Файл: Формирование целостного научного представления о правовом регулировании несостоятельности (банкротства), а также выявление недостатков действующего законодательства..pdf
Добавлен: 24.04.2023
Просмотров: 866
Скачиваний: 3
Интерес вызывают «наметки» определения очередности удовлетворения требований кредиторов. Подвергая анализу нормы Русской правды, отдельные исследователи делают вывод о том, что в первую очередь должны были быть удовлетворены требования князя, после - требования иностранных купцов и затем - требования соотечественников[15]. Так, по соглашению 1229 г. Смоленска с Ригой иностранные купцы обладали правом первоочередного удовлетворения своих требований[16].
Следующим этапом формирования института банкротства было принятие 19 декабря 1800 г. Банкротского устава. Он стал первой кодифицированной попыткой урегулирования института несостоятельности. Устав преподнес достаточно новел в законодательство. В частности, банкротом стал признаваться субъект, не имеющий возможности оплаты своих долгов в полном объеме, несостоятельностью - имущественное положение, при котором лицо не в состоянии удовлетворить требования своих кредиторов[17]. Несостоятельность классифицируется на: несостоятельность несчастную – обоснована наличием непредвиденных обстоятельств, не зависящих от действий должника, неосторожную - от вины самого должника и злостная - злонамеренное банкротство[18]. Существенно новым, также стало закрепление мер по обеспечению иска, применяемым по отношению к личности и имуществу должника. Имущество должника представляло собой конкурсную массу, кроме переданного ему на хранение, или по договору комиссии и личных вещей[19].
В 1832 г. был принят новый Устав о несостоятельности. Он оказался не столь удачным. Сложив довольно сложную систему долгов, Устав вывел в преимущественное положение церкви и монастыри, затем требования по оплате труда рабочих и только потом казны и конкурсных кредиторов. Также в акте отсутствовало указание на точные сроки начала и окончания конкурсного производства. Новшества были связаны с выделением, так называемых кураторов, из числа кредиторов. Кураторы возглавляли работу общего собрания и исполняли функции по управлению имуществом должника, обладали правом признания недействительными сделок должника и отказа от текущих соглашений. Статус конкурсного управляющего детализирован, как и компетенция суда при его назначении, который уже не связан кругом лиц, представленных кредиторами[20].
Советское право не отрицало идею несостоятельности лица, однако и относилось к ней довольно неоднозначно.
Изначально в силу отсутствия торговых отношений отсутствовали и отношения конкурсные, но после введения в 1921 г. новой экономической политики, возникает и потребность в нормах о несостоятельности. Благодаря этому в ГК РСФСР 1922 г. появляется большое количество положений, опосредующих институт банкротства, а ГПК РСФСР 1923 г., поначалу не регулирующий данную процедуру, в 1927 г. дополнен главой. 37 «О несостоятельности частных лиц, физических и юридических», затем еще двумя: 38 (о несостоятельности государственных предприятий и смешанных акционерных обществ) и 39 (о несостоятельности кооперативных организаций).
Анализ норм о несостоятельности, действовавших в период нэпа, свидетельствует об их неполноценности, ибо весь конкурсный процесс с момента поступления иска в суд и до принятия решения был публично-правовым. Игнорировалось мнение непосредственных участников отношений несостоятельности - кредиторов. Следует согласиться с мнением В.Н. Ткачева, утверждавшего: «Главной особенностью конкурсного права советского периода являлся отказ от начала диспозитивности при назначении должностных лиц конкурсного производства. Кредиторы были совершенно устранены как от участия в конкурсном процессе, так и от назначения управляющих. Эти функции исполняли государственные учреждения»[21].
Усиление плановых начал приводит к умалению значимости института несостоятельности. В частности, итогом реформ 1960-х годов стала неэффективность положений о банкротстве в связи, с чем они исключаются из кодифицированных актов материального и процессуального права страны.
