Принятие правильного решения о квалификации причинения смерти О., очевидно, затруднялось тем, что действия осужденного носили умышленный характер. Это привело к тому, что сознательное отношение виновного к фактической стороне своих действий суд неправильно признал свидетельством предвидения им смерти потерпевшей².

Таким образом, для отграничения неосторожного убийства по небрежности от умыш­ленного убийства в подобных случаях всякий раз необходимо установить отсутствие

¹См.: Бюллетень Верховного суда СССР. 1960. № 4. С. 45.

²Эти вопросы возникают и при разграничении неосторожного убийства и тяжких телесных поврежде­ний, повлекших смерть потерпевшего (см гл. 8).

---

114 7. Неосторожное убийство

п ри небрежности и наличие при умысле предвидения виновным конкретных общественно опасных последствий своих действий.

2.3. При разграничении неосторожного и умышленного убийства решающее значение имеет выяснение различий преступной самонадеянности и косвенного умысла. Эти раз­личия вытекают из сопоставления ст. ст. 8 и 9 УК, но в литературе не всегда последова­тельно проводятся. Так, Н. И. Загородников писал, что при преступной самонадеянности «виновный может и должен предвидеть, что обстоятельства, на которые он рассчитыва­ет при сложившихся условиях, не могут предотвратить наступления смерти»¹ (курсив наш — С. Б.). Здесь явная неточность. Получается, что виновный при преступной са­монадеянности может и должен предвидеть как результат своих действий неизбежность наступления смерти другого лица. Но это уже умышленная вина.

Допускаются ошибки и в судебной практике. Ш. был осужден по ст. 103 и ч. 2 ст. 163 УК. Занимаясь незаконным ловом рыбы, он, чтобы предупредить возможную кражу, сделал сигнализацию от мостков на берегу реки к дому, где установил звонок, включив от сети электрический ток. О сигнализации Ш. рассказал соседям. Подросток О., желая от­ключить сигнализацию, пытался разъединить провод, но был убит электрическим током. Рассматривая дело, Пленум Верховного суда СССР признал, что суд, квалифицируя соде­янное Ш. как умышленное убийство, не учел, что он сделал электропроводку не в целях использования электротока как средства поражения, что давало бы основания признать наличие у него умысла по отношению к смерти потерпевшего, а только для питания элек­трического устройства — сигнализации, не рассчитанного на причинение повреждений человеку. С учетом изложенного вывод суда о виновности Ш. в умышленном убийстве следует признать неправильным. Материалы дела дают основание заключить, что в дан­ном случае Ш. проявил преступную самонадеянность, поскольку он знал об опасности, которую представляет для человека электрический ток напряжением в 220 вольт, но лег­комысленно надеялся на предотвращение тяжких последствий. При этом он рассчитывал не на случайность, а на такие объективные факторы, которые, по его мнению, исключали возможность наступления тяжких последствий. Следовательно, Ш. совершил убийство по неосторожности, предусмотренное ст. 106 УК.

При убийстве в результате преступной самонадеянности виновный предвидит воз­можность наступления смерти потерпевшего в аналогичных случаях, но легкомысленно считает, что при данных конкретных обстоятельствах этот результат не наступит. Пред­видение этой возможности при самонадеянности носит абстрактный характер в силу от­сутствия сознательного допущения предвиденных общественно опасных последствий. Оно лишено здесь той конкретной определенности, которой обладает предвидение при косвен­ном умысле. Этим отличается самонадеянность от косвенного умысла². Следовательно, совершая убийство с косвенным умыслом, виновный предвидит не только возможность, но и вероятность наступления смерти потерпевшего именно в данном случае. Отноше­ние к смерти потерпевшего при самонадеянности состоит в том, что лицо рассчитывает на определенные конкретные обстоятельства которые предотвратят ее, но расчет оказы­вается легкомысленным. Если виновный, предвидя наступление смерти потерпевшего, рассчитывает на счастливый случай, или, как говорят, на «авось», или на какие-то иные тому подобные обстоятельства, то он действует с косвенным умыслом. С уче­том этого должен решаться и вопрос о том, можно ли считать убийство совершенным в результате преступной самонадеянности, если виновный легкомысленно рассчитывал на его предотвращение в результате действия сил природы. Здесь, по нашему мнению, Н. И.

---

¹См.: Загородников Н. И. Преступления против жизни. С. 217. ²См.: Курс советского уголовного права. Т. II. М. С. 312—313.

---

7. Неосторожное убийство 115

З агородников обоснованно считал, что по делам об убийстве расчет на силы природы как признак самонадеянности исключается¹.

