ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.10.2020
Просмотров: 1531
Скачиваний: 5
Судебная коллегия по уголовным делам Пермского областного суда постановление судьи районного суда уточнила: дело направлено на дополнительное расследование со стадии его возбуждения.
Президиум Пермского областного суда судебные решения оставил без изменения.
Генеральный прокурор РФ поставил в протесте вопрос об отмене всех судебных постановлений и направлении дела на новое судебное рассмотрение. По его мнению, суд заблуждался, признав необходимым установление вреда, причиненного коммерческим подкупом. Вывод суда о неполноте предварительного следствия со ссылкой на недоказанность предварительного сговора обвиняемых на коммерческий подкуп, сопряженный с вымогательством, и на то, что часть доказательств была добыта до возбуждения дела, ошибочен. Кроме того, суд не учел, что Ш. не обладал правом принимать решение об изменении технических условий электроснабжения организаций. Решение этого вопроса входило в круг служебных полномочий заместителя главного инженера ПГЭС Ш-ева, что он и сделал после получения денег Ш.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 8 сентября 1998 г. протест удовлетворила, указав следующее.
Согласно п. 2 примечания к ст. 201 УК РФ этот пункт распространяется не только на ст. 201 УК РФ, но и на другие статьи гл. 23 УК РФ, в которых, как и в ст. 201, причинение вреда является необходимым элементом состава преступления.
Между тем коммерческий подкуп, как и взятка, считается оконченным с момента получения или передачи предмета подкупа и относится к формальным составам преступлений, не предусматривающих наступления определенных последствий. В соответствии с требованием п. 3 примечания к ст. 201 УК РФ уголовное преследование за данное преступление должно осуществляться на общих основаниях. При таких обстоятельствах указание суда первой и надзорной инстанций об обязательном установлении вреда не согласуется с материалами дела, а равно противоречит закону.
При выявлении неполноты предварительного следствия суд обязан в силу ст. ст. 20, 70 и 232 УПК РСФСР принимать необходимые меры к ее восполнению, в том числе путем проверки обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, но неполно выясненных органами предварительного следствия, а также исследовать новые факты, о которых стало известно в ходе судебного разбирательства.
Суд не принял это во внимание. Что касается доказательств, которые были, по мнению суда, добыты в нарушение уголовно-процессуального закона, то в соответствии с требованием ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР такие доказательства признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК РСФСР.
Вместе с тем, как видно из материалов дела, аудиозапись от 16 января 1997 г. была совершена не оперативно-следственным путем, а службой безопасности филиала банка. Однако это обстоятельство судом не учтено при рассмотрении дела.
Вывод президиума областного суда о том, что инициатива передачи денег обвиняемым исходила от работников банка, нуждается в тщательной проверке. Как показал на предварительном следствии управляющий банком Ш-ин, о требовании сотрудниками ПГЭС вознаграждения за изменение технических условий ему стало известно от П.
Аналогичные показания даны свидетелем М. в суде.
По словам свидетеля П., именно Ш. потребовал 60 млн. руб. наличными. Это обстоятельство не отрицал и обвиняемый Ш.
Таким образом, все судебные решения подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение со стадии назначения судебного заседания.
При рассмотрении дела суду следует выполнить требование ч. 3 ст. 35 УПК РСФСР о том, что с согласия обвиняемого судья единолично рассматривает также дела о преступлениях, за которые не может быть назначено более строгое наказание, чем лишение свободы сроком на пять лет, а равно тщательно проверить и исследовать все собранные по делу доказательства и в зависимости от результатов решить вопрос о доказанности обвинения и квалификации действий лиц, привлеченных к уголовной ответственности.
* * *
В этом решении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ необходимо обратить внимание на ряд моментов.
Судебная коллегия вслед за Пленумом Верховного Суда РФ еще раз подчеркнула, что состав коммерческого подкупа по особенностям конструкции его объективной стороны является формальным.
