Файл: Antonyan_Yu_M__Psikhologia_prestupnika_i_rassledovania_prestupleniy.pdf

неотвратимо

. 

Разумеется

, 

социально

-

психологическое

взаимодействие

имеет

место

и

с

совершенно

нейтральными

, “

безобидными

” 

ситуациями

.  

В

качестве

примера

, 

когда

ситуация

играет

большую

криминогенную

роль

, 

чем

негативные

личностные

качества

, 

часто

приводят

острые

семейные

конфликты

, 

которые

иногда

длятся

годами

и

нередко

заканчиваются

убийством

кого

-

нибудь

из

их

участников

. 

В

этом

плане

особенно

характерны

отношения

мужа

и

жены

или

сожителя

и

сожительницы

. 

Здесь

, 

как

можно

решить

на

первый

взгляд

, 

ситуация

полностью

довлеет

над

личностью

. 

Учитывая

распространенность

насильственных

преступлений

на

семейно

-

бытовой

почве

, 

представляется

полезным

проанализировать

подобные

ситуации

подробнее

.  

Прежде

всего

подчеркнем

, 

что

конфликтные

отношения

и

все

связанные

с

ними

обстоятельства

непосредственно

создаются

самими

участниками

конфликта

и

эти

участники

сами

попадают

в

психологическую

зависимость

от

того

, 

что

создано

их

же

руками

. 

При

этом

, 

хотя

ссоры

и

скандалы

многократно

повторяются

, 

нанося

глубокие

моральные

, 

психологические

, 

а

часто

и

физические

травмы

, 

заслуженно

вызывая

негативную

реакцию

окружающих

, 

такие

конфликтные

отношения

  . 

тем

не

менее

сохраняются

и

чаще

всего

усиливаются

теми

же

конфликтующими

сторонами

. 

Выходит

, 

что

они

 — 

и

будущие

жертвы

, 

и

преступники

 — 

как

-

то

заинтересованы

в

сложившихся

отношениях

.  

В

подтверждение

приведем

следующие

данные

. 

Греческий

ученый

И

. 

Г

. 

Пеппа

проанализировала

ответы

ряда

женщин

, 

осужденных

за

убийства

мужей

или

сожителей

, 

большинство

из

которых

более

или

менее

длительное

время

пьянствовали

, 

избивали

и

оскорбляли

своих

жен

  (

сожительниц

). 

Вопрос

перед

ними

был

поставлен

так

: 

почему

они

продолжали

жить

совместно

с

потерпевшими

, 

несмотря

на

неблагоприятные

условия

? 

Наиболее

характерными

ответами

оказались

:  “

Боялась

отрицательного

общественного

мнения

в

случае

развода

”;  “

Уход

от

мужа

не

имел

смысла

, 

ибо

он

не

оставил

бы

меня

в

покое

”;  “

Разойтись

с

мужем

не

приходило

в

голову

”;  “

Развестись

не

разрешили

бы

родители

”;  “

Муж

не

давал

развода

”;  “

Некуда

было

уйти

, 

не

было

денег

и

работы

”;  “

Не

уходила

из

-

за

детей

”. 

Автор

исследования

делает

справедливый

вывод

, 

что

для

многих

женщин

, 

ставших

убийцами

, 

чрезмерно

травматична

потеря

семьи

или

ее

видимости

и

они

делали

все

для

ее

сохранения

.  

При

таких

обстоятельствах

, 

когда

люди

годами

живут

вместе

и

в

то

же

время

испытывают

друг

к

другу

острую

вражду

и

неприязнь

, 

они

становятся

рабами

своей

ненависти

. 

Она

делается

для

них

источником

жизни

, 

активности

, 

смыслом

и

даже

целью

существования

, 

приобретает

самостоятельную

, 

самодовлеющую

ценность

. 

В

этом

причина

или

во

всяком

случае

одна

из

главных

причин

попадания

в

жесткую

психологическую

зависимость

от

ситуации

острого

межличностного

конфликта

. 

