ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 11.02.2025
Просмотров: 1825
Скачиваний: 2
Однако наивное познание может принимать и более развитые формы ознакомления. Это имеет место в тех редких случаях, когда нам словно по вдохновению открывается сущность какого-нибудь предмета. Так, например, в определенных обстоятельствах мы неожиданно видим сущность человека, либо постигаем "гения" места или нации, либо нам открывается нравственная ценность преданности, правдивости, смысл любви, какой-нибудь всеобщий
71
Дитрих фон Гилъдебранд
закон - такой, как бренность всего земного и т. д. Это редкие моменты плодотворнейшего соприкосновения нашего духа с сущим, в которые оно обращается к нам из своих глубин, моменты подлинного - живого и органичного - контакта с действительностью. Разумеется, такие моменты бывают не у каждого человека, а лишь у глубокой, духовно развитой личности. С другой стороны, сюжетами этих моментов может быть лишь что-то значительное и содержательное. Такое случается в жизни больших художников, высоконравственных людей, при первичном дофилософском контакте истинных философов с действительностью. Эта высшая форма наивного ознакомления ближе всего к настоящему философскому познанию. Она по своей сущности ближе к нему, чем даже научное познание. Эти моменты можно назвать философскими мгновениями жизни. При таком ознакомлении наблюдается высокая тематичность как предмета, так и самого познания. Оно абсолютно не прагматично и поднято над временной, преходящей ситуацией. Мы занимаем в нем на мгновение созерцательную - в контексте вечности - позицию истинного философского познания. Подобное ознакомление может иметь генерализующий характер и быть направлено в глубину предмета. И все же оно несистематично и некритично.
Мы можем следующим образом резюмировать полученные нами результаты: философское познание отличается от всех форм вненаучного наивного познания. Первый вид наивного познания - это
72
философское познание, как противоположное вненаучному
совершенно случайное и нетематичное ознакомление, в то время как философское познание всегда тематично.
Второй вид наивного ознакомления - обычное знакомство с чем-либо - лишь имплицитно тема-тичен, в то время как тематичность философского познания постоянно эксплицитна.
Третий вид наивного ознакомления полностью направлен на достижение какой-нибудь практической цели, в результате чего полученное знание носит выборочный и односторонний характер. Напротив, философское познание совершенно не прагматично и имеет дело с целостным предметом.
Четвертый вид наивного познания имеет место в ситуации самодовлеющей значимости. В такой ситуации предмет, требующий своего познания, обладает необыкновенной ценностью либо сам по себе, либо для нас. Поэтому здесь наличествует тематичность объекта, а не эксплицитная или независимая тематичность самого познания. В философии же во главу угла поставлена как тематичность предмета, так и тематичность собственно познания. Кроме того, философское познание отличается от всех перечисленных форм своим критическим и систематическим характером.
Пятый вид наивного ознакомления включает в себя как тематичность предмета, так и определенную тематичность познания, которая однако связана с конкретной экзистенциальной ситуацией. Поэтому такой форме познания не свойственна направлен-
73
Дитрих фон Гильдебранд
ность на всеобщее и фундаментальное, а также глубина. В противоположность этому, философское познание предполагает определенное абстрагирование от конкретного экзистенциального опыта. Оно направлено на всеобщее и типическое и устремлено в глубину предмета. Кроме того, в отличие от наивного познания оно всегда критично и систематично.*
Наконец, один из видов наивного ознакомления может обладать полной тематичностью как предмета, так и процесса познания. Оно может иметь глубину и быть дистанциировано от актуального, даже может быть направлено на всеобщее и типическое, но при всем том продолжает оставаться некритичным и несистематичным. Напротив, философское познание не только в высшей степени тематично как в отношении предмета, так и в отношении самого процесса познания, не только абсолютно не прагматично, не только обладает
* Утверждая, что философское познание по сути своей систематично, мы не хотим тем самым сказать, что философ должен стремиться создать некую систему. Напротив, в Пролегоменах к нашей "Этике" мы отмечаем опасность скороспелой систематизации. Под систематическим познанием мы понимаем не афористичность, не формулирование случайно открытых частных истин, но сознательное и упорядоченное, постепенное исследование какой-либо темы при постоянном сопоставлении каждого нового взгляда на вещи с предыдущим.
