Файл: Тенденции развития международной валютной системы (Теоретические основы функционирования валютной системы).pdf

По определению МВФ, названные направления реформы МВС содействовали бы уменьшению потерь, как вызываемых возникновением кризисов, так и мерами по предотвращению самих кризисов. Будучи реформированной в рамках этих направлений, МВС могла бы ограничивать свободу действий отдельных стран, но при этом должна послужить образованию более стабильного устройства в целом.

В марте 2016 г. МВФ приступил к осуществлению нового исследования, которое призвано установить стоящие перед современной международной валютной системой проблемы, выявить присущие этой системе изъяны и сформировать теоретическую основу для проведения в данной области необходимых будущих реформ. В данной связи был опубликован аналитический доклад МВФ «Укрепление международной валютной системы - критический анализ».

Директор Департамента по вопросам стратегии, политики и анализа МВФ Сидхарт Тивари в интервью, опубликованном 17 марта 2016 г.,
объяснил потребность в осуществлении нового исследования МВФ по данной проблеме тем, что за годы, прошедшие с 2011 г., многое изменилось как в состоянии мирохозяйственной сферы, так и в механизмах МВФ. По его словам, «в мировой экономике произошел ряд структурных сдвигов, сочетание которых ведет к росту напряженности и рисков»^[29].

С. Тивари назвал пять стоящих перед международной валютно-финансовой системой на современном этапе конкретных проблем:

1. поскольку определенное сокращение дисбалансов счета текущих операций стало в основном не результатом действия фундаментальных факторов, а следствием конъюнктурного кризисного сжатия спроса в странах с развитой экономикой, то проблема преодоления этих дисбалансов пока не ушла в прошлое;

2. исполнение одной или двумя основными резервными валютами ведущей роли в МВС означает, что изменения в одной экономике могут оказывать существенное воздействие на остальные экономики, ограничивая возможность выбора другими странами инструментов внутренней политики;

3. по мере усиления экономической взаимосвязанности стран мира проявления волатильности потоков капитала превращаются в «постоянный элемент экономического ландшафта»;

4. в процессе формирования механизм управления финансовым сектором возникает необходимость принимать во внимание возросшую роль небанковских финансовых организаций;

5. три экономики с резервными валютами (США, Зона евро и Япония) должны будут постепенно свернуть использование «нетрадиционной» денежно-кредитной политики, что повлечет за собой период волатильности в странах с формирующимся рынком: отсюда - необходимость укрепить мировую систему финансовой защиты.

Планируемая реформа должна быть сфокусирована на трех областях (которые, надо сказать, в значительной мере повторяют рекомендованные в 2011 г. направления) ^[30]. Ими являются:

(1) Механизмы предотвращения кризисов и их настройка. Предполагается, что формирующиеся рыночные экономики и развивающиеся страны в целях усиления их сопротивляемости внешним шокам, прежде всего давлению, оказываемому крупномасштабными международными перемещениями капиталов, во-первых, усовершенствуют инструментарий своих политик, включая страновые системы фискального регулирования и макропруденциальные меры; во-вторых, не будут допускать возникновения чрезмерной величины финансового рычага, которая ухудшала бы состояние балансовых счетов (например, путем содействия долгосрочному финансированию посредством выпуска акций или использования финансовых инструментов, обеспечивающих разделение рисков с частным сектором и одних стран с другими); в-третьих, используют критически важные меры, направленные на обеспечение равномерного распределения бремени регулирования экономических процессов между странами (например, избыток или дефицит счета текущих операций, приток или отток капитала).

(2) Всестороннее межгосударственное сотрудничество, призванное оказывать воздействие на состояние глобальной стабильности. По мнению авторов Доклада, главным побудительным мотивом для постановки данной цепи является вовлечение все большего числа стран в процесс мирохозяйственной интеграции, которая продолжает при этом углубляться и усложняться. Наряду с элементами благоприятного влияния на экономику это обстоятельство приводит к возникновению негативных вторичных эффектов и форсированию более синхронизированных финансовых циклов^[31].

