Файл: Antonyan_Yu_M__Psikhologia_prestupnika_i_rassledovania_prestupleniy.pdf

были

веские

основания

подозревать

жену

в

неверности

, 

однако

он

отреагировал

лишь

тем

, 

что

сам

стал

ей

изменять

и

еще

больше

выпивать

.  

Нельзя

не

видеть

сходство

в

характерах

матери

и

жены

Д

., 

равно

как

сходство

судеб

Д

. 

и

его

отца

, 

что

отмечает

и

сам

Д

. 

Можно

предположить

, 

что

мать

Д

. 

сыграла

в

жизни

отца

примерно

ту

же

роль

, 

что

сыграла

жена

в

его

жизни

.  

Мотивы

краж

, 

совершенных

Д

., 

не

носят

, 

так

сказать

, 

чисто

корыстного

характера

. 

Мотивом

, 

личностным

смыслом

преступлений

лиц

алкогольно

-

дезадаптивного

типа

является

сохранение

определенного

асоциального

образа

жизни

. 

По

-

видимому

, 

их

можно

назвать

дезадаптивными

мотивами

. 

Возможность

рецидива

преступлений

у

таких

лиц

в

силу

дезадаптации

и

алкоголизации

чрезвычайно

велика

, 

тем

более

что

они

обычно

слабо

опираются

на

прошлый

опыт

и

не

извлекают

из

него

урок

.  

Д

. - 

подавленный

, 

с

постоянно

сниженным

настроением

человек

. 

Для

него

характерны

общая

пессимистическая

оценка

жизни

при

одновременно

декларируемом

желании

построить

ее

заново

. 

Ему

не

хватает

решимости

и

воли

, 

он

не

уверен

в

себе

, 

что

является

в

значительной

мере

следствием

воспитания

в

семье

. 

Не

случайно

у

него

вызывают

антипатию

сильные

, 

довольные

собой

, 

уверенные

в

себе

люди

, 

умеющие

за

себя

постоять

, 

т

. 

е

. 

именно

те

, 

которые

демонстрируют

черты

, 

которых

у

него

нет

. 

Это

тоже

может

способствовать

рецидиву

преступлений

.  

В

приведенных

примерах

имело

место

отчуждение

от

родителей

в

детстве

. 

Отсутствие

необходимых

воспитательных

мероприятий

и

воздействие

при

этом

различных

криминогенных

факторов

приводят

к

преступному

поведению

, 

развивающемуся

на

фоне

утраты

контактов

с

позитивной

микросредой

и

значительного

ослабления

ее

контроля

. 

В

этих

жизненных

ситуациях

совершение

краж

является

способом

поддержания

определенного

образа

жизни

, 

что

наиболее

ярко

выступает

в

тех

случаях

, 

когда

алкоголизация

играет

роль

мощного

мотивирующего

фактора

при

общей

дезадаптации

. 

Преступная

дятельность

М

. 

начинается

под

влиянием

мотивов

приспособления

к

группе

, 

обеспечения

необходимого

ему

образа

жизни

, 

преодоления

своей

изолированности

. 

В

дальнейшем

совершение

квартирных

краж

в

одиночку

приобретает

, 

так

сказать

, 

более

корыстный

характер

, 

и

корыстные

мотивы

начинают

играть

доминирующую

роль

.  

Таким

образом

, 

мы

выдвигаем

гипотезу

, 

что

эмоциональное

отвергание

в

детстве

ребенка

родителями

формирует

у

него

состояние

неуверенности

, 

тревожности

, 

беспокойства

по

поводу

своей

социальной

определенности

. 

Подобные

особенности

становятся

фундаментальными

структурами

личности

. 

Однако

эти

структуры

неоднородны

: 

по

-

видимому

, 

если

попытаться

ранжировать

их

, 

высшей

точкой

будет

страх

и

ожидание

агрессии

среды

, 

низшей

 - 

неуверенность

и

беспокойство

. 