74
философское познание как противоположное вненаучному
глубиной и направлено на всеобщее и типическое, не только пользуется преимуществом точки зрения, соотнесенной с вечностью, не только абстрагировано от экзистенциальных жизненных ситуаций, но и, кроме того, всегда критично и систематично.
2. Вненаучное теоретическое познание
Как мы уже видели, вненаучное и внефилософ-ское познание не ограничено лишь наивным контактом с сущим. Оно включает и элементы рефлективного отношения к действительности, поэтому оно уже не может считаться наивным в полном смысле этого слова. Если мы вспомним о поговорках или изречениях мудрецов и поэтов, об устоявшихся нормах человеческого общежития, о сознательных воззрениях среднего человека, о его теоретическом отношении к миру, - мы обнаружим, что в их основе лежит иная форма познания, нежели простое наивное ознакомление. Здесь идет речь не только о познании в узком смысле слова, сосредоточенном исключительно на факте, но о познании, состоящем из раздумий, сопоставлений, умозаключений, а не просто основанном на чистом восприятии. Мы намеренно не рассматриваем здесь случаи, когда взгляды перенимаются под влиянием авторитетов или внушения, по традиции или под давлением общественного мнения. Хотя такое пассивное усвоение знания играет большую роль в становлении вненаучного и внефилософского мировоззрения, оно
75
Дитрих фон Гильдебранд
вряд ли является собственно познанием и еще в меньшей степени познанием философским.
Таким образом, в рамках вненаучного и вяефи-лософского знания имеется два миросозерцания:
наивное и теоретическое. Если мы обратимся к тому способу познания, на котором основано указанное теоретическое мировоззрение, мы прежде всего увидим совершенно иное отношение к действительности по сравнению с чисто наивным контактом. Человек уже больше не пребывает в естественном, самим собой происходящем контакте с бытием, но вырабатывает по отношению к нему теоретическую установку. Он уже не довольствуется лишь тем, что предмет сам говорит ему. Вместо этого он пытается путем наблюдений, размышлений и выводов получить квазисистематическое знание о нем.
Если мы вспомним пословицы вроде: "Не говори 'гоп', пока не перепрыгнешь" или крылатые выражения наподобие: "Donee eris sospes multos numerabis amicos",* или рассмотрим взгляды многих людей на жизнь, нравственность и т. д., мы легко увидим различие между этими теоретическими формулировками и воззрениями, с одной стороны, и наивными чидами ознакомления - с другой. Прежде всего, эти взгляды носят обобщающий и типизирующий характер. Во-вторых, они имеют своим
* Покуда сопутствует тебе удача, не счесть тебе будет друзей: Овидий, Tristia , 9,5.
76
философское познание как противоположное вненаучномц
источником установку на теоретическое познание. Человек как будто включает совершенно другой интеллектуальный регистр. Он приступает к предмету с намерением теоретически познать его. Поэтому, в-третьих, здесь наблюдается ярко выраженная тематичность познания.
В этом отношении теоретическое вненаучное познание гораздо ближе к философскому, чем наивное. Мы увидим однако, что в другом отношении оно отстоит еще дальше от философского, чем некоторые формы наивного познания.
Теоретическое вненаучное познание отличается от философского в первую очередь отсутствием систематичности и критического подхода. Оно носит лишь афористичный характер, несмотря на свою направленность на общее и типическое. Ибо общие положения здесь не связаны в систематическое целое, состоящее из последовательности утверждений и обоснований.
Теоретическое вненаучное познание также некритично, поскольку оно не опирается ни на очевидное, ни на кропотливо и критически собранные факты и поскольку умозаключения не носят строго характера. Отсутствие у него критичности является гораздо большим недостатком, нежели в случае наивного ознакомления, так как полученное с его помощью знание претендует на всеобщность и типичность. Здесь требуется гораздо большая осторожность, чем в случае с наивным ознакомлением. Кроме того, без этой критической установки результаты позна-
77
Дитрих фон Гилъдебранд
ния здесь сомнительнее еще и потому, что они дальше отстоят от конкретного, послужившего для них отправной точкой, что процесс познания, в данном случае, намного сложнее и что язык сущего, прежде чем обрести окончательные формулировки, подвергается более значительному преломлению.
