Файл: Русское средневековье.pdf

266 

и вмещал два десятка стрел разного назначения. Стрелы в колчанах но-
сили  наконечником  вниз,  чтобы  можно  было  вытащить  ее  за  ушко  и 
сразу  наложить  на тетиву.  Скорее всего,  древки стрел  красили в зави-
симости  от  их  типа,  тогда воин,  не  глядя  на  наконечник,  мог выбрать 
нужную ему стрелу.  

 
Стрелы 
Пожалуй,  самые  доступные  сегодня предметы  периода средневе-

ковья – это наконечники стрел, которые сотнями, а то и тысячами в год 
обнаруживают при раскопках историки, выкапывают «черные археоло-
ги» или просто находят колхозники на полях. Не удивительно, что они 
по  вполне  доступной  цене  продаются  на  антикварных рынках  по всей 
стране.  При  желании  каждый  может  собрать  приличную  и  представи-
тельную  коллекцию,  тем  более,  что  историки  выделяют  более  сотни 
различных видов наконечников, которые по характеру поперечного се-
чения  можно разделить на три  большие  группы: трехлопастные,  плос-
кие и граненые (бронебойные). 

Трехлопастные  наконечники  в  поперечном  разрезе  похожие  на 

трехлучевую  звезду,  были  распространены  в  раннем  средневековье, 
примерно до Х века. Плоские наконечники в сечении могут быть тон-
кой линзой, сильно сплющенным ромбом или вообще быть ровной по-
лоской  металла.  Плоские  наконечники  использовали  все  народы  Во-
сточной Европы в течение всего средневековья. Граненые наконечники 
с узким массивным острием имеют в сечении вид треугольника, четы-
рехугольника, шестиугольника или, говоря проще, в эту группу входят 
трехгранные, четырехгранные, шестигранные и так далее наконечники.  

Для поражения каждого вида цели нашими предками был создан 

свой специализированный наконечник. Так, против незащищенного до-
спехом  противника  использовали  трехлопастные  и  плоские  широкие 
наконечники, по лошадям били стрелами с плоскими и очень широкими 
режущими  наконечниками  –  срезнями.  Они  наносили  неглубокие,  но 
длинные и обильно кровоточащие раны, а также перерезали сухожилия. 
Против  тяжеловооруженных  врагов  использовались  массивные,  но  уз-
кие «бронебойные» железные и стальные наконечники, напоминающие 
долото.  Для  этих  же  целей  применялись  и  граненые  наконечники,  по-
хожие  на  очень  вытянутую  пирамиду.  Чтобы  пробить  кольчугу,  ис-
пользовали  наконечники  с  узким  шиловидным  острием.  Характерные 
двурогие  наконечники  применялись  для  стрельбы  по  водоплавающей 
птице,  а  стрелы  с  тупым  наконечником  (томары)  употреблялись  охот-
никами на пушного зверя.  

267 

Разные  наконечники  имели  разное  название.  О  тупых  томарах  и 

широких срезнях мы уже говорили, а вот какие стрелы назывались се-
вергами и кайдаликами, до сих пор спорят историки.  

Вес большинства наконечников древнерусских стрел колебался в 

пределах восьми – десяти граммов, но встречаются наконечники весом 
до двадцати граммов. По способу крепления на древко наконечники де-
лятся на втульчатые, у которых наконечник, как и у копья, насаживает-
ся  на  древко,  и  черешковые,  у  которых  хвостик-черешок  наконечника 
вбивается  в  торец  древка.  И  в  одном,  и  в  другом  случае  для  большей 
надежности использовали клей. Причем, популярные в Европе втульча-
тые  наконечники  русичи  использовали  редко,  предпочитая  им  череш-
ковые. 

Черешковые  наконечники  забивались  в  заранее  просверленное  и 

смазанное клеем отверстие чуть меньшей глубины, чем черешок. Хотя 
при  нехватке  времени  торец  стрелы  могли  просто  расщепить  и  туда 
вставить  наконечник.  Наконечник  насаживался  на  комлевый  конец 
древка,  т.е.  который  находился  ближе  к  корню  дерева  и  был  прочнее. 
Чтобы  стрела  не  раскололась,  примыкающую  к  наконечнику  часть 
древка  обматывали  нитями  и  проклеивали,  а  сверху  обмотки  древко 
оклеивалось тонкой полоской бересты. Это не только сохраняло стрелу, 
но  и  убирало  шероховатость,  снижавшую  скорость  полета  и  вызывав-
шую отклонения. 