Его

участники

становятся

, 

сами

того

не

понимая

, 

рабами

друг

друга

, 

связанные

невидимой

психологической

нитью

, 

разрыв

которой

для

каждой

стороны

глубоко

травматичен

, 

а

поэтому

нежелателен

.  

Наши

собственные

наблюдения

показывают

, 

что

ситуация

, 

когда

жена

жестко

доминирует

над

мужем

и

направляет

его

поведение

, 

является

причиной

многих

семейных

конфликтов

. 

В

детстве

и

юности

такие

мужчины

обычно

испытывали

гиперопеку

со

стороны

матерей

, 

которые

довлели

над

ними

. 

Это

могло

вызывать

бессознательное

или

вполне

осознанное

стремление

освободиться

от

такого

пресса

, 

в

чем

можно

видеть

одну

из

причин

побегов

детей

из

дома

. 

Повзрослев

, 

немалая

доля

таких

людей

оказывается

неспособной

к

полностью

самостоятельному

психологическому

существованию

и

невольно

ищет

поводыря

. 

Им

становится

жена

, 

которая

, 

как

бы

принимая

эстафету

от

матери

, 

продолжает

выполнять

ее

психологические

функции

, 

однако

у

мужчины

протест

против

сурового

женского

диктата

остается

.  

Как

правило

, 

протест

находит

свое

агрессивное

выражение

, 

когда

муж

  (

или

сожитель

) 

находится

в

нетрезвом

состоянии

. 

Имеющие

здесь

место

психологическая

разрядка

и

компенсация

после

вытрезвления

сменяются

еще

более

жестким

давлением

и

контролем

жены

(

сожительницы

), 

что

в

свою

очередь

вновь

определяет

желание

освободиться

от

них

. 

В

трезвом

виде

мужчина

не

смеет

, 

попросту

не

способен

на

агрессивные

действия

, 

поэтому

он

опять

напивается

и

начинает

избивать

и

оскорблять

жену

  (

сожительницу

), 

создавая

себе

тем

самым

иллюзию

освобождения

от

ее

диктата

. 

Такие

периоды

сменяют

друг

друга

, 

повторяясь

много

раз

, 

все

более

усугубляя

враждебные

отношения

и

взаимную

ненависть

, 

наращивая

обиды

, 

делая

невозможным

примирение

и

установление

нормальных

отношений

. 

Легко

заметить

, 

что

в

таких

ситуациях

мужчина

тем

чаще

употребляет

спиртные

напитки

, 

чем

больше

ему

не

хочется

появляться

в

семье

. 

В

то

же

время

такой

супруг

или

сожитель

не

способен

уйти

из

нее

, 

поскольку

жена

 (

сожительница

) 

руководит

им

в

жизни

и

нередко

служит

главным

каналом

связи

с

окружающим

миром

. 

Женщина

тоже

не

может

выйти

из

такого

взаимодействия

, 

поскольку

в

нем

реализуется

ее

потребность

в

руководстве

, 

доминировании

, 

управлении

.  

Понятно

, 

что

тот

или

та

, 

которые

не

желают

жить

в

подобной

ситуации

и

имеют

психологические

возможности

выйти

из

нее

, 

могут

развестись

и

разъехаться

. 

Остаются

жить

в

таких

условиях

те

, 

субъективные

черты

которых

предопределяют

их

попадание

в

жесткую

зависимость

от

данной

семейной

обстановки

. 

Конечно

, 

здесь

не

упомянуты

дети

, 

совместно

нажитое

имущество

, 

жилье

и

другие

вещи

, 

столь

ценимые

в

реальной

жизни

. 

Однако

любое

имущество

можно

разделить

, 

а

что

касается

детей

, 

то

вряд

ли

они

получат

надлежащее

воспитание

в

обстановке

постоянных

скандалов

, 

драк

и

оскорблений

. 