А вот реформы 1990-х годов, направленные на создание рыночной экономики вскрыли необходимость создания правовой основы несостоятельности. Одним из первых правовых актов о банкротстве того времени стал Указ Президента от 14 июня 1992 г. № 623 «О мерах по поддержке и оздоровлению несостоятельных государственных предприятий (банкротов) и применении к ним специальных процедур»[22]. Правда, предусматривая лишь административные методы борьбы с банкротами, на практике он не нашел своего применения. Значительным был также изъян, связанный со сферой действия лишь на государственные предприятия.
Только после принятия 19 ноября 1992 года Закона Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве) предприятий»[23] законодатель современной России реализовал применение норм о банкротстве на практике. Теперь основная проблема была решена иначе: несостоятельность (банкротство) предприятия признавалась после констатации этого факта арбитражным судом либо при добровольной ликвидации должника после его официального объявления о несостоятельности.
Естественно, не обошлось и без недостатков, не способствовавших его применению. Например, он не предусматривал особенности судопроизводства по делам о несостоятельности. Многие моменты отношений банкротства были урегулированы подзаконными правовыми актами. Большинство из них формировали экономические, организационные и иных условия реализации Закона о банкротстве. Имелись и противоречия между последними подзаконными актами, фиксирующими двойной стандарт касательно государственных и частных предприятий[24].
Тем не менее, нельзя не заметить, что принятие первой части ГК РФ большинство норм Закона о банкротстве 1992 г. отжили свой век, что, естественно, сказалось на практике. С этими причинами и была связана в 1998 году необходимость принятия нового Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»[25], более соответствующего реалиям экономического развития страны.
Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 6-ФЗ (ред. от 21.03.2002) «О несостоятельности (банкротстве)» соответствовал общим нормам ГК РФ о несостоятельности и незамедлительно приобрел обширную практику использования в судебных инстанциях. Он расширил перечень субъектов, признаваемых банкротами: это и коммерческие организации (исключение - казенные предприятия) и некоммерческие организации в форме фондов, благотворительных и иных, потребительских кооперативов; физические лица, в том числе не являющиеся индивидуальными предпринимателями. Закон обладал прямым действием и включал развернутую главу об особенностях рассмотрения дел о банкротстве.
Практически одновременно с Законом о банкротстве принимаются Федеральные законы от 24 июня 1999 г. № 122-ФЗ (ред. от 08.11.2007) «Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса»[26] и от 25 февраля 1999 г. № 40-ФЗ (ред. от 14.10.2014) «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций»[27], а также ряд подзаконных актов.
Как показала дальнейшая практика его применения, новый закон широко использовался, как средство передела собственности, и обладал отдельными дефектами: например, недостаточно обеспечивал интересы должника и государства в деле о несостоятельности.
Следующие изменения связаны с принятием в 2002 г. нового АПК РФ, содержащего вместе с обновленными общими процессуальными нормами, главу, посвященную рассмотрению дел о несостоятельности (банкротстве). Благодаря этой основе появляется действующий по настоящее время Закон о банкротстве, отличающийся значительным законодательным массивом. Так, возникают новые институты, такие как, саморегулируемые организации арбитражных управляющих, проверка обоснованности заявленных требований в судебном заседании, процедура финансового оздоровления и др. Максимально расширен перечень лиц, признаваемых банкротами – к ним теперь отнесены все физические лица и юридические, за исключением учреждений, казенных предприятий, религиозных организаций и политических партий, публичных компаний и фондов. Конкурсные кредиторы и уполномоченные органы в правах почти уравнены.
Подробно описаны процедуры созыва и проведения комитета кредиторов и собрания кредиторов, а также последовательность назначения и полномочия арбитражных управляющих, возбуждения и рассмотрения дел о банкротстве. Меняется правовое положение прокурора, например, ограничиваются его возможности по предъявлению заявлений в суд. Все это, бесспорно, увеличивает гарантии прав и законных интересов участвующих в деле о банкротстве лиц.
Закон о банкротстве предстал как достаточно качественный законодательный продукт, нельзя не отметить отраженные в нем неоправданные тенденции развития российского законодательства о банкротстве, что вызвано неправильным пониманием юридической наукой и практикой роли и значении этого законодательства.
