ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 27.03.2019
Просмотров: 13969
Скачиваний: 11
526
ная репетиция будущей битвы за освобождение Руси. Наша армия при-
обрела незаменимый опыт, который позволил и в дальнейшем побеж-
дать ордынцев.
Мамаю провал Бегича принес множество проблем. Мало того, что
его армия лишилась тысяч воинов, так еще был нанесен сильный удар и
по авторитету самого Мамая. Вожди степных кланов подчинялись ему
лишь потому, что это было им выгодно. Если же Мамай ослабел, то за-
чем служить ему? Без зазрения совести они откочуют за Волгу и присо-
единятся к хану Тохтамышу.
В 1379 году Мамай в качестве карательной акции совершил удач-
ный поход против Рязанского княжества, сжег его столицу, а князя
Олега Ивановича заставил подчиниться Орде. Однако, столкновение со
своим главным врагом, Дмитрием Ивановичем, татарский полководец
отложил на следующий год.
Глава 35. Дмитрий или Мамай. Великое противостояние
Ожесточенная и кровавая война за власть в Улусе Джучи, кото-
рую начал беклярибек Мамай, в огромных количествах поглощала и
людей, и средства. Пока в казне водилось серебро, с пополнением по-
стоянно редевших армий проблем не возникало, однако год шел за го-
дом, а победы все не было видно. Между тем, доходы полководца тая-
ли, а трофеи не покрывали затраты. В 1362 году Мамай достиг зенита
своей мощи, захватив Сарай и посадив на престол хана Абдаллаха, но
затем удача отвернулась от него. Сначала Мамая выбили из Поволжья,
потом начали теснить еще дальше на запад
241
. И самое обидное, стоило
Мамаю разбить одного врага, как тут же появлялся новый, и приходи-
лось все начинать сначала. К тому же, воспользовавшись ослаблением
орды, русские князья стали уменьшать размер дани и задерживать еѐ
выплату, а потом и вовсе Великий князь Дмитрий отказался платить
Мамаю.
Правда, поначалу князья признали власть Абдаллаха и платили.
Более того, когда в Орде было двоецарствие и наши князья сами могли
выбирать, кого из претендентов на ханский престол признавать своим
сюзереном, Дмитрий Московский выбрал именно ставленника Мамая и
ему отправлял дань. Однако и князь, и беклярибек относились друг к
другу с подозрением. Татарин боялся чрезмерного усиления Москвы, а
Дмитрий Иванович понимал, что именно Мамай самый опасный из ор-
241
Ставка Мамая находилась на территории современной Запорожской области Украины, а его базовыми
регионами были Крым и степи между Днепром и Доном.
527
дынских владык для Руси, так как его владения непосредственно гра-
ничили с нашими землями. Так что, платя дань, князь выигрывал себе
время, чтобы успеть объединить русские княжества под своей рукой и в
нужный момент бросить на чашу весов силу всей Руси.
Кстати, о титулах Мамая. От хана он получил звание беклярибек,
кроме того, он мог титуловаться арабским титулом эмир, который при-
мерно соответстввовал нашему князю. Недаром в русских летописях
его и называли князем или темником. Так что формально по положе-
нию в ордынской иерархии Мамай и князь Дмитрий Иванович Москов-
ский были равны друг другу. Приказывать же Мамай мог лишь от име-
ни своего хана, сначала Абдаллаха, а затем Мухаммеда Буллак-хана.
Если же кто-то из русских или ордынских князей не признавал леги-
тимность этих правителей, заставить вельмож подчиниться Мамай мог
лишь голой силой.
Занимаясь собственными делами, русские правители внимательно
следили за происходящим в степи и делали выводы. В это время все
чаще в наших летописях появляются записи вроде этой, датированной
1373 годом: «Того же лета в Орде замятня была, и многие князья ор-
дынские между собою избиты были, а татар бесчисленно пало. Так гнев
Божий пришел на них по беззаконию их». Ордынцы сами истребляли
себя, и это давало нашим предкам шанс сбросить со своей шеи нахлеб-
ников.
Два десятилетия московская элита на севере и Мамай со своим
кланом на юге Восточной Европы занимались практически одним и тем
же делом – подавляли и подчиняли соседей и конкурентов, чтобы стать
единственными лидерами на Руси и в Улусе Джучи соответственно. К
концу семидесятых годов стало ясно, что Дмитрий Иванович со своей
задачей справился, а Мамай – нет. Русь обрела единство и усилилась,
князья уже не боялись поднимать оружие против степняков, а воины
научились побеждать. У Мамая же дела шли все хуже и хуже. Его враг
Тохтамыш подчинил себе Поволжье и Северный Кавказ, и под контро-
лем беклярибека остались лишь причерноморские степи и Крым.