Таким

образом

, 

даже

применительно

к

ситуациям

, 

участники

которых

теснейшим

образом

связаны

друг

с

другом

, 

мы

приходим

к

выводу

, 

что

причиной

преступных

действий

вследствие

развития

этих

ситуаций

является

только

личность

.  

Здесь

мы

вплотную

подошли

, 

разумеется

в

самом

общем

виде

, 

к

проблеме

объяснения

причин

преступного

поведения

. 

Уяснение

причин

такого

поведения

позволит

значительно

лучше

познать

причины

преступности

, 

даст

возможность

делать

широкие

социальные

обобщения

, 

отмечать

те

общесоциальные

явления

и

процессы

, 

которые

ранее

не

привлекали

к

себе

должного

внимания

в

первую

очередь

из

-

за

недостаточной

изученности

факторов

, 

порождающих

отдельные

преступления

. 

Этот

переход

от

общего

к

индивидуальному

, 

и

наоборот

, 

чрезвычайно

важен

, 

в

том

числе

для

профилактики

преступности

выявлением

тех

узловых

моментов

, 

которые

подлежат

наиболее

серьезному

предупредительному

воздействию

. 

Взаимосвязь

причин

преступности

и

причин

преступного

поведения

нужно

иметь

в

виду

и

в

чисто

познавательных

целях

, 

отдавая

себе

отчет

в

том

, 

что

эти

явления

разного

порядка

.  

Отправным

пунктом

в

изучении

любой

личности

является

понимание

ее

как

целостного

образования

, 

как

единства

всех

свойств

и

качеств

, 

отражающих

взаимосвязь

и

взаимозависимость

личности

и

социальной

среды

, 

в

которой

эта

личность

живет

и

воспитывается

и

в

которой

себя

проявляет

. 

Понятно

также

, 

что

ни

одно

из

человеческих

качеств

, 

взятое

изолированно

, 

не

определяет

поведения

и

его

направленности

, 

что

все

качества

и

свойства

индивида

прямо

или

косвенно

связаны

друг

с

другом

.  

Однако

изучение

личности

как

целостного

образования

представляет

собой

не

анализ

ее

составляющих

, 

а

выявление

ее

ведущего

качества

, 

обладающего

возможностями

системообразования

и

в

силу

этого

определяющего

остальные

ее

черты

и

поведение

в

целом

. 

Таким

качеством

может

быть

, 

например

, 

агрессивность

, 

обусловливающая

и

восприятие

окружающего

мира

, 

и

характер

поведения

, 

и

его

направленность

. 

Можно

сказать

, 

что

у

некоторых

людей

агрессивность

является

системообразующим

качеством

, 

что

делает

понятным

и

внутренне

целесообразным

преступное

поведение

. 

Это

качество

образует

сущность

данной

личности

, 

и

если

представить

себе

, 

что

оно

устранено

, 

то

перед

нами

будет

уже

другая

личность

.  

Все

содержание

этой

книги

сконцентрировано

на

проблеме

ведущей

роли

социальных

факторов

в

порождении

преступности

и

преступлений

. 

Те

социальные

факторы

, 

которые

порождают

преступность

в

целом

, 

в

каждом

конкретном

случае

определяют

преступное

поведение

следующим

образом

: 

во

-

первых

, 

они

создают

неблагоприятные

условия

для

формирования

личности

в

семье

, 

школе

, 

иных

учебных

, 

а

также

трудовых

коллективах

, 

неформальном

общении

; 

во

-

вторых

, 

они

образуют

те

внешние

условия

, 

которые

могут

способствовать

такому

поведению

. 

И

в

том

, 

и

в

другом

случае

они

конкретизируются

и

индивидуализируются

.  

Сформировавшись

, 

усвоив

определенные

нормы

и

стандарты

поведения

, 

взгляды

и

ценности

, 

субъект

на

каждом

новом

витке

своей

жизни

, 

на

каждую

возникающую

ситуацию

реагирует

в

соответствии

с

этими

усвоенными

нормами

. 

