Файл: 364-_Ugolovny_protsess_Smirnov_A_V_Kalinovskiy.pdf

66

Раздел I. ПОНЯТИЕ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

доказательственного права служат в судопроизводстве одним из важнейших средств
приведения индивидуального опыта к общественному стандарту.

Следуя относительному опыту, достоверность также относительна и не исключа-

ет вероятности. Фостэн Эли писал по этому поводу: «Человеку не дано достигать
абсолютной достоверности; он должен удовлетворяться относительной достоверно-
стью, которую он достигает только через все страсти и все свои несовершенства»

1

.

Достоверность и вероятность, конечно, противоположности, однако противополож-
ности диалектические — не противоречия, а дополнения. Вероятность дополняет до-
стоверность, которая постоянно несет в себе абстрактную, скрытую возможность иного
вывода — ведь объем подтверждающего достоверность опыта всегда ограничен. По-
этому питавший в свое время бурные теоретические дискуссии

2 

вопрос о том, что

является целью судебного познания — достоверность или вероятность, поставлен не
вполне корректно. Любой достоверный вывод одновременно является и вероятност-
ным. Вот только вероятность при этом не конкретно практическая, а абстрактная.
Достоверности страшна лишь практическая вероятность, т.е. вероятность, основан-
ная на конкретных, добытых по делу данных и общепризнанных закономерностях.

Так, например, несколько свидетелей защиты — сослуживцы подсудимого — под-

тверждают в суде его алиби, а именно то, что в момент совершения преступления
(разбойного нападения) он находился на службе. Никаких доказательств заинтересо-
ванности этих свидетелей в исходе данного дела, влияния на них подсудимого или
иных лиц в целях склонения к даче ложных показаний не представлено, существен-
ные противоречия в показаниях свидетелей отсутствуют. Абстрактно можно предпо-
ложить, что свидетели все-таки выгораживают подсудимого из корпоративной соли-
дарности, чувства симпатии к нему или антипатии к правоохранительным органам
и т.п. Однако поскольку каких-либо конкретных данных, которые указывали бы на
эти обстоятельства, не добыто, то вывод об алиби обвиняемого следует считать до-
стоверным.

Достоверным является вывод, в отношении которого не возникает 

разумных со-

мнений

3

,

 т.е. отсутствуют какие бы то ни было исключения из индивидуального

и общественного практического опыта, находящегося в распоряжении субъекта по-
знания.

Итак, достоверные знания имеют для нас значение объективных истин. При этом

используются такие понятия, как «оценка» и «внутреннее убеждение». Именно внут-
реннее убеждение субъекта принятия процессуального решения — в первую очередь
суда, созревающее в результате оценки доказательств, субъективно отражает наступ-
ление момента истины.

Однако состязательность благоприятствует достижению истины (вспомним:

«в споре рождается истина») не любой ценой, а лишь в тех пределах, ради соблюде-
ния которых и создан состязательный процесс. Истина, добытая вне судебного состя-

1

He

´

lie

. Traite

´

 de l’instuction criminelle, ou The

´

orie du Code d’instruction criminelle. V. II. P. 311.

2

Тадевосян В.С

. К вопросу об установлении материальной истины в советском процессе //

Сов. государство и право. 1948. № 6; 

Строгович М.С

. Материальная истина и судебные доказа-

тельства в советском уголовном процессе. С. 19 —158, и др.

3

 В английском процессе для обозначения критерия доказанности обвинения используется

выражение: «вне разумного сомнения» (beyond a reasonable doubt). По существу, это требование
достоверности, а не вероятности.

ГЛАВА 4. ПРИНЦИПЫ СОСТЯЗАТЕЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

67

зания либо в условиях, когда стороны были поставлены в заведомо неравное положе-
ние, считается нелегитимной, запретной. Степень ограничений на средства и спосо-
бы достижения истины различается в зависимости от вида состязательности. В част-
но-исковом процессе, где познавательные возможности суда лимитированы узкими
рамками судебного заседания, истина очень часто предстает в формально-юридиче-
ской оболочке. Публичный состязательный процесс, как мы сказали, напротив, пред-
почитает материальную (объективную) истину, однако и он отдает определенную дань
формальным средствам доказывания. К их числу относятся: а) презумпции; б) пре-
юдиции; в) формальные соглашения; г) правила об исключении доказательств. О них
будет подробно рассказано в § 7 гл. 7 учебника

.