Современный Закон о банкротстве преследует и иную цель, являющуюся, по сути, главной: не ликвидация, а восстановление платежеспособности юридических лиц. На наш взгляд, осуществление этой цели как первоочередной, может привести к сдерживанию процессов банкротства и подрыву динамичности имущественного оборота.
Нам хотелось бы заметить и то обстоятельство, что Закон о банкротстве не уменьшил, а, наоборот, повысил возможности передела собственности. В качестве доказательства этого приведем пример нормы о том, что любое лицо в рамках любой процедуры банкротства вправе полностью исполнить обязательства должника перед его кредиторами (ст.31, 71.1, 85.1 Закона о банкротстве). Данная действенная норма, разрешит, к примеру, крупному кредитору на вполне законной основе, расплатившись с мелкими кредиторами, устанавливать в дальнейшем судьбу должника.
Бесспорно, вопросы банкротства - это часто не столь вопросы толкования и применения законодательства о несостоятельности, естественно имеющиеся в любой стране, а сколько ее экономические и политические проблемы, связанные с борьбой за сферы влияния; с необдуманной политикой государства, конфликтами предпринимателей и методами их разрешения; слабостью и зависимостью судебной власти и др.
Современное российское законодательство о банкротстве - это сложная система правовых норм, основанием которой, бесспорно, признаются нормы ГК РФ.
Таким образом, положения института несостоятельности (банкротства) фиксированы как в законах, так и в иных правовых актах, расположенных в зависимости от юридической силы в строгой иерархической системе.
2. Понятие, признаки и критерии несостоятельности (банкротства)
Современная российская наука содержит различные подходы к соотношению понятий «несостоятельность» и «банкротство». Экономическая наука рассматривает несостоятельность (банкротство) как экономическую категорию. Юридическая наука - как юридическую категорию. Данный подход представляется нам неоправданно узким.
По мнению большинства исследователей, этимологической основой слова «банкротство» считаются два итальянских слова «banco» и «rotto», означающие «скамья» и «сломанный». По мнению многих историков, начало было заложено в итальянском городе Генуя, в котором правовые нормы были нацелены на решения конфликтных ситуаций, связанных с торговой несостоятельностью купцов. В Венеции XII-XV вв., на площади Святого Марка, стояли эталонные весы, а рядом с ними находились столы менял, которых называли банко (или же табулы). Согласно историческим данным, купцы-кредиторы ломали столы несостоятельных денежных менял, которые занимались операциями на рынках городов-республик средневековой Италии. Поэтому большинство авторов придерживаются мнения, что слово «банкрот» от итальянского слова «banka rotta», означающего, что торговцам, которые не могли расплатиться, разбивали прилавок[28].
Русскому языку слово знакомо с Петровской эпохи, причем изначально использовалось понятие «банкрутство», затем уже «банкротство»..
«Несостоятельность» и «банкротство» в русском языке признаются синонимами, в связи, с чем в толковых словарях значение одного чаще определяют через другое. Например, в толковом словаре Н.Ю. Шведовой и С.И. Ожегова под банкротством понимается — «несостоятельность, которая сопровождается прекращением платежей по долговым обязательствам»[29].
Юриспруденция «несостоятельность» и «банкротство» трактует неодинаково. Так, в частности, доказывается, что несостоятельность — это «положение конкретного лица, приводящее к невозможности удовлетворения требований кредиторов»[30], или «определенная судом неспособность лица к полной оплате денежных требований кредиторов»[31].
Анализ высказанных в доктрине позиций предоставляет широкое поле для споров по соотношению понятий банкротства и несостоятельности и разрешает нам назвать ряд подходов.
Авторы первой группы придерживаются точки зрения законодателя, отождествляющего понятия «несостоятельности» и «банкротства». П.Д. Баренбойм утверждает, что «законодатель определил правильно, подкрепив распространенным и довольно активным термином банкротство термин несостоятельность»[32].