Файл: Овсепян История новейшей журналистики.doc

Противоречия между трудовым энтузиазмом масс и все на­раставшей волной беззакония в послевоенные годы требовали перемен, осуждения нарушений, допущенных в период культа личности Сталина. Уже в марте 1953 г. — буквально через две недели после его смерти — было прекращено следствие по так на­зываемому "делу врачей" — одному из самых позорных преступ­лений сталинской поры. 4 апреля 1953 г. в печати было опубли­ковано сообщение МВД СССР, в котором говорилось, что выдви­нутые обвинения против врачей были ложными. 6 апреля "Прав­да" выступила с передовой, в которой отмечалось, что впредь никто не посмеет нарушать советские законы, фальсифицировать следствие. Виновные в фабрикации "дела врачей" были привле­чены к уголовной ответственности.

10 апреля 1953 г. прекращается так называемое "мингрельс­кое дело" о якобы действовавшей в Грузии националистической организации. Было прекращено дело по обвинению во враждеб­ной деятельности Еврейского антифашистского комитета. Сооб­щения такого характера в печати носили информационный ха­рактер и не содержали комментариев.

После ареста Л. Берия и его сообщников стали известны мно­гие факты грубейших нарушений законности, злоупотреблений властью, произвола и репрессий против честных советских людей. Была реабилитирована группа видных деятелей партии и Советского государства, проходивших по так называемому "ле­нинградскому делу"[14]. В мае 1954 г. начался процесс над теми, кто сфабриковал "ленинградское дело". Это были работники органов государственной безопасности, непосредственно винов­ные в истязаниях и репрессиях безвинных людей.

С 15 до 20 декабря 1954 г. "Правда" и другие газеты расска­зывали о том, что в ленинградском окружном Доме офицеров, где ранее проходил суд над "центральной группой" по "ленин­градскому делу", на скамье подсудимых оказались бывшие руко­водящие работники Министерства госбезопасности СССР Аба­кумов, Леонов, Лихачев, Комаров, Чернов, Броверман. За тяж­кие преступления перед народом Абакумов, Леонов, Комаров, Лихачев были приговорены к высшей мере наказания.

Печать сообщала и о других процессах над лицами, виновны­ми в злостных нарушениях законности.

В 1953—1955 гг. были пересмотрены основные политические "дела" послевоенного времени, связанные с незаконными реп­рессиями сталинского режима. Однако на пересмотр политичес­ких процессов 30-х гг. Н. Хрущев не решался. Вместе с тем в от­дельных, персональных случаях реабилитация коснулась и осуж­денных по политическим процессам 30-х гг.: Косиора, Чубаря, Постышева, Рудзутака, Косарева, Гамарника, Эйхе и др. Но по­зиция советской журналистики, официальной пропаганды оста­валась неизменной. Они по-прежнему сохраняли миф о вожде народов, великом продолжателе дела Ленина. В декабре 1954 г. отмечалось 75-летие И. Сталина. Многие газеты к этой дате от­крыли специальные рубрики, под которыми появились статьи: "И.В. Сталин — выдающийся теоретик марксизма", "Сталин — великий продолжатель дела Ленина" и др.

Создавалась крайне противоречивая ситуация не только в об­щественной жизни. В радикальных переменах нуждалась эконо­мика. В августе 1953 г. наметились новые направления эконо­мической политики государства. Предлагалось на базе достигну­тых успехов в развитии тяжелой индустрии организовать значи­тельное увеличение производства товаров народного потребле­ния, обратить особое внимание на сельское хозяйство, с тем чтобы вывести его из затяжного кризиса[15]. Предусматривалось с 1954 г. снизить сельхозналог в 2,5 раза, списать недоимки по сельхозналогу за прошлые годы, увеличить приусадебные хозяй­ства колхозников и т. д. Провозглашенные комплексные меры для улучшения положения дел в сельском хозяйстве имели большой политический резонанс. Об этом убедительно свиде­тельствовала редакционная почта центральных и местных газет, особенно "Правды", "Известий", "Социалистического земледе­лия".

Осенью 1953 г. по инициативе Н. Хрущева, занявшего к тому времени пост первого секретаря ЦК КПСС, были приняты меры по оказанию материально-технической помощи сельскому хозяйству и усилению материальной заинтересованности колхо­зов и колхозников в результатах своего труда.

В течение весны, лета и осени 1953 г. на страницах "Правды", "Социалистического земледелия" и других газет шло обсужде­ние назревших проблем сельскохозяйственного производства.

Появление в "Правде" и журнале "Новый мир" острых пуб­лицистических выступлений В. Овечкина явилось началом но­вого этапа глубокого и правдивого отображения колхозной жиз­ни. Овечкин первым из публицистов заговорил о наболевших вопросах колхозной деревни, в частности о вреде партийного руководства сельским хозяйством, подменявшего руководителей хозяйств и специалистов. Очерки Овечкина "Районные будни", "В том же районе", "Борзов и Мартынов", "На переднем крае", "Своими руками", "Два костра" обратили на себя внимание не только высоким мастерством, но главное — показом жизни без всякого затушевывания недостатков[16].

С большим интересом встретила читательская аудитория и очерк А. Калинина "На среднем уровне", опубликованный в "Правде" и раскрывавший инертность и склонность к перестра­ховке руководителей районного масштаба[17]. Сельской проблема­тике посвящали свои очерки и статьи А. Колосов[18], И. Рябов[19], Г. Троепольский[20], В. Тендряков[21], В. Величко и др.