Дело в том, что расчет на силы природы не создает полной уверенности в предот­вращении смерти потерпевшего. В сознании виновного остаются сомнения в возможности предотвратить гибель человека, но он все же идет на это, не исключая по существу вероятность наступления смерти. Следовательно, психическое отношение виновного к по­следствиям характеризуется безразличием, т.е. косвенным умыслом.

4. При разграничении умысла и неосторожности при убийстве возникают и другие
   вопросы, например, каково значение предупреждения со стороны потерпевшего или дру­
   гих лиц о том, что определенные действия виновного при их продолжении могут повлечь
   наступление смерти. Так, П. совершил убийство 12-летней Г. — ученицы 6 класса. Группа
   учеников с двумя учителями отдыхала во время экскурсии на берегу реки Старицы под
   крутым обрывом. П. проходил мимо над обрывом. Увидев внизу людей, он взял ящик
   гудрона весом 10 кг и бросил к реке в направлении сидевших учеников. Ящик застрял в
   кустах. Учителя предупредили П. о том, что ящиком можно убить кого-нибудь. Несмотря
   на это, П. взял другой ящик с гудроном в два раза тяжелей и бросил его вниз в том же
   направлении. Этим ящиком и была убита Г. Омский областной суд квалифицировал эти
   действия по пп. «б» и «д» ст. 102 УК, а судебная коллегия по уголовным делам Верхов­
   ного суда РФ переквалифицировала их на ст. 106 УК. Судебная коллегия сослалась на
   то, что П., по его словам, хотел лишь попугать учеников. Других доводов в определе­
   нии не приводится, а значению предупреждения со стороны учителей не дается никакой
   оценки. С решением Судебной коллегии можно было бы согласиться, если бы последствия
   наступили после того, как П. бросил первый ящик. В данном случае предупреждение об
   опасности причинить смерть при продолжении начатых действий дает основание считать,
   что П. действовал с. косвенным умыслом — безразлично относился к последствиям, ко­
   торые могут наступить. В самом деле, вряд ли можно утверждать, что в этой ситуации
   виновный только должен был и мог предвидеть наступление смерти потерпевшей. Разу­
   меется, это нельзя сформулировать как общее правило, но предупреждение в указанном
   смысле в конкретных случаях должно всегда получить соответствующую оценку.

5. О признании убийства совершенным по неосторожности возникает вопрос и при
   так называемом отклонении действия. Этот вид фактической ошибки, когда осуществле­
   ние преступного намерения в отношении другого потерпевшего происходит не вследствие
   того, что виновный ошибочно принимает его за человека, которого он намерен лишить
   жизни, а вследствие каких-то других причин, которые от него не зависят. К-н осужден
   за неосторожное убийство Ш. и покушение на убийство О. и К. Было установлено, что
   О. и К. напали на улице на К-на, избили его, а позже пришли к его дому, кричали, вы­
   зывали его для расправы, разбили стекло в окне. К-н схватил ружье, зарядил его одним
   патроном, выбежал на улицу и выстрелил в убегавших О. и К. В это время к дому К-на
   по склону оврага поднималась группа молодежи, среди которой находилась Ш. Она-то и
   была убита картечью. По обстоятельствам, которые изложены, К-н не предвидел, но мог
   и должен был предвидеть причинение смерти не только О. и К., но и другим лицам. В
   данном случае умышленное действие, направленное на убийство О. и К., повлекло смерть
   Ш. Эта смерть явилась результатом неосторожности К-на. Совершенное им преступление
   судом правильно квалифицировано в этой части по ст. 106 УК.

---

Отклонение действия необходимо отграничивать от ошибки в объекте (при убийстве — в личности потерпевшего). В действиях К-на налицо совокупность неосторожного убий­ства с покушением на умышленное убийство в состоянии аффекта, т.е. «двойная вина». Ошибка в личности потерпевшего при убийстве не изменяет формы вины и не оказывает влияния на квалификацию.

¹См.: Загородников Н. И. Указ. соч. С. 217.

---

Смотрите также файлы

• fin_rassledovanie_prestuplenie_protiv_lichnosti.doc

• FOS_Problemy_otvetstvennosti_za_prestuplenia_protiv_lichnosti_2015-2016_RKZ.docx

• Glava_18_PRESTUPLENIYa_PROTIV_POLOVOJ_neprikosnovennosti_i_polovoy_svobody_lichnosti.doc

• Kvalifikatsia_ubiystv_sovershennykh_pri_otyagchayuschikh.doc

• NEOBKhODIMAYa_OBORONA_KAK_UMYShLENNOE_UBIJSTVO.doc