Страх

и

ожидание

агрессии

способны

порождать

насильственное

преступное

поведение

, 

неуверенность

и

беспокойство

  - 

совершение

корыстных

преступлений

в

попытке

обрести

определенность

и

положительные

эмоции

, 

даваемые

материальными

благами

.  

Между

названными

крайними

точками

могут

существовать

иные

образования

. 

Можно

предположить

, 

что

снижение

страха

до

уровня

только

неуверенности

и

беспокойства

способно

, 

при

общей

антиобщественной

направленности

личности

, 

трансформировать

насильственное

преступное

поведение

в

корыстное

, 

а

повышение

неуверенности

и

беспокойства

  - 

наоборот

. 

Возможно

, 

что

в

этом

заключена

одна

из

главных

причин

изменения

конкретных

форм

противоправного

, 

поведения

индивида

. 

Не

исключено

и

совпадение

этих

явлений

, 

в

чем

можно

усмотреть

причину

, 

например

, 

совершения

краж

и

нанесения

тяжких

телесных

повреждений

или

убийства

одним

и

тем

же

лицом

.  

В

настоящее

время

трудно

дать

более

или

менее

полный

ответ

на

вопрос

о

том

, 

почему

отвергание

, 

отчуждение

ребенка

родителями

в

детстве

у

одних

приводит

в

дальнейшем

к

формированию

страха

, 

а

у

других

  - 

только

состояния

неуверенности

и

беспокойства

. 

Можно

предположить

наличие

нескольких

причин

:   

•

врожденные

особенности

нервно

-

психической

конституции

, 

определяющие

различные

типы

реакций

на

отчуждение

;   

•

характер

и

степень

отчуждения

от

родителей

;  

•

усвоение

в

детстве

, 

а

также

в

юношеском

возрасте

конкретных

форм

антиобщественного

поведения

 - 

насильственного

или

корыстного

как

в

семье

, 

так

и

в

иных

малых

группах

;   

•

состояние

психики

данного

человека

, 

ее

нарушения

.   

Разумеется

, 

отчуждение

в

детстве

, 

как

и

вся

неблагоприятная

раннесемейная

ситуация

личности

, 

может

и

не

иметь

негативных

последствий

, 

если

будут

предприняты

специальные

воспитательные

меры

.  

4. 

Образ

жизни

преступников

Неблагоприятные

раннесемейные

ситуации

, 

отчуждение

от

родителей

, 

вхождение

в

антиобщественные

группы

таких

же

отчужденных

сверстников

, 

неуспехи

в

учебе

и

работе

постепенно

формируют

дезадаптивный

, 

неприспособленный

образ

жизни

правонарушителей

. 

Он

характеризуется

эмоциональной

отгороженностью

, 

значительным

ослаблением

нормальных

связей

и

отношений

, 

во

многих

случаях

выключенностью

из

них

, 

совершением

аморальных

и

противоправных

поступков

с

целью

обеспечения

такого

существования

, 

постоянным

пьянством

, 

общением

преимущественно

с

другими

правонарушителями

, 

неприятием

общественных

ценностей

, 

в

целом

неприспособленностью

к

нормам

и

институтам

. 

Происходит

деградация

личности

, 

она

становится

все

менее

способной

к

выполнению

различных

трудовых

, 

гражданских

и

иных

обязанностей

. 

Такой

образ

жизни

на

долгие

годы

становится

привычной

формой

жизнедеятельности

, 

некоторые

не

расстаются

с

ним

никогда

.  

Разумеется

, 

подобное

существование

нехарактерно

, 

например

, 

для

многих

расхитителей

, 

взяточников

, 

некоторых

убийц

, 

но

и

среди

них

можно

найти

отдельные

существенные

элементы

дезадаптации

: 

слабость

позитивных

контактов

, 

систематическое

пьянство

, 

отвергание

общесоциальных

ценностей

. 

