Файл: Права и обязанности прокурора в оперативно-розыскной деятельности (Сущность, задачи, принципы и основные направления прокурорского надзора).pdf

8) участие в правотворческой деятельности, т.е. возможность внесения в законодательные органы и органы, обладающие правом законодательной инициативы, соответствующего и нижестоящего уровней предложений об изменении, дополнении, отмене или о принятии законов и иных нормативных правовых актов;

9) проведение антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов;

10) возбуждение дел об административных правонарушениях и проведение административного расследования в соответствии с полномочиями, установленными Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях и другими федеральными законами [4].

Кроме осуществления выше названных направлений прокурорского надзора, должностные отдельные лица участвуют в разрешении и рассмотрении гражданских обращений и жалоб. Если выявлено нарушение закона, то в рамках надзора сотрудники прокуратуры переходят к следующему этапу деятельности, который называется реагированием.

Прокурор вправе обратиться в судебную инстанцию с исковым заявлением, чтобы защитить права гражданина или круга лиц.

Направлен прокурорский надзор на пресечение, профилактику и предупреждение противозаконных действий, восстановление прав, а также привлечение к ответственности лиц [6, c. 56].

Вывод:

Прокурорский надзор – форма деятельности органов прокуратуры по обеспечению исполнения Конституции РФ и других законов государства, соблюдению основных свобод и прав гражданина и человека на территории России, которая направлена на устранение, предупреждение и выявление нарушений законодательства РФ.

Глава 2.Актуальные проблемы прокурорского надзора

2.1.Состояние науки и практики прокурорского надзора

Исследуя деятельность прокуратуры можно сказать, что основа алгоритма общенадзорной деятельности – Проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки.

Данное основание для проведения прокурорской проверки предусматривается в п. 2 ст. 21 Закона. Из чего следует отсутствие оснований для проведения прокурором проверок соблюдения Конституции РФ, т.к. Конституция РФ, несмотря на применение в научной литературе термина «Основной Закон», из-за своей статусной самодостаточности к законодательным актам не относится. В другом случае вряд ли целесообразным является ее разграничение с законами, которые действуют на территории РФ (п. 1 ст. 1 Конституции РФ).

Подобная практика обособления уставов (конституций) прослеживается и в законодательстве субъектов РФ. Объясняется это нормой, которая закреплена в ч. 2 ст. 5 Конституции РФ, о том, что субъекты РФ имеют свои уставы (конституции) и законодательство, чем отграничивают их, от законодательных актов. В свою очередь, ст. 1 и ст. ст. 21 Конституции РФ определены лица и органы, в отношении которых органы прокуратуры полномочны, проводить надзор за соблюдением требований Основного Закона.

В итоге проведения характеристики этого списка и ч. 2 ст. 15 Конституции РФ выявлено, что обязанность соблюдать Конституцию РФ на органы управления и руководителей организаций не распространяется, поэтому проведение надзора прокурорами в данной части не определено.

П. 1 ст. 22 Закона предусматриваются, что для надлежащего выполнения собственных функций прокурор вправе по предъявлении служебного удостоверения беспрепятственно входить в помещения и на территории органов, требовать у руководителей необходимые для проверки материалы и документы, вызывать должностных лиц и граждан для объяснений по поводу нарушений законов. Следовательно, формально эти полномочия применяться могут и при выявлении фактов несоблюдения Конституции РФ [1].

Также рассмотрим проблемные моменты в деятельности прокуратуры в сфере соблюдения и охраны федерального законодательства на примере проблем прокурорского надзора за деятельностью физических лиц. При формулировке ст. 1 Закона, законодатель ограничился перечислением объектов прокурорского надзора (органы власти регионального и федерального уровня, органы местного самоуправления и т.д.). Отдельно физические лица в данной статье не были указаны, из чего можно сказать, что на них прокурорский надзор не распространялся. Такое перечисление создает определенные сложности. Например, только после продолжительных споров в качестве объекта прокурорского надзора в Законе закреплен Следственный комитет РФ [10, c. 78].

Так, если обратиться к статьям, возбуждение дел по которым возможно лишь прокурором, то законодателем прокурор прямо наделен правом возбуждения административного дела в отношении физического лица (ст. 5.61 КоАП РФ — оскорбление). Диспозиция данной нормы позволяет сказать, что потерпевшим по ней, как и правонарушителем (кроме ч. 3), может быть физическое лицо. Закрепив возможность принятия мер реагирования в отношении физических лиц, законодатель прокурору предоставил полномочия по проведению за ними надзора, т.к. выявлению данного нарушения должна предшествовать прокурорская проверка с реализацией права на получение объяснений от гражданина [2].

Но, несмотря на технические неувязки в формулировках норм, рассмотрим, можно ли говорить, что проведение надзора в отношении физических лиц возможно только в рамках надзора за соблюдением законов. Так, норма, которая закреплена в п. 4 ст. 27 Закона не содержит указания на то, что ответчиком должно быть юридическое или должностное лицо. В ст. 45 ГПК РФ данное правомочие расширено.

Яркий пример — предъявление прокурором в суд заявлений о лишении физического лица разрешений (на владение оружием, управление транспортным средством). Ведь если физическое лицо, которое, например, страдает наркоманией, психическим заболеванием, имеет законный доступ к источнику повышенной опасности, которым выступает транспортное средство, кроме сопутствующих обстоятельств, подлежащих выявлению, необходимо незамедлительное принятие мер по пресечению таких случаев. И данные меры вправе принять прокурор, т.к. юридически он никак не связан с предоставлением таких прав гражданам [13, c. 78].

