ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 11.02.2025
Просмотров: 1824
Скачиваний: 2
В противоположность всем этим сущностям и фактам есть много вещей, которые не могут быть предметом надактуального знания. Так, например, знание о том, как склоняется то или иное имя существительное латинского или немецкого языка, не имеет характера надактуального знания. Конечно, знание подобных вещей остается нашей интеллектуальной собственностью и в том случае, когда мы заняты другими предметами. Однако оно существует только потенциально. Оно не влияет на актуальную ситуацию сегодняшнего дня и не составляет фона для наших актуальных переживаний. Напротив, оно откладывается в запасник, из которого
4 Зак. 3069 49
Дитрих фон Гильдебранд
может быть востребовано. В течение того времени, когда оно не актуализировано, оно просто находится в нашем распоряжении и может быть актуализировано, как только по какой-нибудь причине тематизируется. Ясно, что проведенное здесь различие между надакту-альным и потенциальным знанием - в последнем случае факты сохраняются в запасниках нашей памяти - связано не только с различием между рассматриваемыми предметами знания, но и с различием, заключающимся в природе самого знания.
Итак, мы видим, что знание имеет три основные формы: во-первых, актуальную форму, когда мы актуализируем интеллектуальное обладание предметом и познанный предмет во всей полноте присутствует в нашем сознании; во-вторых, аутентичную надактуальную форму, когда незаметно присутствующее сознание определенных фактов и объектов представляет собой постоянный фон для других переживаний; и в третьих, форму воспоминания, когда знание существует лишь потенциально.*
* Мы не рассматриваем открытое Бергсоном и исследованное им в Matiere et Memoire (Essai sur la Relation du Corps a 1'Esprit, Paris 1896) глубокое различие между запоминанием имен и слов, и памятью о бывших событиях. Наша третья форма знания относится к первому из приведенных видов памяти. Здесь мы не касаемся специфических модификации знания, связанных со вторым видом запоминания.
50
Основные формы познания
Конечно, мы не претендуем в этом коротком обзоре на полный охват всех видов знания, различия между которыми проистекают из разной значимости предметов познания, начиная с метафизической значимости одних благ и заканчивая простой технической значимостью других. И, тем не менее, мы достаточно сказали для того, чтобы продемонстрировать эти три основополагающие формы знания.
Теперь мы перейдем к двум другим подразделениям в сфере познания, которые в немецком языке обозначаются как kennen и wissen. Они несомненно являются двумя видами интеллектуального обладания. То и другое статично, то и другое может проявляться в любой из трех рассмотренных форм знания. Они различаются, прежде всего, своим предметом, а во-вторых, способом обладания этим предметом. Вид знания, обозначаемый немецким словом wissen, имеет отношение исключительно к положению вещей. Он выражается в таких фразах,
" ел " " гт
как: /I знаю, что луна круглая , И знаю, что Цезарь перешел Рубикон в 49 г. до н.э.", "Я знаю, что дважды два четыре" и т. д. Объектами этого типа интеллектуального обладания могут быть только факты или положение вещей.
Тот вид знания, который обозначается в немецком языке словом kennen, напротив, имеет дело лишь с сущностями, не являющимися положением вещей. Мы выражаем этот тип интеллектуального обладания, когда, например, говорим: "Я знаю эту мелодию", "Я знаю этого человека", "Я знаю эту страну", "Я знаю этот оттенок" и т. д. Короче
51
Дитрих фон Гильдебранд
говоря, kennen относится ко всем объектам, будь то сущности или явления, - ко всему, за исключением положения вещей.
В дальнейшем мы будем использовать слова знать, знание как синонимы немецкого wissen, a немецкое kennen передавать словосочетаниями конкретно знать, конкретное знание. Конечно, мы осознаем, что это лишь смысловые эрзацы и они не передают в полной мере различия между рассматриваемыми немецкими словами. Поэтому мы их вводим как чисто технические термины, termini technici, поскольку в русском языке нет исконных слов для выражения этого важного различия.
Статическое интеллектуальное обладание, в противоположность динамическому ознакомлению, подразделяется, таким образом, на два вида. Первый вид, имеющий дело с положением вещей, - это знание; второй, имеющий отношение лишь к разного рода сущностям, а не к фактам, - это конкретное знание.