Наиболее

дезадаптивный

образ

жизни

, 

как

уже

отмечалось

, 

ведут

бродяги

и

лица

, 

многократно

судимые

за

кражи

, 

грабежи

и

разбои

. 

Из

числа

последних

немало

особо

опасных

рецидивистов

, 

а

также

тех

, 

кто

признается

преступниками

  “

ворами

в

законе

”. 

Между

этими

крайними

группами

находится

значительная

часть

правонарушителей

, 

чья

дезадаптация

носит

временный

или

частичный

характер

, 

немалая

часть

из

них

впредь

вообще

может

воздержаться

от

нарушений

закона

.  

Не

только

дезадаптивный

образ

жизни

правонарушителей

влияет

на

преступное

поведение

, 

но

и

преступное

поведение

содействует

такому

образу

жизни

. 

Уклонение

от

работы

, 

невыполнение

других

важных

гражданских

обязанностей

могут

быть

следствием

преступного

поведения

, 

особенно

если

оно

продолжается

длительное

время

. 

Не

случайно

длительное

антисоциальное

существование

более

типично

для

рецидивистов

, 

чем

для

впервые

совершивших

преступление

.  

Известно

немало

случаев

, 

когда

совершение

преступления

данным

человеком

может

быть

неожиданным

для

окружающих

, 

поскольку

ему

не

предшествует

противоправное

или

аморальное

поведение

, 

во

всяком

случае

в

очевидной

форме

. 

Поэтому

такие

преступления

часто

  (

и

, 

на

наш

взгляд

, 

ошибочно

) 

расцениваются

как

случайные

. 

В

то

же

время

антиобщественный

образ

жизни

всегда

проявляется

в

систематическом

совершении

правонарушений

или

аморальных

поступков

, 

которые

обычно

становятся

известны

значительному

кругу

людей

и

выявление

которых

, 

как

правило

, 

не

представляет

особой

сложности

. 

Отдельные

действия

перерастают

в

антиобщественный

образ

жизни

постепенно

. 

Преступные

же

действия

являются

его

наиболее

опасной

формой

.  

Но

всегда

ли

дезадаптивный

образ

жизни

предшествует

преступлению

, 

все

ли

преступники

ранее

вели

себя

предосудительно

? 

Отнюдь

нет

, 

но

их

преступные

действия

внутренне

закономерны

и

в

силу

прожитой

жизни

, 

из

-

за

отчуждения

в

детстве

, 

закрепленной

в

психике

отгороженности

от

окружающей

среды

субъективно

целесообразны

.. 

Практически

никакая

ситуация

однозначно

не

диктует

субъекту

совершить

убийство

или

кражу

, 

она

всегда

содержит

в

себе

возможность

и

иного

варианта

поведения

. 

Однако

если

субъект

выбирает

, 

пусть

часто

и

бессознательно

, 

преступный

путь

решения

жизненной

задачи

, 

то

происходит

это

в

силу

того

, 

что

он

именно

такой

, 

а

не

какой

-

нибудь

другой

. 

Поэтому

рассуждение

типа

:  “

Он

мог

и

не

красть

”  - 

недостаточно

корректно

, 

если

иметь

в

виду

не

ситуацию

, 

а

самого

человека

. 

Но

повторяем

, 

в

большинстве

случаев

совершению

преступлений

предшествует

то

, 

что

мы

обозначили

понятием

“

дезадаптивный

образ

жизни

”.  

Нередко

бывает

и

так

, 

что

лицо

, “

внезапно

” 

совершившее

преступление

, 

а

до

этого

асоциально

никак

себя

не

проявлявшее

, 

с

этого

момента

как

бы

срывается

. 

Начинается

длительное

антиобщественное

существование

, 

содержащее

в

себе

благоприятную

почву

для

последующих

преступлений

.  

Вопросы

адаптации

и

дезадаптации

всегда

необходимо

рассматривать

в

аспекте

того

, 

в

отношении

чего

человек

адаптирован

или

дезадаптирован

. 

