ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 03.05.2021
Просмотров: 878
Скачиваний: 1
Чешский философ-марксист Карел Козик в статье "Гашек и Кафка" очень точно, на наш взгляд, охарактеризовал эту ситуацию: "Для истолкования Кафки использованы самые различные методы: от психоанализа до структурного анализа, социологические и антропологические исследования, теологическое, религиозное, философское изучение самого произведения и его отношений с идеальным миром юдаизма, христианства, Кьеркегора, Достоевского; можно сказать, что толкователи исчерпали все возможности объяснения"[1] .
Эти слова были сказаны в середине XX века, и направлены они были, в основном, против бездумных апологетов творчества писателя, но и сегодня, очевидно, нельзя с этим не согласиться.
Кафку можно интерпретировать как угодно. Это - удобно, ибо это вписывается в современную официозную литературную критику, исповедующую множественность - а иногда и бесконечность! - интерпретаций того или иного произведения. Попробуем и мы "проинтерпретировать" одно из произведений этого, безусловно талантливого, писателя.
Но прежде нам необходимо внести ясность в понятие "модернизм", с которым неразрывно связано имя и творчество Франца Кафки.
"Модернизм в искусстве и эстетической теории, тесно связанный с общим движением буржуазной общественной мысли в эпоху её заката, даёт себя знать прежде всего разрушительной ломкой классической традиции".[2]
Модернизм, таким образом, является не только отражением господствующих общественных отношений, но и бунтом против классической традиции, то есть против реалистического искусства.
Ниже мы подробнее остановимся на этом, а теперь - перейдем ближе к самому Кафке.
Новелла "Превращение" - это, пожалуй, одна из самых хрестоматийных вещей Кафки. Уже в первой фразе виден Кафка: "Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое". Эта фраза производит на читателя ошеломляющий эффект. Фантастический образ Кафки кажется вызывающим именно в силу своей демонстративной неэстетичности: представление о насекомом нечеловеческих размеров.
Попытаемся представить себе, что такое превращение всё-таки произошло, и примиримся на время чтения рассказа с этой мыслью, и тогда изображённое Кафкой предстанет вполне правдоподобным и даже обыденным. Чем это можно объяснить? Тем, что в этой новелле не оказывается ничего из исключительного, кроме самого начального факта - превращения человека в насекомое. Далее Кафка повествует о вполне понятных житейских неудобствах, начавшихся у Грегора и его семейства после его превращения. Это тем более необычно потому, что через суховатый и даже обыденный язык автора читатель как бы забывает о невероятности факта, который лёг в основу этой истории.
Здесь необходимо сделать отступление в некоторые обстоятельства жизни самого Кафки.
Известно, что Кафка был человеком легко ранимым, и поэтому внешний мир был ему чужд и страшен. Лучше всего об этом сказала чешская журналистка Милена Есенская, которую Кафка полюбил незадолго до смерти, но с которой так и не решился связать свою судьбу. Она написала Максу Броду: "У него нигде нет прибежища и приюта. Он как голый среди одетых" и далее: "Франц не способен жить. Франц никогда не выздоровеет. Франц скоро умрёт".
Беззащитность перед внешним миром, неумение приспособиться к внешней стороне жизни, доставляли Кафке огромные мучения. Это порождало в его сознании чувство вины перед жизнью и перед людьми. Кафке казалось, что он не оправдал тех надежд, которые отец, владелец небольшой торговой фирмы, возлагал на него, желая видеть в сыне преуспевающего юриста и продолжателя семейного торгового дела.
В этом смысле его новелла "Превращение" во многом автобиографична. Нельзя не согласиться с А.Карельским, который назвал эту новеллу "грандиозной метафорой комплекса вины перед отцом и семьёй".
Грегор Замза предстаёт перед читателями как жалкое существо, позор и мука для семьи, которая не знает, что с ним делать. Интересно, что сам он не ужасается своему превращению. Пережив первое недоумение, он старается как-то приспособиться к своему новому состоянию. Так же и его семья, которая то же после первого потрясения случившимся пытается так или иначе к этому приспособиться. А смерть сына-жука воспринимается даже с явным облегчением.
И здесь вопрос о вине и наказании уже совсем отходит на второй план, куда-то в подтекст. А на первый план входит предельно безрадостная аллегория: проснувшись, человек обнаруживает своё полное, абсолютное одиночество, одиночество, четко выраженное даже внешне - через облик, переставший быть похожим на человеческий. Таким образом, духовную изоляцию своего героя Кафка передает через невероятную, отвратительную метаморфозу его внешности.
Мы вплотную подошли к центральному вопросу творчества Кафки - вопросу об отчуждении человека. По Кафке, отчуждение - это всеобщая, всеобъемлющая категория бессмысленности и бесцельности человеческого существования.
