Файл: Dissertatsia_Moshennichestvo_i_ego_vidy_v_rossiyskom_ugolovnom_pravepdf-1.pdf

141 

лица для достижения совместной цели, ради которой они объединились, степень 

его  фактического  участия.  Следовательно,  усиливать  ответственность  одного  из 

соучастников при объективно одинаковом вкладе в достижение преступной цели 

не  будет  соответствовать  принципу  справедливости  (ст.  6  УК  РФ).  Согласно 

положениям, п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 

51 необходимо учитывать, какие именно действия, направленные на исполнение 

объективной  стороны,  совершал  каждый  соучастник

1

.  Так,  приговором 

Актанышского районного суда действия М. и С. были квалифицированы по ч. 2 

ст. 159

1

 УК РФ. Ю., используя компьютерную программу, изменил фотографию в 

копии  чужого  паспорта  и  передал  ее  М.    В  свою  очередь  М.  представил 

поддельную 

копию 

паспорта 

в 

отделение 

банка 

для 

оформление 

потребительского кредита на приобретение стиральной машины «Bosh», которую 

в  дальнейшем  реализовал,  денежные  средства  разделил  с  Ю.,  а  взятые  на  себя 

обязательства перед банком не исполнил

2

.  

Логичнее  представляется  исключить  признак  специального  субъекта  из  ст. 

159

1

  УК  РФ,  указав,  что  субъектом  этого  преступления  является  лицо,  которое 

сообщило  недостоверные  или  ложные  сведения  при  заключении  кредитного 

договора  с  целью  совершения  хищения  денежных  средств  банка  и  иных 

кредитных  организаций.  Аналогичной  точки  зрения  об  исключения  заемщика  в 

качестве  специального  субъекта  высказывались  П.А.  Скобликовым

3

  и  М.Н. 

Урдой, С.В. Шевелевой

4

.  

 Мошенничество в сфере кредитования, как и обычное мошенничество может 

совершаться  только  с  прямым  умыслом,  т.е.  корыстная  цель  данного  вида 

мошенничества  проявляется,  когда  лицо  желает  получить  кредит  без  намерения 

1

 Cм.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 51 «О судебной практике по делам о 

мошенничестве, присвоении и растрате» // «Российская газета». № 4. 12.01.2008. 

2

 Приговор 

Актанышского 

районного 

суда 

от 

20.07.2013. 

Дело 

№ 

1-27/2013 

// 

http://www.gcourts.ru/case/15047624 

3

  Cм.:  Скобликов  П.А.  Новый  закон  об  ответственности  за  кредитное  мошенничество  и  первые  гримасы 

правоприменительной 

практики 

// 

Закон.ru 

первая 

социальная 

сеть 

для 

юристов 

URL: 

https://zakon.ru/discussion/2013/2/14/novyj_zakon_ob_otvetstvennosti_za_kreditnoe_moshennichestvo_i_pervye_grimasy
_pravoprimenitelnoj_prak (дата обращения: 27.12.2015). 

4

 Cм.: Урда М. Н., Шевелева С. В. Проблемы применения ст. 159.1 УК РФ //Уголовное право.  – 2013. – № 

6. – С. 72 

142 

возвратить 

его. 

Наличие 

дополнительного 

признака 

«заведомость» 

представляется излишним. Так, ФЗ от 27 декабря 2009 г. № 377  было отмечено, 

что  исключение  признака  «заведомости»  знания  конкретного  возраста 

потерпевшей несовершеннолетней от изнасилования (п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ) 

не исключает того, что субъект осознает возраст потерпевшей в рамках умысла.  

Субъективная сторона как раз является тем элементом состава преступления, 

который положен в основу различия от смежного состава незаконного получения 

кредита  (ст.  176  УК  РФ),  где  умысел  лица  направлен  на  получение  льготных 

условий кредитования. При этом отсутствует цель безвозмездного изъятия и (или) 

обращения денежных средств банка или иной кредитной организации.  

