Файл: Понятие правонарушения (Соотношение понятий правомерное и неправомерное поведение ).pdf

Представляется также верной позиция В.И. Кофмана, согласно которой «действия, невиновно нарушающие чужое субъективное право», являются противоправными. При этом автор считает, что понятие противоправности едино для всех отраслей права.

Таким образом, представляется обоснованным говорить о такой самостоятельной форме противоправного поведения как объективно противоправные деяния. Следовательно, нельзя рассматривать противоправное поведение без учета сущности и признаков этого правового явления.

Так, И.А. Минникес определяет объективно-противоправное деяние как невиновное, общественно вредное действие или бездействие, нарушающее правовые запреты, влекущее применение мер защиты субъективных прав и обеспечения исполнения юридических обязанностей, и в исключительных, прямо предусмотренных законом случаях, мер юридической ответственности¹⁶.

Аналогично через перечисление основных признаков дает дефиницию объективно-противоправного деяния и A.M. Хужин, понимая под ним невиновное, противоправное, социально вредное деяние физического или юридического лица, влекущее применение право восстановительных мер, а в исключительных случаях, прямо предусмотренных законом, — мер юридической ответственности. Несколько по-иному подходит к пониманию объективно-противоправного деяния профессор А.С. Шабуров, трактуя его как нетипичный вариант правового поведения - действие, нарушающее нормы права, но не наносящее при этом вреда.

Безусловно, самым главным юридическим признаком объективно противоправного поведения является противоправность, что в принципе, и позволяет относить его к поведению неправомерному. Признак противоправности отграничивает объективно-противоправное деяние от деяний правомерных, в первую очередь, от деяний, которые по своим внешним признакам совпадают с правонарушениями и объективно противоправными деяниями, но не являются противоправными по прямому указанию законодателя в силу их социальной полезности и необходимости для общества (например, крайняя необходимость, необходимая оборона). Например, к объективно-противоправным деяниям можно отнести действия пожарника, прочившего вред имуществу в ходе спасения пострадавших при пожаре, аналогичные действия спасителей, врачей в экстренных ситуациях.

Следующим специфичным свойством объективно-противоправного поведения, позволяющим отграничивать его от правонарушений, является невиновность. В соответствии с частью 1 статьей 28 УК РФ деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, не осознавало и по обстоятельствам не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия), либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было и не могло их предвидеть. Это так называемый «казус» или «случай».

Часть 1 статья 28 УК РФ предусматривает особую разновидность невиновного причинения вреда. Деяние признается совершенным невиновно и тогда, когда лицо, его совершившее, хотя и предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но не могло их предотвратить в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам.

Это правило развивает принцип субъективного вменения, в соответствии с которым лицо, осуществляющее деятельность, связанную с экстремальными условиями и нервно-психическими перегрузками, может быть признано виновным только в случае, если его субъективные качества соответствовали объективным требованиям ситуации, и лицо сознавало общественно опасный характер своих действий (бездействия), предвидело их общественно вредные последствия либо не предвидело, но могло по своим субъективно-личностным качествам их предвидеть и предотвратить.

Однако понимание случая только невиновным причинением вреда не ограничивается. Так, А.Б. Венгеров, также придерживаясь позиции, что казус вообще исключает наличие правонарушения, считает, что случай появляется там, где отсутствует не вина нарушителя права, а там, где отсутствует причинная связь между действием (бездействием) и результатом. Например, должник не выполняет свои обязательства перед кредитором, не возвращает арендованное имущество, так как стихийное бедствие уничтожило это имущество. Внешне должник противоправно бездействует, но это не бездействие ведет к нежелательному результату, а стихийное бедствие.

Подводя итог рассмотрения данного правого феномена, можно сказать, что объективно-противоправное деяние представляет собой вариант противоправного поведения и заключается в нарушении норм права неделиктоспособным лицом (невменяемым, не достигшими предусмотренного законом возраста) либо при отсутствии вины, которое причиняет вред общественным отношениям и способно повлечь меры защиты и в предусмотренных законом случаях обязанность возместить вред потерпевшему.

2.3. Неправомерная деятельность коллективных субъектов права.

Как известно, к субъектам права помимо физических лиц относятся и коллективные образования: государство, его составные части, государственные органы, общественные объединения, юридические лица, нации и народ в целом. В отличие от неправомерного поведения личности, аналогичную деятельность этих субъектов отличает ряд особенностей, на которых бы и хотелось заострить внимание.

Вообще, вопрос о том, можно ли вести речь о противоправном поведении коллективных субъектов в юридической литературе является дискуссионным. Признаются организации, в том числе и государство, субъектами правового поведения в международном и гражданском праве. В последнее время в литературе органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, общественные объединения, субъекты федерации, государство в целом признаются в качестве субъектов конституционного правонарушения и, соответственно, субъектом конституционной ответственности. Основной спор разгорается вокруг проблемы признания коллективных образований субъектами правонарушений в административном и уголовном праве.

Юридическое лицо в принципе является таким же, как физическое лицо, субъектом прав и обязанностей, поскольку, будучи устойчивой и наделенной или обладающей самостоятельным юридическим статусом общность физических лиц (организация, учреждение, предприятие, орган государственной власти, само государство) является целостной личностью, способной совершать юридически значимые деяния и нести за них собственную, личную ответственность^[15].