Древки вырезались из сосны, ели, березы и других прямослойных 

пород  дерева.  Наиболее  подходящими  считались  старые  деревья,  так 
как их древесина плотнее и крепче. Дерево рубили на чурки равные бу-
дущей длине стрел и сушили. Затем чурбаны аккуратно раскалывали на 
заготовки,  или  болванки,  несколько  большей  толщины,  чем  древко 
стрелы, которые остругивали и шлифовали брусками из песчаника, по-
ка не получалось древко. Когда была такая возможность, древко выре-
зали не из цельного куска дерева, а склеивали вдоль четыре заготовки. 
Это более сложный и затратный процесс, но такая клееная стрела оста-
валась ровной при длительном хранении и в жару, и в холод. А вот про-
стые стрелы могли рассохнуться или их могло «повести»- изогнуть.  

На  тыльном  конце  древка  или  вырезалась  прорезь,  или  иногда 

приклеивалось костяное ушко, куда входила тетива. Размер ушка под-
бирался в зависимости от используемой тетивы, так как слишком глу-
бокое ушко тормозило бы полет стрелы, а при маленьком ушке стрела 
бы непрочно сидела на тетиве. 

Для  оперения,  обеспечивающего  стабильность  в  полете,  исполь-

зовались  прямые  перья  различных  птиц,  лучшими  из  которых  счита-
лись  орел,  сокол  и  морские  птицы. Большинство  стрел  имело  два  или 
три пера, располагавшихся на одинаковом расстоянии друг от друга по 

268 

окружности древка. 

Каждый воин подбирал себе стрелы в зависимости от длины руки, 

поэтому их размер колебался, но в среднем русская стрела была от 7 до 
10 мм в диаметре, от 75 до 90 сантиметров длиной и весила до 50 грам-
мов.  Для  защиты  запястья  левой  руки  от  ударов  тетивы  при  стрельбе 
лучники привязывали к руке  вырезанные из рога или  кости  предохра-
нительные  щитки.  Кроме  того,  использовались  кожаные  перчатки  и 
кольца для указательного пальца правой руки. 

Эффективная стрельба из лука была весьма сложным делом. Луч-

ник должен был знать мощность своего лука, прочность тетивы, свой-
ства и особенности каждого типа стрел, предельное расстояние полета 
стрелы,  уметь  учитывать  отклонения  из-за  ветра  и  погодных  условий. 
Это  не  говоря  уже  о  немалой  физической  силе  и  выносливости,  ведь 
сила натяжения тетивы древних славянских луков равнялась 80 кг! Для 
сравнения  современные  спортсмены  используют  луки  силой  всего 
лишь  в  20 килограммов.  Но  для большинства наших  современников  и 
эти двадцать килограммов кажутся весьма серьезной нагрузкой. На себе 
испытывал, после трех-четырех десятков выстрелов рука с луком начи-
нает  дрожать  от  перенапряжения.  Так  что  для  виртуозного  владения 
луком  от  дружинника  требовалась  серьезная  подготовка,  поддержива-
ющаяся постоянными тренировками. Поэтому обучение стрельбе начи-
налось с самого детства.  

Как и  у  других  народов,  у  древних русичей как  мера расстояния 

использовалась дальность полета стрелы. Но до сих пор никто не может 
сказать  точно,  сколько  же  метров  составлял  русский  перестрел  (стре-
лище). Скорее всего, он равнялся или был чуть меньше четверти кило-
метра, хотя, разумеется, это очень приблизительные данные. Перестрел 
определяли  на  глаз,  в  качестве  ориентира  брали  среднюю  дальность 
выстрела рядового лучника. При стрельбе вверх по склону длина пере-
стрела была, естественно, значительно меньше. 

Также  никто  достоверно  не  знает,  с  какого  расстояния  стреляли 

лучники  в  бою.  Похоже,  что  наиболее  оптимальной  для  стрельбы  по 
конкретной цели была дистанция метров в шестьдесят, а предельной — 
в  полторы  сотни.  Дальше  падала  точность  и  убойная  сила  выстрела. 
Хотя, естественно, были лучники, способные поражать врага на значи-
тельно  большем  расстоянии

81

.  Вообще,  говоря  о  расстоянии  выстрела, 

81

Мировым рекордом по дальности выстрела из лука считается выстрел турецкого султана Селима 

Третьего, сделанный на соревнованиях в Стамбуле в 1798 году. Стрела падишаха пролетела 889 мет-
ров. По точности боя одним из лучших стрелков в истории считается английский король Генрих VIII, 
попадавший в яблоко с расстояния 220 м.  

269 

нужно  помнить,  что  прицельная  дальность  для  результативного  вы-
стрела  меньше,  чем  дальность  выстрела  вообще.  Пустить  стрелу  на 
пятьсот  шагов  могли  многие,  но  попасть  в  цель  на  таком  расстоянии 
практически невозможно. Другое дело, что в бою далеко не всегда ну-
жен был именно точный выстрел.  

Грубо говоря, существовали два типа стрельбы:  



по  конкретной  цели  –  в  этом  случае  воин  стрелял  настильно 

или с незначительным возвышением, видя свою цель, как противотан-
ковые орудия периода Великой Отечественной.  



