98 6. Убийство при превышении пределов необходимой обороны

Н аконец, когда нападение и защита совпадают во времени, лишение жизни может быть признано совершенным в состоянии необходимой обороны. Следовательно, убий­ство при превышении пределов необходимой обороны (ст. 105 УК) следует отграничивать и от состояния необходимой обороны. Это тем более важно, что в практике в отдель­ных случаях правомерные действия обороняющегося, причинившего смерть нападавшему, под предлогом запоздалой обороны признаются совершенными с превышением пределов необходимой обороны. Между тем лицо, подвергшееся нападению, не всегда в состоянии быстро реагировать на изменение обстановки, тем более в сложных условиях отраже­ния общественно опасного посягательства. Верховным судом Татарстана в кассационном порядке был отменен приговор народного суда в отношении Н., осужденной по ст. 105 УК за убийство своего мужа. Было установлено, что муж Н. систематически пьянство­вал, издевался над семьей, выгонял членов семьи из дома, угрожал убийством. Во время очередного скандала он пытался задушить Н., затем взял нож и приставил к ее спине, угрожая убийством. Н. в этот момент вырвала нож и нанесла им мужу удар в грудь, от которого он вскоре умер. Верховный суд прекратил дело в отношении Н., признав, что она действовала в состоянии необходимой обороны. Такое решение является обоснован­ным. В данном случае нельзя считать, что Н., превысила пределы необходимой обороны, поскольку она подверглась нападению пьяного хулигана и после того, как вырвала у него нож, судя по обстоятельствам дела, имела все основания ждать продолжения нападения. Следовательно, в момент нанесения удара ножом потерпевшему Н. не утратила права на необходимую оборону.

5. Для правильной квалификации убийств, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, первостепенное значение имеет анализ субъективной стороны это­го преступления. По данному вопросу были высказаны различные суждения. В. Ф. Ки­риченко полагает, что убийство при превышении пределов необходимой обороны может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности. По его мнению, логически до­пустимы «четыре комбинации форм виновности: умысел и неосторожность в отношении причинения результата при неосторожном превышении пределов необходимой обороны и умысел и неосторожность в отношении причинения результата при умышленном превы­шении пределов необходимой обороны»¹.

Соображения, высказанные по этому вопросу В. Ф. Кириченко, подробно разбирались в нашей литературе. Теоретически предлагаемая им конструкция форм вины при превы­шении пределов необходимой обороны возможна. Но вряд ли правильно анализировать субъективную сторону состава данного преступления отдельно для превышения пределов необходимой обороны и отдельно — для наступивших последствий. В данном случае и из закона не вытекает необходимость установления так называемой двойной вины, как, например, это требуется при анализе тяжкого телесного повреждения, окончившегося смертью потерпевшего (ч. 2 ст. 108 УК). Для практики такое дробление единого деяния не имеет какого-либо значения, и, видимо, поэтому не было ею воспринято.

---

Другой взгляд высказал М. И. Якубович, который не только допускает неосторожное совершение убийства при превышении пределов необходимой обороны, но и считает эту форму вины единственно возможной, исключая умысел. Он писал: «В самом деле, можно ли согласиться с утверждением о том, что обороняющийся, защищаясь от преступного посягательства на него или другое лицо, имеет умысел на лишение жизни нападающего. Нет, этого утверждать нельзя, ибо, причиняя вред нападающему, обороняющийся пресле­дует единственную цель — отразить, пресечь преступное посягательство». Это положение также нельзя признать правильным. Прежде всего, обороняющийся не всегда при превы­шении пределов необходимой обороны преследует единственную цель защиты. Сам же М. И. Якубович в той же работе писал: «Применение явно чрезмерных средств защиты,

К ириченко В. Ф. Основные вопросы о необходимой обороне. С. 76.

---

6. Убийство при превышении пределов необходимой обороны 99

к огда защищающийся сознает, что он может без всякого риска для себя устранить грозя­щую опасность менее интенсивным способом, следует считать превышением пределов необходимой обороны»¹ (курсив наш — С. Б.). Очевидно, что в этом случае М. И. Яку­бович признавал возможность умышленного превышения пределов необходимой обороны. Кроме того, и в тех случаях, когда единственной целью обороняющегося является защита от нападения, это обстоятельство не устраняет умысла, так как умысел на убийство и цель защиты от нападения — разные понятия, не исключающие друг друга.

Неубедительно и другое соображение М. И. Якубовича о том, что признанием убий­ства при превышении пределов необходимой обороны умышленным преступлением якобы совершается скачок от непреступления к умышленному преступлению, минуя промежу­точное звено, т.е. неосторожную вину. Это соображение могло бы служить доводом в пользу излагаемой М. И. Якубовичем позиции только при том условии, если бы зако­нодательство и доктрина уголовного права признавали неосторожность «промежуточным звеном» между непреступлением и преступлением. Между тем и законодательство и док­трина умысел и неосторожность признают самостоятельными формами вины.

