Файл: Состав, структура, и организация деятельности Конституционного Суда Российской Федерации (Общетеоретическая характеристика судебной системы рф. Конституционный суд).pdf

На сегодняшний день обилие средств и методов работы с информацией может создать опасность нарушения гражданами, как федерального законодательства, так и локальных нормативных правовых актов. В частности, в Конституционный Суд РФ обратился гражданин А.И. Сушков, который в феврале 2014 г. заключил трудовой договор о замещении должности заместителя начальника департамента по договорно-правовой работе, а с 4 июля 2014 года был переведен на должность директора этого департамента. При вступлении в должность А.И. Сушков был ознакомлен с Положением об обеспечении режима конфиденциальности информации, Положением о защите персональных данных работников и Политикой информационной безопасности работодателя, которая предусматривала использование электронной почты и сети Интернет непосредственно для реализации служебных обязанностей.

При этом служебная информация должна была сохраняться исключительно на корпоративных электронных адресах компании. Между тем в ходе проверки было установлено, что А. И. Сушков периодически пересылал на свой личный адрес электронной почты служебные и локальные нормативные документы, относящиеся к служебной (конфиденциальной) информации, а также персональные данные сотрудников, пересылка которых была расценена работодателем как разглашение охраняемой законом тайны. По результатам служебной проверки А. И. Сушков был уволен, после чего обратился в Конституционный суд с жалобой на нарушение оспариваемым законоположением своих прав, гарантированных статьями 19 (часть 1), 23 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, которое усматривал в по смыслу, придаваемому ему правоприменительнойтом, что это законоположение предоставляет лицу, оказывающему услуги электронной почты, право разрешать или ограничивать доступ к информации, содержащейся в получаемых или отправляемых абонентами электронных сообщениях.

В своем Постановлении от 26.10.2017 N 25-П^[29] определяющий обладателя информации как лицо, самостоятельно создавшее информацию, либо получившее на основании закона или договора право разрешать или ограничивать доступ к информации, определяемой по каким-либо признакам, не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку данное законоположение по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования:

- не может рассматриваться как наделяющее правообладателя интернет-сервиса, с помощью которого осуществляются передача электронных сообщений и хранение информации, статусом обладателя информации в отношении сведений, содержащихся в сообщениях, получаемых или отправляемых пользователями по электронной почте, или в отношении информации, которую пользователи хранят с помощью данного интернет-сервиса.

Таким образом, граждане иногда недостаточно добросовестно относятся к работе со служебной информацией, несмотря на подписание локальных нормативных правовых актов, предназначенных для охраны служебной и коммерческой тайны. Зачастую сотрудник не видит ничего противозаконного в пересылке информации на свой личный электронный почтовый ящик, не учитывая, что в нем она может быть подвержена различным информационным угрозам, воздействию компьютерных вирусов, атакам хакеров и т. д.

Иное дело, если подобная пересылка производилась умышленно с целью действительно нанести определенный ущерб компании или из корыстных побуждений. Тогда подобное деяние влечет наступление юридической ответственности, устанавливаемой актами трудового законодательства и законодательства о государственной и муниципальной службе).

При этом Конституционный Суд РФ указываетсоответствующими законодательными актами (в частности, применительно к дисциплинарной ответственности на то, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями. Применение разных видов юридической ответственности требует обязательного согласования с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами, как субъектами ответственности.

Существование современного демократического государства сегодня невозможно представить без механизма разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, закрепленного в ст. 10 Конституции РФ.^[30] Однако невозможно не согласиться с тем¸ что сегодня средства массовой информации приобрели столь значительное влияние на общество, что иногда даже сравниваются с «четвертой» властью.

Деятельность средств массовой информации регулируется Законом РФ «О средствах массовой информации». Толкование норм этого закона приводит к обращению в Конституционный Суд РФ.

Так, гражданин Ю.И. Петров, осужденный к пожизненному лишению свободы за совершение преступления, предусмотренного пунктами "а", "ж" части второй статьи 105 УК Российской Федерации (убийство двух или более лиц, совершенное группой лиц), обратился в Конституционный Суд РФ с просьбой признать противоречащими Конституции РФ статью 4 "Недопустимость злоупотребления свободой массовой информации", статью 19 "Статус редакции" и статью 49 "Обязанности журналиста" Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2124-I "О средствах массовой информации". Ю.И. Петров отметил что, по его мнению, оспариваемые им статьи закона могут позволить СМИ распространить без его согласия не соответствующие действительности сведения о его личной жизни в период обжалования не вступившего в законную силу приговора суда, что противоречит 19, 21, 22 (часть 1), 23 (часть 1), 24 (часть 1), 27 (частьстатьям 2, 4, 15 (части 1 и 4), 17 1), 38 (часть 1), 41 (часть 3), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 49, 50 (часть 2), 53, 55, 118 и 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации. В данном случае Конституционный Суд РФ отклонил рассмотрение жалобы как не отвечающей требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".^[31]

Многим гражданам и некоторым юридическим лицам, очевидно, не хватает аккуратности при работе с персональными данными, особенно в случаях, когда персональные данные размещаются в сети Интернет. Отмечаются случаи как прямого нарушения ФЗ «О персональных данных», когда умышленно (иногда за денежное вознаграждение) субъекты получают доступ к персональным данным с целью агрессивной рекламы своих услуг или иных корыстных соображений, так и легкомысленного отношения к размещению персональных данных на электронных ресурсах, в том числе ресурсах массовой информации.