Причем

появление

новых

факторов

во

взаимодействии

с

внешними

обстоятельствами

способно

внести

иногда

существенные

коррективы

в

круг

представлений

субъекта

, 

и

на

новую

ситуацию

он

может

уже

реагировать

иначе

.  

Думается

, 

что

те

личностные

особенности

, 

которые

сформировались

с

началом

социализации

личности

и

в

дальнейшем

закрепились

в

ней

, 

дают

возможность

понять

причины

преступного

поведения

. 

В

частности

, 

они

определяют

отношение

личности

к

складывающимся

ситуациям

.  

Можно

, 

следовательно

, 

говорить

о

наличии

субъективной

причины

преступного

поведения

, 

которая

объективно

существует

и

социально

обусловлена

. 

Здесь

мы

видим

перерастание

внешне

социального

во

внутренне

субъективное

. 

Так

, 

например

, 

экономическое

и

социальное

неблагополучие

в

стране

активно

влияет

на

контекст

развития

семьи

, 

группы

и

отдельных

людей

, 

на

отношения

между

ними

, 

создает

трудности

и

преграды

в

их

жизни

. 

Происходит

соответствующее

воспитание

личности

, 

отторжение

ее

от

нормальных

связей

и

отношений

, 

формирование

такой

личностной

особенности

, 

как

тревожность

характера

.  

Переход

из

общесоциального

в

индивидуальное

происходит

по

социально

-

психологическим

каналам

и

механизмам

, 

т

. 

е

. 

путем

общения

между

людьми

. 

Но

здесь

мы

хотели

бы

поставить

очень

сложный

, 

но

в

научном

и

практическом

отношении

важный

вопрос

: 

изменяется

ли

при

указанном

переходе

роль

криминогенных

обстоятельств

, 

например

не

происходит

ли

перерастание

всех

или

некоторых

из

них

из

причин

в

условия

, 

и

наоборот

? 

Не

останавливаясь

сейчас

на

частностях

, 

можно

утверждать

, 

что

такого

перерастания

обычно

не

происходит

, 

т

. 

е

. 

те

обстоятельства

, 

которые

порождали

совершение

отдельных

преступлений

, 

служат

лишь

благоприятным

фоном

для

деятельности

искаженной

личности

преступника

.  

Проиллюстрируем

сказанное

следующим

примером

. 

Предположим

, 

что

на

стройке

  (

или

на

фабрике

) 

отсутствует

охранная

сигнализация

да

еще

крепко

спит

ночной

сторож

, 

призванный

охранять

материальные

ценности

, 

чем

пользуются

злоумышленники

. 

Является

ли

это

причиной

хищений

с

названного

объекта

? 

На

наш

взгляд

, 

конечно

, 

нет

, 

поскольку

одних

людей

недостаточная

охрана

может

стимулировать

на

совершение

кражи

, 

других

 — 

принять

срочные

меры

по

устранению

такого

положения

, 

третьи

же

спокойно

пройдут

мимо

. 

Теперь

укрупним

проблему

и

поставим

вопрос

так

: 

является

ли

плохая

охрана

материальных

ценностей

в

данном

регионе

причиной

повальных

хищений

? 

По

-

видимому

, 

тоже

нет

, 

хотя

нужно

признать

это

обстоятельство

достаточно

серьезным

. 

Дело

в

том

, 

что

причины

преступности

в

целом

следует

искать

в

крупных

социальных

противоречиях

и

конфликтах

, 

а

не

в

организационных

или

технических

упущениях

, 

пусть

бы

даже

очень

существенных

.  

Если

считать

преступность

суммой

и

  (

или

) 

совокупностью

преступлений

, 

то

и

сумму

и

  (

или

) 

совокупность

их

мотивов

можно

считать

причинами

преступности

. 

