Файл: Смелова С.В. Уголовная ответственность за превышение должностных полномочий.doc
ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 2513
Скачиваний: 6
Специфика объективной стороны превышения полномочий состоит в том, что действия должностного лица не могут рассматриваться в рамках компетенции, а совершаются в связи с должностным положением, в силу которого лицо наделено правом воздействия на поведение иных лиц и обладает фактическими возможностями его реализации.
В конструкциях норм ст. 170 и 171 УК РСФСР 1960 г. законодатель употреблял разные понятия: «служебное положение» (ст. 170) и «служебные полномочия» (ст. 171). Использование служебного положения в науке уголовного права данного периода толковалось в узком1 и широком2 смыслах. Предлагая применительно к исследуемому преступлению дифференцированный подход, Б.В. Здраво-мыслов замечал, что «наличие квалифицированного вида превышения своим начальным этапом имеет сферу служебной компетенции виновного лица, однако в последующем лицо совершает уже такие общественно опасные действия, которые... находятся вне ее»3. Пра-
1
Считалось,
что преступление по службе могло быть
совершено долж
ностным
лицом только в связи с осуществлением
и в пределах его служебных
функций
(см.: Кириченко В. Некоторые вопросы
ответственности за злоупотре
бление
властью или служебным положением //
Советская юстиция. 1965. № 4.
С.
12).
2 В
названное понятие включались как
действия, непосредственно свя
занные
с выполнением лицом служебных обязанностей,
так и действия, осу
ществляемые
вне службы, но благодаря служебному
положению, авторитету
занимаемой
должности (см.: Светлов А.Я. Ответственность
за должностные
преступления.
Киев, 1978. С. 43).
3 Здравомыслов
Б.В. Должностные преступления. Понятие
и квалифика
ция.
С. 16,17.
53
ва и А.В. Галахова в том, что «характер действий при превышении власти всегда является преступным, и они никоим образом не могут совершаться в рамках "действий по службе"»1.
В уголовно-правовой литературе неоднозначно рассматривается вопрос о возможности квалификации по ст. 286 УК РФ общественно опасных действий лица, занимающего должность в государственном органе, в случае их совершения в период нахождения в отпуске. Например, П.С. Яни считает безосновательными утверждения о том, что для наступления уголовной ответственности за незаконные действия, состоящие в реализации прав и исполнении обязанностей при отсутствии предусмотренных для этого оснований, необходимо их совершение в рабочее время. По мнению ученого, подобные действия связаны с должностными полномочиями, но не входят в них, поскольку по определению не могут быть включены в круг прав и обязанностей по службе2. Напротив, В.И. Динека полагает, что в действиях лица нет состава преступления ст. 286 УК РФ, если противоправное деяние совершено вне периода непосредственной должностной деятельности3.
В 5% изученных автором материалов уголовных дел применение представителем власти, непосредственно не находившимся при исполнении функциональных обязанностей, физического насилия в отношении граждан квалифицировалось по ст. 286 УК РФ4. Так, участковый инспектор отдела внутренних дел Ю. «с целью установления лиц, причастных к совершению преступления в отношении его жены, зашел в помещение детского дома... для получения признательных показаний... нанес несколько ударов... по голове и туловищу С. и К.». Суд кассационной инстанции отказал в удовлетворении жалобы Ю., осужденного по п. «а»
1
Галахова
А.В. Превышение власти или служебных
полномочий. Вопросы
уголовно-правовой
квалификации. С. 18.
2 См.:
Яни П.С. Совершение должностных
преступлений во внерабочее
время
// Российская юстиция. 2009. № 6. С. 23.
3 См.:
Динека В.И. Ответственность за должностные
преступления по уго
ловному
праву России (уголовно-правовой и
криминологический аспект): Авто-
реф.
дис. ...
д-раюрид. наук. М., 2000. С. 37.
4 См.: АЧГС ВО. 2004. Д. 1-997, 1-1148.
54
ч. 3 ст. 286 УК РФ, признав неубедительными доводы о том, что тот «был в отпуске и не являлся должностным лицом»1.
Однако вышестоящие судебные инстанции демонстрируют и другой подход. К примеру, 18 марта 1997 г. Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда отменила приговор в части осуждения участкового инспектора Ч. по ч. 2 ст. 171 УК РСФСР за отсутствием в его действиях состава преступления. Такое решение мотивировано следующим образом: «... при совершении указанных в приговоре действий Ч. не выступал как сотрудник милиции, т.е. как должностное лицо. Все конфликты происходили у него на почве личных неприязненных отношений во внеслужебное время... Судебная коллегия считает, что сотрудник милиции, незаконно, вне какой-либо связи с возложенными на него служебными обязанностями применивший против кого-либо вверенное ему оружие по личным мотивам (неприязненные отношения, ревность), может нести ответственность за содеянное как частное лицо»2.