 Здесь же необходимо лишь заметить,

что существование в российском уголовном судопроизводстве формальных средств
установления обстоятельств дела свидетельствует о сохранении в нем определенного
места для формально-юридической истины. Однако она имеет подчиненный харак-
тер по отношению к объективной (материальной) истине. Формальная истина зани-
мает свое место в процессе только тогда, когда: а) материальная истина объективно
не может быть установлена, несмотря на принятие всех необходимых следственных
и иных предусмотренных законом действий, либо б) требование материальной исти-
ны снимается в установленных законом случаях по соглашению сторон или ввиду
предписаний закона считать истинными выводы ранее состоявшегося по делу реше-
ния.

§ 4.

РАВЕНСТВО СТОРОН И НЕЗАВИСИМОСТЬ СУДА

Как уже говорилось выше, всякое состязание, в том числе и судебное, предпола-
гает наличие сторон. Условия справедливого состязания требуют, чтобы стороны
находились в одинаковых «весовых категориях», т.е. были приблизительно рав-
ны; в противном случае состязание превратится в свою противоположность —
уголовную расправу. Причем речь идет именно о равенстве, а не о формальном
равноправии, которого достаточно для создания условий справедливого проти-
воборства только тогда, когда стороны не только юридически, но и фактически
равны между собой. Если же изначально стороны обладают существенно разны-
ми возможностями, они должны быть снабжены и разными правами, которые
в этом случае уравновешивают суммарные позиции сторон. Поэтому в публично-
исковом производстве, где спорят государство и личность, на стороне последней
находится так называемое 

favor defensionis 

(лат

.

) — преимущество защиты. Сто-

ит ли теперь удивляться, что процессуальный статус государственного уголовно-
го преследователя во многом не совпадает со статусами обвиняемого и защитни-
ка? Даже в судебном заседании, где стороны имеют внешне тождественные права
по представлению и исследованию доказательств, заявлению ходатайств, выска-
зыванию мнений и выступлению в судебных прениях, в целом их процессуальное
положение далеко не совпадает — ведь бремя доказывания, как правило, лежит
на обвинителе, а все сомнения толкуются в пользу обвиняемого. В статье 244 УПК
данный принцип сформулирован как «равенство прав сторон». Согласно этой
норме «в судебном заседании стороны обвинения и защиты пользуются равны-
ми правами на заявление отводов и ходатайств, представление доказательств,
участие в их исследовании, выступление в судебных прениях, представление суду

68

Раздел I. ПОНЯТИЕ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

письменных формулировок по вопросам, указанным в п. 1—6 ч. 1 ст. 299 насто-
ящего Кодекса, на рассмотрение иных вопросов, возникающих в ходе судебного
разбирательства». Однако следует иметь в виду, что Конституция РФ требует,
чтобы не только судебное заседание, но и 

все судопроизводство

 осуществлялось

«на основе состязательности и равноправия сторон» (ч. 3 ст. 123).
Принцип равенства сторон — это требование предоставить им в процессе 

равно-

великие 

возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов. Представля-

ется, что нарушение принципа равенства сторон может иметь место в следующих
случаях:

— применение одной из сторон к другой (как правило, к обвиняемому или подо-

зреваемому) физического или психологического принуждения без законных и доста-
точных оснований, а также применение таких методов следствия, которые могут на-
рушить ее способность к правильным суждениям и принятию адекватных решений;

— прямое введение должностным лицом или государственным органом, веду-

щим процесс, в заблуждение одной из сторон или иных участников судопроизводства
относительно их прав, а также умолчание о них там, где без разъяснения прав невоз-
можно обеспечить реальное равенство сторон;

— нарушение права обвиняемого (подозреваемого) на защиту;
— нарушение права обвиняемого (подозреваемого) пользоваться языком, кото-

рым он владеет, и помощью переводчика;