Так

, 

некоторые

взяточники

и

расхитители

адаптированы

в

семье

или

среди

друзей

, 

но

занимают

негативную

позицию

к

тем

закрепленным

в

соответствующих

правовых

нормах

общественным

ценностям

, 

на

которые

они

посягают

своими

преступными

действиями

. 

Многие

преступники

-

рецидивисты

давно

привыкли

к

условиям

лишения

свободы

. 

Поэтому

ее

угроза

их

отнюдь

не

пугает

.  

Наши

эмпирические

исследования

показали

, 

что

у

отчужденных

личностей

мало

субъективных

возможностей

для

успешной

адаптации

к

обществу

. 

У

них

по

сравнению

с

другими

категориями

правонарушителей

и

особенно

с

законопослушными

гражданами

ниже

уровень

образования

и

трудовой

квалификации

, 

среди

них

меньше

лиц

, 

имеющих

семью

. 

Они

хуже

других

работают

, 

часто

меняют

место

работы

, 

а

нередко

и

жительства

, 

не

имеют

прочных

контактов

в

семье

, 

трудовых

коллективах

, 

в

дружеских

группах

.  

Характер

совершаемых

преступлений

говорит

об

их

значительной

социальной

изоляции

. 

Прежде

всего

это

систематическое

занятие

бродяжничеством

, 

что

само

по

себе

представляет

дезадаптивное

существование

. 

Они

часто

совершают

сексуальные

преступления

, 

особенно

по

отношению

к

детям

и

подросткам

, 

что

свидетельствует

об

их

дезадаптации

в

сфере

половых

отношений

. 

В

местах

лишения

свободы

они

отчуждены

от

других

преступников

. 

Подобная

социальная

изоляция

, 

во

многих

случаях

оставаясь

неизменной

в

течение

всей

жизни

субъекта

, 

приводит

по

существу

к

полному

крушению

личности

.  

Совершение

краж

и

хищений

также

говорит

о

неприспособленности

, 

социальной

изоляции

человека

. 

Простейший

пример

: 

нуждаясь

в

деньгах

, 

субъект

совершает

кражу

  (

или

хищение

), 

хотя

, 

казалось

бы

, 

мог

взять

их

взаймы

. 

Но

это

невозможно

, 

поскольку

друзей

нет

, 

а

с

родственниками

связи

утрачены

; 

в

иных

случаях

товарищи

или

родственники

отказывают

в

помощи

, 

нередко

по

причине

опять

-

таки

слабости

социальных

связей

.  

О

том

же

может

свидетельствовать

и

убийство

. 

Например

, 

убийство

жены

или

сожительницы

в

том

случае

, 

если

она

намеревается

покинуть

мужчину

, 

для

которого

является

главным

связующим

звеном

с

окружающим

миром

, 

той

основой

, 

на

которой

строится

его

адаптация

. 

В

данном

случае

утрата

женщины

воспринимается

чрезвычайно

травмирующе

, 

и

с

помощью

убийства

уничтожается

 “

виновница

” 

мощного

эмоционального

удара

.  

Мы

акцентируем

внимание

на

слабости

социальных

связей

преступников

как

типичном

проявлении

отчужденного

образа

жизни

по

той

причине

, 

что

такое

явление

получает

, 

к

сожалению

, 

все

большее

распространение

в

наши

дни

. 

Оно

может

быть

отнесено

к

числу

факторов

, 

порождающих

тревожность

людей

, 

их

неуверенность

в

своем

социальном

положении

и

жизненных

перспективах

. 

Естественно

, 

что

слабые

социальные

связи

  (

особенно

в

условиях

урбанизации

) 

ослабляют

социальный

контроль

, 

и

прежде

всего

за

поведением

правонарушителей

.  

Образ

жизни

многих

правонарушителей

характеризуется

постоянным

желанием

куда

-

либо

уехать

, 

переменить

место

жительства

и

работы

. 