Различие между знанием и конкретным знанием не ограничивается только формальным и структурным различием их объектов. Они являются разными видами интеллектуального обладания. Знание имеет линеарный характер, т. е. оно имеет более простые и отчетливые контуры. Если нас спрашивают, знаем ли мы , что началась война или что поезд сошел с рельсов, мы отвечаем коротким "да" либо "нет". Если же нас спрашивают, знаем ли мы конкретно определенного человека или произведение искусст-
52
Основные формы познания
ва, например "Короля Лира" или "Четвертую симфонию' Бетховена, мы также можем ответить простым "нет", чтобы показать, что означенный объект нам совершенно не знаком. Но когда мы отвечаем на подобный вопрос утвердительно, мы можем вместо односложного "да" сказать: "Лишь поверхностно", или: "В определенной степени", или: "Хорошо знаю", или: "Прекрасно" и т. д. Одним словом, здесь возможна целая шкала разных степеней конкретного знания.
Следовательно, наше конкретное знание человека, книги, произведения искусства может быть то более, то менее полным. Оно касается не существования предмета, а условий его существования со всеми привходящими сюда элементами.
После того, как во время восприятия предмета через ознакомление с ним, достигнута первая ступень конкретного знания, процесс познания, реализуемый в новых актах ознакомления, шаг за шагом приводит ко все более адекватному и полному интеллектуальному обладанию данным объектом.
Предположим, мы видим в первый раз какой-нибудь дом. Мы знакомимся с ним и получаем о нем предварительное конкретное знание. Когда мы видим его во второй раз, наше конкретное знание о нем расширяется в различных аспектах. Например, мы обращаем внимание на некоторые детали фасада, и наше конкретное знание данного дома расширяется в направлении возрастающей дифференциации. Если мы побывали на задворках дома
53
Дитрих фон Гилъдебранд
или увидели его интерьер, наше конкретное знание приобретает еще одни аспект, а именно, полноту, поскольку мы теперь знакомы со всеми его частями. А если мы все больше и больше постигаем архитектурные достоинства дома, наше конкретное знание приобретает еще одно измерение - становится все более глубоким.
Мы можем различать степени конкретного знания даже таких простых объектов, как дом. В области конкретного знания существует как ступень понимания, так и ступень освоения. В сфере же просто знания, предметами которого являются исключительно факты, нет подобного подразделения. Здесь мы можем говорить о степени уверенности, в то время как в сфере конкретного знания это невозможно.
Когда, например, свидетеля спрашивают в суде, соответствуют ли действительности показания обвиняемого, он может ответить, что склонен их подтвердить, хотя и не совсем уверен. Или, например, исследователь, обнаруживший интересные факты, но не полностью в них уверенный, может сказать: "Я еще не совсем убежден, что дело обстоит именно так".
Степень уверенности в знании может быть связана с надежностью памяти и тогда не зависит от надежности ознакомления, приведшего к этому знанию. Рассматриваемая степень связана исключительно с полнотой или неполнотой статического обладания. Поэтому может так случиться, что я не буду с уверенностью знать то, что я прежде познал с полной
54
Основные формы познания
определенностью. Эта уверенность в своей памяти касается лишь фактического обладания знанием и поэтому индивидуальна.
Однако степень уверенности в знании может быть и непосредственным результатом надежности ознакомления. Если мне сообщили о каком-нибудь факте, я могу сказать, что знаю о нем не с такой степенью уверенности, с какой бы знал, ознакомься я с ним непосредственно сам. В данном случае степень уверенности является следствием неполноты ознакомления, но ограничена лишь моей персоной. Другие могут знать о положении вещей с определенностью.
Наконец, степень уверенности может быть связана не только с тем способом, которым получено знание, но и с объективными рамками данного ознакомления. Она может зависеть, например, от того, насколько тот или иной исторический факт подтвержден документами, либо от того, носит ли данное положение вещей эмпирический или априорный характер.
Хотя мы и обязаны различать два типа интеллектуального обладания - знание и конкретное знание, они, тем не менее, постоянно находятся в тесной взаимозависимости. Каждая новая ступень конкретного знания связана со знанием определенных фактов, относящихся к данному предмету.
То же самое касается mutatis mutandis и ознакомления, а также обоих типов интеллектуального обладания: мы уже упоминали, что ознакомление и интеллектуальное обладание тесно взаимосвязаны, хотя
55
Дитрих фон Гильдебранд
они и отличаются друг от друга по многим признакам.