Главный герой новеллы – Грегор Замза, является кормильцем своей семьи, состоящей из отца – полностью разорившегося пражского обывателя, матери – страдающей астмой, и сестры Греты. Дабы спасти семью от нищенства, Грегор работает у одного из кредиторов отца на должности коммивояжера, торговца сукном. Он находится в постоянных разъездах, но вот однажды в перерыве между такими поездками он ночевал дома, а утром когда проснулся, случилось выходящее за рамки человеческого понимания происшествие. Грегор превратился в жука.
«Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое. Лежа на панцирно-твердой спине, он видел, стоило ему приподнять голову, свой коричневый, выпуклый, разделенный дугообразными чешуйками живот, на верхушке которого еле держалось готовое вот-вот окончательно сползти одеяло. Его многочисленные, убого тонкие по сравнению с остальным телом ножки беспомощно копошились у него перед глазами.
“Что со мной случилось?” — подумал он. Это не было сном».
С этих слов начинается новелла.
Но это было только начало всех неприятностей. Дальше, хуже. Вследствие такого необычного превращения Грегора в жука, его уволили с работы, естественно, он не мог больше работать, обеспечивать свою семью деньгами и выплачивать долг своего отца.
На превращение Грегора каждый член семьи отреагировал по-своему. Отца это разозлило, он не мог понять каким образом в теле жука, может находиться его сын. Мать очень испугалась и расстроилась, но все, же не утратила материнских чувств, и понимала, что в этом теле находится ее сын. Сестра Грета, считала жука омерзительным, но, несмотря на это взяла на себя груз, ухаживать за ним. Невозможно сказать из родственных ли чувств, или из желания показать родителям свою самостоятельность, а может из благодарности Грета, ухаживала за жуком, но скорее все, же второй вариант ближе всего к истине.
Выход Грегора в гостинную, когда там находились все члены семьи и начальник с его работы, ни в коем случае нельзя расценивать как вызов обществу. По словам и мыслям Грегора можно понять, что он является человеком с повышенным чувством ответсвенности. Герой вышел из комнаты к людям в своем нынешнем состоянии, только потому что из-за чувства долга и понимания важности своих обязанности перед семьей и работодателем, напрочь забыл о своем плохом самочувствии и необычном превращении.
На решение Грегора уйти из жизни повлияло множество факторов его существования в виде жука...
Во-первых ему было очень одиноко, сознание не могло выдержать жизни в жучином теле. Во-вторых он не мог больше помогать своей семье сводить концы с концами в материальном плане. В-третьих, и это самое важное, Грегор Замза очень любил свою семью и всю жизнь занималься самопожертвованием ради нее, а теперь не мог этого больше делать, вместо этого он стал обузой для своих родителей. В последний день своей жизни он услышал как его сестра сказала, что если бы он был разумным и любил свою семью, то ушел бы от них и не стал бы мешать, Грета давила на его совесть, и Грегор не выдержал.
Грегор превратился в жука скорей всего потому что даже когда он был в человеческом теле, его жизнь напоминала больше жизнь жука нежели человека. Он самоотверженно работал не ради себя, а ради семьи, ничем не интересовался и был одиноким. А возможно это потребовалось для того что бы он увидел неблагодарность своей семьи, не заметно что бы они особо страдали именно из за того что Грегор болен, вместо этого их заботили только финансовые проблемы.
Франц Кафка в своей новелле «Превращение» затронул проблемы самоотверженности, трудоголизма, семейных отношений. Показал что из-за материальных трудностей человек может и вовсе потерять гуманность.
14. Хемингуэй. Жизнь и творчество.
Эрнест Миллер Хемингуэй родился 21 июля 1899 года в пригороде Чикаго Оук-Парке,
в тех местах, которые Синклер Льюис в свое время критиковал за отсутствие
романтики и откуда, тем не менее, вышел миф об успехе "среднего американца".
Отец Хемингуэя был доктором. В 1928 году, когда его сын писал роман "Прощай,
оружие!", он застрелился в своем кабинете из старого смит-вессона. Но до этого
было далеко, а пока семья, состоящая из четверых детей, вела ничем не
выделявшуюся жизнь в Оук-Парке, а лето проводила в северной части штата Мичиган,
где еще жили индейцы и природа давала простор для героических фантазий будущего
писателя.
Родители надеялись, что после окончания школы Эрнест, по семейной традиции,
поступит в университет. Однако в 1917 году, за месяц до его выпускных экзаменов,
Соединенные Штаты вступили в Первую мировую войну, которая шла в Европе.
Американские газеты
призывали молодежь надеть военную форму и идти "защищать цивилизацию от
варварства гуннов". Военная романтика не обошла стороной и Хемингуэя - он
собрался немедленно ехать за океан, но его энтузиазм натолкнулся на жесткое
сопротивление родителей.