Но

такой

подход

представляется

слишком

упрощенным

и

поверхностным

, 

к

тому

же

криминогенная

мотивация

действует

на

индивидуальном

уровне

, 

а

поэтому

ее

не

следует

рассматривать

как

причину

преступности

в

целом

. 

Точнее

, 

крупные

социальные

противоречия

, 

индивидуализируясь

в

мотивах

, 

вызывают

конкретные

преступления

. 

Например

, 

усиливающееся

расслоение

нашего

общества

по

материальному

достатку

, 

жизненная

неустроенность

значительной

части

людей

, 

их

неуверенность

в

собственных

перспективах

и

другие

неблагоприятные

факторы

могут

вызывать

повышенную

тревожность

, 

а

следовательно

, 

порождать

мотивы

защиты

своего

  “

я

”, 

мотивы

утверждения

 (

самоутверждения

).  

Изучение

негативных

социальных

процессов

, 

вызывающих

преступность

, 

может

дать

понимание

не

только

самих

этих

процессов

, 

но

и

тех

факторов

, 

которые

выступают

в

качестве

причин

отдельных

преступлений

. 

Например

, 

возможности

для

объяснения

причин

преступности

могут

появиться

при

изучении

криминальной

  (

криминогенной

) 

мотивации

отдельных

преступлений

. 

Понять

причины

преступности

поможет

также

учет

того

, 

что

среди

преступников

распространены

такие

негативные

личностные

особенности

, 

как

отчужденность

, 

асоциальность

, 

жестокость

, 

повышенная

тревожность

, 

поэтому

можно

предположить

, 

что

в

обществе

имеются

условия

, 

формирующие

и

поддерживающие

именно

эти

особенности

. 

В

этой

связи

привлекают

внимание

экономические

, 

нравственные

, 

демографические

, 

культурные

и

иные

явления

, 

характеризующие

жизнь

общества

в

целом

и

приводящие

к

преступному

поведению

в

каждом

конкретном

случае

. 

На

наш

взгляд

, 

именно

в

этих

явлениях

, 

а

не

в

природных

качествах

человека

заложены

причины

преступного

поведения

, 

хотя

игнорировать

упомянутые

качества

не

следует

.  

Такие

генетически

обусловленные

качества

, 

как

предрасположенность

к

алкоголизму

или

наркомании

, 

нервным

болезням

, 

могут

нести

существенный

криминогенный

заряд

, 

если

не

принимаются

специальные

меры

по

их

нейтрализации

. 

А

это

уже

зависит

от

экономических

возможностей

общества

, 

уровня

его

нравственного

развития

, 

общественных

нравов

, 

достижений

науки

и

других

обстоятельств

.  

Многих

криминологов

волнует

вопрос

о

соотношении

социальных

и

биологических

факторов

в

преступном

поведении

. 

Однако

в

отечественной

криминологии

исследований

биологических

факторов

преступного

поведения

не

проводилось

, 

никаких

эмпирических

данных

по

существу

нет

.  

По

этому

поводу

мы

считаем

необходимым

высказать

ряд

принципиальных

соображений

. 

Прежде

всего

, 

когда

говорят

о

соотношении

социального

и

биологического

в

человеке

и

его

поведении

, 

всегда

нужно

иметь

в

виду

личность

, 

ее

психологию

. 

Это

именно

тот

творческий

уровень

, 

на

котором

происходит

взаимодействие

названных

факторов

, 

и

поэтому

миновать

его

никак

нельзя

. 

Игнорирование

психологии

личности

может

привести

к

выводам

о

том

, 

что

социальные

или

биологические

факторы

порождают

поведение

, 

не

преломляясь

через

личность

. 

Поэтому

мы

считаем

, 

что

данная

проблема

должна

рассматриваться

на

уровне

причин

преступного

поведения

, 

а

не

причин

преступности

.  

Почему

мы

столь

детально

и

даже

настойчиво

пытаемся

развести

уровни

причинности

, 

имеет

ли

это

существенное

значение

? 

