Файл: Форма правления в прошлом и настоящем (Нетипичные формы правления в современном мире).pdf
Добавлен: 01.04.2023
Просмотров: 349
Скачиваний: 4
К примеру, в форме правления Ватикана сочетаются характерные признаки как абсолютной монархии, так и республики. Верховный Понтифик, он же Владыка Государства – Города Ватикан наделен всей полнотой власти законодательной, исполнительной и судебной, имеет неограниченный срок полномочий. При этом как глава государства он избирается коллегией кардиналов согласно нормам канонического права, что сближает форму правления Ватикана с республиканской формой правления [23, с. 114].
Форма правления в Малайзии сочетает признаки республики и парламентской монархии. Так, федеративную по государственному устройству Малайзию образуют 13 штатов, из которых 9 штатов являются монархиями во главе с султанами, 4 других штата возглавляются губернаторами, которые назначаются на должности главой государства по представлению правительства. Губернаторы и султаны 13 штатов образуют Совет правителей, который среди прочего наделен полномочиями по избранию верховного султана Малайзии, который избирается большинством голосов Совета правителей на пять лет из числа султанов штатов государства с соблюдением принятой очередности замещения должности главы государства. При этом губернаторы не обладают правом голоса и не могут участвовать в выборах [17, с. 215].
В связи с изложенным, главой государства может стать только наследственный султан одного из монархических штатов страны. Верховный султан, будучи монархом, имеет целый ряд гарантий для своей персоны и членов своей семьи, определенные властные полномочия [22, с. 106].
В то же время расходы на обеспечение вышеуказанных гарантий определяются и контролируются парламентом, сама должность верховного султана является выборной и предельный срок исполнения по ней полномочий ограничен положениями Основного закона страны.
Законодательство Малайзии допускает добровольный уход верховного султана в отставку, а также принятие Советом правителей решения о смещении его с престола в том случае, если он лишится статуса правителя монархического штата государства [8, с. 157].
Специфика полномочий верховного султана Малайзии определяется Конституцией 1957 г., согласно которой он является главой государства и руководителем исполнительной власти. Однако все принимаемые им нормативные правовые акты требуют контрасигнатуру соответствующего министра, несущего за них ответственность [22, с. 107].
Примечательно, что верховный султан имеет право созывать парламент страны на очередные, а также чрезвычайные сессии, досрочно распускать парламент, назначив его новые выборы, а также право вето на принятые парламентом законодательные акты (законопроекты) только по совету правительства, которое в рассматриваемом государстве является реальным субъектом принятия политико-административных решений.
Верховный султан Малайзии назначает премьер-министра этой страны, который в обязательном порядке должен быть лидером победившей на последних парламентских выборах политической партии, а также членов правительства, кандидатуры которых представляет премьер-министр [17, с. 216].
В силу конституционных положений реальная полнота исполнительной власти в Малайзии принадлежит правительству, совместно с которым верховный султан и осуществляет управление страной. Функцию верховной инстанции по официальному толкованию законов верховный султан Малайзии реализует во взаимодействии с Советом правителей.
Такая своеобразная смешанная форма правления отвечает задачам государственного строительства в Малайзии, так как обеспечивает механизма сдерживания центробежных тенденций в многонациональном федеративном государстве, создает «клапан» для выпуска политических амбиций региональных правителей – султанов штатов [16, с. 430].
Не менее интересный пример в этом плане представляют Объединенные Арабские Эмираты, также являющиеся федеративным государством. Федерацию ОАЭ образуют семь эмиратов, каждый из которых в силу положений Конституции 1971 г. является абсолютной монархией во главе с эмиром, который наделен всей полнотой публичной власти [17, с. 219].
В свою очередь, эмиры (правители эмиратов) входят в Высший совет союза, наделенной статусом высшей власти в ОАЭ. Каждые пять лет Высший совет союза избирает председателя совета и его заместителя. По истечении пятилетнего срока председатель Высшего совета союза может быть избран на новый срок. На практике, этот пост практически постоянно занимает руководитель самого крупного и развитого субъекта федерации Объединенных Арабских Эмиратов – эмир Абу-Даби [8, с. 157].
Главой государства в ОАЭ является именно председатель Высшего Совета союза, но по объему и видам властных полномочий данное должностное лицо более походит на президента парламентской республики, чем на абсолютного монарха, так как на него возложены следующие функции и полномочия:
- председательствование в Высшем совете союза;
- созыв заседаний вышеуказанного коллегиального органа;
- созыв объединенных заседаний Высшего совета союза и Совета министром ОАЭ;
- подписание нормативных правовых актов и решений, принятых Высшим советом союза;
- решение кадровых вопросов в отношении премьер-министра ОАЭ, его заместителей и министров правительства по согласованию с Высшим советом союза;
- контроль за исполнением законодательства и решений Высшего совета союза правительством и отраслевыми органами исполнительной власти [17, с. 220].
Примечательно, что в Высшем совете союза эмиры Абу-Даби и Дубая (правители крупнейших монархических штатов федерации) наделены правом вето на все решения данного коллегиального органа.
Высший совет союза ОАЭ является эффективным механизмом согласования интересов штатов, а также принятия решений по важнейшим политическим и социально-экономическим вопросам, требующим общественного консенсуса, что позволяет адаптировать адаптации к современной федерации абсолютизм власти эмиров входящих в нее штатов [8, с. 157].