Тохтамыш был сильнее и медленно, но верно оттеснял противника, от-
бирая себе область за областью.
В этой ситуации Мамаю нужно было предпринять что-то неорди-
нарное, что позволило бы ему резко усилиться и вырваться вперед. Ему
необходима была большая победоносная война, которая наполнила бы
казну и привлекла новых сторонников. Выбор цели для похода тоже не
составлял трудности. Удар должен был быть нанесен по Руси, которая
все больше и больше выходила из-под ордынского контроля. Мамай
был умным человеком и понимал: если сейчас не сломить Москву, не
раздробить Русь на слабые, враждующие между собой княжества, то
528
вскоре придется не только забыть о дани, но того и гляди, русские сами
смогут нанести удар по Орде. Так что поход Мамая не был ни граби-
тельским набегом, ни случайностью – он тщательно планировался и го-
товился не один год. Идеи о захвате наших княжеств муссировались в
приближенных к Мамаю кругах годами, но условия для такого похода
не складывались. Ведь удар должен был быть такой силы, чтобы реши-
тельно ослабить и заново подчинить Русь. Но к 1380 году Мамаю стало
ясно: или сейчас, или уже никогда.
Готовясь к походу, Мамай собирал под свои знамена всех, кого
только мог. Кроме его подданных, в армию активно вербовались наем-
ники. Согласно Летописной повести о Куликовской битве, «пришел ор-
дынский князь Мамай с единомышленниками своими, и со всеми про-
чими князьями ордынскими, и со всеми силами татарскими и половец-
кими, наняв еще к тому же войска бесермен, армен, фрягов, черкасов, и
ясов, и буртасов … Со всеми этими сообщниками пошел Мамай на ве-
ликого князя Дмитрия Ивановича. И это потому, что нечестивый люто
гневался из-за своих друзей и любимцев, из-за князей, убитых на реке
Воже. И начал неистово и поспешно силы свои собирать, в ярости дви-
нувшись и в силе великой, желая пленить христиан. И тогда двинулись
все племена татарские».
То есть, помимо кочевников, которых русские книжники называ-
ли то татарами, то половцами, на Русь шли отряды наемников из числа
армян, итальянцев, черкасов
242
и народов Северного Кавказа и Повол-
жья. Кроме того, союзниками Мамая русские летописцы называют Ли-
товское и Рязанское княжества. Если с Литвой все ясно - Мамай и Оль-
герд были союзниками много лет, - то вопрос о князе Олеге Рязанском
вызывает разногласия среди историков.
С одной стороны, Москва и Рязань были давними соперниками и
не раз в четырнадцатом веке воевали между собой. Лишь неблагопри-
ятное расположение рядом со степью, приводившее к постоянным
набегам кочевников, не позволило Рязани стать центром собирания Ру-
си вместо Москвы. В 1371 годом у села Скорнищево около Переяслав-
ля-Рязанского состоялась битва между войсками князей: рязанского
Олега и московского Дмитрия. По описанию Никоновской летописи,
события произошли следующим образом: «Рязанцы, свирепые и гордые
люди, до того вознеслись умом, что в безумии своѐм начали говорить
друг другу: не берите с собою доспехов и оружия, а возьмите только
ремни и верѐвки, чем было бы вязать робких и слабых москвичей. По-
следние, напротив, шли со смирением и воздыханием, призывая Бога на
помощь. И встретились с рязанцами на Скорнищеве, и была брань лю-
242
Черкасы в то время жили и в Крыму, и на Восточном побережье Черного моря.
529
тая и сеча злая. Тщетно махали рязанцы веревочными и ременными
петлями; они падали, как снопы, и были убиваемы, как свиньи. Итак,
Господь помог великому князю Дмитрию Ивановичу и его воинам:
одолели рязанцев, а князь их Олег Иванович едва убежал с малою дру-
жиною». В итоге, к Москве отошел ряд земель, ранее принадлежавших
Рязани. Так что особой любви к Великому князю рязанцы не испыты-
вали и могли бы, если и не помогать ордынцам, то во всяком случае со-
хранять вооруженный нейтралитет и не помогать общерусской армии
Дмитрия Ивановича. К тому же за год до Куликовой битвы, Мамай
прошелся по Рязанскому княжеству огнем и мечом, заставив его при-
знать свою власть.