Помимо

научных

целей

это

важно

для

решения

практических

задач

, 

поскольку

общество

и

его

правоохранительные

органы

обязаны

четко

представлять

себе

, 

с

антиобщественными

явлениями

какого

масштаба

они

борются

. 

Несомненно

, 

что

общество

должно

бороться

со

всей

преступностью

, 

а

его

правоохранительные

органы

  — 

предупреждать

отдельные

преступления

, 

расследовать

их

, 

определять

наказание

преступникам

, 

исполнять

эти

наказания

. 

В

определенных

границах

должна

вестись

работа

по

прогнозированию

преступности

, 

программированию

и

планированию

борьбы

с

ней

. 

Дело

здесь

, 

конечно

, 

не

только

в

границах

, 

но

и

в

объекте

воздействия

, 

что

в

свою

очередь

диктует

выбор

ближайших

и

более

отдаленных

целей

и

задач

, 

а

также

поиски

средств

и

методов

их

решения

, 

определение

характера

мер

воздействия

и

т

. 

д

.  

Каковы

, 

так

сказать

, 

технические

возможности

познания

причин

преступного

поведения

?  

Традиционно

это

анкетирование

уголовных

дел

, 

реже

 — 

опрос

осужденных

. 

Но

эти

методы

при

всей

их

полезности

не

дают

должного

представления

о

живых

людях

с

их

страстями

, 

сложностями

и

противоречиями

прожитой

жизни

и

, 

главное

, 

не

раскрывают

причин

того

, 

что

же

их

в

действительности

сделало

преступниками

. 

Не

все

криминологи

владеют

психологическими

приемами

, 

помогающими

изучать

личность

, 

не

все

подготовлены

для

проведения

бесед

с

людьми

. 

Не

всегда

следователь

, 

прокурор

, 

адвокат

, 

суд

, 

воспитатель

в

местах

лишения

свободы

и

даже

исследователь

-

криминолог

умеют

слушать

преступников

и

вслушиваться

в

их

рассказы

о

жизни

, 

более

того

, 

очень

многие

считают

, 

что

все

преступники

сплошь

лжецы

. 

Между

тем

преступники

лгут

обычно

тогда

, 

когда

правда

грозит

ухудшить

их

и

без

того

тяжелое

положение

.  

Как

понять

, 

например

, 

поведение

В

.,  46 

лет

,  6 

раз

судимого

за

кражи

, 

признанного

особо

опасным

рецидивистом

, 

почти

всю

взрослую

жизнь

проведшего

в

местах

лишения

свободы

? 

Как

и

почему

он

встал

на

этот

путь

? 

Может

быть

, 

лучше

послушать

его

самого

, 

не

ограничиваясь

изучением

материалов

возбужденных

против

него

уголовных

дел

?  

В

. 

рассказывает

:  “

Нас

в

семье

было

пятеро

детей

. 

Отец

работал

на

карьере

рабочим

, 

очень

уставал

; 

на

нас

, 

детей

, 

времени

у

него

не

было

. 

Любил

ли

он

меня

? 

Если

бы

любил

, 

я

бы

не

ушел

в

другую

сторону

. 

О

матери

ничего

особенного

рассказать

не

могу

; 

я

ее

не

слушал

, 

тем

более

что

она

все

время

болела

, 

чем

не

знаю

, 

но

у

нее

опухли

ноги

. 

Я

закончил

только

 4 

класса

, 

а

так

все

время

бегал

по

садам

, 

по

набережной

. 

Убегал

из

дома

, 

чтобы

найти

что

покушать

, 

особенно

мы

воровали

с

ребятами

фрукты

. 

Нет

, 

дома

было

что

покушать

, 

но

не

то

, 

что

я

хотел

, 

а

вот

одежды

не

было

. 

Воровать

стал

рано

, 

в

основном

из

карманов

”,  

Не

будем

подробно

комментировать

этот

короткий

, 

но

весьма

красноречивый

и

довольно

типичный

рассказ

. 