Как и при возбуждении дела по ст. 5.61 КоАП РФ, прокурор должен провести проверку — установить, когда физическое лицо получило такое право, имелось (имеется) ли у него заболевание, которое препятствует реализации права, получить объяснения и т. п., т.е. провести надзорные мероприятия, в т.ч. в отношении физического лица.

Поэтому, в данном случае прокурор должен провести надзор за физическими лицами. Любое направление прокурорского надзора имеет законодательные ограничения и рамки, которые закреплены в федеральных законах. Среди них — недопустимость подмены полномочий других государственных органов (п. 2 ст. 22, п. 2 ст. 26 Закона) и проведение проверок исходя из информации о фактах нарушения законов, которые требуют принятия прокурором мер (п. 2 ст. 22 Закона).

Анализируя деятельность прокурора в сфере проведения надзора за деятельностью физических лиц, приведем пример. В прокуратуру района от мирового судьи поступило заявление о привлечении Б. к административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ (заведомо ложные показания при производстве по делу об административном правонарушении).

Из предоставленных материалов следует, что в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении, которое предусмотрено гл. 12 КоАП РФ, допрошенная в качестве свидетеля неработающая Б., вопреки подписке, данной перед допросом, суду сообщила заведомо ложные сведения, чтобы виновному лицу помочь избежать ответственности за правонарушение. Вынося по делу постановление, суд всем доказательствам дал оценку и пришел к выводу о возможной заведомой недостоверности показаний Б. Постановление суда вступило в законную силу. В ст. 28.4 КоАП РФ ст. 17.9 КоАП РФ не указана, т.е. возбуждение дел по ней не отнесено к исключительной компетенции прокурора.

По п. п. 1, 77 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ полномочиями по возбуждению дел по данной статье наделены должностные лица органов внутренних дел ОВД (полиции), должностные лица тех органов, которые уполномочены на реализацию функций по принудительному выполнению исполнительных документов и обеспечению порядка деятельности судов.

Следовательно, исходя из данных требований, прокурор не наделен полномочиями по возбуждению дел по ст. 17.9 КоАП РФ. Но в ч. 3 ст. 28.3 КоАП РФ есть оговорка, что постановления и протоколы об административном правонарушении, которое предусмотрено ст. 17.9 КоАП РФ, вправе составлять должностные лица федеральных органов власти, их территориальных органов и структурных подразделений, а также других государственных органов, которые уполномочены осуществлять производство по делам об административных правонарушениях.

На себя обращает внимание указание в данной норме как на ст. 17.9 КоАП РФ, так и на ст. 17.7 КоАП РФ — невыполнение законных требований, в т.ч. прокурора. Как и в случае со ст. 17.9 КоАП РФ, возбуждение дел по ст. 17.7 КоАП РФ к исключительной компетенции прокурора не относится. Помимо этого, установлено, что Б. нарушено требование ч. 2 ст. 25.6 КоАП РФ давать правдивые показания.

С учетом изложенного, т.к. в адрес прокурора поступила информация о нарушениях федерального законодательства, для недопущения волокиты, а также истечения срока давности привлечения к административной ответственности, по итогам проведенной в отношении физического лица проверки прокурор возбудил дело об административном правонарушении по ст. 17.9 КоАП РФ, которое направлено на рассмотрение мировому судье. По итогам его рассмотрения виновное лицо привлечено к административной ответственности с назначением административного наказания. Постановление суда не обжаловалось и вступило в законную силу [2].

2.2.Перспективы развития прокурорского надзора в РФ

Для устранения проблемы правовых пробелов нужно исключить из ст. 1 Закона указания на объекты надзора, ограничившись только перечислением видов прокурорского надзора. Действующее федеральное законодательство не содержит запрета на проведение прокуратурой надзора за деятельностью физических лиц. Осуществляется этот надзор в рамках и с ограничениями, которые установлены для каждого вида прокурорского надзора.

Многие меры прокурорского реагирования, такие как внесение представления, принесение протеста, объявление и требования предостережения, из-за законодательного прямого запрета в отношении физических лиц применяться не могут. В конституционной доктрине выдвигаются предложения о возможности правового регулирования статуса прокуратуры в отдельной главе Конституции РФ и конституционным федеральным законом, что на современном этапе представляется преждевременным.

В то же время, наделение Генерального прокурора РФ правом законодательной инициативы (ст. 104 Конституции РФ) и его включение в субъекты, которые уполномочен обращаться с запросом в Конституционный Суд РФ (в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ), нужно произвести в перспективе. Тем более что Конституционным Судом РФ подтверждена возможность Генпрокурора РФ обращаться в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке соответствия Конституции РФ учредительных актов субъектов РФ а в п. 6 ст. 35 Закона предусмотрено его право обращаться в данный суд по вопросам нарушения конституционных свобод и прав граждан законом, подлежащим применению или примененным в конкретном деле [1].

Одним из важнейших принципов деятельности органов прокуратуры, закрепленных в Конституции РФ, является ее независимость от местных органов. Он рассматривался как важнейшее средство обеспечения законности и в период Российской империи. Еще в п.1 раздела IX Указа от 27 апреля 1722 г. "О должности генерал-прокурора" Петр I писал: "Генерал и обер-прокуроры ничьему суду не подлежат, кроме нашего". Исторический опыт и сложившаяся в настоящее время обстановка, в частности проявление элементов сепаратизма, требуют восстановления рассматриваемого принципа в полном объеме. Следует исключить из Конституции РФ и Федерального закона "О прокуратуре РФ" положение о том, что прокуроры субъектов Федерации назначаются по согласованию с их представительными органами Это будет способствовать независимости прокуроров и, следовательно, большей эффективности осуществления общего надзора за соблюдением и исполнением законов.