Файл: Правовая культура. Правовой нигилизм и правовой фетишизм (Понятие правовой культуры).pdf

Глава 3. Правовой идеализм (правовой фетишизм). Понятие, причины возникновения, формы

3.1. Понятие правового идеализма

Правовой идеализм по своей сути является такой же деформацией правосознания как правовой нигилизм, но противоположен ей по смыслу.

По мнению правоведов М.М. Аносовой, А.А. Аюровой, Ю.Н. Беляевой правовой фетишизм, правовой идеализм, является гипертрофированным пониманием роли права в решении социальных задач. Юридический фетишизм распространен в обществе: достаточно вспомнить, как часто предполагается, что именно закон должен решить любую острую проблему - от повышения культуры в обществе до йодирования соли^[43].

В.М. Шумилов писал, что правовой идеализм - обратная сторона нигилизма. При правовом идеализме считают, что правом, законом можно решить любую проблему; достаточно принять закон - и проблема разрешится. На самом деле для решения многих общественных проблем необходима подготовительная работа, вызревание условий^[44].

Заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Н.И. Матузов сформулировал следующие основополагающие составляющие определения правового идеализма.

Само понятие правового идеализма до некоторой степени условно. Термин «идеализм» употребляется здесь не в сугубо философском смысле (определение, мировоззрение), а в значении слов «идеализация», «идеалист», «идеальный», под которыми обычно подразумевают отрыв от действительности, наивность, непрактичность, прекраснодушные мечтания о совершенном, но не реальном. Это те случаи, когда о ком-то говорят: «Он неисправимый идеалист».

Подобного рода идеализм так или иначе проявляется во всех сферах жизни общества, в том числе в правовой, что и дает основание называть его правовым, или юридическим, в противоположность правовому (юридическому) нигилизму^[45].

Именно профессор Н.И. Матузов ввел в научный обиход категорию «правовой идеализм» в российской юриспруденции^[46].

Таким образом, правовой фетишизм, как и правовой нигилизм, есть ни что иное, как деформация правосознания, однако является гипертрофированным превознесением роли закона, его идеализацией, что в свою очередь не способствует адекватному восприятию объективной правовой действительности.

3.2. Причины возникновения правового идеализма и его формы

Специалисты отмечают следующие основные формы проявления правового идеализма:

1. Необоснованное забегание законодательства вперед, выражающееся в том, что ни само государство, ни население не готовы выполнять предлагаемые правовые предписания.

2. Отсутствие реального механизма, предназначенного реализовывать правовые предписания.

3. Отсутствие в государстве надлежащих политических, идеологических, экономических, социально-психологических и иных условий, в которых должна действовать норма права^[47].

Рассматривая причины правового идеализма в российском обществе правоведы исследуют данный вопрос через призму истории становления современного российского государства.

В период «перестройки» правовой идеализм получил особое развитие и массовое распространение в правовом сознании на уровне государственного аппарата власти (гласность, ускорение, форсированная демократия, искоренение пьянства и т.д.), а затем, в период последующих постсоветских реформ, и в широких народных массах, соперничая с правовым нигилизмом (всеобщее разгосударствление, шоковая терапия, авральная приватизация).

Одним из классических примеров правового идеализма, рожденного в период «перестройки», служит антиалкогольная кампания, с помощью которой советская власть пыталась мгновенно решить проблему пьянства населения. К сожалению, у многих в то время, да и в нынешнее, сложилось и по-прежнему всё ещё продолжает складываться убеждение, что достаточно принять «мудрые» законы, как все острейшие проблемы общества будут решены. Явное заблуждение!

Еще один убедительный пример волюнтаризма и крайне низкого профессионализма идеологов антинародных, антигосударственных преобразований. В 1990-х годах, непосредственно после распада Советского Союза, у политической элиты зародилась авантюрная идея мгновенно преобразовать Россию из страны развитого социализма в развитое капиталистическое государство. Четкого плана не было и не могло быть, кроме непреодолимого стремления «закопёрщиков», толкаемых огромным числом американских экономических советников, сделать все, «как у них», без учета российских традиций и специфики, а заодно и перекроить менталитет народных масс, уже давно приспособленных жить в другой системе координат^[48].

Распространению юридического идеализма способствовало и то, что в российском государстве долгое время преобладал чисто прагматический подход к праву (орудие, инструмент, средство, рычаг и т.д.). В соответствии с этим на право взваливали «неподъемный груз», возлагались слишком большие надежды, которые в дальнейшем не оправдались. Правовой скептицизм особенно усилился в последние годы, когда общество отчетливо осознало, что многие законы, принятые в период реформ, оказались малоэффективными и не привели к достижению желаемые целей, а некоторые дали отрицательный результат.

Инерция политического и правового идеализма идет еще от старых коммунистических времен, когда господствовал своего рода культ всевозможных планов, решений и постановлений «исторических», «судьбоносных», «эпохальных». О дальнейшем развитии, усилении, укреплении, повышении чего-либо. Насаждалась безоглядная вера в их магическую силу. И все они, как правило, переводились на язык законов, которые из-за этого сильно напоминали партийные резолюции.

Главная проблема борьбы с правовым идеализмом заключается в том, что правовое просвещение, осуществляемое без правового воспитания (то есть без учета особенностей конкретной группы «просвещаемых», без наличия философского обоснования и четко обозначенных целей), собственно и приводит к правовому идеализму — когда в индивидуальном правосознании роль права становится слишком идеализированной, «спасительной от всех бед», а в реальности эти надежды не оправдываются, что затем оборачивается на уровне обыденного правосознания правовым нигилизмом, а на уровне государственного управления — увеличением количества правовых норм, которые не являются эффективными и действующими, поскольку праву не свойственен переход количества в качество, а легальность отнюдь не всегда сопровождается легитимностью^[49].

