ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 8603
Скачиваний: 15
предметов, свидетельствующие о том, что там стояли какие-то крупные вещи -телевизор, музыкальный центр и т.п. Вся картина события в целом еще не известна, но необходимость принять решение вынуждает следователя анализировать эти фрагментарные факты.
Возможна и противоположная ситуация, когда фактические обстоятельства представлены столь широко и многопланово, что весьма трудно вычленить из этого многообразия и объема информации те обстоятельства, которые составляют суть юридической проблемы и в этом контексте имеют юридическое значение. Студенты, работающие в юридических клиниках, очевидно, знакомы с подобной ситуацией. Клиенты нередко рассказывают о своих проблемах столь пространно, что студентам приходится прилагать немалые усилия, чтобы прервать поток речи клиента и направить его рассказ в нужное "юридическое" русло. Далеко не всегда можно сразу определить, какие из сообщенных клиентом фактов понадобятся при анализе его дела.
Что же нужно сделать, чтобы проанализировать фактические обстоятельства дела? Необходимо изучить все известное по делу и последовательно ответить на пять вопросов. Назовем это "Правилом пяти вопросов" ("$(?)"). При анализе фактических обстоятельств юрист должен в конечном счете ответить на вопросы: когда, где, кто, что, как (при каких обстоятельствах или каким способом) совершил? Если ответы на эти вопросы записать в форме повествовательных предложений, то получается короткий, из 3-5 фраз, рассказ, который юристы называют ''фабула дела". Например:
"3 марта 2001 г. в г. N-ске по ул.Подгорной, д.3, кв.15, неизвестный, воспользовавшись отсутствием хозяев, путем подбора ключей проник в квартиру гр-на Сидоренко Л.Г. и похитил из нее деньги в сумме 3500 руб.и женские золотые украшения на сумму 30 000 руб., чем причинил Сидоренко Л.Г. значительный ущерб".
Это маленькая история, изложенная простым доходчивым языком, понятна не только юристу, но и любому человеку. Вместе с тем эта история несет в себе в лаконичной и сжатой как пружина форме весь смысл юридически значимой информации. Она так насыщена правовым смыслом, что в ней нет ни одного лишнего или случайного слова: каждое имеет свое юридическое значение. Вспомним историю фразы "Казнить нельзя помиловать"! Так и в формулировке фабулы дела содержится суть юридической ситуации. Она собрана по крупинкам: из утверждений должностных
лиц, из показаний или объяснений очевидцев и потерпевшего; из заявлений или показаний сторон и т.п. Теперь можно ответить на вопросы: когда, где, кто, что, как (при каких обстоятельствах или каким способом) совершил, и четко и ясно сказать об этом.
Однако то, что легко сказать, порой весьма трудно сделать. Ответ на каждый из пяти вопросов одновременно может быть и объективным, и субъективным. Объективность ответов обусловлена тем, что факты - вещь упрямая. Например, по рассматриваемому делу был установлен такой факт: фамилия Арзамасов С.А. не значилась ни в одном из приказов по студенческому составу колледжа. Юристу, взявшемуся за защиту осужденного, это очень не нравилось, но в данном факте ничего изменить нельзя, и юрист обязан считаться с этим.
Субъективность ответов на предложенные пять вопросов проявляет себя уже в том, какие факты отбираются для анализа, какая интерпретация им дается, какие выделяются, а какие "затушевываются". Например, в рассматриваемом деле неоднократно повторялась фраза: "Арзамасов приобрел диплом у неустановленного лица". Обвинение стремилось убедить суд, что это так и было, и суд принял это утверждение как установленный факт. Однако при анализе материалов дела возникло сомнение в объективности этого утверждения: не было установлено, когда, где, при каких обстоятельствах он приобрел диплом у этого "неустановленного" лица. Если бы следователь отвечал на выделенные нами пять вопросов, то по факту приобретения диплома Арзамасовым С.А. он вынужден был бы ответить: В неустановленное время, в неустановленном месте, при неустановленных обстоятельствах, неустановленным способом Арзамасов С.А. приобрел диплом ".
