреплении, юридической природе и особенностях рассматриваемого преступления и особенностях наказания за него.

2.2 Проблемы оснований освобождения от уголовной ответственности за незаконный оборот оружия

Согласно примечанию к ст. 222 УК РФ лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в данной статье, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. При этом не может признаваться добровольной сдачей предметов, указанных в данной статье, их изъятие при задержании лица, а также при производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию.

Под добровольной сдачей огнестрельного оружия, его основных частей либо комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, холодного и газового оружия понимается выдача лицом указанных предметов по своей воле или сообщение органам власти о месте их нахождения при реальной возможности дальнейшего хранения вышеуказанных предметов.

Таким образом, обязательными условиями освобождения лица от уголовной ответственности за совершение настоящего преступления на основании добровольной выдачи им предметов преступления выступают:

• добровольность выдачи компетентным органам оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств; при этом не имеет значения, от кого первоначально исходила инициатива сдачи указанных предметов, важно лишь, что принятое субъектом решение прекратить преступную деятельность было результатом свободного и осознанного выбора лица;

• гарантией добровольности принятого решения является сознание виновным реальной возможности дальнейшего хранения указанных предметов⁵⁹.