Среди мер, призванных поднять уровень производства зерна, важное место должно было занять использование пустовавших пахотных угодий. Движение за освоение целинных и залежных земель нашло широкое отражение в советской журналистике 50-х гг.

"Комсомольская правда" в течение полугода публиковала се­рию целевых полос, посвященных молодым целинникам — участникам патриотического движения молодежи за освоение целины. В ноябре 1954 г. "Правда" поместила очерк И. Шухова "Покорители целины". Его герои — "люди одной судьбы", ко­торые в близких к фронтовой жизни условиях "перешли... в раз­вернутое наступление на целину во всех 93 новых зерновых сов­хозах Казахстана"[22].

Газеты печатали письма новоселов, рассказывали об их тру­довом порыве, о трудностях освоения целины. Практически во всех центральных газетах и изданиях районов освоения целин­ных земель стали постоянными такие рубрики и подборки: "Письма новоселов", "На целинных землях" и др. И снова пресса обошла стороной вопросы экологии.

В период освоения целины возродились многие формы мас­совой работы редакций газет 30-х гг., и в первую очередь выездные редакции. Они выпускали не только представляемую ими газету на целине: "Комсомольская правда" на целине", "Прав­да" на целине" и т.д. Выездные редакции газет республик Сред­ней Азии и Казахстана готовили обменные полосы и объеди­ненные номера. В 1958—1959 гг. регулярно стали выходить целе­вые номера с единой целинной проблематикой. Они создавались творческими усилиями редакций пяти республиканских газет: "Казахстанской правды", "Правды Востока", "Советской Кир­гизии", "Туркменской искры", "Коммуниста Таджикистана".

В декабре 1947 г. редакция газеты "Труд" положила начало новой форме массовой работы — "стахановским вторникам". Проводились они редакцией совместно с отраслевыми профсо­юзами и министерствами и преследовали цель распространения передового опыта в различных отраслях промышленности. "Ста­хановские вторники" регулярно проводились в дальнейшем и другими редакциями: николаевской областной газеты "Бугская заря", ростовской областной газеты "Молот" и др.

Стремясь использовать различные формы работы с массами, редакции часто приглашали рабочих и сельских корреспонден­тов принять участие в общественных рейдах. Материалы рейдо­вых бригад "Ленинградской правды", "Уральского рабочего", "Горьковской коммуны", "Советской Киргизии" и многих дру­гих газет касались важнейших вопросов организации производ­ственных процессов на заводах машиностроительной и металло­обрабатывающей промышленности, экономии сырья, материа­лов, бережного расходования электроэнергии, вскрывали серьез­ные упущения в работе трудовых коллективов.

Среди вопросов, повседневно освещавшихся в прессе после­военного десятилетия, неизменной оставалась международная проблематика. В первую очередь это были циклы статей, посвя­щенные показу всемирно-исторического значения разгрома гит­леровской Германии и фашизма.

Главные немецкие военные преступники предстали перед су­дом. Судебный процесс, проходивший в Нюрнберге десять ме­сяцев — с 20 ноября 1945 по 1 октября 1946 г., — широко осве­щался всей советской прессой. Кроме официальных сообщений центральные газеты публиковали репортажи, статьи из зала суда, памфлеты, карикатуры. "Правда" ввела постоянную руб­рику "На Нюрнбергском процессе. Их портреты", опубликовала статьи Вс. Вишневского, Л. Леонова, Е. Кононенко и других пуб­лицистов. В "Красной звезде" Нюрнбергский процесс освещали П. Трояновский, К. Симонов, Ю. Корольков, художник-сатирик Б. Ефимов, карикатуры которого часто появлялись в газетах.

Вскоре после окончания второй мировой войны зародилось Движение сторонников мира. С 1948 г. центральные советские издания публиковали подробные отчеты о всемирных конгрессах и всемирных конференциях, всесоюзных конференциях бор­цов за мир, кампаниях в защиту мира. В печати были опублико­ваны "Воззвание Конгресса народов в защиту мира", итоги сбо­ра подписей под стокгольмским "Воззванием о защите мира" и другие документы.

20 сентября 1947 г. М. Шолохов, А. Фадеев и другие писатели опубликовали открытое письмо "С кем вы, американские масте­ра культуры?", в котором звучал призыв предотвратить угрозу термоядерной войны, стать глашатаями идей мира, не допустить распространения милитаристских идей.

Публицистические статьи в защиту мира, принадлежавшие перу И. Эренбурга[23], Л. Леонова, Б. Горбатова, К. Симонова и других советских писателей, публиковались в "Правде", "Извес­тиях" и других газетах.

Проблематика отделов международной жизни центральных и местных газет второй половины 40-х — середины 50-х гг. тесно связана с процессами, происходившими в жизни многих госу­дарств различных континентов в послевоенную пору. Циклы различных по своим жанрам материалов рассказывали о созда­нии Восточно-европейских социалистических стран, Корейской Народно-Демократической Республики, Демократической Рес­публики Вьетнам, Китайской Народной Республики. В газетных публикациях раскрывался агрессивный характер военных блоков стран Западной Европы и Америки, военных действий амери­канских войск во Вьетнаме. Большое место на страницах газет отводилось сообщениям о создании Варшавского договора СССР и его союзников и т. д.