Так,  Рузаевским  районным  судом  Республики  Мордовия  25.05.2015  Д.  был 

признан  виновным  в  совершении  мошенничества  в  сфере  кредитовании  с 

использованием  своего  служебного  положения  (ч.3  ст.159

1

  УК  РФ).  Являясь 

зарегистрированным индивидуальным предпринимателем, а именно главой КФХ, 

он  узнал  о  возможности  получения  целевого  кредита  ОАО  «М»  на  льготных 

условиях  с  отсрочкой  платежа,  предоставил  заведомо  ложные  и  недостоверные 

сведения 

о 

своем 

финансовом 

положении и 

наличии 

определенных 

задолженностей

, указав как основной источник дохода поставку сырого молока в 

ОАО  «М».  Для  подтверждения  своего  источника  дохода  Д.  предоставил 

фиктивный  договор  на  поставку  сырого  молока  в  объемах,  не  соответствующих 

действительности. После поступления денежных средств в сумме 1,2 млн. руб. он 

воспользовался  ими  по  своему  усмотрению,  потратив  на  цели,  не  связанные  с 

полученным целевого кредита

1

. 

Приведенный  пример  вызывает  определенные  трудности  с  установлением 

изначального  умысла  лица.  Денежные  средства  могли  быть  потрачены  Д.  для 

улучшения  финансового  состояния  КФХ  и  в  дальнейшем  кредит  мог  быть 

погашен,  хотя  преступление  формально  будет  считаться  оконечным,  как  по  ст. 

1

  Приговор  Рузаевского  районного  суда  Республики  Мордовия  от  25.05.2015.  Дело  №  1-123/2015  // 

http://sudact.ru/regular/doc/7K560b7UxvNa/  

143 

159

1

 УК РФ, так и по ст.176 УК РФ

1

. 

Что  касается  основной  массы  этого  вида  преступлений,  то  эти  деяния 

совершаются  в  сфере  потребительского  кредитования.  Чтобы  получить, 

например, кредит в размере до 100 тыс. рублей, достаточно предоставить паспорт, 

а  все  остальные  данные  записываются  со  слов  заемщика, при  этом  подлинность 

этих  сведений  практически  не  проверяется.  Более  тщательные  проверки 

осуществляются  в  отношении  компаний,  что  неудивительно,  поскольку  размер 

идет о более значительных суммах.  

Банкам  или  иным  кредитным  организациям  необходимо  более  тщательно 

усиливать  свою  безопасность  в  области  проверки  данных  заемщиков.  Анализ 

уголовной  практики  показал,  что  в  большинстве  случаев  обвиняемые 

соглашаются с предъявленным обвинением и ходатайствуют о рассмотрении дела 

в  соответствии  с  ч.  7  ст.  316  УПК  РФ  в  особом  порядке  судебного 

разбирательства. При этом они практически избегают наказания, а зачастую даже 

рассчитывают на полную безнаказанность. 

Исследование  состава  мошенничества  в  сфере  кредитования  позволило 

вывить ряд нюансов. Несмотря на тот факт, что объектом преступления является 

собственность,  как  и  в  общем  составе  мошенничества  определенные  трудности 

все же связаны с различением составов преступлений по ч.3 ст. 159

1

 УК РФ и ст. 

176  УК  РФ.  В  последнем  случае  в  качестве  объекта  состава  преступления 

выделяются  общественные  отношения  в  финансово-кредитной  сфере.  По 

объективной  стороне  и  моменту  окончания  преступления,  ответственность  за 

которые предусмотрена в рамках ст. 176 и ч.3 ст. 159

1

 УК РФ, достаточно схожи.  

1

  В.М.  Лебедев  связывает  момент  окончания  незаконного  получения  кредита  с  моментом  причинения 

крупного  ущерба.  Такой  ущерб может  быть  причинен кредитору  при  неисполнении обязательств по  кредитному 
договору, т.е. при невозврате кредита, неуплате процентов. Ущерб может быть и реальным, если он причиняется 
третьему  лицу,  с  которым  у  заемщика  был  заключен  договор,  обеспечивающий  исполнение  обязательств  по 
кредитному  договору.  В  последнем  случае  имеет  место  следующее:  обманув  кредитора  в  другом,  заемщик 
представил надлежащее гарантийное обязательство третьего лица (другого банка), относясь к неисполнению своих 
обязательств  не  как  к желаемому, но  как  к  допускаемому  им следствию его действий;  при этом и  неисполнение 
вытекающих  из  обеспечительного  договора  обязательств  перед  третьим  лицом  заемщиком  предвиделось  и 
допускалось, хотя и не желалось (Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под 
ред. В.М. Лебедева. 13-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2013. С. 484). 

144 

Как  уже  указывалось,  выделение  специальных  признаков  у  субъекта  не 

позволяет  с  полной  уверенностью  утверждать  о  возможности  существования 

неоконченных  стадий  преступления.  Статус  заемщика  приобретается  в  момент 

подписания договора, а ему предшествует проверка подлинности и достоверности 

данных  клиента.  А  на  этой  стадии  противоправная  деятельность  может  быть 

пресечена.    Поэтому  предпочтительный  было  бы  обозначить  общий  субъект  в 

отношении мошенничества в сфере кредитования.  