Хемингуэя отправили к дядюшке в Канзас-Сити, где он устроился репортером в
газету "Стар". "Я отвечал за небольшой район... - вспоминал писатель то время. -
Здесь я познакомился с темными личностями, брал интервью у знаменитостей..."
Несмотря на вполне нескучную жизнь, первое же объявление о том, что Американский
Красный Крест вербует добровольцев для отправки в Италию, побудило его подать
заявление на призывной пункт. Весной 1918 года Хемингуэй отплыл в Европу и попал
на итало-австрийский фронт.
В Италии он служил шофером санитарного автомобиля, получил тяжелое ранение в
ноги, был награжден, провел три месяца в миланском госпитале. После войны
некоторое время служил зарубежным корреспондентом газеты "Торонто стар" на
Ближнем Востоке.
Годы писательского ученичества Эрнеста Хемингуэя прошли в основном Париже, где
он жил до 1928 года. Первую, собственно хемигу-эевскую книгу - "В наше время"
(1924) предваряли несколько публикаций: в американском журнале "Поэтри" вышло
шесть его стихотворений (1923), в марте того же года журнал "Литл ревью"
опубликовал шесть прозаических миниатюр, а чуть позже в парижском издательстве
Р. Мак-Элмона вышла первая книга Хемингуэя "Три рассказа и десять
стихотворений".
И только сборник "В наше время" заставил заговорить об Эрнесте Хемингуэе как о
писателе. В рассказах, составивших эту книгу, уже зрели семена будущих его
знаменитых романов. Сцены провинциальной американской жизни, увиденные глазами
мальчика, противопоставлены ярким и жестоким картинам хаоса военной и
послевоенной Европы, которые предстоит когда-нибудь увидеть каждому мальчику.
В Париже "маститая" Гертруда Стайн сказала однажды начинающему Хемингуэю как
представителю молодежи, побывавшей на войне: "Вы - потерянное поколение". - "Вы
так думаете?" - спросил я. - "Да, да, - настаивала она. - У вас ни к чему нет
уважения. Вы все сопьетесь..."
Весной 1925 года там же, в Париже, Хемингуэй познакомился со ставшим уже
знаменитостью Скоттом Фицджеральдом, его сверстником по поколению (в "Празднике,
который..." он уделил до назойливости много места алкоголизму этого
замечательного писателя, будто доказывая на нем правоту Гертруды Стайн), вместе
они побывали в Испании, где Хемингуэй посетил фиесту. В этом же году он начал
работать над первым своим романом "И восходит солнце" (1926), который принес ему
известность Этот роман определил и направление, в котором будет развиваться
дарование писателя
Однако настоящим успехом Хемингуэй был обязан следующему своему роману -
"Прощай, оружие1" (1928) Он сделал ему имя и отвел роль "пророка" своего
поколения, хотя сюжетно это "история успеха" американского юноши со Среднего
Запада, который играл в футбол, охотился, работал газетным репортером, побывал
на войне, был ранен и награжден, жил в Латинском квартале Парижа и к тридцати
годам написал блестящий бестселлер Однако мир жестокости на войне, с такой
беспощадностью описанный в романе, уже намекал на будущих героев Хемингуэя,
которые почти всегда будут поставлены перед гибе-. лью или катастрофой, но
именно перед лицом поражения умеющие принимать бойцовскую стойку
Интересно проследить, к каким ситуациям и персонажам обращается в своих
произведениях Хемингуэй "Обычно к тем, которые затра-1 гивают тему жестокости, -
пишет Роберт Пен Уоррен, точно и лако-'. нично охарактеризовавший мир
хемингуэевских героев - Это - утопающий в алкоголе и безнравственности мир
романа "И восходит солнце", это мир хаоса и насилия романов "Прощай, оружие1" и
"По ком звонит колокол", это эпизоды-вставки в сборнике рассказов "В наше
время", и пьеса "Пятая колонна" это - мир спорта в рассказах "Пятьдесят тысяч",
"Мой старик", "Непобежденный", "Снега Килиманджаро", это преступный мир
рассказов "Убийцы", "Дайте рецепт, доктор" и романа "Иметь и не иметь" И даже
если ситуация, обрисованная в его произведениях, не соответствует ни одному из
предложенных типов, она, как правило, связана с отчаянным риском, за которым
маячит душевное или физическое поражение"
Населяют этот мир "настоящие мужчины", прошедшие каждый свою школу жестокости
Они, как правило, не склонны к внешнему проявлению чувств или афишированию
внутреннего разлада - рефлексии Все они поклоняются культу ощущений, поэтому в
их любовных историях обычно нет ни прошлого, ни будущего Они не ощущают Бога над
головой, на которого могли бы уповать, зато имеют свой кодекс самодисциплины И
только способность следовать своему кодексу в этом Богом оставленном мире
придает смысл их жизни Может быть, поэтому с возрастом, чувствуя уходящие силы,