Советская журналистика отстаивала ортодоксальные позиции марксистско-ленинской теории в международном коммунисти­ческом и рабочем движении. Она выступала с разоблачительной критикой югославской, итальянской компартий, компартии Ве­ликобритании, обвиняя их в ревизионизме за попытку переос­мысления отдельных положений теории научного коммунизма в условиях новых тенденций общественно-политической и эконо­мической жизни этих стран, ставшей реальностью после второй мировой войны.

Разгром фашистской Германии привел к дальнейшему рас­слоению русской эмиграции. В широком спектре изданий раз­личных партий и общественных течений в первые послевоенные годы появились газеты и журналы с явно выраженной антисо­ветской направленностью, непримиримостью к тоталитарному режиму Сталина. Среди них издания "Союза борьбы за свободу России", газеты "Российский демократ", "Возрождение", жур­нал "Часовой", печатный орган анархистов "Дело труда", газета кавказских сепаратистов "Прометей", эсеровский журнал "За свободу" и др. Главная проблематика их выступлений связана с разоблачениями диктаторского режима Сталина, чудовищных притеснений и насилий, чинимых советскими властными струк­турами. Газеты и журналы сообщали о том, что страх перед пре­следованиями и репрессиями на Родине гонит подальше от ее границ сотни тысяч советских граждан, оказавшихся вне преде­лов своей страны. Это были военнопленные и рабочие, отправ­ленные фашистскими оккупационными властями на работу в Германию. Многие из них, чтобы сохранить жизнь и не ока­заться в лагерях ГУЛАГа, любыми путями покидали Европу. Так появилась послевоенная эмиграция, пополнившая русскую ди­аспору в США, Аргентине и других странах.

В печати русского зарубежья было немало общественно-по­литических и литературных журналов, в полную меру заявивших о себе в последующие годы: "Посев", "Грани", "Возрождение", "Жар-птица", "Встреча" и др.

В эмигрантской журналистике конца 40-х — середины 50-х гг. большим влиянием пользовалась парижская демократическая газета "Русская мысль". На ее страницах находили отражение важнейшие проблемы послевоенного устройства Европы, меж­дународной жизни. Первая полоса всегда посвящалась событи­ям, происходившим в Советском Союзе и их воздействию на образование стран — сателлитов СССР. Постоянной оставалась тема развенчания культа личности Сталина и его последствий во всех сферах жизни советского общества.

6 марта 1953 г. газета сообщила о смерти Сталина, многозна­чительно подчеркивая: "Корабль потерял ход. С исчезновением Сталина возрастают шансы скорого падения режима". Спустя несколько дней газета опубликовала передовую "Умер Ста­лин"[24], главный акцент в которой сделан не на возможных в СССР переменах", а на личности Сталина, "величайшего пре­ступника, жертвы которого исчисляются миллионами".

В "Русской мысли" были постоянные рубрики и отделы: "Обзоры советской прессы", "Что происходит в России", "Меж­дународная неделя", "Литература и искусство", "Театр и музы­ка" и др.

Из периодики русского зарубежья первого послевоенного де­сятилетия особенно обращал на себя внимание выходивший в Париже журнал "Возрождение". Рассчитанный на читателя-ин­теллигента Советской России и эмиграции, он апеллировал к нему в надежде на его прозрение, призывая к решительным действиям, духовному возрождению.

В 1950 г. редактором журнала стал видный историк и публи­цист С. Мельгунов[25]. Это способствовало усилению обществен­но-политической направленности публицистики журнала. Од­ним из впечатляющих выступлений "Возрождения" явилась статья "Страшное безмолвие России", посвященная раскрытию всевластия Политбюро ЦК ВКП(б), его "угрожающим интона­циям" в "разговоре" с внешним миром.

В проблематике журнала выделялась тема второй мировой войны и осознания ее уроков. Публицисты "Возрождения" рас­сказывали читателям об истинных героях в войне с фашистской Германией — простых людях огромной страны, "защищавших не партию и Сталина, а свою Отчизну от врага".

Большой интерес в эмигрантских кругах в послевоенные годы вызывал "Новый журнал", основанный еще в 1942 г. в Нью-Йорке М. Алдановым и М. Цетлиным[26]. Публицистические выступления издания имели четко выраженную направленность — критику и развенчание мифов о величии большевизма, советской демократии, о счастливой жизни народов Советского Союза. Постоянными в журнале были отделы "Художественная проза", "Литература и искусство", "Воспоминания и документы", "Па­мяти ушедших" и др. С художественными произведениями, пуб­лицистическими и литературно-критическими статьями высту­пали известные литераторы и философы, такие как М. Алданов, Н. Бердяев, М. Вишняк, Р. Гуль, И. Одоевцева и др.

Общественно-политические и литературные издания русско­го зарубежья первого послевоенного десятилетия свято чтили ге­роический подвиг миллионов простых советских людей, защитив­ших Отчизну от посягательств фашистской Германии. Газета "Русская мысль", журналы "Возрождение", "Российская незави­симость" и другие не только значительное место отводили разоб­лачениям тоталитаризма в СССР, но и вскрывали причины, сде­лавшие неизбежной новую послевоенную российскую эмиграцию.

