Файл: litra.docx

Хемингуэй все чаще говорил о своей поглощенности идеей смерти

Последняя, трагическая схватка "настоящего мужчины" с жизнью показана Хемингуэем

в его лучшем рассказе "Старик и море"

В 1954 году Эрнесту Хемингуэю была присуждена Нобелевская премия

 

Осенью 1960 года у писателя появились первые признаки психической депрессии

Несколько раз он лежал в клинике Началась жизнь, столь непохожая на мир его

героев

Утром 2 июня 1961 года на Кубе, где находился последний дом писателя, Эрнест

Хемингуэй покончил с собой выстрелом из охотничьего ружья  Игра с жизнью

закончилась поражением

15. Прощай, оружие. Потерянное поколение. Образ Фредерика Генри. Тема любви. Антивоенная тенденция. Значение названия.

Краткое содержание: http://briefly.ru/heminguej/procshaj_oruzhie/

Потерянное поколение:

Данный роман поможет читателю осознать, что же такое «потерянное поколение». С уверенностью говорю, что дефиниции данного словосочетания из учебных пособий не помогут понять его. Однако роман «Прощай, оружие» выдающегося американского писателя Эрнеста Хемингуэя по праву считается ярчайшим примером произведения «потерянного поколения» и, прочитав его, читатель не только постигнет, но и вживется в плоть и само время представителей «потерянного поколения». Здесь прослеживается процесс формирования «потерянного поколения», представителем которого является молодой лейтенант Фредерик Генри. Рассмотрим 4 признака произведения «потерянного поколения» на примере данного романа: 
1. Концепция войны. В романе действие происходит на фоне события огромного исторического масштаба — Первой мировой войны. Главный герой Фредерик Генри – это американец, добровольно служащий в санитарных войсках итальянской армии. В данном пункте, необходимо отметить этапы военной судьбы Генри: в ходе войны, герой получает ранение на знаменитой битве у Изонцо («Где вы получили ранение? — На Изонцо, к северу от Плавы»), пребывает в госпитале, затем снова идет на фронт, далее последует отступление с итальянской армией под Капоретто. Но для героя это отступление стало завязкой: он убегает от расстрела и дальше становится дезертиром.

2. Особый тип героя: от 17 до 24 лет, социальный статус – не ниже среднего. 
Знаменитая поэтесса Гертруда Стайн однажды сказала: «Все вы — потерянное поколение», этим она имела в виду молодых фронтовиков, которые были травмированы на войне и в связи с этим утратили свое место в жизни, каковым является главный герой романа Фредерик Генри.

3. Концепция времени: категория будущего нет, есть прошлое и настоящее. Как мы все знаем, на фронте люди не смеют думать о будущем, у них его нет, а есть только неизменное прошлое и ужасное настоящее. Одни люди умирают от болезней, другие - в бою, третьи же становятся калеками как физически, так и морально на всю жизнь – будущее у них печальное, темное, болезненное. В романе присутствует тема выбора: Генри приходиться выбирать между смертью и жизнью, войной и любимой женщиной, настоящим и будущим. Здесь можно проследить цепочку: «смерть – война – настоящее» и «жизнь – любимая женщина – будущее». 
В целом, роман очень притягателен, простой стиль повествования автора, яркие персонажи, которых судьба бросает то взад, то вперед, глубокая нравственная ценность, которую можно почерпнуть в итоге – всё это делает роман достойным чтения.

---

Образ Фредерика Генри:

Генри Фредерик - главное действующее лицо романа, лейтенант. Хемингуэй исследует генезис надломленного поколения, прослеживая процесс становления его жизненных ценностей. Лейтмотив такого становления, протекающего в координатах гордой замкнутости в себе и намеренной отрешенности от всякого рода житейской суеты (эта отрешенность мастерски аранжирована неповторимо хемингуэевской стилистикой подчеркнуто бесстрастного, чуждого видимой эмоциональности повествования), — категорическое неприятие героем Хемингуэя фальши и лицемерия в чем бы то ни было. Старающийся — видимо, не без причин — не вспоминать о своей заокеанской родне американец Г., некогда отправившийся на войну добровольцем и служащий в чине лейтенанта в санитарном отряде итальянской армии, которая, похоже, навсегда погрязла в вялом противостоянии австрийцам на севере страны, отнюдь не мизантроп и не циник, хотя подчас и не прочь прикинуться таковым. Просто, многое повидав за три фронтовых года, он так же изверился в официозной риторике рапортов и отчетов, как и в сентиментальной приторности затертых формул, в какие принято облекать интимные чувства и устремления. Педантично придерживающийся правила всегда быть честным с окружающими и никогда не лгать самому себе («Я знал многих женщин, но всегда оставался одиноким, бывая с ними, а это — худшее одиночество»), знающий толк в хорошей выпивке, кухне и рыбной ловле, Г. равно искренен в общении с военным врачом Ринальди, незлобивым полковым священником, простыми итальянскими солдатами — шоферами санитарной автоколонны и даже... возлюбленной — медсестрой-англичанкой Кэтрин Баркли. Такой же, впрочем, как он сам, жертвой двух самообманов — ослепления миражной любовью (она потеряла избранника на фронте, так и не успев вкусить счастья плотского союза) и миражным патриотизмом. Однако именно любовь — притом счастливая, разделенная, взаимная — станет ахиллесовой пятой хемингуэевского «рыцаря без страха упрека», до поры мыслящего себя неуязвимым в скорлупе своего мнимого эгоцентризма. Подарив Г. и его избраннице несколько месяцев «беззаконного» любовного счастья посреди объятой пламенем первой мировой войны Европы, романист оставит героя одиноким. Кэтрин умрет при родах, погибнет и зачатый в прифронтовой полосе ребенок — дитя не освященного церковью брака двух невероятно мужественных людей, осмелившихся творить жизнь в эпицентре растянувшейся на годы чудовищной гекатомбы

Тема любви:

Вопреки установившейся к тому времени на Западе критической традиции, определявшей Хемингуэя как писателя, воспевающего насилие, жестокость, Платонов разглядел в своем американском собрате самое главное, скрытое от поверхностного взгляда, — его человечность, его боль и сострадание. 
С этой боли, с возмущенного неприятия гнусных обстоятельств жизни, обрекавших человека на прозябание и бессмысленную гибель, и начинался Хемингуэй как писатель. В стремлении правдиво — иными словами, реалистически изображать жизнь видел Хемингуэй высшую задачу писателя, его призвание. Он верил, что только правдой можно помочь человеку.
До подлинных высот трагизма поднимается автор в романе «Прощай, оружие!», рассказывая историю любви между американским офицером Фредериком Генри и английской сестрой милосердия Кэтрин Баркли, двумя песчинками, захваченными кровавым смерчем мировой войны. Война вообще занимала значительное место в творчестве Хемингуэя. Отношение Хемингуэя к империалистическим войнам было недвусмысленным. Через два десятка лет в предисловии к новому изданию романа «Прощай, оружие!» он заявлял: «Писатель не может оставаться равнодушным к тому непрекращающемуся наглому, смертоубийственному, грязному преступлению, которое представляет собой война» . Война сама по себе является трагедией, а любовь на войне, среди страданий, крови и смерти, тем более трагична. Любовь героев романа пронизана предчувствием катастрофы. Кэтрин говорит своему возлюбленному: «Мне кажется, с нами случится все самое ужасное». Так оно и происходит. И хотя Фредерик Генри заключает свой «сепаратный мир» — дезертирует из армии и бежит с любимой женщиной в нейтральную Швейцарию, где они наслаждаются тишиной и миром, — рок настигает их, Кэтрин умирает во время родов. «Вот чем все кончается. Смертью. Не знаешь даже, к чему все это. Не успеваешь узнать. Тебя просто швыряют в жизнь и говорят тебе правила, и в первый же раз, когда тебя застанут врасплох, тебя убьют» .
Роман «Прощай, оружие!» — история любви на уровне отдельно взятых судеб, но также и повествование о поиске смысла и уверенности в мире. Эту книгу можно считать до определенной степени религиозной, и, хотя, она и не дает религиозного истолкования событий, навеяна явно религиозной проблематикой.
 Уже во второй главе романа Фредерик Генри упоминает о человеке, который отличается от большинства своим нетипичным поведением, словно является представителем какого-то другого человечества: «Вечером, спустившись в город, я сидел у окна публичного дома, того, что для офицеров в обществе приятеля и двух стаканов за бутылкой асти… Мой приятель увидел на улице нашего полкового священника, осторожно ступавшего по слякоти, и стал стучать по стеклу, чтобы привлечь его внимание. Священник поднял голову. Он увидел нас и улыбнулся. Мой приятель поманил его пальцем. Священник покачал головой и прошел мимо».
Простое на первый взгляд описание на самом деле символично. Слякоть, по которой осторожно ступает полковой священник, — это война, в буквальном смысле, противная человеческой природе. Вынужденный принимать в ней участие, как военнообязанный, он пытается отгородиться от любых других соприкосновений с неприятным для него образом жизни, и всей душой стремится домой в Абруцци, где, по его выражению, и Хемингуэй неоднократно повторяет это, всегда «ясно и сухо».
Фредерик пытается объяснить и другим и себе, почему же все-таки не попал в местечко, где ясно и сухо — на родину священника, которая становится неким символическим воплощением земли, где можно обрести благодать, каким-то другим измерением, «другой страной», о которой священник никогда не забывал. «Он всегда знал, чего я не знал и что, узнав, всегда был готов позабыть. Но это я понял поздней, а тогда не понимал». То, что Фредерик узнал позднее — это история, начинающаяся по ту сторону «истории любви». А пока в книге главный герой живет в мире случайных и бессмысленных связей, приходя к выводу, «что больше ничего нет». Хемингуэй снова подчеркивает его мировоззренческую незрелость, противопоставляя ей мировосприятие священника, который даже моложе Фредерика. Кстати, в книге священник ни разу не назван по имени, тем самым подчеркивается, что это фигура символическая.
Мостик, который выбирает Фредерик, пытаясь понять священника — любовь к женщине, когда половое влечение уже достигает статуса любви. Но священнику, как и до определенного времени, Генри, не знакома эта сфера. Фредерик пытается вызвать у него ассоциацию с любовью к матери, но священника не впечатляет и это сравнение. Он наделен любовью к Богу, как талантом, как абсолютным музыкальным слухом, с детства. Он посвященный, и в то же время сторонний наблюдатель, почти равнодушный к своим ближним, отчужденный от остального мира. Но в большинстве своем, и любящие отчуждены от него. Таким образом, священник — служитель божественной Любви, а любовники — земной. Конечно, не всех возлюбленных можно назвать служителями, но мы имеем в виду будущих Кэтрин и Фредерика.

---

Антивоенная тенденция:

И в завершении следует также сказать пару слов про еще одно произведение ставшее классикой антивоенного жанра роман Эрнеста Хемингуэя «Прощай, оружие!»⁷. В сентябре 1929 года произведение вышло в свет, художественное произведение содержит в себе не так некую пацифистскую тенденцию протеста против войны, как скорее историю человека стремившегося в годы потрясений, создать свой «рай на земле». Главный герой лейтенант Генри дезертирует с итальянского фронта Первой Мировой, так как не хочет более воевать за чуждые ему интересы, он бежит вместе со своей невестой и такой шаг показывается здесь как единственно верный. Разнообразными и тончайшими художественными средствами писатель, не так броско как возможно другие уже упомянутые нами авторы, но также достаточно проникновенно показывает нам своё отношение к войне как к бесчеловечной трагической силе, определяющей обреченность своих героев.

Название произведения:

Что-то про бессмысленность войны.

16. Хемингуэй. Старик и море. Образ Сантьяго. Философские мотивы.