Вместе с тем Судебная коллегия дала своеобразное разъяснение положения об уголовном преследовании, содержащегося в примечании 2 к ст. 201 УК РФ. По ее мнению, это примечание распространяется не только на ст. 201 УК РФ, но и на другие статьи гл. 23 УК РФ, в которых, как и в ст. 201, причинение вреда является необходимым элементом состава преступления. С одной стороны, верно отмечается, что в соответствии с законодательным указанием сфера действия данного примечания охватывает не только ст. 201 УК, но и другие статьи гл. 23 УК РФ. С другой стороны, Судебная коллегия посчитала, что это касается только тех других статей гл. 23 УК РФ, в которых предусмотрены материальные составы преступления. С таким толкованием вряд ли можно согласиться. Из примечаний 2 и 3 к ст. 201 УК РФ не следует, что в них идет речь только о материальных составах преступлений, и, вообще, они имеют не уголовно-правовое, а уголовно-процессуальное предназначение. В связи с чем целесообразность их наличия в УК РФ вызывает сомнение. В самом деле, не предусматривается же, например, примечание к ст. 115 УК РФ. Хотя в соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 116, ч. 1 ст. 129 и ст. 130 УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора.
В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о взяточничестве" указывается: "При рассмотрении дел о коммерческом подкупе судам следует иметь в виду, что обвинительный приговор в отношении лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, за незаконное получение денег, ценных бумаг, иного имущества, а равно за незаконное пользование услугами имущественного характера за совершение действий (бездействия) в интересах дающего в связи с занимаемым этим лицом служебным положением может быть вынесен при наличии к тому оснований, если деянием причинен вред интересам других организаций, интересам граждан, общества или государства либо если вред причинен исключительно коммерческой или иной организации, где работает такое лицо, когда уголовное преследование осуществляется по заявлению этой организации или с ее согласия". Таким образом, и из данного разъяснения нельзя сделать вывод о том, что примечания 2 и 3 к ст. 201 УК РФ применимы лишь к преступлениям, составы которых сконструированы по типу материальных.
Хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, квалифицируется по ст. 159 УК РФ <1>.
--------------------------------
<1> Архив Центрального районного суда г. Оренбурга, 2004. Уголовное дело N 1-471.
Т. являлся председателем гаражно-строительного кооператива. Зная порядок выделения гражданам места для установки металлического гаража, действуя умышленно в нарушение существующих правил, путем обмана и злоупотребления доверием потерпевших К., Ш. и Б. похитил у каждого из них деньги в сумме 15 тыс. руб. Так, злоупотребив доверием Ш., Т. сказал ему о необходимости передачи 15 тыс. руб. якобы для оформления через администрацию г. Оренбурга распоряжения о выделении ему места под гараж. Затем, заверив Ш. в законности приобретенного им права, выдал ему поддельное распоряжение администрации г. Оренбурга и предоставил ему место. Органами предварительного следствия действия Т. были квалифицированы по ч. 3 ст. 204 УК РФ. Однако в судебном заседании государственный обвинитель просил переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 159 УК, с чем суд согласился.
* * *
В данном случае при расследовании по уголовному делу не было учтено, что хищение чужого имущества, совершенное лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, не может быть квалифицировано по ст. 204 УК РФ.
Однако следует иметь в виду, что одним из квалифицирующих признаков мошенничества является совершение данного преступления лицом с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 159 УК РФ). Представляется, что действия Т. охватываются именно этой частью ст. 159 УК РФ. Служебное положение может быть использовано как должностным лицом, так и лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации. Этот признак позволяет учесть специфику субъекта преступления.
Присвоение или растрата чужого имущества, совершенные лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не могут быть квалифицированы по ст. 201 УК РФ <1>.
--------------------------------
<1> Архив Центрального районного суда г. Омска, 2005. Уголовное дело N 1-102.
А., работая в должности директора магазина ОАО ВК "Омтор", используя свое служебное положение из корыстной заинтересованности, неоднократно присваивала вверенные ей деньги и товарно-материальные ценности, которые тратила на личные нужды. Для облегчения совершения хищения и его сокрытия при проведении инвентаризаций она не проводила по товарным отчетам накладные на поставку товара, предъявляла поддельные накладные на переброску товара, составляла необоснованные акты списания и уценки товара.
Органами предварительного следствия ее действия были квалифицированы по ч. 2 ст. 201, ч. ч. 2 и 3 ст. 327 и ч. 3 ст. 160 УК РФ. Суд посчитал необходимым исключить из обвинения ч. 2 ст. 201 и ч. 3 ст. 327 УК РФ как излишне вмененные, поскольку действия подсудимой охватываются ч. 3 ст. 160 и ч. 2 ст. 327 УК РФ.