Крайне интересная форма правления сложилась в Андорре, которая в силу Конституции 1993 г. позиционируется как княжество с парламентской монархией. При этом во главе государства стоят два соправителя - Президент Франции и епископ Урхельский. Следует учесть, что президент Франции является выборным должностным лицом, а указанный епископ назначается Ватиканом, по этой причине форма правления маленького княжества сочетает в себе начала выборности и назначаемости соправителей – глав государств, объединяя тем самым признаки монархии и республики в одной политико-правовой модели [15, с. 503-504].
Нетипичные формы правления являются результатом закрепления в Основных законах таких форм организации высшей власти и порядка ее формирования, которые наилучшим образом учитывают исторические и национальные традиции народов государств, расширяя социальную базу публичной власти и повышая эффективность ее деятельности.
В свою очередь навязывание классических форм правления народам без учета культурно-исторических и социально-экономических реалий может плачевно сказаться на стабильности публичной власти, ее эффективности и сохранении государственности в целом, какой бы перспективной и апробированной не представлялась привносимая из вне модель формы правления.
Применительно к особенностям политико-правового развития государств постсоветского пространства необходимо обратить внимание на нетипичные формы правления смешанного характера, объединяющие разновидности республиканской модели (президентской и парламентской республик), что нередко выражается в использовании термина полупрезидентская республика.
Таким образом, нетипичные формы правления являются в современном мире достаточно распространенным явлением, обусловленным спецификой политической истории отдельно взятых государств, обусловленным спецификой политической истории отдельно взятых государств, особенностями территориальной структуры, национального состава населения, традициями народа.
Любая нетипичная форма правления является сочетанием в той или иной конфигурации классических форм правления в части элементов формирования высших органов государственной власти, набора имеющихся у них полномочий и степени ответственности за их реализацию.
Нетипичность формы правления в данном случае является эффективном инструментом адаптировать классические модели форм правления к потребностям общества и задачам государственного строительства конкретного государства.
Справедливым будет утверждение, что типичных форм правления в политической природе современного мира практически не существует, так как реальность каждой страны накладывает свой отпечаток на книжные модели форм правления.
Глава 3. Эволюция форм правления в государствах постсоветского пространства
Распад Советского Союза и социалистического лагеря в целом стал начало новой политико-правовой реальности для десятков новых независимых государств, которые в общественно-политической литературе принято именовать постсоветскими.
Данные государства с первых дней своего независимого существования столкнулись со сложнейшей задачей конструирования государственной политико-правовой системы, адекватной социально-экономическим и иным общественным вызовам новой эпохи.
Ключевым момент политико-правового строительства в этих государствах стало определение и оформление формы правления, составляющей основу конституционно-правового устройства любого современного государства [2, с. 9].
Во всех постсоветских странах политико-правовое строительства современного периода началось с учреждения должности президента, которая, как правило, создавалась под уже сформировавшегося национального лидера [12, с. 66].
Устанавливая должность президента, в большинстве постсоветских государств за основу брали зарубежных опыт функционирования либо президентских, либо смешанных полупрезидентских республик, создавая на их базе собственные модели форм правления гибридного характера, как правило, закрепляя особый статус главы государства (президента) и правительство как самостоятельный государственный орган с развитой политико-правовой субъектностью [6, с. 35].
При этом гибридный характер формы правления в постсоветских государства затруднительно квалифицировать через три традиционные три субформы республиканской формы правления (президентскую, парламентарную и смешанную). По этой причине ряд исследователей предлагают обратиться к категории «форма организации исполнительной власти».
Указанная категория является элементом формы правления, характеризующей преимущественно конституционно-правовой статус высших органов исполнительной власти в конкретном государстве [10, с. 148].
Главной тенденцией эволюции форм правления в постсоветских государствах стало формирование и преобладание дуалистической формы организации исполнительной власти, выраженной в том, что правительство как коллегиальный высший орган исполнительной власти действует в структуре публичной власти каждого из этих государств с высокой долей политической и правовой самостоятельности [13, с. 31].
Ученые выделяют пять основных видов дуалистической формы организации исполнительной власти на постсоветском пространстве [11, с. 134].
1. Дуалистическая комбинированная, в которой высшую исполнительную власти представляет и осуществляет коллегиальный орган общей компетенции, именуемый правительством или кабинетом министров.
Данный орган возглавляет систему органов исполнительной власти в стране, является одновременно ответственным перед парламентом и главой государства. При этом президент, как правило, именуется главой государства и наделен полномочиями гаранта Конституции, политического арбитра и координатора публичной власти. Эффективное функционирование правительства (кабинета министров) в указанной схеме организации публичной власти возможно только при наличии как парламентского большинства, так и главы государства [12, с. 65].
Ярким примером рассмотренной формы правления до 2014 года являлась Украина.
2. Дуалистическая комбинированная с приоритетом главы государства – это форма правления, в которой осуществление высшей исполнительной власти возложено на правительство как коллегиальный орган общей компетенции, возглавляющий систему органов исполнительной власти и несущий ответственность перед президентом и парламентом [12, с. 66].
Президент является главой государства, но помимо абстрактных функции конституционного гаранта и политического координатора он наделен существенными полномочиями в сфере регулирования деятельности органов исполнительной власти возглавляемого им государства. К таким полномочиям, в первую очередь, относятся полномочия по формированию персонального состава правительства и прекращении полномочий соответствующего состава правительства в установленных законом случаях [19, с. 93].