Во

-

первых

, 

в

этом

можно

усмотреть

стремление

выйти

из

трудной

или

конфликтной

ситуации

, 

причем

конфликтмость

может

ощущаться

субъективно

и

не

иметь

места

в

реальной

жизни

. 

Такое

стремление

мы

наблюдали

у

всех

категорий

дезадаптивных

преступников

  (

бродяг

, 

убийц

, 

воров

, 

расхитителей

государственного

имущества

и

т

. 

д

.). 

Как

правило

, 

оно

носит

бессознательный

характер

, 

и

не

случайно

большинство

не

в

состоянии

объяснить

, 

почему

они

часто

меняют

место

работы

и

переезжают

из

одного

населенного

пункта

в

другой

. 

Во

-

вторых

,  “

уход

” 

может

представлять

собой

попытку

избежать

идентификации

, 

членства

в

группе

, 

например

в

семье

или

трудовом

коллективе

, 

что

характерно

для

лиц

, 

систематически

ведущих

бездомное

существование

.  

Мы

полагаем

, 

что

тенденция

 “

ухода

” 

берет

свое

начало

в

психической

депривации

ребенка

в

семье

. 

Его

отвергание

родителями

, 

особенного

явное

и

в

жестокой

форме

, 

унижение

человеческого

достоинства

либо

опека

, 

ведущая

к

эмоциональным

барьерам

между

ним

и

родителями

, 

и

т

. 

д

. 

становятся

психологически

невыносимыми

и

постоянно

травмирующими

. 

По

мере

взросления

и

приобретения

самостоятельности

подросток

получает

возможность

уйти

от

подобных

условий

жизни

, 

избежать

придирок

, 

упреков

, 

безразличия

, 

а

во

многих

случаях

  - 

побоев

и

издевательств

. 

Эта

возможность

реализуется

путем

все

более

активного

участия

в

неформальных

группах

сверстников

или

  (

и

) 

побегов

из

дома

. 

В

группах

он

надеется

получить

признание

и

эмоциональное

тепло

, 

но

не

всегда

встречает

понимание

. 

Со

временем

стремление

уйти

закрепляется

в

личности

как

устойчивая

поведенческая

тенденция

, 

которая

начинает

мотивировать

его

образ

жизни

.  

А

.,  30 

лет

, 

был

судим

за

сбыт

похищенного

и

кражу

. 

Его

воспитывали

суровая

, 

деспотичная

мать

и

слабовольный

, 

с

истероидными

чертами

отец

. 

Мать

была

несправедлива

к

нему

, 

не

прощала

проступков

. 

Он

не

помнит

, 

чтобы

она

его

ласкала

. “

Близких

, 

теплых

отношений

с

ней

у

меня

не

было

. 

Больше

смотрела

за

мной

старшая

сестра

. 

Что

касается

старшего

брата

, 

то

он

очень

сильно

бил

меня

”. 

В

детстве

А

. 

убегал

из

дома

, 

тяготел

к

группам

, 

в

которых

были

старшие

ребята

, 

а

после

службы

в

армии

стал

постоянно

разъезжать

по

стране

. “

Я

много

ездил

, 

иногда

сам

не

понимал

, 

зачем

приехал

в

тот

или

иной

город

. 

Больше

всего

люблю

быть

один

”. 

Как

мы

видим

, 

неблагополучное

детство

, 

негативные

отношения

в

родительской

семье

предопределили

его

стойкое

стремление

к

 “

уходу

” 

от

нее

и

скитанию

по

стране

. 

Нигде

он

долго

не

задерживался

.  

Рассказы

других

дезадаптивных

личностей

по

поводу

постоянной

тенденции

  “

ухода

” 

и

перемены

места

проживания

практически

не

отличаются

от

того

, 

что

пояснил

А

. 

Такую

тенденцию

мы

обнаружили

среди

как

насильственных

, 

так

и

корыстных

преступников

, 

не

говоря

уже

о

бродягах

.  