Если с проявлениями других форм деформации правосознания можно бороться с помощью правовых норм, установлением и/или усилением мер юридической ответственности за совершаемые правонарушения, то правовой идеализм выступает как наиболее серьезная и плачевная для становления правового государства форма деформации правосознания. Основными следствиями правового идеализма являются две противоположности:

1) превышение количества правовых норм (в соотношении с требованиями действительности) и, как следствие, их невыполнение;

2) наличие глобального правового регулирования (а значит, и государственного, но только с точки зрения формальности права как устанавливаемого или санкционируемого государством в современном мире), что ведет к тоталитарному государственно-правовому режиму^[50].

Правовое воспитание призвано искоренить правовой идеализм, сложившиеся стереотипы и повысить уровень правовой культуры. Потому что только в этом случае возможно создание правового государства и гражданского общества, в условиях которых реально полное осуществление всех конституционных прав и свобод человека и гражданина.

Правовое обучение предполагает непрерывную взаимосвязь процессов целенаправленного формирования сознания личности законопослушного гражданина, включая правовоззрение, нравственные идеалы, правовые установки и ценностные ориентации, специальные, профессионально необходимые характеристики. Крайне важно сформировать соответствующую мотивацию - положительное отношение к познаваемому содержанию и потребность к постоянному расширению и углублению правовых знаний. По образному выражению известного отечественного психолога Л.И. Божовича, потребность такого рода должна характеризоваться своей «ненасыщаемостью», прежде всего для государственных служащих, служащих органов местного самоуправления, а также граждан. Лишь в этом случае можно считать, что человек будет не только декларировать значение теоретических знаний для практической деятельности, но и найдет возможность для овладения этими знаниями и их правильного применения в юридически значимых ситуациях. Правовое обучение и воспитание является частью всего процесса духовного, нравственного формирования личности, без которого нельзя обойтись, реализуя идею построения в России правового государства^[51].

По мнению некоторых ученых правоведов в первую очередь в реформировании нуждается фундаментальное законодательство, в том числе Конституция Российской Федерации.

Например, Бутусова Н.В. писала, что объективная потребность в модернизации российской Конституции, а, следовательно, и в конституционной реформе действительно существует. Однако, хотя недостатки действующей Конституции очевидны и хорошо известны специалистам, во избежание правового идеализма и конституционного романтизма следует иметь в виду, что модернизация Конституции способна привести к позитивным изменениям только при соблюдении ряда условий субъективного и объективного характера^[52].

Рассуждая о правовом идеализме в сфере прикладной юриспруденции Р.Г. Мельниченко высказывал следующее мнение: «сущность его заключается в негативно-отрицательном, неуважительном отношении к праву, законам, нормативному порядку, а с точки зрения корней, причин, - в юридическом невежестве, косности, отсталости, правовой невоспитанности ряда адвокатов... Показателями подобного правосознания адвоката являются отсутствие целостности и системности правовых знаний, узкий горизонт профессиональных возможностей, своеобразное ремесленничество в практической работе, нетворческий характер и неряшливость в решении профессиональных задач... Правовой идеализм, как правило, свойствен начинающим адвокатам, которые искренне считают, что все в социальной жизни должно происходить в соответствии с нормами права. Однако социальные нормы не всегда совпадают с правовыми, и бездумное следование правовым нормам может привести к негативным последствиям не столько для адвоката, сколько для его клиента»^[53].

Взаимодействие клиента и юриста через призму правового идеализма описано Г.А. Ожеговой. Так, идеалист уверен, что за незначительное правонарушение суд взыщет в его пользу миллионную сумму, а задержка выполнения работ на два часа - основание для ликвидации компании. Предъявленные в претензиях и исках требования будут превышать разумные в десятки и сотни раз, а когда суд не удовлетворит такие запросы, потребитель сделает «закономерный» вывод: «Судью подкупили». Увеличение количества претензий и исков такого рода, к сожалению, подогревается еще и работой недобросовестных юристов: не всякий специалист предупреждает клиента о том, что его требования чересчур завышены^[54].

Нерешенность каких-либо практических вопросов личного либо социального плана индивид объясняет исключительно отсутствием должного законодательного регулирования конкретной проблемы. В результате личность осознанно либо подсознательно стремится к тому, чтобы все общественные отношения были четко регламентированы правом. Хорошо известны случаи, когда индивид сам разрабатывает многочисленные проекты законов и буквально «забрасывает» ими законодательные органы власти.

Указанная деформация, влияя на выполнение правосознанием его функций, делает субъекта «не вполне адекватным» с юридической точки зрения, дезориентирует его в правовой действительности. Правовой идеализм в своих крайних проявлениях может быть обусловлен наличием у индивида определенного рода психопатологии. Если говорить об отклонениях в пределах психической нормы, то следует отметить, что правовой идеализм может быть спровоцирован некоторыми акцентуациями характера. Например, гипертрофированность таких черт характера, как «правдолюбие», «правдоискательство», может привести к сутяжничеству, в результате которого лицо не задумываясь потратит все свои сбережения на бесконечные судебные процессы^[55].

Идеи правового идеализма присущи как государственным деятелям, стремящимся «преобразовать» российское государство, так и простым гражданам, которые видят любое решение проблемы через применение закона. Заимствование моделей правовых норм российскими деятелями, законотворцами, не давали желаемого успеха на всем протяжении становления современного российского государства. Не помогла даже безапелляционная вера в них, Российская правовая база формируется путем «проб и ошибок». В настоящее время наблюдается все меньше и меньше идеалистических лозунгов о роли того или иного закона, хотя они тоже имеют место быть.