Из этого можно было сделать только один вывод - следователь не установил, как диплом попал к Арзамасову С.А. Между тем сам обвиняемый объяснял, как это произошло. Следователь, не поверив ему, тем не менее опровергнуть показания Арзамасова С.А. не смог. Поэтому он просто проигнорировал их, предложив историю со многими неизвестными/Субъективного в этой истории оказалось больше, чем объективного, поэтому выводы обвинения сразу же вызвали сомнения.
Следовательно, давая ответы на пять вопросов, формулируя фабулу дела, юрист, безусловно, предлагает свой субъективный взгляд на событие. Однако он должен базироваться на тех зафиксированных в деле фактах, которые имели место в реальной жизни и существовали в таком виде независимо от нашего отноше-
ния к ним или утверждаются участниками процесса как действительные, а иной информации, кроме этихутверждений, в деле нет.
Анализируя фактические обстоятельства дела, следует отличать собственно факты от оценочных понятий, мнений о данном факге кого-либо из субъектов процесса, предположений, выстроенных на основе разрозненных фактических фрагментов.
Сравните, например, описание скорости автомобиля двумя свидетелями:
А: "Машина мчалась с огромной скоростью".
N: "Я ехал со скоростью 90 км/час, а эта машина легко обогнала меня".
Первый свидетель описывает факт в оценочных категориях типа "мчалась", "огромной", тогда как второй сообщает два факта: 1) одна автомашина ехала со скоростью 90 км/час; 2) другая -обогнала ее. Из этих утверждений можно сделать вывод, что скорость второй машины была не менее 90 км/час.
При описании внешности или поведения людей факты нередко подменяются мнением, впечатлением. Например, допрашиваемый так характеризует обвиняемого: "вел себя нагло ", или "сразу видно, что он пьяница ", или "он жулик и аферист " и т.п. Трудно определить, что отражают подобные утверждения: объективное положение вещей или всего лишь субъективное ощущение, впечатление, мнение самого допрашиваемого.
В следственной практике вместо описания фактов порой предлагаются умозаключения, также отражающие не столько объективную картину события, сколько субъективные представления о нем. Весьма показательно в этом отношении постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором дознаватель следующим образом описывает фактические обстоятельства дела:
Предварительной проверкой установлено, что 12.11.96 г. в дежурную часть Кочубеевского РОВД по телефону поступило заявление гр. Тыртыш-ной О.В. о том, что в ночь с 11.11.96 г. на 12.11.96 г. из ее домовладения пропали лошадь и жеребенок. Лошадь, принадлежащая гр. Тыртышной, со слов ее сына, часто пыталась увести жеребенка на конюшню с целью познакомить его с отцом, которого содержат на конюшне, однако ранее ее намерениям мешали.
В ночь с 11.11.96 г. на 12.11.96 г. лошадь перепрыгнула забор, сделанный из сетки высотою в 1,5 метра, при этом она зацепила металлическую сетку и сильно наклонила ее до высоты 30 см от земли. Через образовавшуюся нишу заграждения выпрыгнул жеребенок. Хозяева лошади в это время спали и ничего не слышали. После этого лошадь повела жеребенка на конюшню.
Как видно, фантазия иногда может увести исследователя очень далеко от фактов, тогда как анализ дела требует точного следования фактам и только фактам.
Попытаемся проанализировать факты, зафиксированные в материалах дела Арзамасова. Какие же факты нашли отражение в этих материалах и стали известны следователю?
-
Арзамасов С.А. работал ст. инспектором моторизованного
взвода ДПС ОГАИ Благодарненского РОВД с 1985 г. -
Он имел звание - прапорщик.
-
До 1996 г. он не имел диплома о среднем профессиональном
образовании.
4.29 апреля 1996 г. он был назначен на офицерскую должность ст. инспектора по розыску транспорта ГАИ Благодарненского РОВД.
-
В августе 1996 г. Арзамасов С.А. представил по месту рабо
ты диплом об окончании им колледжа КЧТИ. -
В документации колледжа Арзамасов С.А. среди студентов
не-значился. -
В колледже КЧТИ действительно работал преподаватель
Косенко B.C. -
Косенко B.C. умер осенью 1996 г.