В рамках этого теоретического вненаучного познания следует различать две существенно отличные друг от друга формы: органичное и неорганичное познание. Органичное дофилософское познание нам демонстрируют поговорки и сентенции мудрецов и поэтов. Здесь наблюдается довольно органичный путь от наивного ознакомления к более генерализую-щему, теоретическому сознанию. Если это плод индуктивных выводов на основе глубокого личного опыта или из того, что человек постоянно констатирует, - мы имеем, в этом случае, органический рост этих обобщающих воззрений из наивного ознакомления. К наивному ознакомлению присоединяется рефлексия и происходит дальнейшее теоретическое постижение насыщенных впечатлений, полученных в результате первичного наивного ознакомления.
Если, к примеру, кто-нибудь, находясь в беде, испытывает разочарование в людях и не идет дальше осознания того факта, что люди в несчастье одиноки, - здесь налицо лишь наивный контакт с действительностью. Даже когда он нетеоретическим образом сделает заключение, что такие случаи наблюдаются повсеместно, его знание об этом факте все еще останется на уровне наивного конакта с жизнью. Но как только эта всеобщая истина потре-
78
философское познание как противоположное вненаучному
бует своей формулировки, как только она приобретает характер "сентенции" и появляется явно выраженная тематичность познания, - мы покидаем уровень наивного ознакомления: его место занимает более широкое сознание. Однако и это сознательное обобщение единичных фактов органически родственно наивному ознакомлению.
Другой - неорганический - тип вненаучного и внефилософского познания мы наблюдаем в тех случаях, когда человек "резонирует" по поводу жизни, нравственных ценностей, искусства, не используя при этом тот язык сущего, который он воспринял в своем наивном ознакомлении.
Возьмем, например, человека, который в своих наивных взаимоотношениях с действительностью отчетливо уяснил себе величие и абсолютный характер нравственных ценностей, с полной серьезностью и решительностью откликается на достойное и негодующе отвергает недостойное, но который, при всем при том, начиная теоретизировать по поводу тех же самых нравственных ценностей, убежденно утверждает, что они различны в разные исторические эпохи и у разных народов или являются простыми проекциями наших чувств. Вдобавок он не замечает никакого противоречия между своим наивным восприятием и своими сознательными убеждениями. Это как раз показывает, что дело касается не только различных духовных регистров при наивном и теоретическом познаниях, но и что переключение на теоретический регистр означает потерю органического контакта с наивным познанием, при-
79
Дитрих фон Гильдебранд
чем теоретизирование питается совершенно из других источников.
Эти источники многообразны. Мы не рассматриваем тех случаев, когда человек лишь повторяет то, что читал или слышал о предмете, либо данное воззрение общепринято или является данью моде. Здесь не может идти речи о познании. Мы ограничимся случаями, когда человек действительно размышляет о предмете, делая выводы на основе исходных посылок или опираясь на аргументы, о которых он узнал со стороны, но которые ему
кажутся очевидными. Здесь мы имеем познание в
- i^\ самом широком смысле этого слова. Дтот вид
теоретического познания черпает свою аргументацию либо из общенаучного и философского достояния, ставшего элементом обычного образования, либо из общественных предрассудков, либо из так называемого "личного опыта", который в данном случае играет роль, отличную от той, которую он играет в органической форме теоретического познания. Конечно, и в рассматриваемой форме познания отдельное переживание может иметь своим результатом обобщение. Например, если человек испытал сильное разочарование в друге, он может несправедливо перенести свое недоверие на всех остальных людей. Поскольку его конкретное переживание имело для него такую большую эмоциональную значимость, он может убежденно воскликнуть: "Все люди - лицемеры!". Однако при неорганической форме теоретизирования отдельное переживание служит лишь переключателем теоретического реги-