Таким образом, стоит сделать вывод о том, что практически все защищаемые Конституцией РФ права человека и гражданина в первой четверти двадцать первого века приобретают виртуальную форму. Поэтому, несмотря на то, что вопросы реализации конституционных прав граждан в виртуальном пространстве решаются в отраслевом (трудовом, гражданском, уголовном) законодательстве, в скором времени может потребоваться изменить и сам текст Конституции Российской Федерации, добавив туда положения о единстве информационного пространства, охране тайны переписки в сети Интернет, право на свободный доступ информации к сети Интернет.

2.3 Роль практики конституционных (уставных) судов субъектов РФ в защите прав и свобод человека и гражданина

Реализация государством заявленных конституционных целей не предполагает, однако, полного и единовременного искоренения всех социальных конфликтов и разногласий, поскольку социальная сфера жизни общества основана на множестве сложных взаимосвязей между субъектами, интересы которых нередко не совпадают.

К числу таких субъектов относятся не только граждане (личности) и Российская Федерация в целом, но и отдельные ее органы, регионы, муниципальные образования, коммерческие организации и т.д. Многогранность социальных связей обусловлена также значительным влиянием на них экономических факторов и частных интересов, отчего нередко социальные и экономические права, закрепленные в отечественном законодательстве, объединяют в одну группу, именуемую социально-экономическими правами.^[32]

В Российской Федерации наиболее действенным способом защиты традиционно считается судебная защита, которая в настоящее время обеспечивается посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства, а также допускает возможность обращения в международные органы. В рамках настоящей статьи особое внимание хотелось бы обратить на роль конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации в защите и развитии социальных прав человека и гражданина.

Несмотря на свою относительную малочисленность (в 16 субъектах России с общей численностью населения около 27 млн. человек) и нередко выражаемые по отношению к ним скептические и критические мнения, эти органы сумели внести весомый вклад в механизм судебной защиты социальных прав граждан. Более того, анализ деятельности конституционных (уставных) судов позволяет констатировать, что наибольшая часть всех поданных в них обращений касается именно социально-экономических вопросов, являющихся для граждан наиболее чувствительными.

Так в городе Москве подчеркнули, что «на протяжении всего периода работы Конституционного суда... значительную долю обращений граждан составляли жалобы на нарушение конституционных прав и свобод нормативными актами, регулирующими вопросы социального обеспечения».^[33]

В своих решениях суды указывают на недопустимость ограничения социальных прав граждан, в частности их особых категорий: инвалидов, ветеранов труда и военных действий, многодетных семей, сирот и ряда других. В свою очередь, Уставным судом города Москвы было указано на недопустимость сужения правительством области круга ветеранов труда, имеющих право на получение ежемесячного пособия на проезд на всех видах городского пассажирского транспорта по территории Московской области на том основании, что они приобрели право на иные выплаты в соответствии с федеральным законодательством. Заявители указывали на нарушение своих социальных прав, и согласившийся с ними Суд признал постановление правительства вторгающимся в сферу законодательной власти и частично противоречащим областному Уставу.^[34]

В постановлении от 10.12.2013 № 4 Конституционный суд Республики Дагестан указал, что пробел в законодательстве этого субъекта Российской Федерации, связанный с не урегулированностью вопроса предоставления мер социальной поддержки медицинским работникам сельской местности, приводит к нарушению конституционных прав заявителя, поскольку Конституция Республики Дагестан предусматривает, что Республика Дагестан развивает систему социальной защиты и не допускает издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина.^[35]

Конституционный суд Республики Башкортостан, отказывая в удовлетворении жалоб заявителей о признании неконституционным п. 3 решения Уфимского городского Совета от 24.03.2005 «Об утверждении Правил содержания домашних животных в г. Уфе», тем не менее, выявил содержащиеся в нем неточности и пробелы по установлению дополнительной платы к владельцам собак, использующим при их выгуле объекты имущества многоквартирного дома. Суд указал, что порядок начисления и взимания дополнительной платы с владельцев собак не может быть единым для всех и должен зависеть от принадлежности объектов имущества, которыми они пользуются. В связи с этим в резолютивной части постановления городскому совету Уфы было предписано внести необходимые изменения в рассматриваемый акт.^[36]

Представляется, что данный пример наглядно свидетельствует об участии конституционных (уставных) судов в процессе структурирования и формулирования правовой нормы, иными словами - в правотворческом процессе их акты «выступают особыми (производными) источниками права, сфера и юридическая сила действия которых обусловлены толкуемыми нормами».

Анализируя деятельность конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации по защите социальных прав человека и гражданина, можно отметить, что она включает в себя два больших компонента, а именно:

1)  защиту социальных прав посредством отправления конституционного судопроизводства, предполагающую вынесение правоохранительного акта;

2)  защиту социальных прав посредством научно-просветительской деятельности судов и судей.

При этом анализ судебной практики показывает, насколько остро в рамках конституционного правосудия стоит вопрос достижения социальной справедливости, особенно при реализации гражданами своих прав на жилище и социальное обеспечение, закрепленных и гарантированных в нормативных правовых актах самого разного уровня.

В то же время следует отметить, что потенциал конституционных (уставных) судов многократно снижается в связи с отсутствием надлежащего общероссийского законодательного регулирования их деятельности. В силу ч. 1 и 3 ст. 27 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»^[37] конституционный (уставный) суд субъекта Российской Федерации может создаваться субъектом Российской Федерации и рассматривает отнесенные к его компетенции вопросы в порядке, установленном законом этого субъекта. Иными словами, учреждение конституционных (уставных) судов и гарантии их деятельности во многом зависят от политической воли тех органов государственной власти, акты и действия которых преимущественно и будут в них обжаловаться.