В целом, специальная норма о мошенничестве в сфере кредитования (ст. 159

1

УК РФ) не позволила решить стоящие перед ней задачи.  Проблемы, которые уже 

существовали  до  введения  в  действие  Федеральный  Закон  от  29.11.2012  №  207-

ФЗ,  не  только  не  исчезли,  но  их  количество  возросло  (разграничение 

ответственности  между  ст.  159,  ст.  176  и  ст.  159

1

  УК  РФ  -  частный  случай). 

Представляется,  что  все  вышеуказанные  замечания  необходимо  учитывать  в 

рамках общего состава мошенничества, а ст. 159

1

 УК РФ следует исключить. 

§ 2. Мошенничество при получении выплат 

Объектом  мошенничества  при получении  выплат  является  собственность.  В 

качестве  факультативного  объекта  выступают  общественные  отношения, 

складывающиеся в сфере социального обеспечения. М.Л. Захарова отмечает, что 

эти  отношения  складываются  в  связи  с  распределением  части  валового 

внутреннего продукта (далее ВВП) через систему социального обеспечения

1

. Эти 

отношения  могут  носить  самые  различные  формы  воплощения:  денежные 

средства,  натуральная  форма,  оказание  социальных  услуг  и  т.д.  Предметом 

данного  вида  мошенничества  являются  выплаты,  выделенные  законодателем  в 

качестве  родового  понятия  по  отношению  к  его  конкретным  формам:  пособие, 

компенсация,  субсидия  и  иные  социальные  выплаты,  установленные  законами  и 

иными  нормативно-правовыми  актами.  Формой  реализации  настоящих  выплат 

1

 Cм.: Захаров, М. Л., Данилова А. Г. Право социального обеспечения России. 3-е изд. М.: Волтерс Клувер 

(WoltersKluwer), 2004. С. 77-85. 

145 

являются  денежные  средства  или  иное  имущество.  Под  иным  имуществом 

следует понимать вещи, которые предназначены для социально-ориентированных 

слоев населения: инвалидная коляска, медицинские препараты, предметы первой 

необходимости и т.д.  

В  РФ  действует  система  социального  обеспечения,  юридическую  основу 

которой  составляют:    международные  акты  (Международный  акт  «Об 

экономических,  социальных  и  культурных  правах  человека  и  гражданина», 

Всеобщая  декларация  прав  человека  и  т.д.);  федеральное  законодательство 

(Конституция  РФ,  ФЗ  «Об  основах  социального  страхования»,  ФЗ  «Об 

обязательном  пенсионном  страховании»  и  т.д.);  подзаконные  акты  (Указы 

президента,  Постановления  Правительства);  правовые  акты  субъектов  РФ; 

правовые  акты  муниципальных  образований.  Юридическое  содержание 

складывающихся отношений в настоящей сфере предполагает отсутствие власти, 

подчинения  и  равенства.  Государство  в  лице  его  специально  уполномоченных 

органов  является  гарантом  исполнения  обязательств  по  корреспондирующим 

правам  граждан.    Исходя  из  специфики  содержания  настоящих  отношений,  в 

качестве потерпевшего может выступать только публично правовое образование 

(Российская Федерация, субъект РФ, органы местного самоуправления). 

Что  касается  предмета  выплат,  то  более  удачная  формулировка  родового 

понятия  «социальные  выплаты»  содержится  в  постановлении  Пленума 

Верховного  Суда  РФ  от  27.12.2007  №  51.  Термин  «социальный»  означает 

«общественный», т.е. относящийся к жизни людей и их отношениям в обществе

1

, 

а  под  выплатами  подразумевается  сумма  денег,  которую  предприятие  или 

государство  платят  кому-либо

2

.    В  соответствии  с  этим  под  социальными 

выплатами  следует  понимать  определенные  меры  поддержки  и  защиты, 

направленные  на  удовлетворение  общественных  потребностей  человека.  В  ст.  7 

Конституции  закреплено,  что  РФ  является  социальным  государством,  задачей 

которого  являются  обеспечение  достойной  жизни  и  свободного  развития 

1

 Cм.: Ожегов С. И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. -16-е изд., испр. М. :Рус. яз.,1984. - 

С.381 

2

 Cм.: Дмитриев Д.В. Толковый словарь русского языка М.: Астрель: АСТ, 2003. С. 672