Советская журналистика, отстаивая марксистско-ленинскую идеологию выступая против любых проявлений инакомыслия, обвиняла в антисоветизме печать русского зарубежья. Тон в раз­облачительных выступлениях центральной и местной прессы за­давали партийные издания. Их редакции не допускали, чтобы суждения, противоречащие официальной точке зрения о поло­жении дел в западном мире, в том числе о жизни русского зару­бежья, проникали на страницы советских газет и журналов. Не­преодолимые барьеры на пути продвижения многообразной ин­формации из-за рубежа ставила политическая цензура советско­го государства. Ее штатные сотрудники осуществляли досмотр всех без исключения газет и журналов, всех печатных изданий, выходивших в стране. Любое слово или фраза, вызывавшие у цензора малейшие сомнения или подозрения, вычеркивались. Без визы цензора издание не могло увидеть света. Политическая цензура бдительно несли свою службу и на радио, и на телеви­дении.

***

Сложившаяся к маю 1945 г. система печати в стране не отве­чала требованиям мирного времени. Возникла острая необходи­мость в перестройке прессы, дальнейшем ее развитии. Заметные изменения в структурах газетно-журнальной периодики, ТАСС, издательской системы[27], радио произошли уже в первые после­военные годы[28].

Все больше упрочивалось место телевидения в системе средств массовой информации. В середине декабря 1945 г. Московский телевизионный центр первым в Европе возобновил после войны регулярные передачи на довоенном стандарте четкости изобра­жения, а после своей реконструкции перешел на новый стан­дарт. Были построены новые телецентры в Ленинграде, Киеве, Свердловске[29].

К середине 50-х гг. в стране сформировалась система подго­товки журналистских кадров для печати, радио, а в дальнейшем и для телевидения. На базе отделений журналистики филологи­ческих факультетов Московского, Ленинградского и ряда других университетов были созданы факультеты журналистики[30]. Под­готовка журналистских кадров осуществлялась также в системе высшего партийного образования, в региональных и межреспуб­ликанских партийных школах.

В первые послевоенные годы главное внимание пресса уделя­ла задачам восстановления народного хозяйства, провозглашен­ным в планах четвертой пятилетки, возрождению из руин войны десятков тысяч городов и сел. К концу 40-х гг. довоенный уровень промышленного и сельскохозяйственного производства был превзойден. Средства массовой информации распространяли опыт передовиков в промышленности и сельском хозяйстве, под­держивали массы в их стремлении досрочно выполнить первую и вторую послевоенные пятилетки, освоить целинные и залеж­ные земли. В своей организаторской деятельности печать, радио и телевидение использовали многочисленные формы и методы работы, в творческой — обращались к различным жанрам.

В деятельности советской журналистики послевоенного деся­тилетия много позитивного. Вместе с тем, будучи целиком под­чиненной требованиям административно-командной системы, она стремилась во что бы то ни стало добиться выполнения ее директив. Такого рода действия центральной и местной печати стали причиной многих ошибок в ее работе, когда она любой Ценой добивалась реализации постановлений ЦК ВКП(б) по идеологическим вопросам, когда проводила кампанию по борьбе с космополитизмом, не смогла предусмотреть пагубных народно­хозяйственных и экологических последствий насильственного преобразования природы.

За реальными и мнимыми успехами выступавшие в прессе не видели серьезных упущений в руководстве отдельными отрасля­ми экономики, в частности сельского хозяйства. Это вело к тому, что в печати приукрашивалась действительность. Появле­ние в газете "Правда" острых публицистических выступлений В. Овечкина явилось началом нового этапа глубокого и правди­вого отображения колхозной жизни.

Публицистика послевоенного десятилетия представлена в со­ветской прессе портретными очерками Б. Галина, Б. Полевого[31], проблемными статьями А. Колосова, И. Рябова, В. Овечкина, В. Тендрякова, гражданской поэзией А. Твардовского[32], статьями-раздумьями Т. Тэсс, В. Фоменко[33], М. Шагинян и многих др.

В международной проблематике доминирующее место заняла борьба за мир, освещение тех социально-политических преобра­зований, которые произошли в странах Европы, Азии, Дальнего Востока во второй половине 40-х — середине 50-х гг. Необходи­мость повседневного освещения вопросов международной жизни вызвала потребность в расширении зарубежной корреспондент­ской сети ТАСС, центральных газет. На страницах "Правды", "Известий" и других центральных изданий регулярно публико­вались статьи на международные темы, международные обзоры журналистов Ю. Жукова, В. Маевского, Г. Рассадина, Д. Краминова.

[1] Печать СССР за 50 лет. Статистические очерки. М., 1967. С. 190.

[2] О журналах "Звезда" и "Ленинград" (Из постановления ЦК ВКП(б) от 14 августа 1946 г.) // О партийной и советской печати, радиовещании и телеви­дении. М., 1972. С. 258-262.

[3] Об опере "Великая дружба" В. Мурадели. Постановление ЦК ВКП(б). 10 февраля 1948 г. // О партийной и советской печати. М., 1954. С. 590—595.

[4] Об исправлении ошибок в оценке опер "Великая дружба", "Богдан Хмель­ницкий" и "От всего сердца". Постановление ЦК КПСС. 28 мая 1958 г. // Во­просы идеологической работы. Сборник документов. М., 1961. С. 87—88.

[5] Об отмене постановления ЦК ВКП(б) «О журналах "Звезда" и "Ленин­град"». Решение Политбюро ЦК КПСС // Правда. 1988. 21 окт.

[6] Печать СССР за 50 лет. Статистические очерки. С. 142.

[7] Кузнецов И., Мишурис А. История партийной и советской журналистики. М., 1979. С. 87.