В Докладе красной нитью проходит мысль о том, что вследствие указанных обстоятельств налаживание глобальною сотрудничества стран мира становится критически важным для обеспечения эффективного функционирования МВС. Это требует принятия странами обязательств учитывать последствия осуществляемых ими макроэкономических политик для остального мира, в первую очередь более тесного сотрудничества в области управления потоками капитала и финансового регулирования.

(3) Дальнейшее расширение и совершенствование глобальной сети финансовой безопасности. Важность этого механизма увязывается с продолжающимся возрастанием рисков, которое, в свою очередь, находит объяснение в углублении интеграции мировой экономики.

Выбор вариантов дальней шей реформы может потребовать рассмотрения ряда аспектов финансовой поддержки стран в условиях возникновения негативных системных событий посредством обеспечения их международной ликвидностью, а также налаживания эффективного сотрудничества различных доноров ГСФБ с целью ограничения возможностей инфекционного заражения стран, выступающих в рели непричастных сторонних наблюдателей^[32].

До конца 2016 г. предполагается выработать консенсус стран - членов МВФ относительно проблем ГСФБ, деталью оценив ее издержки и выгоды. Намечается также определить, достаточны ли ресурсы Фонда для того, чтобы он мог эффективно играть «центральную роль» в этой системе и удовлетворять финансовые потребности стран в условиях меняющегося мира.

Осуществляемая реформа МВС увязывается с определенными подвижками в общих идеологических подходах к проблемам экономической политики и международных экономических отношений. В опубликованном в
июне 2016 г. интервью журналу «Обзор МВФ» главный экономист МВФ Морис Обстфельд на просьбу оценить статью в журнале «Финансы и развитие», которая задается вопросом «не переоценен ли неолиберализм», ответил следующим образом: «Я считаю, что неверно ставить вопрос о том, выступает ли Фонд за меры жесткой экономии или против них. Никто не хочет
неоправданных мер жесткой экономии. Мы ратуем за меры налогово-бюджетной политики, которые содействуют росту экономики и социальной справедливости в долгосрочной перспективе». В то же время подчеркивается, что вызванный шоком мирового финансового кризиса процесс переосмысления макроэкономической и финансовой политики в мировых экономических и политических кругах не изменил принципиальным образом суть подхода МВФ. По словам М. Обстфельда, этот подход «базируется на открытых и конкурентных рынках, солидных основах макроэкономической политики, финансовой стабильности и прочных институтах»^[33].

2.2 Вопросы введения единой мировой валюты

В условиях кризиса Бреттонвудской системы первоначально планировалось сделать СДР основой международного валютного механизма, то есть осуществить переход к «стандарту СДР» ^[34].

В связи с глобальным финансовым кризисом, проблема роли СДР стала объектом более интенсивных дискуссий в рамках международных форумов. Подход, инспирированный кейнсианской традицией, исходит из того, что логика глобализации хозяйственной деятельности не только не соответствует функционированию национальных валют в роли мировых денег, как утверждают сторонники либеральных подходов, но, напротив, в конечном счете, подрывает основы такого функционирования («дилемма Триффина»). Согласно этим представлениям, глобализация на микроэкономическом уровне непременно требует адекватных изменений в сфере макроэкономической политики, в том числе в области международных отношений. Поэтому потребность в образовании мировой валютной единицы, которая выполняла бы функцию универсального средства международных расчетов, имеет объективный характер и будет так или иначе давать о себе знать^[35].

Бывший директор-распорядитель Федеральной резервной системы США Пол Волкер в речи, произнесенной в Бангкоке в январе 2000 г., высказал такое суждение: «В сущности, если мы хотим иметь по-настоящему глобализированную экономику, то имела бы смысл единая мировая валюта. Это был бы мир, в котором цели экономического роста, эффективности и стабильности находятся в согласии друг с другом... Глубинные тенденции свидетельствуют о движении именно в этом направлении».