Так, законодательство ряда зарубежных стран (Великобритании,

Италии, Канады, Франции, США, Нидерландов, Бельгии, Дании, Японии, Голландии, Норвегии и др.) признает юридических лиц субъектами преступлений. Причем, субъектом преступления может быть любое юридическое лицо (корпорация), за исключением государства и государственных организаций (организованных или возглавляемых правительством для выполнения правительственной программы). Самым широким образом этот институт используется и в юридической практике Европейского Союза. Таким образом, прослеживается мировая тенденция в решении вопроса о возможности признания юридического лица субъектом правонарушения.

В России практика давно уже усвоила институт ответственности юридических лиц и во многих случаях довольно успешно использует его. С начала 90-х годов в России вне рамок действовавшего КоАП РСФСР был принят ряд законов, согласно которым юридическое лицо признается субъектом административного правонарушения и для него устанавливается административная ответственность^[16]. В качестве субъекта правонарушения юридическое лицо признается в Налоговом Кодексе, Таможенном Кодексе РФ. Данная тенденция нашла отражение и во вновь принятом КоАП РФ, в статье 2.1 которого записано, что административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое законодательством предусмотрена административная ответственность.

Противоправное поведение коллективных субъектов характеризуется теми же признаками, что и противоправное поведение индивидуальных субъектов: общественная вредность, противоправность, способность повлечь юридические последствия. Основная дискуссия разгорается вокруг такого признака как виновность. Отсутствие единой точки зрения на данную проблему во многом объясняется не только не развитостью данного института в юриспруденции, но и отсутствием четкой, единой позиции по данному вопросу в законодательстве. Так, согласно Таможенному кодексу РФ вина не является признаком правонарушения ни для физического, ни для юридического лица, поскольку согласно статье 230 ТК РФ «Нарушением таможенных правил признается противоправное действие либо бездействие лица, посягающего». А из смысла статьи 231 ТК РФ вытекает возможность применения безвиновной ответственности, об этом свидетельствует и часть З статьи 401 ГК РФ. Федеральный закон РФ «Об административной ответственности юридических лиц за нарушение законодательства РФ о выборах и референдумах»^[17] от 6 декабря 1999 года говорит о правонарушениях только как о «совершении юридическими лицами противоправных действий или их бездействии».

В некоторых нормативно-правовых актах прослеживается дифференцированный подход к виновности физических и юридических лиц. Так, из смысла статьи 6 закона РФ № 68-ФЗ от 12.05.2000 «Об административной ответственности организаций за нарушение законодательства в области использования атомной энергии»^[18] вытекает, что вина является обязательным признаком правонарушения физических лиц, но не рассматривается в качестве такового в отношении юридических лиц. Этой точки зрения, например, придерживается Д.Н. Бахрах. Действительно, вина физических и юридических лиц, индивидуальных и коллективных субъектов не совпадает. Попытки свести вину организаций к вине их работников оказались безуспешными. Невозможно перенести понятия умысла и неосторожности на деятельность юридических лиц^[19]. Однако, умолчание о вине юридического лица со стороны законодателя, есть не исключение, устранение данного признака правонарушения, а следствие неразработанность понятия вины юридических лиц в науке.

Любое противоправное деяние, для того чтобы быть признано правонарушением, должно быть совершено виновно. Напрашивается компромиссный вариант, признать обязательным наличие вины для правонарушений индивидуальных субъектов, а в отношении коллективных субъектов этот вопрос обойти стороной, говоря не об их правонарушениях, а просто о противоправном поведении.

Итак, вся противоправная деятельность как индивидуальных, так и коллективных субъектов дифференцируется на правонарушения, обязательным признаком которого является вина, и на объективно-противоправные деяния. О правонарушениях юридических лиц именно как о противоправных виновных деяниях идет речь в статье 106 Налогового Кодекса РФ, статьях 81, 84 Закона РСФСР «Об охране окружающей природной среды», статье 2.1 КоАП РФ. Признается необходимым наличие четырех элементов состава и для конституционного правонарушения многими учеными-правоведами. Такой подход соответствует общепризнанным нормам российского права. Именно такую позицию занимает Конституционный Суд РФ: при производстве по делу о налоговых правонарушениях подлежит доказыванию как сам факт совершения такого правонарушения, так и степень вины налогоплательщика^[20].

Различие между правонарушениями индивидуальных и коллективных субъектов состоит в особенностях содержании субъективной стороны, а точнее вины данных субъектов. В чем же заключается содержание вины применительно к юридическому лицу, деятельность которого состоит из поступков его отдельных должностных лиц? Можно выделить следующие существующие в науке позиции по данному вопросу.

Согласно первой точке зрения, которой придерживается большинство авторов-цивилистов (С.Н. Братусь, В.Т. Смирнов, А.А. Собчак), рассматривающих вину юридического лица посредством субъективного подхода, как продукта высшей нервной деятельности людей, действия любого работника, связанные с осуществлением служебных прав и обязанностей, - это действия самой организации. Следовательно, перед третьими лицами деятельность организации выступает как обезличенная деятельность ее работников. И, наоборот, служебная деятельность конкретных работников выступает как деятельность самой организации, рабочими, служащими или членами которой они являются. В таком случае вина конкретного работника есть вина самой организации^[21]. Эта позиция отражена и в части 4 статьи 110 части 1 Налогового Кодекса РФ, согласно которой «вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения». Как о «результате виновных действий работников юридического лица» говорилось о правонарушении последнего и в статье 1.5 проекта КоАП РФ (однако эта позиция не нашло своего законодательного закрепления в принятом КоАП РФ).