-
Дымова знакомила Арзамасова с Косенко в 1992 г. и проси
ла последнего помочь Арзамасову в поступлении в техникум и
обучении в нем.
-
В течение четырех лет Арзамасов С.А. неоднократно обра
щался к знакомым (Шуленину, Беляеву, Даманову) с просьбой
помочь в выполнении различных заданий для техникума (по элек
тронике, черчению) и дипломной работы. -
Диплом на имя Арзамасова С.А., представленный им в от
деление кадров РОВД, по внешним признакам, известным сотруд
никам колледжа, отличается от тех дипломов, которые были вы
даны выпускникам колледжа КЧТИ в 1996 г. Внутренняя вклейка
отличается по цвету, на ней нет водяных знаков, на печати над
пись не соответствует названию колледжа в 1996 г., записи в дип
ломе произведены не тем работником, который выписывал все
дипломы в этом колледже. -
Внешняя "корочка" диплома соответствует дипломам го
сударственного образца. -
Печать в дипломе соответствует образцу печати, действо
вавшей в колледже до его переименования.
14. 26 августа 1996 г. начальником РОВД было внесено представление о присвоении Арзамасову С.А. офицерского звания "младший лейтенант", где в графе "образование" было указано "Александровский автодорожный техникум".
Попытаемся из этих фактов составить короткий повествовательный рассказ, в котором ответим на поставленные выше пять вопросов.
В августе 1996 г. сотрудник Благодарненского РОВД Арзамасов С.А. представил в отделение кадров диплом об окончании колледжа КЧТИ. При сравнении его с образцом дипломов, выдававшихся выпускникам колледжа в 1996 г., по ряду внешних признаков, известных сотрудникам колледжа, было установлено несоответствие диплома государственному образцу, и он был признан поддельным. По документам колледжа Арзамасов С.А. в числе студентов не значился, однако считал себя учащимся колледжа с 1992 по 1996 г., в связи с чем выполнял различные задания по программе колледжа и дипломную работу по теме "Реконструкция аккумуляторного цеха в АТП". Все задания он передавал и получал через знакомого преподавателя этого колледжа Косенко B.C., который в августе 1996 г. вручил ему данный диплом. В апреле 1996 г., будучи в звании прапорщика, Арзамасов С.А. был назначен на офицерскую должность, а в августе 1996 г. представлен к присвоению офицерского звания.
Как видно, наша история значительно отличается от истории, изложенной в обвинительном заключении и приговоре. Вместе с тем, стараясь быть объективными, мы учли как положительные для нас, так и негативные факты.
Изложенные факты не равнозначны по своей убедительности. Среди них есть такие, которые можно назвать "упрямыми". Это факты, которые остаются неизменными, как бы мы к ним ни относились; нет никакого способа изменить их содержание, смысл. Например, к такого рода "упрямым" фактам в нашей истории можно отнести факт представления Арзамасовым диплома в отделение кадров РОВД, т.е. его использования; факт отсутствия фамилии Арзамасова в списках студентов и иной документации колледжа в период с 1992 по 1996 г.
Наряду с "упрямыми" фактами есть и другие, так называемые "сомнительные" факты, которые не являются столь убедительными и неопровержимыми и вызывают сомнения. При анализе таких "сомнительных " фактов можно выделить как минимум две разновидности:
опровержимые факты; интерпретируемые факты.
Схематично это можно изобразить следующим образом:
Можно ли учитывать подобные "сомнительные" факты или следует отбросить их и не обращать на них внимания, не включать их в наш рассказ, потому что мы в них не уверены?
Давайте поразмышляем. В деле Арзамасова к числу опровержимых можно отнести факт приобретения им диплома. История обучения, рассказанная обвиняемым, действительно вызывает сомнения, но ведь следователь не предложил вообще никакой истории, кроме уже названной выше "не установленной". Никаких других фактов, которыми опровергалась бы история обвиняемого, следствие не установило. Кроме того, ряд фактов не был учтен или был искажен в истории, предложенной обвинением. Например, утверждение о цели обвиняемого при использовании подложного диплома опровергалось датой назначения его на должность.