Против признания превышения пределов необходимой обороны при убийстве неосто­рожным преступлением говорит и ч. 2 ст. 13 УК, в которой превышением пределов необ­ходимой обороны признается явное несоответствие защиты характеру и опасности пося­гательства, что, по нашему мнению, исключает признание превышения пределов необ­ходимой обороны неосторожным преступлением. Из Особенной части УК вытекает, что убийство при превышении пределов необходимой обороны является умышленным пре­ступлением (см. п. «и» ст. 102 УК). Сложившаяся судебная практика также исходит из того, что убийство при превышении пределов необходимей обороны — это умышленное преступление. В литературе аналогичную позицию обосновывает В. И. Ткаченко². Следу­ет указать на то, что в опубликованном проекте УК речь идет об умышленном убийстве при превышении пределов необходимой обороны. Данное решение вопроса представляется принципиальным, ориентирующим на то, что признание причинения смерти по неосторож­ности исключает квалификацию убийства по ст. 105 УК. Это, очевидно, должно служить критерием для разграничения квалификации убийств, подпадающих под признаки ст.ст. 105 и 106 УК³.

6. Правильная квалификация убийства при превышении пределов необходимой обо­роны зависит также от критериев отграничения этого преступления от умышленных убийств, предусмотренных ст. ст. 104 и 103 УК.

6.1. Отграничение убийства при превышении пределов необходимой обороны от убий­ства, предусмотренного ст. 104 УК, необходимо проводить по признакам объективной и субъективной стороны.

---

В литературе по этому вопросу высказывался Г. А. Кригер. Он писал: «... в ст. 104 УК прежде всего имеются в виду случаи убийства, когда насилие, являющееся первопричиной смерти, было по своему характеру заведомо не опасно для жизни и здоровья человека, а угрожало лишь его телесной неприкосновенности (удары, побои и т.п.). Когда же насилие было заведомо опасным для жизни либо здоровья лица или половой неприкосновенно­сти женщины, у лица, подвергшегося такому насилию, возникает право на необходимую оборону, в процессе которой вполне возможно и причинение смерти нападавшему»⁴.

В принципе это правильные соображения, но их нельзя принять без оговорок. Дело в том, что Г. А. Кригер оставляет без внимания некоторые ситуации, при которых насилие,

Я кубович М. И. Вопросы теории и практики необходимой обороны. С. 142—147. ²См.: Ткаченко В. И. Необходимая оборона в уголовном праве. М., 1979. С. 85—92. ³О квалификации убийства по неосторожности см. гл. 7.

⁴Кригер Г. А. К вопросу о разграничении убийства в состоянии аффекта и убийства совершенного при превышении пределов необходимой обороны. С. 35.

---

100 6. Убийство при превышении пределов необходимой обороны

х отя и «заведомо опасное для жизни либо здоровья лица или половой неприкосновенно­сти женщины», в случае причинения смерти нападавшему вовсе не обязательно влечет применение ст. 105 УК. Хотя Г. А. Кригер и упоминает о «своевременности защиты» как признаке, имеющем значение для разграничения применения ст. ст. 104 и 105 УК, однако рассматривает его вне связи с характером насилия, исключая вообще возможность пре­вышения пределов необходимой обороны при запоздалой обороне. Г. А. Кригер правильно критикует М. Д. Шаргородского, который считал, что под понятие насилия, предусмот­ренного ст. 104 УК, подходят удары, побои, телесные повреждения, изнасилование, угрозы и т.п.¹, и исключал, таким образом, право женщины на необходимую оборону в случае причинения смерти насильнику. Вместе с тем изнасилование, причинение тяжкого телес­ного повреждения, покушение на убийство, явившиеся, как выражается Г. А. Кригер, «первопричиной» смерти потерпевшего, могут при определенной ситуации повлечь квали­фикацию действий виновного не по ст. 105 УК, например убийство нападавшего третьим лицом, которое пришло в состояние аффекта после того, как нападавший причинил кому-либо тяжкое телесное повреждение, или же убийство в состоянии аффекта, совершенное лицом, на жизнь которого покушался потерпевший, после окончания нападения и в неко­торых других подобных случаях. Таким образом, рассмотрение своевременности защиты и нападения в совокупности с характером и интенсивностью посягательства дает основания для правильного разграничения применения ст.ст. 104 и 105 УК.

По форме вины убийства, предусмотренные ст.ст. 105 и 104 УК, одинаковы, они могут быть совершены только умышленною Для разграничения этих преступлений использу­ются мотивы их совершения. Прежде всего следует подчеркнуть, что при превышении пределов необходимой обороны, по нашему мнению, мотив и цель совпадают, равно как и при совершении убийства из корыстных побуждений и с корыстной целью. Отражая общественно опасное посягательство, лицо руководствуется мотивами необходимости защиты своих прав и законных интересов, общественных и государственных интересов. Целью при отражении общественно опасного посягательства также является защита указанных прав и интересов. Поэтому представляется неудавшейся попытка В. Н. Козака разграничить цель и мотив при превышении пределов небходимой обороны².

Как уже подчеркивалось, мотивом убийства, предусмотренного ст. 104 УК, может быть месть, ревность и другие побуждения, порожденные аффективным состоянием пси­хики субъекта. При этом необходимо иметь в виду, что пределы необходимой обороны могут быть превышены также лицом, находящимся в состоянии аффекта, вызванного об­щественно опасным посягательством.

---

Смотрите также файлы

• fin_rassledovanie_prestuplenie_protiv_lichnosti.doc

• FOS_Problemy_otvetstvennosti_za_prestuplenia_protiv_lichnosti_2015-2016_RKZ.docx

• Glava_18_PRESTUPLENIYa_PROTIV_POLOVOJ_neprikosnovennosti_i_polovoy_svobody_lichnosti.doc

• Kvalifikatsia_ubiystv_sovershennykh_pri_otyagchayuschikh.doc

• NEOBKhODIMAYa_OBORONA_KAK_UMYShLENNOE_UBIJSTVO.doc