Краткое содержание:

http://briefly.ru/heminguej/starik_i_more/

Образ Сантьяго:

Сантьяго, старик — главный герой повести, написанной Хемингуэем на исходе жизненного пути и ставшей важнейшим идейным и художественным итогом его творчества, своего рода духовным завещанием мастера. Действие развертывается в рыбачьем поселке под Гаваной на Кубе, в местах, где в 1939—1960 гг. подолгу жил писатель, и отмечено почти документальной точностью географических и бытовых примет. Внешне почти бессобытийная, повесть в то же время отчетливо символична, вбирая в упругое течение сюжета множество тем и мотивов, издавна волновавших автора.

Рыбак С., подобно персонажам других произведений Хемингуэя, человек упорного физического труда, добывающий пропитание в каждодневной борьбе со стихиями. Неимущий и одинокий на старости лет и вопреки всему продолжающий грезить об увиденных в далекой юности берегах Африки, где на ослепительном песке беззаботно резвятся годовалые львята, он находит отраду, лишь общаясь с соседским мальчиком Маноло, до поры выходящим в море на его лодке. Их роднит то, что в душе оба — упрямые романтики, беззаветно влюбленные в море и его чудеса, преклоняющиеся перед величием человеческого подвига; их общий кумир — знаменитый бейсболист Ди Маджио. Примиренный нелегким опытом с неизбежностью житейских испытаний, слывущий в селении «невезучим» (восемьдесят четыре дня кряду выходя в море, он неизменно возвращался без улова), С. тем не менее не утрачивает мужества: он уверен, что его главная битва еще впереди. В этой убежденности С. — немало от стойкой натуры самого Хемингуэя, неутомимого рыболова, охотника и спортсмена и в то же время предельно взыскательного к себе литератора, десятилетиями вынашивавшего в себе замысел «великого американского романа».

---

Философские мотивы:

Умудрённый жизненным опытом художник выпускает повесть «Старик и море» в свет. Произведение вышло на страницах журнала «лайф» (тираж — 5 млн экземпляров) и принесло ему всемирную известность. За эту повесть, по глубине и силе напоминающую, скорее, небольшой роман, Эрнест Хемингуэй получил Пулитцеровскую премию — самый престижный символ литературного признания в США. Это же произведение повлияло и на присуждение писателю Нобелевской премии по литературе в 1954 г. Повесть «Старик и море» — один из последних завершённых произведений легенды американской литературы Эрнеста Хемингуэя, своеобразный итог творческих поисков автора. литературоведы определяют жанр произведения как повесть-притча, то есть произведение, рассказывающее о судьбе героя, но имеющее аллегорический характер, глубокий нравственный и философский смысл. Повесть тесно связана со всеми предыдущими произведениями писателя и является вершиной его размышления о смысле жизни.

Как вы думаете, почему герой притчи — старый человек, ведь старость — это слабость, угасание, неудача? Почему старик обращается к природе, разговаривает с ней? Как старик относится к морю, небу, звёздам, птицам? Почему в своих монологах он обращается к рыбе как к мыслящему существу?

Что понял Сантьяго, когда «увидел табун диких уток, которые летели над водой, чётко отличаясь на фоне неба»? Старик Сантьяго, впервые увидев рыбину, которая попалась ему на крючок, рассуждает так: «Интересно, чего это она вынырнула? Будто только для того, чтобы показать мне, какая она огромная. Ещё бы, теперь я это знаю.

Хорошо было бы показать и ей, что я за человек. Эх, если бы я был ею и имел всё, что имеет она против моего единственного оружия». О каком «оружии» идёт речь? Как старый Сантьяго понимает мир природы, общества и Вселенной? Каковы его рассуждения о счастье?

Какой художественный принцип использует Эрнест Хемингуэй при написании своих произведений, объясняя его так: «Если писатель хорошо знает то, о чём пишет, он может опустить много из того, что знает, и если он пишет правдиво, читатель ощутит всё опущенное так же остро, как если бы писатель сказал об этом?» «Принцип айсберга», провозглашённый Хемингуэем. Согласно этому принципу в тексте должна быть выражена одна десятая смысла, девять десятых — в подтексте. «Принцип айсберга» по собственному определению писателя: художественный текст произведения подобен той часть айсберга, которую видно над поверхностью воды. Писатель широко использует намёки, подтекст, рассчитывая на читательский домысел.