[8] О мероприятиях по развитию телевидения. Постановление Совнаркома СССР. Октябрь 1945 г. // Известия. 1945. 12 окт.

[9] Об организации ежедневных телевизионных передач в Москве и о создании Центральной студии телевидения. Постановление Совета Министров СССР. 22 марта 1951 г. // Глейзер М. Радио и телевидение в СССР. Даты и факты (1917-1986). М., 1989. С. 70.

[10] О мерах по дальнейшему развитию телевизионного вещания в СССР. Постановление Совета Министров СССР. 15 сентября 1955 г. // Глейзер М. Радио и телевидение в СССР. Даты и факты (1917—1986). С. 74.

[11] Эпоха газетной строкой. Правда 1917—1967. М., 1967. С. 271.

[12] Закон о пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства СССР на 1946—1950 годы. Принят Верховным Советом СССР. 18 марта 1946 г. М., 1946.

[13] Правда. 1946. 9 июня.

[14] Замарина Н. "Ленинградское дело" // Страницы истории КПСС. М., 1988. С. 473-478.

[15] Наше Отечество. Опыт политической истории: В 2 т. М., 1991. Т. 2. С. 446-478.

[16] Овечкин В. На переднем крае // Овечкин В. Избранные произведения: В 2 т. Т. 2. М., 1963. С. 42-77.

[17] Калинин А. Неумирающие корни. М., 1956.

[18] Колосов А. Как расцветала степь. М., 1955; Колосов А., Кузьменко С. Прокофий Нектов // Правда. 1951. 6, 8 и 11 сент.

[19] Рябов И. Голоса жизни. М., 1960.

[20] Троепольский Г. Прохор семнадцатый и другие. М., 1955.

[21] Тендряков В. Среди лесов. М., 1954.

[22] Шухов И. Покорители целины // Правда. 1954. 3 ноября.

[23] Эренбург И. Открытое письмо писателям Запада // Публицистика периода Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет. М., 1985. С. 438— 444.

[24] Русская мысль. 1953. 11 марта.

[25] Даниель А., Охотин Н. О С.П. Мельгунове и его книге // Мельгунов С.П. Красный террор в России. 1918-1923. М., 1990. С. 206.

[26] Материалы к сводному каталогу периодических и продолжающихся изда­ний Российского зарубежья в библиотеках Москвы (1917—1990 гг.). М., 1991. С. 50.

[27] Кузнецов И.В. Советская журналистика первых послевоенных пятилеток (1946-1958 гг.). М., 1984. С. 4-20.

[28] Основы радиожурналистики / Под ред. Э. Багирова и В. Ружникова. М., 1984. С. 26-30.

[29] Юровский А. Телевидение — поиски и решения. М., 1983. С. 41 — 102.

[30] О факультете журналистики в Московском государственном университете им. М.В. Ломоносова. Распоряжение Совета Министров СССР от 7 июня 1952 г. // О партийной и советской печати, радиовещании и телевидении. М., 1972. С. 286.

[31] Полевой Б. Современники. М., 1952.

[32] Твардовский А. В родных местах // Публицистика периода Великой Оте­чественной войны и первых послевоенных лет. М., 1985. С. 409—426.

[33] Фоменко В. Рассказы. М., 1954.

В 1956 г. был провозглашен новый курс партии. Пришедший к руководству КПСС Н.С. Хрущев задал импульс движению со­ветского общества к обновлению. Начался процесс перестройки политического сознания. Остро встала проблема преодоления сложившихся стереотипов в журналистике. "Оттепель" в общест­венно-политической жизни благотворно сказалась на системе СМИ. Новое появилось в ее характере, содержании, оформлении. Главными в работе СМИ становятся вопросы реального поло­жения дел в экономике, борьба с беззаконием, с последствиями культа личности в политической жизни.

К концу 50-х гг. отечественная журналистика претерпевает серьезные изменения. Но по-прежнему неизменным оставалось ее положение в системе административно-командного управле­ния. Журналистика, как и прежде, находилась в полной зависи­мости от нее.

Краткосрочность периода "оттепели" в общественно-полити­ческой жизни, неизменность положения журналистики как идео­логической структуры партийно-директивного аппарата стали причиной возврата к старому, сползания прессы на позиции под­держки волюнтаризма, содействия возрождению нового культа личности, затушевывания фактов, вызвавших в обществе застой­ные явления. Журналистика оставалась важнейшим средством манипулирования общественным мнением и КПСС не могла допустить ослабления ее влияния на массы. В течение 30 лет — со второй половины 50-х до середины 80-х гг. — средства массо­вой информации по-прежнему продолжали развиваться, их струк­тура претерпевала определенные изменения.

К середине 50-х гг. сила воздействия печати на массы замет­но ослабла. Объяснялось это не только догматическим, начетни­ческим характером газетно-журнальных публикаций, но и сложившимися шаблонами, стереотипами, заполонившими прессу. Кроме того, ощущалась все большая необходимость в дальней­шем развитии структуры журналистики.

ЦК КПСС содействовал возникновению новых центральных и местных изданий, новых видов прессы. В середине 50-х—60-х гг. вышли "Промышленно-экономическая газета", "Экономическая газета", "Экономическая жизнь", "Социалистическая индустрия", "Советская торговля", "Советская авиация", "Московские но­вости" на нескольких языках, республиканская газета "Советская Россия". Возрождая традиции 20-х гг., на Украине увидела свет "Рабочая газета" на украинском и русском языках. В стране га­зеты издавались на 57 языках[1].