— нарушение требований презумпции невиновности (возложение бремени дока-

зывания на обвиняемого);

— проведение судебного разбирательства в отсутствие обвиняемого, если им

в предусмотренных законом случаях не заявлено ходатайство о заочном рассмотре-
нии дела;

— предоставление другой стороне не предусмотренных законом льгот и преиму-

ществ (например, предоставление преимущества стороне обвинения путем необос-
нованного продления сроков предварительного расследования, содержания обвиняе-
мого под стражей; возвращения дела судом для проведения дополнительного
расследования и т.п.);

— неправомерное лишение той или иной стороны ее прав или ограничение ее

в каких-либо правах. Примерами могут служить: нарушение права обвиняемого на
судебное разбирательство в разумные сроки

1

; незаконное лишение сторон (обвиня-

емого, защитника, потерпевшего и т.д.) возможности непосредственно знакомиться
с требованиями и доказательствами, представляемыми в суд ее процессуальным про-
тивником, а также принимать участие в их непосредственном судебном исследовании
(например, постановление приговора на основании протоколов допросов свидетелей,
не явившихся в судебное заседание, при неполучении, вопреки требованиям ст. 281,
согласия другой стороны на их оглашение в судебном заседании);

— личная заинтересованность в деле публичного обвинителя (дознавателя, сле-

дователя, прокурора) либо наличие иных обстоятельств, вызывающих сомнение в его
объективности и беспристрастности, ибо недобросовестное использование широких

1

 См. п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении

судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и между-
народных договоров Российской Федерации».

ГЛАВА 4. ПРИНЦИПЫ СОСТЯЗАТЕЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

69

властных полномочий, которыми наделены эти участники процесса, ставит под со-
мнение возможность соблюдения реального равенства сторон;

— незаконное изменение субъектного состава процессуальных правоотношений,

способное изменить установленный законом баланс сил в пользу одной из сторон
(нарушение правил подследственности, незаконное участие в проведении предвари-
тельного следствия ненадлежащих следователей, органов дознания и их сотрудников
и т.д.). Произвольное нарушение установленных законом правил подследственности
порождает сомнение в независимости и беспристрастности органа уголовного пре-
следования, который может быть в этом случае назначен ad hoc (

лат

. — специально

для данного случая), что несовместимо в состязательном процессе с принципом ра-
венства сторон.

Принцип 

процессуальной независимости суда

 — это требование беспристраст-

ности и объективности суда по отношению к сторонам и другим участникам судопро-
изводства, а также оценки им доказательств исходя лишь из своего собственного (внут-
реннего) убеждения. Нарушение принципа независимости суда имеет место, если:

— суд обнаруживал в ходе производства по делу пристрастность либо имеются

обстоятельства, ставящие под сомнение его беспристрастность и объективность (на-
личие оснований для отвода судей при отказе в удовлетворении требований об отво-
де; явная тенденциозность в пользу одной из сторон, проявляемая судьями в ходе
судебного разбирательства, в том числе игнорирование судом предписаний процессу-
ального закона, обеспечивающих равенство сторон; нарушение правил, регулиру-
ющих подсудность и состав суда или коллегии присяжных заседателей; неправомерное
ограничение судом принципа гласности судопроизводства; нарушение тайны совеща-
ния судей; обоснование судебного решения доказательствами, ранее признанными
недопустимыми; произвольное (вне надлежащей процедуры, необоснованное) внесе-
ние судьей изменений в протокол судебного заседания и т.п.);

— суд выполнял в процессе функции, присущие сторонам (например, необосно-

ванная подмена судом обвинителя при собирании и исследовании в судебном заседа-
нии доказательств; самостоятельное определении судом порядка исследования дока-
зательств в судебном заседании, в то время как ч. 1 ст. 274 УПК наделяет этим правом
стороны и т.п.).

Равенство сторон и независимость суда в совокупности образуют «несущую кон-

струкцию» состязательного процесса. Они — принципы-максимы. Все другие, ин-
ституционные, принципы состязательного судопроизводства могут быть логически
выведены из двух этих фундаментальных начал.

§ 5.