Можно

сделать

вполне

определенные

предположения

о

том

, 

почему

стал

на

преступный

путь

человек

, 

выросший

в

семье

, 

в

которой

наряду

с

материальной

нуждой

отсутствовали

теплые

человеческие

отношения

и

забота

о

ребенке

. 

Даже

такие

короткие

повествования

подчас

дают

больше

, 

чем

самые

масштабные

социологические

опросы

.  

Здесь

мы

вплотную

подходим

к

вопросу

о

методах

изучения

причин

преступного

поведения

и

о

том

, 

какими

возможностями

в

этом

отношении

располагает

наука

. 

Поскольку

причины

преступного

поведения

“

находятся

” 

в

личности

, 

основное

значение

приобретают

психологические

подходы

и

методы

, 

психологическая

интерпретация

полученных

результатов

, 

которая

может

быть

использована

для

понимания

более

широких

социальных

явлений

и

процессов

.  

При

изучении

причин

преступлений

важно

использовать

и

возможности

психиатрии

, 

поскольку

среди

преступников

довольно

велика

доля

лиц

с

психическими

аномалиями

в

пределах

вменяемости

. 

Нарушение

психической

сферы

личности

оказывает

сильное

влияние

на

мотивацию

ее

поступков

, 

другие

психологические

явления

и

процессы

. 

Такие

нарушения

, 

как

и

биологические

факторы

, 

не

действуют

напрямую

, 

вызывая

те

или

иные

поступки

, 

а

лишь

взаимодействуя

с

психологическими

особенностями

личности

. 

Поэтому

нужны

патопсихологические

изыскания

, 

т

. 

е

. 

психологические

исследования

преступников

с

нарушенной

психикой

. 

Между

тем

и

данное

направление

развивается

все

еще

медленно

. 

И

видимо

, 

это

одна

из

главных

причин

невысокой

эффективности

профилактики

преступлений

лиц

с

психическими

аномалиями

.  

Наш

опыт

показал

, 

что

наилучшие

результаты

могут

быть

достигнуты

с

помощью

монографического

метода

, 

т

. 

е

. 

углубленного

изучения

причин

преступного

поведения

, 

как

правило

, 

небольшого

числа

преступников

главным

образом

с

помощью

психологических

методов

  — 

беседы

и

тестов

, 

которым

предшествует

тщательное

ознакомление

со

всеми

имеющимися

на

данное

лицо

материалами

. 

Такое

изучение

позволяет

получить

представление

об

особенностях

мировосприятия

, 

о

потребностях

и

интересах

, 

чувственно

-

эмоциональной

сфере

, 

об

основных

мотивационных

тенденциях

, 

бессознательных

или

осознаваемых

частично

, 

о

характерологических

чертах

, 

ценностных

ориентациях

и

установках

, 

о

направленности

личности

в

целом

, 

ее

типе

. 

Очень

важно

отметить

, 

что

подобный

подход

дает

возможность

проследить

и

понять

жизненный

путь

человека

, 

оценить

его

жизненный

опыт

, 

выявить

социальные

роли

и

статусы

, 

условия

воспитания

и

формирования

личности

, 

специфику

общения

и

взаимодействия

с

другими

людьми

.  

Нетрудно

заметить

, 

что

такое

знание

о

конкретном

человеке

не

может

быть

получено

традиционно

  — 

путем

социологического

опроса

. 

Здесь

требуется

определенное

доверие

опрашиваемого

, 

умение

поставить

себя

на

его

место

, 

как

бы

вжиться

в

его

образ

, 

чтобы

понять

его

и

прожитую

им

жизнь

. 

Поэтому

мы

и

призываем

видеть

в

преступнике

  “

живую

”, 

думающую

, 

чувствующую

, 

переживающую

личность

, 

а

не

бледное

и

часто

искаженное

его

отражение

, 

имеющееся

в

следственных

или

судебных

материалах

.  