"Советская Россия", вышедшая 1 июля 1956 г. как ежеднев­ный орган Бюро ЦК КПСС по РСФСР, сразу четко определила свою программу. В газете нашли отражение те новые тенденции в общественно-политической, экономической, социальной жиз­ни страны, которые возникли после XX съезда КПСС.

Соперничество с газетами, имевшими многолетний опыт об­щения с аудиторией, привело к удачным творческим находкам, формированию тематической и жанровой специфики "Советской России". С первых номеров внимание читателей привлекли раз­делы "Годы и люди", "Любовь моя, Россия", "С блокнотом по РСФСР", "Таланты России" и др. Впервые в центральной прессе появилось периодическое издание, в котором много места отво­дилось фотожурналистике с ее жанровым многообразием. Созда­ние сети собственных корреспондентов, частые встречи сотруд­ников редакции с авторами, собрания с их участием и отчеты газеты перед читателями настолько увеличили приток оператив­ной информация, что он обрел конкретные формы в виде под­борок и даже полос. Газета отказалась от традиционных редак­ционных статей, на смену которым пришли авторские передовые. Заметно изменился и общепринятый облик четвертой полосы: появились фотоэтюды и зарисовки, фоторепортажи о новых го­родах, материалы для семейного чтения. Постоянной стала на четвертой полосе рубрика "В субботний вечер".

"Советская Россия" повседневно освещала вопросы эконо­мики, печатая циклы выступлений, объединяя их рубриками: "Реформа: опыт и проблемы", "О людях хороших", "Хозяйство­вать по-новому" и др.

"Оттепель" второй половины 50-х гг. принесла серьезные пе­ремены в жизнь страны, наметила новые тенденции в общест­венных отношениях. "Советская Россия" отводила им специаль­ные подборки, полосы, циклы различных по своим жанрам ма­териалов.

В конце 1956 г. во многих областях РСФСР, Украины и дру­гих союзных республик начали выходить колхозные многоти­ражные газеты. В связи с реорганизацией системы хозяйствен­ного управления и связанным с этим разделением партийных органов в сельской местности в конце 50-х гг. возникли новые виды местной печати — межрайонные газеты, газеты колхозно-совхозных производственных управлений. Но просуществовали они недолго. Через полгода-год они вновь были преобразованы в районные газеты. К середине 60-х гг. их выходило в стране около 3 тыс., а тираж составил около 20 млн. экз. Увеличился формат районных газет, чаще стала их периодичность, укрепи­лась материально-техническая база, возрос профессиональный уровень и улучшилось техническое оформление.

Газетно-журнальный мир страны находился в постоянном развитии. Во второй половине 50-х и в 60-е гг. были созданы та­кие центральные журналы, как "Вопросы истории КПСС", "Партийная жизнь", "Агитатор", "Молодая гвардия", "Москва", "Ленинград", "Нева". После длительного перерыва возобновилось издание журнала "Рабоче-крестьянский корреспондент". В 1960 г. в стране насчитывалось около 4 тыс. журналов и различных изда­ний журнального типа с годовым тиражом свыше 770 млн. экз.[2]

В 1970 г. в СССР выходило 7250 газет, разовый тираж кото­рых составил около 140 млн. экз.[3] За 1970—1975 гг. тираж газет вырос на 29% и разовый тираж журналов — на 17,5%.

В 1976—1978 гг. было создано свыше 400 новых газет, 113 жур­налов. Разовый тираж центральных, республиканских, краевых, областных газет составил около 85 млн. экз.

В 1977 г. газет стало 7985, а их разовый тираж составил 168 млн. экз. Газеты выходили на 56 языках народов СССР. Издавалось 386 центральных, республиканских, краевых газет. Их разовый тираж составил одну треть всего разового мирового тиража газет. "Правда" выходила ежедневно тиражом 10,6 млн. экз., "Извес­тия" — 6 млн. экз., "Комсомольская правда" — около 10 млн. экз.

В 1977 г. в стране выходило около 7 тыс. журналов и изданий журнального типа с годовым тиражом, превысившим 3 млрд. экз. Разовый тираж только "Работницы" был 13 млн. экз., "Кресть­янки" — около 7 млн. экз.[4]

Колоссальные тиражи газетно-журнальной периодики в СССР давали все основания утверждать, что его население — одно из наиболее читающих в мире. Против этого трудно что-либо воз­разить, особенно если речь идет о массовых газетах и журналах, об общественно-политических и литературно-художественных изданиях, публикации которых находили отклик в читательской среде. Что касается газет и журналов ЦК КПСС, республиканских и других партийных комитетов, то подписка на эти издания шла по разнарядке сверху. Сохраняла свою силу принятая еще в се­редине 20-х гг. директива об обязательной подписке каждым коммунистом на партийную газету и партийный журнал. Таким образом, высокие тиражи партийных изданий свидетельствовали об уровне материальной поддержки и дисциплинированности коммунистов страны, но не могли быть критерием интереса к ним читательской аудитории.

Возраставшие объемы выпуска периодических изданий требо­вали расширения технической базы. Во второй половине 70-х гг. вступили в строй 24 полиграфических комбината — в Таллине, Уфе, Казани, Днепропетровске, Чите, Донецке, Минске, Ереване, Душанбе. В Кишиневе, Львове и других городах стал действо­вать фототелеграф, обеспечивавший оперативную передачу фото­информации.

