Файл: Skachat_Sitkovskaya_O_D___Psikhologia_svidetelskikh_pokazaniy.doc

При допросе детей и подростков очень важно, прежде чем ставить перед ними вопросы, относящиеся к делу, установление взаимопонимания и контакта с ними. Если следователь хочет получить от ребенка или подростка достоверные показания, он с самого начала должен расположить его к себе и внушить доверие. Желательно стремиться к тому, чтобы ребенок не волновался, не робел при допросе.

Можно рекомендовать допрос детей дошкольного возраста начинать с разговора на интересующую ребенка тему или даже с совместной игры. Игра создает у ребенка ощущение общности интересов, вызывает симпатию и устраняет страх, робость, которую ребенок нередко чувствует к незнакомому человеку. Конечно, тактика допроса детей дошкольного возраста очень сложна, так как показания в виде свободного рассказа от них редко удается получить, им необходимо задавать точно продуманные взвешенные не наводящие вопросы, чередуемые с отдыхом.

От детей младшего школьного возраста можно получить показания в виде свободного рассказа об обстоятельствах дела. Однако необходимо учитывать, что свободный рассказ ребенка не следует прерывать замечаниями, так как он может потерять нить рассказа и замолчать, не дать дальнейших показаний. Допрос всегда нужно начинать с беседы, незаметно переходящей в рассказ об интересующих следствие событиях.

Учитывая повышенную внушаемость несовершеннолетних и малолетних, от следователя требуется особенно тщательная формулировка вопросов. Важно не выделять из числа других наиболее существенные и интересующие следствие вопросы, не показывать заинтересованность в получении ответа на них. Постановка отдельных вопросов может быть поручена педагогу (законному представителю), в присутствии следователя.

Поскольку дети легко поддаются внешним влияниям и могут воспроизводить то, что они где-то и от кого-то слышали (утверждая, что видели и слышали это сами), для правильной оценки показаний в процессе допроса необходимо выяснить, кому несовершеннолетний рассказывал о фактах и событиях, по поводу которых он допрашивается, беседовал ли он на эту тему с членами семьи, товарищами. При оценке показаний малолетнего существенное значение имеют данные о том, обсуждались ли ранее взрослыми в его присутствии факты, которые в последствии стали предметом допроса; не расспрашивали ли его другие лица по поводу этих обстоятельств, не подсказывали ли ему ответов, и что он рассказал сам.

«В повторных показаниях нередко наблюдается явление, именуемое «репродукцией воспроизведения». Речь идет о том, что свидетель иногда воспроизводит не первичную информацию, не то, что он в свое время воспринял, а свои суждения, высказанные на первом допросе, свои первоначальные показания. Зная о необходимости в дальнейшем повторить показания, допрашиваемый старается не забыть сказанного. При этом действительное событие отодвигается на задний план. Чтобы отделить повторное воспоминание о событии, факте от того, как он вспоминался и описывался в первых показаниях, прибегают к допросу «в разбивку» или в последовательности, обратной первоначальному описанию, и другим подобным приемам.

Некоторые свидетели даже стремятся заучить то, что говорилось на предыдущих допросах… О стремлении свидетеля сохранить прошлые показания неизменными говорят текстуальные повторения, нежелание выйти за рамки сказанного, осветить обстоятельства, которые не затрагивались на первом допросе».¹

Если на допросе несовершеннолетний слово в слово воспроизводит предыдущие показания, нужно проверить, не научил ли его этому кто-либо из заинтересованных лиц. Гладкость, заученность показаний, употребление не свойственных данному возрасту оборотов, противоречивость сведений, сообщенных при свободном рассказе и при ответах на вопросы, могут свидетельствовать о том, что показания даются под чьим-то влиянием.

В случае упорного отказа давать показания необходимо выяснить причины этого. Часто несовершеннолетний свидетель боится дать правдивые показания и тем самым уличить преступников, выявить организаторов преступления, так как боится мести, расправы.

Запись показаний малолетних и несовершеннолетних в протокол допроса должна сохранять все своеобразие детской речи и все индивидуальные особенности его рассказа. «При допросе несовершеннолетнего… не следует излагать сообщаемые им сведения своими словами, необходимо, насколько это возможно, фиксировать те обороты речи, которые употреблял он сам. Соблюдение данного правила позволит получать информацию не только о преступлении, но и об уровне развития свидетеля. Эти данные позволят правильно оценить его показания».¹

Несовершеннолетние относительно быстро утомляются, у них рассеивается внимание, в связи с чем необходимы перерывы в допросе. Волнение, которое испытывает в принципе каждый в момент показания, служит причиной разнообразных ошибок. Избежать их можно, только принимая во внимание особенности эмоционального состояния лица, дающего показания. По делам, по которым показания несовершеннолетних или малолетних свидетелей могут играть решающую роль, целесообразно получить консультацию у психолога, специализирующегося в области детской психологии об особенностях методики допроса и учета индивидуально-психологических особенностей психической деятельности допрашиваемого.