* * *
В данном случае органами предварительного следствия присвоение чужого имущества было ошибочно квалифицировано еще и как злоупотребление полномочиями, повлекшее тяжкие последствия. Между тем, как уже неоднократно отмечалось, хотя оба деяния характеризуются корыстной направленностью, однако понятия корысти при этом трактуются различным образом. Использование служебного положения виновной учитывается квалификацией ее действий по ч. 3 ст. 160 УК РФ. Правильным, на мой взгляд, является и решение суда о квалификации ее действий по ч. 2 ст. 327 УК РФ без совокупности с ч. 3 этой же статьи УК РФ, поскольку она сама подделала официальные документы с целью использования их для сокрытия совершенных преступлений. Использование документов в таком случае охватывается ч. 2 ст. 327 УК РФ.
Действия лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, совершившего хищение и злоупотребившего своими полномочиями, квалифицируются по совокупности преступлений <1>.
--------------------------------
<1> Архив Ленинского районного суда г. Оренбурга, 2004 г. Уголовное дело N 1-285.
К. работал в должности начальника службы городской канализации муниципального унитарного предприятия "Оренбургводоканал". Зная, что с одного из объектов была демонтирована и складирована на территории водозабора чугунная труба, он тайно похитил ее и использовал при прокладке канализационной трассы вдоль индивидуальных жилых домов. Для выполнения работ К. незаконно привлек технику и работников МУП, не осведомленных о его намерениях. Выполнив прокладку канализационной трассы общей протяженностью 460 м, К. получил от собственников домов денежные средства в размере 210 тыс. руб. Его действия были квалифицированы по совокупности таких преступлений, как кража (ч. 3 ст. 158 УК РФ) и злоупотребление полномочиями (ч. 1 ст. 201 УК РФ).
* * *
Этот пример примечателен тем, что показывает наличие реальной совокупности тайного хищения чужого имущества и злоупотребления полномочиями, притом что оба преступления характеризуются корыстной направленностью. Однако корысть в них по-разному проявляется. Суд дал верную уголовно-правовую оценку содеянному, установив, что корысть при краже заключалась в противоправном безвозмездном изъятии чужого имущества (чугунной трубы), при злоупотреблении полномочиями - в получении материальной выгоды без незаконного безвозмездного изъятия чужого имущества (использование техники и работников муниципального унитарного предприятия без соответствующей оплаты). Важно также отметить, что в соответствии с примечанием 2 к ст. 201 УК РФ, поскольку вред причинен муниципальному предприятию, заявления этой организации или ее согласия для осуществления уголовного преследования виновного не требуется.
Уголовное дело, возбужденное по ст. 204 УК РФ, прекращено в связи с отсутствием заявления о привлечении к уголовной ответственности <1>.
--------------------------------
<1> Архив Центрального районного суда г. Оренбурга, 2002. Уголовное дело N 1-65.
Между государственным образовательным учреждением среднего профессионального образования "Оренбургское педагогическое училище" и ООО "Уралстрой" был заключен договор, на основании которого ООО выполнило работы по строительству наружного и внутреннего водопровода для педагогического училища.
На основании письма от государственного образовательного учреждения "Оренбургское педагогическое училище" муниципальным предприятием "ПУВКХ" были разработаны и выданы технические условия на установку приборов учета холодной воды. Б., выполняя управленческие функции в этом предприятии, совместно с работниками предприятия без оформления соответствующих документов произвел врезку проложенного ООО "Уралстрой" наружного водопровода. По условиям устной договоренности директор ООО "Уралстрой" должен был выплатить Б. 50 тыс. руб. за его работу. Однако от выплаты этой суммы денег директор ООО уклонялся, а впоследствии обратился с заявлением в милицию о вымогательстве у него денег.
Находясь в кабинете директора педучилища, директор ООО "Уралстрой" передал Б. 50 тыс. руб., полученные от сотрудников милиции. В свою очередь Б. передал и подписал акт приемки и гидравлического испытания наружных сетей и был задержан сотрудниками милиции.
Ни на предварительном следствии, ни в ходе судебного разбирательства МП "ПУВКХ" не делало заявления о привлечении Б. к уголовной ответственности. МП "ПУВКХ" отказалось давать согласие на привлечение Б. к уголовной ответственности, так как действиями никакого ущерба предприятию не причинено. МП "ПУВКХ" не выделяло автотранспорт для проведения этих работ, такие работы выполнялись в свободное время. На основании этого суд прекратил уголовное дело.