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПОДОЗРЕВАЕМОМУ И ОБВИНЯЕМОМУ
ПРАВА НА ЗАЩИТУ

Право подозреваемого и обвиняемого на защиту непосредственно вытекает из
принципа равенства сторон. Действительно, если в состязательном уголовном
процессе имеются стороны обвинения и защиты, между которыми ведется про-
цессуальное состязание по вопросу об уголовной ответственности, то праву об-
винителя на уголовное преследование должно соответствовать равновеликое право
подозреваемого и обвиняемого на защиту от этого преследования.

70

Раздел I. ПОНЯТИЕ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Право 

на защиту

 обеспечивается подозреваемому и обвиняемому законом от

подозрения и обвинения. Защита других прав и законных интересов этих лиц охваты-
вается действием принципов уважения чести и достоинства личности, неприкосно-
венности личности, жилища, охраны прав и свобод человека и гражданина в уголов-
ном судопроизводстве, тайны переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых,
телеграфных и иных сообщений

. 

Защита этих прав в рамках уголовного процесса

может осуществляться в порядке обжалования действий и решений должностных лиц,
предусмотренном гл. 16 и ст. 108 УПК, а также путем возмещения вреда лицам, неза-
конно подвергнутым мерам процессуального принуждения (ч. 3 ст. 133).

Право на защиту принадлежит не только обвиняемому и подозреваемому, кото-

рые официально признаны в этом процессуальном статусе, но и всякому лицу, в отноше-
нии которого совершаются действия в порядке уголовного преследования (осущест-
вляется допрос в качестве свидетеля, но по обстоятельствам его участия в совершении
преступления проводится обыск в жилище и т.д.). При этом указанные лица приобре-
тают право на получение помощи защитника

1

.

Принцип обеспечения права на защиту охватывает:
— права, которые подозреваемый и обвиняемый могут реализовать 

собственны-

ми действиями

 путем представления доказательств, участия в суде в допросах дру-

гих подозреваемых и обвиняемых (подсудимых), потерпевших, свидетелей и экспер-
тов, подачи жалоб на действия и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда;

— права, которые могут осуществляться ими 

с помощью защитника и законного

представителя

 путем реализации прав и обязанностей этих лиц;

— 

обязанности дознавателя, следователя, прокурора и суда

, соответствующие

правам подозреваемого, обвиняемого, законного представителя и защитника, если эти
права могут быть реализованы лишь путем выполнения названными должностными
лицами и органами определенных встречных действий (обеспечить участие защитни-
ка, предоставить в установленных законом случаях для ознакомления необходимые
документы и материалы дела, дать возможность снятия с них копий, рассмотреть хо-
датайства и жалобы, заслушать показания путем проведения допроса и т.д.);

— 

процессуальные гарантии защиты

, действующие в силу закона даже при от-

сутствии волеизъявления заинтересованных лиц. Это презумпция невиновности, вклю-
чая возложение бремени доказывания на обвинителя и толкование сомнений в пользу
обвиняемого; правила о недопустимости доказательств, полученных в нарушение за-
кона (ст. 75), правило о недопустимости поворота обвинения к худшему (ст. 385, 387,
405); нормы, обеспечивающие свободу обжалования в апелляционном и кассацион-
ном порядке приговора и других судебных решений (ст. 370, ч. 1 ст. 385) и др.

Как следует из содержания ч. 2 ст. 16, подозреваемый и обвиняемый вправе за-

щищаться всеми не запрещенными УПК РФ способами и средствами. В этой норме
реализован правовой принцип — «разрешено все, что не запрещено законом». На
деле запрет может устанавливаться не только нормами самого УПК, как можно было
бы понять из буквального прочтения текста указанной статьи, но и некоторыми дру-
гими законами. Например, ни обвиняемый, ни защитник, ни иные лица не вправе

1

 См. п. 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 27.06.2000 № 11-П по делу о провер-

ке конституционности положений ч. 1 ст. 47 и ч. 2 ст. 51 УПК РСФСР в связи с жалобой граждани-
на В.И. Маслова // СЗ РФ. 2000. № 27. Ст. 2882.