Причиной

постоянных

странствий

является

и

неприязненная

, 

враждебная

позиция

по

отношению

к

другим

людям

, 

стремление

уйти

от

постоянного

общения

с

ними

. 

Это

во

многом

объясняет

и

совершение

насильственных

преступлений

. 

Любопытны

в

этом

плане

  “

откровения

” 

некоего

К

., 

осужденного

за

изнасилование

и

нанесение

тяжких

телесных

повреждений

с

особой

жестокостью

: “

Я

не

люблю

людей

, 

мне

они

не

нравятся

. 

Человек

 - 

подлое

существо

, 

приносящее

другим

горе

, 

женщины

же

лишь

вначале

кажутся

людьми

. 

В

колонии

мне

нравится

больше

, 

чем

на

воле

. 

Если

честно

, 

то

я

бы

весь

срок

провел

в

одиночной

камере

”.  

По

нашим

выборочным

данным

, 

среди

наиболее

дезадаптивных

преступников

в

четыре

-

пять

раз

больше

хронических

алкоголиков

, 

чем

среди

других

категорий

правонарушителей

. 

Дезадаптирующая

, 

криминогенная

роль

алкоголизма

достаточно

хорошо

известна

Тем

не

менее

отметим

компонент

физической

зависимости

от

алкоголя

. 

Потребность

в

нем

приобретает

характер

 “

вынужденного

” 

влечения

. 

Это

основа

, 

на

которой

развивается

деградация

личности

, 

ее

отдаление

от

общества

. 

Алкоголик

ради

удовлетворения

потребности

в

алкоголе

поступается

рядом

социальных

ценностей

, 

которые

перестают

оказывать

регулирующее

влияние

на

его

поведение

, 

в

чем

также

проявляется

его

психологическое

отчуждение

.  

У

многих

алкоголиков

отмечается

неспособность

к

длительной

деятельности

, 

даже

если

она

может

обеспечить

средства

для

приобретения

спиртного

. 

Именно

поэтому

они

обычно

не

доводят

дело

до

конца

. 

В

преступном

поведении

это

часто

выражается

в

том

, 

что

алкоголик

не

способен

готовиться

к

преступлению

и

, 

образно

говоря

,  “

хватает

” 

первое

, 

что

попадается

под

руку

. 

Так

, 

поступая

на

работу

, 

многие

алкоголики

при

первой

возможности

сразу

же

совершают

хищения

, 

не

проявляя

особой

осторожности

и

не

дожидаясь

благоприятных

ситуаций

. 

Загораясь

желанием

совершить

какое

-

то

полезное

дело

и

даже

с

энергией

принимаясь

за

него

, 

больной

алкоголизмом

обычно

не

доводит

его

до

конца

. 

По

этой

причине

общественно

полезная

деятельность

сама

по

себе

редко

выступает

в

качестве

 “

способа

” 

лечения

и

исправления

его

поведения

.  

Влечение

к

алкоголю

в

качестве

ведущей

потребности

сопровождается

асоциальным

поведением

, 

снижением

социальных

ролей

и

статусов

, 

деградацией

личности

. 

Этому

способствуют

нарастающая

возбудимость

, 

мало

зависящая

от

доболезненного

склада

личности

, 

недостаточный

самоконтроль

и

низкий

уровень

саморегуляции

.  

Поведение

правонарушителей

-

алкоголиков

нередко

отличается

пассивностью

и

не

является

результатом

продуманных

решений

, 

осмысленных

; 

зрелых

взглядов

. 

Это

особенно

свойственно

лицам

, 

длительное

время

ведущим

паразитическое

, 

бездомное

существование

. 

Они

не

могут

активно

противостоять

жизненным

трудностям

и

склонны

  “

плыть

по

течению

”. 

Их

поведение

отличается

пониженной

избирательностью

, 

неумением

найти

правильный

выход

, 

бедным

эмоциональным

содержанием

. 