В опубликованной практике Верховного Суда Российской Федерации не всегда достаточно четко обозначена позиция по рассматриваемому вопросу. Так, аргументируя необходимость переквалификации действий С. с п. «а» ч. 3 ст. 286 на ч. 1 ст. 286 УК РФ, Верховный Суд Российской Федерации оставил без внимания обоснованность привлечения С. по данной норме. Как следует из материалов дела, С., заместитель начальника следственного отдела, совершая инкриминируемое ему деяние, находился в очередном отпуске3.
Анализ следственно-судебной практики показывает, что в основном проблемы разграничения должностных и иных преступлений возникают при правовой оценке действий сотрудников правоохранительных органов, применивших физическую силу в отношении граждан во внеслужебное время. В ч. 2 ст. 27 федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ (в ред. от 21 ноября 2011 г. № 329-ФЗ)
1
АВГС.
2001. Д. 1-1007. См. также: Кассационное
определение Верхов
ного
Суда Российской Федерации от 27 августа
2002 г. № 5-о02-117 // Консуль-
тантПлюс.
2 Волженкин
Б.В. Служебные преступления: Коммент.
законодательства и
судебной практики.
С. 333.
3 См.: Бюллетень ВС РФ. 2002. № 11. С. 12, 13.
55
«О полиции» закреплена обязанность сотрудника полиции независимо от замещаемой должности, места нахождения и времени суток: 1) оказывать первую помощь гражданам, пострадавшим от преступлений, административных правонарушений и несчастных случаев, а также гражданам, находящимся в беспомощном состоянии либо в состоянии, опасном для их жизни и здоровья; 2) в случае обращения к нему гражданина с заявлением о преступлении, об административном правонарушении, о происшествии либо в случае выявления преступления, административного правонарушения, происшествия принять меры по спасению гражданина, предотвращению и (или) пресечению преступления, административного правонарушения, задержанию лиц, подозреваемых в их совершении, по охране места совершения преступления, административного правонарушения, места происшествия и сообщить об этом в ближайший территориальный орган или подразделение полиции.
Соответственно, при отсутствии названных выше обстоятельств неправомерно рассматривать действия лица, непосредственно не находящегося при исполнении должностных обязанностей, как превышение должностных полномочий. Их следует квалифицировать по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности. Между превышением полномочий и пребыванием лица на службе, то есть выполнением должностных обязанностей, должна быть неразрывная взаимосвязь. Общественная опасность таких действий и обстоятельства их совершения, личность виновного учитываются при назначении наказания.
Превышение должностных полномочий противоречит установленным законом целям и задачам деятельности того или иного органа власти, то есть совершается вопреки интересам службы. Действия должностного лица не являются общественно опасными, если они осуществлялись во исполнение обязательных для него приказа или распоряжения (ст. 42 УК РФ)1, в случае правомерного причинения вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании (ст. 38 УК РФ). Например, Н., исполняя обязанности командира ОМОН, присвоил функции МВД России и утвердил испытания кандидата на службу в ОМОН. На основании этого были проведе-
С
м.:
АНГС. 2003. Д. 1-40.
56
ны три спарринг-боя кандидата С. с сотрудниками ОМОН Л., П. и З., в результате которых был причинен тяжкий вред здоровью С. От полученной травмы С. скончался. Суд обоснованно констатировал, что Л., 3. и П. исполняли приказ Н., поэтому «ответственность за совершенные ими действия согласно ст. 42 УК РФ должен нести Н.»1.
Превышение должностных полномочий разграничивается с составами преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 108 и ч. 2 ст. 114 УК РФ, в том числе по объективной стороне. При превышении мер задержания должностное лицо действует в пределах компетенции, так как задержание совершившего преступление лица есть его правовая обязанность, регламентированная нормативными актами. В указанных случаях должностное лицо превышает условия правомерности причинения вреда при задержании, нанося чрезмерный, не соответствующий характеру, степени общественной опасности преступления, совершенного задерживаемым лицом, и обстановке задержания вред: смерть (ч. 2 ст. 108 УК РФ), тяжкий или средней тяжести вред здоровью (ч. 2 ст. 114 УК РФ).