Интенсивно работали издательства страны. В 60—70-е гг. ежегодно выпускалось от 65 до 80 тыс. названий книг. Ежегод­ный тираж их перевалил за 1,5 млрд. экз.

В начале 80-х гг. росло количество изданий, росли тиражи, выходили новые газеты. Но цель оставалась прежней — с их по­мощью еще больше усиливать административно-командный на­жим, директивное воздействие КПСС на все сферы жизни об­щества.

В конце 70-х—80-е гг. за счет государственных ассигнований произошло заметное техническое переоснащение ТАСС. Разви­валась информационная служба агентства, расширялась сеть его корреспондентов и корреспондентских пунктов. Корреспондент­ская сеть фотохроники ТАСС также охватила всю страну. Ин­формацию и фотоиллюстрации ТАСС получали около 12 тыс. подписчиков различного типа и уровня периодических изданий, органов телевидения и радио, кроме того около 300 зарубежных агентств, газет, радио- и телекомпаний. Однако основу иностран­ной информации ТАСС составляли ежедневные сообщения его собственных корреспондентов, работавших более чем в 100 стра­нах мира[5].

Информация ТАСС поступала к подписчикам в основном по телетайпам, по фототелеграфу, по проводным линиям связи и по радио, а также рассылалась по почте в виде бюллетеней. Внутри СССР сетью телетайпных связей ТАСС было охвачено более 200 городов. Общая протяженность ее линий — 140 тыс. км, а продолжительность передач агентства за границу на шести языках — русском, английском, испанском, арабском, француз­ском и немецком — исчислялась сотнями часов в сутки.

В 1961 г. система средств массовой информации СССР рас­ширяется за счет еще одного информационного агентства — АПН (Агентство печати "Новости"), созданного несколькими общественными организациями. С первых шагов своей деятель­ности АПН развернуло большую информационную работу. Оно поддерживало деловые контакты с международными националь­ными агентствами, издательскими фирмами, радиокомпаниями 110 зарубежных стран. В 85 странах мира АПН имело своих представителей. На материалах АПН издавалось для зарубежных читателей 51 журнал, 10 газет и 190 пресс-бюллетеней на 56 язы­ках. Общий годовой тираж этих изданий составлял 2,5 млн. экз. Агентство имело также свое издательство, которое выпускало литературу на иностранных и русском языках. Одной из важ­нейших сторон деятельности АПН стал выпуск телевизионных фильмов, созданных на документальной основе внутрисоюзной и международной жизни[6].

К началу 60-х гг. расширяются возможности радио. Широкое распространение транзисторных приемников позволило вовлечь 85% территории страны в зону возможного приема всесоюзных программ радио.

К началу 60-х гг. большое распространение в стране получило телевидение. 4 млн. телевизоров ежедневно собирали телеаудито­рию в десятки миллионов человек. Телевидение стало одним из главных способов информирования населения о важнейших собы­тиях в стране и за рубежом. В феврале 1956 г. начала функциони­ровать вторая программа Центрального телевидения. К 1960 г. оп­ределились общественные функции телевидения, установились и закрепились жанры и формы документального телевизионного ве­щания, выявились тенденции развития художественного вещания.

Дальнейший рост радиовещания и телевидения может быть охарактеризован следующими данными:

в 1962 г. ежедневно из Москвы передавалось до 100 часов программ радиовещания на русском языке, 115 часов на ино­странных и 12 часов телевидения[7].

в 1964 г. общий объем вещания Всесоюзного радио для населе­ния страны составлял 136 часов в сутки, на зарубежные страны — 143 часа. Центральное телевидение вело передачи из Москвы по трем программам объемом в 14,4 часа[8].

В начале 70-х гг. было построено 102 мощных передающих телестанции и значительно расширена сеть приемных станций "Орбита". К середине 70-х гг. их стало 72, что позволило рас­ширить зону приема телевизионных передач[9].

Учитывая все возрастающее значение радиовещания и теле­видения как мощных средств информации, ориентации трудящихся на решение задач хозяйственного строительства, полити­ческого, культурного и эстетического воспитания народа, Совет Министров СССР в мае 1957 г. постановил образовать Государ­ственный комитет по радиовещанию и телевидению, освободив от руководства ими Министерство культуры СССР. В 1970 г. Комитет был преобразован в союзно-республиканский Государ­ственный комитет Совета Министров СССР по телевидению и радиовещанию.

В последующие годы были введены специальные каналы свя­зи для обмена программами между телевизионными станциями Москвы, Ленинграда, столицами союзных республик и других крупных городов страны. Если в 1975 г. телевидение могли смотреть 195 млн. человек, т. е. 77% населения страны[10], то в на­чале 80-х гг. его смотрело более 230 млн., или 87,9% населения[11].

Центральное телевидение в первый день нового, 1982 г., на­чало передачи по второй общесоюзной программе[12]. В связи с ее вводом структура программ Центрального телевидения к се­редине 80-х гг. представляла тщательно скоординированную систему.

Первая общесоюзная программа — информационная, общест­венно-политическая, культурно-образовательная, художествен­ная, спортивная. Она охватывала территорию с населением более 230 млн. человек. Среднесуточный объем вещания — 13,6 часа.

Четыре дубля первой программы — "Орбита-1", "Орбита-2", "Орбита-3", "Орбита-4" — дают возможность жителям различных часовых поясов смотреть передачи Центрального телевидения в удобное для них время. Так, программа "Орбита-2" адресована жителям Якутской республики, Приморского и Хабаровского кра­ев, Амурской и Читинской областей (часовые пояса +7 +6) и т. д.