Отчуждению

таких

людей

способствует

то

, 

что

среди

них

часто

встречаются

хронические

больные

, 

в

том

числе

психические

, 

а

сами

люди

отличаются

низким

культурным

, 

образовательным

и

профессиональным

уровнем

.  

Многие

правонарушители

этого

типа

, 

особенно

из

числа

многократно

судимых

лиц

старших

возрастов

, 

инертны

, 

безразличны

и

к

себе

, 

и

к

другим

. 

Безразличны

они

и

к

оценкам

окружающих

, 

даже

если

сами

признают

их

справедливость

, 

в

чем

также

выражается

значительная

психологическая

дистанция

от

среды

. 

Порицая

свой

образ

жизни

, 

они

тем

не

менее

не

находят

в

себе

силы

изменить

его

, 

в

чем

резко

проявляется

разница

между

их

вербальным

и

действительным

поведением

. 

У

них

нет

стойкости

в

стремлениях

и

постоянства

в

делах

, 

они

небрежно

относятся

к

любым

обязанностям

и

бросают

их

, 

как

только

происходит

смена

настроения

.  

У

алкоголиков

из

числа

тунеядцев

, 

бродяг

и

попрошаек

отсутствуют

стойкие

и

глубокие

связи

с

другими

людьми

, 

с

позитивной

микросредой

, 

их

социальные

контакты

случайны

и

непродолжительны

. 

Эти

люди

развиваются

в

направлении

растущей

социальной

изоляции

, 

постепенно

отказываясь

от

многих

функций

и

ролей

в

обществе

, 

что

приводит

к

деградации

, 

оскудению

их

духовного

мира

. 

Выпадение

из

системы

нормальных

социальных

, 

прежде

всего

трудовых

и

семейных

, 

связей

является

одним

из

главных

препятствий

в

приобщении

тунеядцев

, 

бродяг

и

попрошаек

, 

страдающих

алкоголизмом

, 

к

честной

трудовой

жизни

.  

Случайные

, 

неглубокие

и

кратковременные

контакты

с

ранее

незнакомыми

или

малознакомыми

людьми

и

с

хорошо

знакомыми

, 

которые

ведут

аналогичный

образ

жизни

, 

происходят

обычно

на

почве

совместного

распития

спиртных

напитков

и

внешне

бесцельного

времяпрепровождения

. 

Подобные

контакты

приводят

к

образованию

неформальных

малых

групп

, 

являющихся

основной

сферой

повседневного

общения

рассматриваемой

категории

правонарушителей

. 

Специальные

наблюдения

за

такими

группами

показывают

, 

что

они

не

постоянны

по

составу

участников

, 

в

них

отсутствуют

более

или

менее

четкая

иерархия

ролей

, 

ясно

осознаваемые

всеми

или

большинством

членов

групповые

цели

, 

кроме

, 

конечно

, 

употребления

алкоголя

.  

Алкоголики

, 

утратившие

нормальные

трудовые

, 

семейные

и

дружеские

связи

, 

как

правило

, 

только

в

таких

неформальных

группах

находят

признание

и

поддержку

, 

что

является

одной

из

причин

относительно

длительного

их

функционирования

. 

Группа

, 

несмотря

на

ее

нестабильность

, 

в

их

жизни

играет

значительную

, 

порой

определяющую

, 

роль

, 

поскольку

является

важнейшей

сферой

социального

бытия

. 

Традиции

же

и

стандарты

группы

, 

как

одно

из

выражений

ее

субкультуры

, 

выполняют

в

числе

прочих

функцию

защиты

ее

участников

, 

поскольку

несут

в

себе

некоторое

оправдание

их

антиобщественного

существования

. 

Вне

таких

групп

алкоголики

, 

естественно

, 

ощущают

дискомфорт

, 

раздражаются

по

пустякам

, 

не

знают

, 

куда

себя

деть

, 

чем

заняться

.  

Прием

алкоголя

помогает

устанавливать

и

поддерживать

социальные

контакты

в

таких

группах

, 

снимает

неуверенность

и

страх

, 

подавляет

скованность

и

позволяет

проявить

агрессию

, 

получающую

поддержку

в

групповом

общении

. 