Обязательным элементом состава превышения полномочий является наступление общественно опасных последствий, обозначенных в ч. 1 ст. 286 УК РФ как существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, охраняемых законом интересов общества или государства. По мнению некоторых исследователей, понятие «нарушение прав и интересов» шире по содержанию понятия «вред»2, использовавшегося в ст. 171 УК РСФСР 1960 г., точнее определяет неблагоприятные изменения, происходящие в объекте преступления3. Однако и в том и в другом случаях для описания степени тяжести последствий употреблен оценочный термин «существенный»4.
1
АЧГС
ВО. 2002. Д. 1-748.
2 Слово
«вред» означает «порча, ущерб» (см.:
Большой толковый словарь
русского
языка /Гл. ред. С.А. Кузнецов. С. 157).
3 См.:
Борков В. Недостатки конструкции состава
должностного злоупо
требления
как причина проблем правоприменения
// Уголовное право. 2007.
№4. С. 11.
4 Слово
«существенный» означает «важный,
необходимый» (см.:
Ожегов С.И.
Словарь русского языка. С. 780).
57
В уголовно-правовой литературе «в зависимости от внешнего, вещественного характера» причиняемого объекту посягательства вреда различают материальные и нематериальные последствия1. Материальными последствиями признаются имущественный вред в форме прямого причинения ущерба либо упущенной выгоды и физический вред, выражающийся в причинении смерти или вреда здоровью человека. Нематериальные последствия - это моральный, политический, организационный вред. Под организационным вредом ученые понимают «дезорганизацию деятельности предприятий, организаций, срыв работы транспорта», а к политическому вреду относят «ослабление государственной власти, подрыв ее основ, осложнение отношений с другими государствами»2.
В п. 18 постановления № 19 Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняется, что существенным нарушением прав граждан или организаций следует признавать нарушение прав и свобод физических и юридических лиц, гарантированных общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией Российской Федерации, а при оценке существенности вреда необходимо учитывать степень отрицательного влияния противоправного деяния на нормальную работу организации, характер и размер понесенного ею материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им физического, морального или имущественного вреда. Аналогичные рекомендации применительно к оценке существенности вреда, причиняемого при превышении полномочий, содержались и в действовавшем до октября 2009 г. постановлении № 4 Пленума Верховного Суда СССР (п. 9).
Следовательно, высшая судебная инстанция осталась на позиции субъективизма в оценке степени важности вреда, обозначив лишь некоторые ее критерии, что не облегчает задачу правоприменителя3. Это подтверждается и результатами анкетирования практических работников: у 88% из них возникали трудности при определении существенности последствий превышения должностных полномочий.
Анализ практики применения ст. 286 УК РФ показал, что вследствие превышения должностных полномочий в основном существенно нарушаются конституционные права граждан на свободу и личную неприкосновенность, защиту достоинства личности и на частную собственность. Так, в 69% уголовных дел существенным признано нарушение законных прав и интересов граждан, наряду с этим в 21% - нарушение интересов общества и государства. Соответственно, нередко имеет место нарушение двух и более правоох-раняемых интересов.
Обобщение характера вреда в делах данной категории выявило, что в 79% случаев гражданам причинялся физический вред, в 5% существенно нарушалось право на свободу, главным образом тогда, когда должностное лицо без законных оснований производило административное задержание, незаконно помещало гражданина в помещения для содержания временно задержанных лиц1. Поэтому вполне обосновано использование в диспозиции ч. 1 ст. 286 УК РФ понятия нарушения прав и интересов. В 21% дел помимо других последствий деяния в решениях указывалось на дискредитацию авторитета органов власти, что свидетельствует о распространенности этого последствия. К примеру, суд констатировал, что превышение Ф. полномочий привело к преступным последствиям «в виде нарушения охраняемых законом интересов общества и государства, выразившимся в незаконном фактическом освобождении ряда налогоплательщиков от уплаты транспортного налога в региональный бюджет, тем самым в дискредитации чести государственного служащего и авторитета государственного органа в глазах налогоплательщика. .. поскольку он нарушил основные принципы построения и функционирования системы государственной службы», а также «в размерах денежных сумм, которые не поступили в доход бюджета»2. Ф. причинил вред материальный в форме упущенной выгоды и нематериальный - политический - в виде дискредитации авторитета органа власти.
В изученных автором материалах практики применения ст. 286 УК РФ иной нематериальный вред государству составил