по  площади  –  когда  задачей  было  не  попасть  в  конкретного 

врага, а обрушить на участок поля боя ливень стрел. В этом случае вои-
ны стреляли с большим углом возвышения, и стрелы летели по крутой 
дуге, падая в конце своего пути почти отвесно. Если поискать аналогии 
в современности, то это гаубичная артиллерия или минометы.  

В крупных сражениях, когда сходились тысячи воинов, использо-

вался  именно  второй  тип  стрельбы.  Лучники  должны  были  засыпать 
стрелами вражеские отряды с предельно возможного расстояния. Здесь 
главное не точность отдельного выстрела, а дальность перестрела и ко-
личество  выпущенных  стрел  (т.е.  лучникам  нужно  было  добиться  вы-
сокой плотности огня по площади). Из сотен стрел, выпущенных в сто-
рону  неприятеля,  хоть  несколько  да  найдут  свою  жертву,  а  остальные 
просто расстроят вражеские ряды, заставят противника смешаться или 
отступить. Действительно, сложно удерживать строй, когда с неба идет 
стальной  дождь,  когда,  обливаясь  кровью,  падают  друзья.  Тут  нужно, 
или ломая ряды, бросаться в атаку, или отходить. Особенно неприятно 
кавалеристам  –  лошади-то  живые,  и  щитами  от  стрел  их  не  прикро-
ешь… Им тоже больно, они боятся и отказываются слушаться…  

Кстати, при такой стрельбе стрела, падающая под большим углом 

сверху, приобретала дополнительную пробивную силу. При этом вовсе 
не нужно, чтобы попадание было смертельным - раненый воин истекал 
кровью, терял силы и в бою принимать участия не мог. А вернется ли 
он после выздоровления в строй – большой вопрос. Ведь учитывая от-
сутствие  антибиотиков,  даже  легкие  раны  становились  смертельно 
опасными. 

270 

Глава 15. Наши соседи 

 Дранг нах остен у наших границ 

 
К  западу  от русских  владений в  Прибалтике располагались  земли, 

населенные различными племенами балтского и финно-угорского про-
исхождения. К первым относились летты, земгалы и курши, ко вторым 
– ливы и эсты. Западнее от них жили пруссы и литовцы. К концу двена-
дцатого  века  они  все  еще  оставались  язычниками  и  не  имели  госу-
дарств.  

Балты были древним народом, некогда населявшим огромные про-

странства в Восточной Европе от Вислы на западе и до Днепра и Оки 
на  юге  и  востоке.  Но  постепенно  славяне  их  вытесняли  из  наиболее 
плодородных  земель,  и  к  одиннадцатому  веку  балты  остались  жить 
лишь  в  Прибалтике  между  реками  Висла  и  Западная  Двина.  Правда, 
назвать их жертвами нельзя, так как финно-угорские племена были еще 
более  древними  и  изначально  они  тоже  населяли  немаленькую  часть 
континента. И их на задворки Европы загнали именно балты. В общем, 
закон  выживания  в  действии:  сильные  выгоняли  слабых,  те,  в  свою 
очередь,  искали  еще  более  хилых  соседей  и  изгоняли  их.  Славяне  в 
этом регионе  в раннем  средневековье  были  самыми  сильными,  что  не 
может не радовать их потомков.  

Постепенно  балты  разделились  на  две  большие  группы:  западные 

(пруссы, галинды, курши, ятвяги) и восточные (земгалы, селы, латгалы, 
надрувы,  жемайты).  Западные  средневековье  не  пережили  –  все  они 
были  или  уничтожены  немцами  или  онемечены.  Прямыми  потомками 
восточных балтов стали современные литовцы и латыши, причем в эт-
ногенезе  латышей  приняли  большое  участие  финно-угры  ливы.  Эсты 
соответственно дали начало эстонскому народу.  

В отличие от своих медлительных и меланхоличных потомков эсты 

были народом весьма агрессивным и при любой возможности пытались 
кого-нибудь из соседей немножечко пограбить. Эсты нападали даже на 
такие сильные народы как шведы и русские, да еще при этом разбойни-
чали как на суше, так и на море. В итоге нашим предкам это надоело и 
в 1030 году Великий князь Ярослав Мудрый предпринял поход в При-
балтику, объяснил кто в доме хозяин, заставил аборигенов платить дань 
и построил там город Юрьев, он же Дерпт, он же современный Тарту. 

 Получив  по  шапке  от  князя  Ярослава,  эсты  поняли,  что  грозного 

соседа  лучше  не  цеплять  и  переключились  на  более  слабых  -  ливов, 
латгалов, куршей, к которым ватаги горячих эстонских парней стали за-
глядывать регулярно. Те, устав от постоянной угрозы жизни и имуще-
ству,  обратились  за  помощью  к  русским  князьям.  В  итоге  полоцкие