Вторая общесоюзная программа была культурно-просвети­тельной. В ней широко были представлены литературно-драма­тические, музыкальные, детские передачи, передачи местных те­лестудий и стран Восточной Европы, входивших в СЭВ. Вторую общесоюзную программу имели возможность смотреть около 114 млн. человек, или 43,4% населения страны. Среднесуточный объем вещания составлял 13,5 часа.

Кроме того, функционировали Московская программа и чет­вертая (учебная)[13].

Всесоюзное радио в начале 80-х гг. передавало ежесуточно девять программ, общий объем которых превышал в сутки 178 часов.

Первая программа — информационная, общественно-поли­тическая и художественная. Среднесуточный объем вещания — 20 часов. Четыре дубля (Радио-Орбита-1, 2, 3, 4) адресованы на­селению восточных районов страны.

Вторая программа ("Маяк") — круглосуточная, информаци­онно-музыкальная. Транслируется одновременно для всех райо­нов страны.

Третья программа — литературно-музыкальная. Среднесуточ­ный объем вещания — 17 часов. Четвертая — музыкальная. Пя­тая — круглосуточная, общественно-политическая и художест­венная. Адресована гражданам страны, находящимся за ее пре­делами (морякам, рыбакам, полярникам и др.).

Радиовещание на зарубежные страны в начале 80-х гг. велось на 67 языках 222 часа в сутки из Москвы и из столиц 9 союзных республик. С 1979 г. осуществлялась круглосуточная служба Московского радио на английском языке. С 1964 г. вела передачи на зарубежные страны радиостанция "Мир и прогресс". После 1985 г. характер ее программ заметно изменился: сказалось воз­действие нового политического мышления[14].

Заметным событием в жизни советской журналистики конца 50-х гг. явился I Всесоюзный съезд советских журналистов. Он состоялся в Москве в ноябре 1959 г. Главный итог работы съез­да — создание творческой организации — Союза журналистов СССР. В приветствии ЦК КПСС 1 Всесоюзному съезду журна­листов советские журналисты были названы "подручными" пар­тии. Это, с точки зрения ЦК КПСС, было высшим признанием их заслуг. Подобная оценка в течение многих лет была предме­том гордости для многих советских журналистов.

Со второй половины 50-х до середины 80-х гг. прошло еще четыре съезда Союза журналистов СССР. Сосредоточив главное внимание на совершенствовании творческого мастерства, съез­ды, к сожалению, уходили от тех реалий жизни, которые остава­лись вне поля зрения средств массовой информации и способ­ствовали бурному расцвету застойных явлений.

В начале 60-х гг. все настойчивее давала о себе знать пробле­ма повышения общеобразовательного, профессионального и культурного уровня многих сотрудников редакций, собственных корреспондентов газет и радио. Большая часть их работала ак­тивно, однако в целом средствами массовой информации мно­гие стороны жизни ряда важнейших районов страны освещались поверхностно, редко поднимались вопросы развития экономи­ки, науки и культуры. Для повышения квалификации собствен­ных корреспондентов в редакциях центральных газет, в ТАСС, на радио и телевидении начали работать по специальной учеб­ной программе постоянно действующие курсы, регулярно стали проводиться семинары, стажировки.

Продолжала развиваться и совершенствоваться система обра­зования и повышения профессионального мастерства журналис­тов, активизировались формы творческой учебы. В стране под­готовку журналистских кадров осуществляли 24 факультета и от­деления государственных университетов. В системе мер по улуч­шению подготовки и переподготовки журналистов особое место было отведено переводу учебного процесса на новые учебные планы, учебные программы по всем важнейшим дисциплинам, разработке новых курсов, освоению новых специализаций.

В целях улучшения подготовки кадров радиожурналистов и те­лежурналистов и удовлетворения все возрастающих потребностей в такой категории творческих работников 1 сентября 1959 г. на факультете журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова было созда­но отделение радиовещания и телевидения. В последующие годы на этом же факультете стали осуществляться наборы на от­деление международной журналистики, введена специализация по фотожурналистике.

С 1975 г. на факультете журналистики МГУ стали работать дневное и вечернее премиальные отделения для обучения работ­ников редакций, имеющих высшее нежурналистское образова­ние. Подготовка журналистских кадров для печати националь­ных советских республик осуществлялась на специальных отде­лениях факультетов журналистики Московского, Ленинградского, Ростовского-на-Дону государственных университетов, где обуча­лись студенты, переведенные из высших учебных заведений, не имевших специализации по журналистике[15].

К середине 80-х гг. в стране выпускалось около 14 тыс. перио­дических изданий, работало 200 центральных и местных изда­тельств. Выходило в эфир 5 программ Всесоюзного радио и 8 про­грамм Центрального телевидения. Работало около 120 местных теле- и 140 радиостудий. ТАСС располагало 14 республиканскими агентствами, 6 отделениями и 72 корреспондентскими пунктами в РСФСР. Его отделения и корреспондентские пункты переда­вали сообщения из ПО стран мира. В СССР и за рубежом дей­ствовало около 140 корреспондентских пунктов и отделений АПН. Широко развитая система средств информации представ­ляла собой мощный, оснащенный современной техникой ин­формационно-пропагандистский комплекс[16].