Каждое конкретное ознакомление с необходимостью влечет за собой статическое обладание некоторой темой. Кроме того, ознакомление и статическое обладание имеют одну и ту же тему. Ознакомление отвечает на вопрос: "Как обстоит дело?" Тема в данном случае носит, в соответствии с динамической структурой акта, драматический характер. В интеллектуальном обладании тема: "дело обстоит так-то и так-то" не имеет больше этого драматического оттенка, ибо оно, в соответствии со статической структурой знания, принимает характер умиротворенного удовлетворения. Однако здесь присутствует та же самая тема. Мы обозначим ее, совместно принадлежащую ознакомлению и статическому знанию, как понятийную тему. Она связана с глубинной сущностью познания, со специфическим присвоением, с уникальным отношением к предмету, которое воплощает собой познание - наше духовное проникновение в предмет, его понимание. Мы должны подчеркнуть, что в данном случае при ознакомлении и в интеллектуальном обладании доминирует одна и та же понятийная тема, ибо в сфере познания существует и другая, которую мы можем назвать созерцательной.
В шестой главе мы рассмотрим различия между этими двумя темами и связанные с этими различиями импликации.
Глава третья
56
ФИЛОСОФСКОЕ ПОЗНАНИЕ КАК ПРОТИВОПОЛОЖНОЕ ВНЕНАУЧНОМУ
До сих пор мы рассматривали познание как таковое, а также отличали друг от друга различные его формы. Теперь мы постараемся подробно показать различие между философским и вненаучным познанием.
Вненаучное познающее соприкосновение с сущим распадается на два основных типа: во-первых, это наивный контакт с бытием, когда человеческому разуму в его повседневном существовании мир просто раскрывается в своем многообразии; и во-вторых, это в той или иной степени теоретическое познание сущего, при котором человек стремится проникнуть в некоторые сферы бытия, правда еще некритически и несистематически, но уже рефлектируя и основываясь на определенных принципах.
59
Дитрих фон Гильдебранд
1. Вненаучное наивное познание
Мы обратимся сначала к вненаучному наивному познанию, поскольку оно имеет чрезвычайно большое значение для философского познания. Прежде всего мы должны разобраться, чем отличается наивное ознакомление от философского.
Философское ознакомление с предметом исключительно тематично, т. е. в познающем соприкосновении с ним доминирует одна тема: приобретение знания о нем. Ум полностью поглощен предметом, который должен быть познан. Эта форма ознакомления внутренне драматична, она заряжена страстью к присвоению знаний о предмете.
Если мы рассмотрим наивное ознакомление, то прежде всего столкнемся со случаями, когда оно совершенно не тематично. Это имеет место тогда, когда мы что-либо воспринимаем между прочим, не концентрируясь. Например, мы ждем приятеля и воспринимаем невнимательно окружающую обстановку, поскольку наше внимание отвлечено ожиданием. Знание и конкретное знание предметов различного содержания заключено и в таком восприятии, однако оно не только не выражение, но и вообще не определяется темой ознакомления. Настоящая тема данной ситуации по преимуществу нетеоретична. Прагматическая тема, или тема чувств управляет этой ситуацией: желание увидеть приятеля. Второстепенной темой здесь является сознательное желание узнать, придет ли приятель. Сюда относится
60
Философское познание как противоположное вненаучному
восприятие тех признаков, которые могли бы возвестить о его приходе, - всего того, что происходит на том месте, где, по нашему предположению, он мог бы появиться. Кроме того, происходит не тема-тичное, случайное, попутное ознакомление с окружающим: например, со строениями или деревьями, которые мы видим, с голосами поющих птиц и т. д.
Нет надобности говорить, что здесь мы не имеем в виду случаи, когда наше внимание столь рассеянно, что несмотря на активность чувств, вызванную внешним стимулом, вообще не может происходить никакого ознакомления. Напротив, мы рассматриваем здесь действительное ознакомление, которое однако происходит совершенно нетематич-но, - те случайные впечатления, посредством которых мы получаем сведения о чем-либо, но при этом ни предмет как таковой, ни наше знание о нем не становятся темой.
Этот совершенно нетематичный, наивный контакт с бытием очень далек от философского ознакомления как раз по причине отсутствия тематического уклона. К тому же, такое ознакомление а fortiori абсолютно не критично. Всякий раз, когда ознакомление в высшей степени нетематично, мы имеем и в высшей степени некритичное, естественное восприятие предмета.