Однако

в

конечном

счете

алкоголь

порождает

еще

более

сложные

социально

-

психологические

проблемы

, 

приводя

ко

все

большей

социальной

изоляции

. 

Замкнутые

и

аутичные

люди

, 

страдающие

алкоголизмом

, 

не

стремятся

к

групповому

общению

, 

употребляют

спиртное

в

одиночку

.  

Хотя

среди

преступников

-

алкоголиков

немало

рецидивистов

, 

преступления

, 

совершаемые

ими

, 

в

основном

не

представляют

значительной

общественной

опасности

. 

Это

кражи

небольших

сумм

денег

или

вещей

на

некрупную

сумму

, 

хулиганство

, 

значительно

реже

 - 

грабежи

и

разбои

, 

но

, 

как

правило

, 

примитивными

, 

наиболее

простыми

способами

.  

Это

тоже

является

следствием

оскудения

, 

особенно

интеллектуального

и

волевого

, 

личности

алкоголика

, 

ее

примитивизации

, 

неспособности

совершить

сложные

  (

в

данном

случае

преступные

) 

действия

, 

требующие

умственных

усилий

, 

сообразительности

, 

ловкости

, 

опоры

на

прошлый

опыт

и

умения

предвидеть

последствия

своих

поступков

, 

а

в

ряде

случаев

и

организаторских

способностей

.  

Какую

роль

в

жизни

человека

играет

опьянение

  (

любое

  - 

алкогольное

, 

наркотическое

, 

иное

), 

для

чего

оно

нужно

, 

в

чем

его

личностный

смысл

? 

Конечно

, 

не

мы

первые

ставим

этот

вопрос

и

пытаемся

ответить

на

него

. 

Есть

основания

полагать

, 

что

опьянение

необходимо

личности

для

ухода

от

социальной

среды

или

  (

и

) 

социального

в

самом

себе

, 

травмирующего

, 

чуждого

, 

непонятного

окружения

или

  (

и

) 

собственных

культурных

запретов

и

заграждений

, 

сформированных

воспитанием

и

препятствующих

реализации

актуальной

потребности

, 

а

тем

самым

достижению

видимости

своего

освобождения

. 

Если

это

так

, 

то

становится

понятным

, 

почему

во

всех

без

исключения

случаях

изнасилования

, 

например

, 

малолетних

девочек

преступники

были

в

состоянии

сильного

алкогольного

опьянения

. 

Постоянное

пьянство

становится

привычным

, 

формой

приспособления

человека

к

миру

.  

Но

почему

же

появляется

сама

нужда

в

уходе

? 

По

-

видимому

, 

ответ

надо

искать

не

только

в

истории

жизни

человека

, 

но

и

в

происхождении

и

истории

человечества

, 

в

каких

-

то

прирожденных

человеческих

особенностях

, 

о

которых

мы

еще

не

имеем

достаточной

информации

. 

Однако

уже

сейчас

можно

сказать

, 

что

начатое

в

детстве

и

закрепленное

впоследствии

отчуждение

личности

определяет

потребность

ухода

от

нежелательного

мира

 (

в

том

числе

и

от

себя

) 

путем

опьянения

. 

Отсюда

ясно

, 

что

лишь

изменение

условий

жизни

людей

, 

начиная

с

детства

, 

способно

быть

эффективным

путем

борьбы

с

алкоголизмом

, 

наркоманией

и

другими

социальными

патологиями

.  

Длительная

дезадаптация

формирует

искаженное

восприятие

среды

, 

чему

способствуют

также

расстройства

психической

деятельности

. 

Если

на

человека

достаточно

долго

действуют

негативные

социальные

факторы

и

он

не

может

их

устранить

, 

то

срабатывает

защитный

психологический

механизм

 “

отстранения

”, 

который

легко

может

перерасти

в

отчуждение

. 

Тогда