В новелле «Старик и море» мастер сумел в лаконичной форме пересказать и осмыслить извечную трагедию человеческого существования. Героем этого гениального в его простоте творения Хемингуэй избирает рыбака Сантьяго — старика, иссушённого солнцем и изглоданного морем. Сантьяго всю жизнь мечтал о сказочной удаче — и она неожиданно приходит к нему в обличье неслыханной, огромного размера рыбы, клюнувшей на приманку. Основная часть новеллы — описание многочасового поединка старика и рыбы в открытом океане, поединка, который ведётся по-честному, на равных. В символическом плане этот поединок прочитывается как извечная борьба человека с природными стихиями, с самим бытиём.

---

В момент, когда старик победил рыбу, его лодку окружают акулы и объедают её остова. Название произведения вызывает определённые ассоциации, намекает на главные проблемы: человек и природа, смертное и вечное, безобразное и прекрасное и т. п. Союз «и» объединяет и вместе с тем противопоставляет эти понятия.

Герои и события повести конкретизируют эти ассоциации, углубляют и заостряют заявленные в названии проблемы. Старик символизирует человеческий опыт и вместе с тем его ограниченность. рядом со старым рыбаком автор изображает маленького мальчика, который учится, перенимает опыт у Сантьяго. Безрадостная мораль повести-притчи — в самом её тексте: человек в поединке с бытиём осуждён на поражение. Но он обязан вести борьбу до конца. только один человек смог понять Сантьяго — мальчик, его ученик.

Когда-нибудь мальчику тоже улыбнётся удача. В этом — надежда и утешение старого рыбака. «человека можно уничтожить,— думает он,— но его нельзя победить». Когда старик засыпает, ему снятся львы,— символ силы духа и молодость.

Такие суждения о жизни, о жестоком мире и месте человека в нём снискали Э. Хемингуэю репутацию философа, проповедующего новый стоицизм.

Э. Хемингуэй говорил о повести-притче «Старик и море»: «Я попытался дать настоящего старика и настоящего мальчика, настоящее море и настоящую рыбу, настоящих акул. И если мне удалось сделать это достаточно хорошо и правдиво, они, конечно, могут быть истолкованы по-разному». Как вы «истолковываете» образы этой повести?

Повесть Хемингуэя «Старик и море» — одна из вершин американской и мировой словесности XX в. Книга двуплановая. С одной стороны, это вполне реалистически-достоверный рассказ о том, Как старый рыбак Сантьяго поймал огромную рыбу, как стая акул набросилась на эту рыбу, и старику не удалось отбить свою добычу, и на берег он привёз только рыбий остов.

Но за реалистической тканью повествования явственно проступает иное, обобщённое, эпически-сказочное начало. Оно ощутимо в намеренной гиперболизации ситуации и деталей: рыба слишком огромна, акул слишком много, от рыбы ничего не осталось — скелет обглодан начисто, старик сражается один со стаей акул. Эта книга с её универсальной проблематикой, казалось бы, никак не связана с тогдашней злобой дня. Описанное здесь могло произойти в любой стране и в любое время.

Тем не менее её появление именно в эту эпоху вполне закономерно. Она удивительно вписывается в американскую литературу 1950-х гг. только молодые бунтари оперируют броскими фактами, а Хемингуэй — философскими категориями. Его небольшая повесть — это не протест против существующего миропорядка, а его философское отрицание.

20. А. Зегерс. «Седьмой крест». Героизм антифашистской борьбы. Образы главных героев.

АННА ЗЕГЕРС

(1900-1983)

А. Зегерс - крупнейший прозаик немецкой литературы XX века; она прошла трудный и славный путь писателя и коммуниста-революционера и принадлежит к основателям нового художественного метода - социалистического реализма в современной немецкой литературе.

---