Старший советник Петерсоновского института в Вашингтоне Джон Уильямсон называет три фактора, которые, с его точки зрения, обосновывают необходимость осуществления реформы механизма СДР. Это: (1) более справедливое (между большим числом стран), чем при нынешней системе,
распределение возникающего при эмиссии резервных активов сеньоража; (2) возможность радикального разрешения глубинного противоречия МВС («дилемма Триффина»): в отличие от долларового стандарта, когда главным мировым заемщиком являются США и, соответственно, растущий спрос на резервную валюту чреват подрывом ее платежеспособности, при универсальной системе СДР в роли должника выступают все страны - члены МВФ, вследствие чего возникновение подобной ситуации практически исключается; (3) удовлетворение интересов являющегося главным соперником США Китая, который, испытывая очевидный дискомфорт от пребывания в зависимой от доллара США системе и не желая, чтобы юань рассматривался в качестве придатка доллара, все же не склонен видеть свою валюту и преемницей американской денежной единицы^[36].

В институциональном плане закрепление за СДР роли главного (в идеале единственного) резервного актива потребует образования, взамен существующего ныне евродолларового рынка, гибкого частного международного рынка, который создавал бы условия для осуществления компаниями операций по купле-продаже СДР и регулярного проведения монетарными властями на этом рынке валютных интервенций в СДР. Однако на практике ни одну из названных функций в сколько-нибудь значительных объемах СДР пока не выполняют.

Важным аспектом проблемы реформирования механизма СДР является определение методологии фиксации стоимости единицы СДР. После распада
Бреттонвудской системы в 1973 г. эта стоимость стала определяться на базе корзины валют. Она рассчитывается как совокупная средневзвешенная стоимость выраженных в долларах США определенных сумм каждой из валют корзины и устанавливается на основе обменных курсов, которые ежедневно котируются в полдень на Лондонской бирже.

Согласно методу оценки стоимости СДР, который действовал с 1978 г., структура валютной корзины пересматривается Исполнительным советом каждые пять лет или ранее, если МВФ приходит к выводу о том, что изменившиеся условия требуют более раннего пересмотра, с тем чтобы обеспечить отражение ею произошедших изменений относительного значения
включенных в корзину СДР валют в мировой торговой и финансовой системе.

С 2000 г. в корзину СДР были включены четыре валюты, а именно: доллар США, евро, фунт стерлингов и японская иена. Стало действовать правило, предусматривающее, что в корзину СДР могут быть включены только такие валюты, которые, во-первых, имеют наиболее высокую стоимость экс порта товаров и услуг за пятилетний период, закончившийся за 12 месяцев до фактической даты пересмотра, и, во-вторых, отнесены МВФ к категории «свободно используемых валют». Это требование было призвано обеспечить, чтобы при оценке стоимостной корзины СДР должным образом принималась в расчет возросшая значимость финансовых операций^[37].

30 ноября 2015 г. МВФ завершил очередной пересмотр метода оценки стоимости СДР. В центре работы по этому пересмотру находился вопрос относительно возможности включения в состав корзины СДР китайского юаня. Юань являлся до той поры единственной валютой, которая удовлетворяла критериям, относящимся к экспорту (Китай находился по этому показателю на третьей позиции среди крупнейших стран-экспортеров), но при этом не входила в состав корзины СДР. Поэтому очередной пересмотр оценки стоимости СДР был сосредоточен на определении того, удовлетворяет ли юань
критерию «свободно используемой валюты».

В данном контексте была принята новая формула для расчета весов валют в корзине СДР. При этом МВФ пошел по пути увеличения доли финансовых переменных по сравнению с относящимися к экспорту показателями, расширения охвата этих переменных и включения операций частного сектора, а также установления фиксированных равных весов для экспорта эмитента валюты, с одной стороны, и сводного финансового показателя - с другой. Последний в равных долях включает: суммарную величину официальных резервов, которые выражены в соответствующей валюте государства - члена Фонда (или валютного союза) и которые хранятся другими органами денежно-кредитного регулирования, не являющимися эмитентами данной валюты; оборот валютного рынка в данной валюте; сумму непогашенных международных банковских обязательств и международных долговых ценных бумаг, выраженных в этой валюте^[38].