В подобных случаях специалисты-психологи могут оказать помощь при анализе сведений о личности свидетеля, в частности, на основе психологических данных более обоснованно разработать тактику допроса. Специфика допроса малолетнего и несовершеннолетнего заключается в том, что тактические приемы допроса должны строиться с учетом возрастных и индивидуальных особенностей психического развития ребенка-свидетеля. Необходимо учитывать особенности восприятия, памяти, воображения, повышенной внушаемости, склонности к фантазированию и пр. Богатый материал, накопленный в детской психологии по этим вопросам, может быть с успехом использован специалистом-психологом, участвующим в допросе малолетних для построения адекватной тактики допроса.

Общая стратегия оценки показаний свидетеля включает три последовательные этапа:

- установить способность правильно воспринимать факты и обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них правильные показания. Это предполагает оценку способности свидетеля к неискаженному и по возможности полному восприятию и сохранению в памяти пережитых событий и достаточно правильному воспроизведению того, о чем он вспоминает в момент допроса;

- изучить особенности личности свидетеля, склонности к внушаемости, фантазированию и пр.;

- оценить содержание показания и проверить, насколько оно свободно от внутренних противоречий и в какой степени связано с жизненным опытом и другими доказательствами, имеющимися по делу.

При оценке свидетельских показаний надо установить, имеются ли у свидетеля причины для сообщения неверных сведений, сокрытия информации, учесть те объективные и субъективные факторы, которые могли отразиться на их правдивости и точности.

Нельзя судить о правдивости или ложности показаний несовершеннолетнего только на основании своих личных впечатлений. Они могут быть обманчивы.

Правильно воспринять события может и плохой наблюдатель, лживый человек мог сказать правду, неуверенный тон при даче показаний может быть связан с повышенным осознанием ответственности и т.д. Показания могут казаться следователю искренними, правдивыми, а при проверке оказаться плодом фантазии, сплошной выдумкой или ложью по наущению взрослых. Имеют место случаи, когда показания, которые следователь считал ложными, подтверждаются в судебном заседании. И наоборот, бывают ситуации, когда суд вначале оценивший показания как сомнительные, приходит в результате их проверки на судебном заседании к выводу об их достоверности.

Свидетели могут лгать или скрывать истину из-за «личной выгоды, из хвастовства, из желания угодить допрашивающему и еще из многих других побуждений. Установив в этих случаях ложь или неискренность свидетеля, надо стараться выяснить, по каким побуждениям он так поступает, оценить его личность и понять его психику, а затем соответствующим образом на него воздействовать».¹

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

При расследовании и судебном разбирательстве уголовных дел все более широкое применение находят знания, накопленные в различных областях науки и техники. Не является исключением в этом отношении и психология, тем более что осуществление судопроизводства не возможно без решения множества вопросов психологического содержания.

Психологические знания могут использоваться практическими работниками в форме специальных познаний, применение которых строго регламентировано уголовно-процессуальным законом, или сведений, имеющих психологическую природу, но адаптированных юриспруденцией и входящих в комплекс профессиональных знаний юристов. Кроме того, психологические знания, преимущественно вспомогательного характера, могут быть получены внепроцессуальным путем в виде консультаций.

Решение возникающих по уголовным делам вопросов психологического содержания на уровне современного научного знания, расширение сферы применения данных психологии в уголовном процессе может способствовать всестороннему и полному расследованию преступлений, установлению объективной истины по уголовным делам.

Проблема оценки свидетельских показаний, использования с этой целью психологических познаний занимает особое место в юридической психологии. Именно обращение к ней ряда психологов еще в начале прошлого века привело к возникновению нового направления психологической науки, связанного с разработкой проблем, пограничных между психологией и правом. Уже тогда эти работы заметили и многие юристы. Так А.Ф.Кони называл свидетельские показания главным и основным доказательством по делу. Он вслед за психологами пытался анализировать некоторые психологические аспекты дачи показаний свидетелями, указывал на то, что изучение психологии свидетеля представляет значительную сложность для следователя, судьи, поскольку фаты психической жизни трудны для установления, не имеют однозначного и ясного внешнего выражения.

Тем не менее в силу определенных причин эти исследования до сих пор не нашли своего полноценного продолжения. Поэтому задача, которую мы ставили перед собой в этой работе – проанализировать психологические особенности свидетелей и подходы к оценке их показаний. А также разработать рекомендации для практических работников по применению специальных психологических познаний в форме психологической экспертизы, консультации в случаях необходимости решения вопроса о способности лица правильно воспринимать имеющие для дела обстоятельства и давать о них показания.

Под этим углом зрения в пособии рассмотрены психологические особенности свидетеля и те факторы, от которых зависит его способность давать показания. Второй круг вопросов связан с использованием специальных психологических познаний для решения вопроса о принципиальной способности свидетеля, с учетом индивидуально-психологических и возрастных особенностей, уровня психического развития, правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них правильные показания.

Большое внимание в пособии уделено оценке самих показаний с точки зрения выявления в них признаков психологической достоверности (недостоверности). В работе предлагаются критерии, позволяющие с высокой долей вероятности оценивать показания свидетелей (в первую очередь несовершеннолетних) с этой точки зрения, выявлены признаки ложных показаний, которые могут быть использованы специалистами психологами при проведении экспертиз или дачи консультаций по уголовному делу. И хотя первый практический опыт уже имеется, это направление экспертных исследований находится еще в самом начале своего развития.

Автор надеется, что настоящая работа будет полезна работникам правоохранительных органов при решении возникающих на практике сложных вопросов психологического содержания.