Так что Олег вполне мог, и должен был поддержать Мамая, свое-
го сюзерена и врага своего врага. Однако в действительности войска
Рязани так и не объединились с татарами. То ли не успели подойти, то
ли вообще не собирались участвовать в войне...
С другой стороны, татары для Рязани тоже были врагами, причем
врагами страшными, регулярно устраивавшими походы и дважды за
последние пять лет сжигавшими столицу княжества. Поэтому помогать
Мамаю резона тоже не было. Похоже князь Олег Иванович Рязанский
придерживался политики лавирования между двумя силами. Он и Ма-
маю обещал помощь и союз, и в Москву посылал гонцов со сведениями
об Орде. Кстати, в «Задонщине» говорится о том, что в Куликовской
битве погибло семьдесят рязанских бояр, сражавшихся на стороне
Дмитрия Донского. Были ли они посланы своим князем или присоеди-
нились к русскому войску как добровольцы - неизвестно.
Помимо Мамая и Дмитрия к Куликовому полю двигались армии
литовского князя Ягайло. Он формально были в союзе с татарами и шел
на соединение с ордынцами, однако, по каким-то причинам недошел.
По самой распространенной версии, его отряды просто не успели. Ко-
гда Мамай был разгромлен, литовцы стояли в дневном переходе от ме-
ста боя. Правда напрашивается вопрос: а почему литовцы не успели?
Литва и Москва были соперниками, и за сравнительно недолгое время
правления князя Дмитрия трижды литовцы устраивали походы на
Москву. Так что их союз с Мамаем вполне оправдан. Правда, есть один
нюанс: союзник Мамая Ольгерд, доставивший столько неприятностей
русским княжествам, уже три года как лежал в могиле. Вполне вероят-
но, что если бы он был жив, то литовцы атаковали бы своих врагов.
Однако сменивший Ольгерда князь Ягайло вовсе не был смертельным
врагом Дмитрия Донского. Кроме того, он еще очень непрочно сидел на
троне и мог опасаться, что собственные родственники поспешат уда-
рить ему в спину, если он увязнет в войне. Так что, продолжая полити-
ку дружественных отношений с Мамаем, он вовсе не горел желанием
530
терять воинов за пределами Литвы. К тому же, многие его воины были
русскими по крови и православными по вере, а потому помогать му-
сульманам уничтожать своих единоверцев вовсе не желали. Не идти
вовсе литовский князь не мог по двум причинам. Во-первых, чтобы не
дать повод Мамаю для разрыва мирного договора, а во-вторых, чтобы
прикрыть собственную границу на случай, если вдруг ордынцы решат
немного пограбить его подданных.
Поэтому Ягайло шел так, чтобы гарантированно не успеть к бит-
ве, ну а там, узнав кто победил, принять решение о дальнейших дей-
ствиях.
***
Упоминание фрягов – итальянцев, а если точнее, то генуэзцев
среди разноязыкой армии Мамая вызывает к жизни многочисленные
версии и догадки, кем же они были да и были ли вообще. Тут мнения
историков варьируются от «итальянцев не было вообще» до «центр ар-
мии Мамая состоял из наемной генуэзской пехоты».
Первая версия мне представляется
неправдоподобной, учитывая, что во
время правления Мамая генуэзские ко-
лонии в Крыму получили целый ряд
привилегий. Например, помимо Кафы
(Феодосии), бывшей собственностью
республики Генуя еще с тринадцатого
века, в 1357 году генуэзцы приобрели
Чембало (современная Балаклава), а в
1365 — Солдайю (современный Судак)
и основали колонию Воспоро на месте
современной Керчи
243
. Естественно, что
такая щедрость Мамая была вызвана от-
нюдь не любовью татарского вельможи
к итальянским поэтам. В этот период
отношения между итальянцами и ор-
дынцами были очень тесными и взаимо-
выгодными. Генуэзские дипломаты и
купцы, действуя в связке с ордынской администрацией, играли боль-
шую роль в экономических отношениях Причерноморья. Так что было
бы удивительно, если бы их не было в грандиозном походе 1380 года, к
участию в котором Мамай привлек всех своих союзников, вассалов и
соседей.
243
Всего на побережье Крыма, Кубани и Абхазии у генуэзцев было до четырех десятков поселений, правда
все они в той или иной мере подчинялись власти Золотой Орды.
Укрепления Судака.
Фото автора