Возникает

вопрос

: 

насколько

полученным

подобным

путем

сведениям

можно

придавать

обобщающий

характер

, 

насколько

выводы

относительно

малой

группы

преступников

можно

распространять

на

всю

их

совокупность

, 

исчисляемую

не

одной

сотней

тысяч

людей

?  

Прежде

всего

отметим

, 

что

монографическое

изучение

должно

охватывать

не

всех

преступников

без

разбора

, 

а

только

их

определенные

категории

. 

В

рамках

этих

категорий

отбирается

столько

лиц

, 

сколько

нужно

для

того

, 

чтобы

получить

представление

а

каждом

из

типов

преступников

  (

и

соответственно

их

преступном

поведении

). 

С

помощью

некоторых

тестов

  (

например

,  “

Методики

многостороннего

исследования

личности

”) 

можно

изучить

такое

количество

преступников

, 

которое

будет

отвечать

социологическим

требованиям

репрезентативности

 (

представительности

). 

В

этом

случае

углубленные

беседы

проводятся

не

со

всеми

, 

а

только

с

некоторыми

. 

Тесты

, 

разумеется

, 

выбираются

такие

, 

которые

наиболее

адекватны

задачам

данного

изучения

, 

лучше

всего

способствуют

их

решению

.  

Изучая

отдельного

преступника

, 

мы

изучаем

его

индивидуальность

, 

включающую

в

себя

и

общие

, 

присущие

другим

преступникам

черты

, 

и

единичные

, 

неповторимые

. 

Те

и

другие

дают

целостное

представление

о

личности

. 

То

, 

что

в

каждом

преступнике

есть

какие

-

то

черты

, 

которые

можно

обнаружить

и

у

других

правонарушителей

, 

является

непременным

условием

изучения

. 

Однако

даже

индивидуальные

, 

неповторимые

черты

все

же

отражают

в

себе

социально

-

типическое

.  

Философы

и

социологи

создали

немало

ярких

и

верных

социальных

портретов

, 

в

которых

социальный

тип

личности

  (

буржуа

, 

фермера

, 

рабочего

) 

выступает

в

персонифицированной

форме

. 

Социальная

портретистика

широко

используется

для

характеристики

общей

тенденции

в

развитии

эпохи

, 

социальных

типов

личности

, 

духа

времени

, 

нации

, 

политической

партии

и

т

. 

д

., 

тех

интересов

данного

социального

слоя

, 

выразителем

которых

является

конкретное

лицо

как

его

представитель

.  

Сходное

положение

можно

констатировать

в

художественной

литературе

и

искусстве

в

целом

. 

Искусство

представляет

собой

идеальное

, 

творческое

, 

закономерно

обусловленное

отражение

действительности

, 

в

том

числе

реальных

проблем

человека

, 

его

мыслей

, 

чувств

, 

переживаний

, 

идеалов

. 

Художественное

произведение

не

буквальное

или

приблизительное

воспроизведение

жизни

. 

В

единичном

, 

особенном

оно

отражает

общее

, 

улавливая

и

воспринимая

наиболее

типичные

и

существенные

черты

и

свойства

действительности

. 

В

то

же

время

действительность

стоит

бесконечно

выше

искусства

по

своему

богатству

, 

неисчерпаемости

, 

многосторонности

, 

неповторимости

.  

Монографическое

исследование

в

науке

, 

в

данном

случае

в

криминологии

, 

во

многом

напоминает

социальную

портретистику

и

подходы

искусства

к

познанию

человека

, 

его

мира

, 

механизмов

его

поступков

. 

То

, 

что

при

таком

исследовании

охватывается

меньший

по

количеству

массив

правонарушителей

, 

с

лихвой

компенсируется

глубиной

и

разносторонностью

познания

, 

проникновением

в

самые

потайные

уголки

психики

, 

внутреннего

мира

человека

,