Файл: Аппарат государственной власти.pdf

ВУЗ: Не указан

Категория: Курсовая работа

Дисциплина: Не указана

Добавлен: 22.04.2023

Просмотров: 170

Скачиваний: 3

ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.

2.1. СИСТЕМА ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ

Конституционно-правовое регулирование общественных отношений в значительной степени сопряжено с организацией системы органов государственной власти. Это – традиционный объект конституционно-правового регулирования[46], который обычно не связывается с другими отраслями законодательства и права. Именно конституционное право призвано урегулировать, какие именно государственные органы уполномочены от имени страны осуществлять публичную власть, каковы механизмы их формирования, деятельности, досрочного прекращения полномочий и ответственности. Важное конституционное значение имеют также вопросы установления компетенции государственных органов, регулирования их взаимодействия друг с другом как субъектов конституционных правоотношений, юридически свободных в принятии соответствующих решений в рамках установленных законом полномочий и функций. Все это в той или иной мере характеризует конституционно-правовую категорию «система органов государственной власти».

В юридической науке не сложилось единой трактовки данного конституционно-правового термина. Наблюдается разнообразие его интерпретации не только в теории, но и в законодательной и правоприменительной практике. В связи с этим примечательна правовая позиция Конституционного Суда РФ, сформулированная им при рассмотрении дела о толковании статей 71, 76 и 112 Конституции РФ. Перед конституционным правосудием был поставлен вопрос о соотношении понятий «система» и «структура» применительно к регулированию организации исполнительной власти на федеральном уровне. Суд установил, что виды федеральных органов исполнительной власти подлежат установлению в федеральных законах, понятие «система» включает в себя «виды» исполнительных органов, но этим она не исчерпывается. В свою очередь, понятие «структура» означает перечень органов, которые входят в соответствующую «систему». Таким образом, категория «система» по своему конституционно-правовому содержанию не является тождественной термину «структура», однако четкие признаки этих понятий Конституционный Суд РФ в анализируемом Постановлении не установил[47]. В связи с этим наблюдается существенная неопределенность в их понимании и толковании.

При анализе категории «система органов государственной власти» необходим учет по крайней мере следующих конституционных проблем: во-первых, содержание понятия «орган государственной власти» в его соотношении с термином «государственный орган» в структуре государственного аппарата; во-вторых, сущность категории «система» применительно к организации государственной власти; в-третьих, исследование фактически сложившейся системы органов государственной власти в современной России в аспекте обеспечения надлежащего баланса между централизацией и децентрализацией, единством суверенной государственной власти и конституционным принципом разделения властей и т.д.


В большинстве теоретических исследований подчеркивается, что государственный орган (или орган государственной власти) – это элемент государственного аппарата. В отличие от государства, представляющего собой форму общественной организации, государственный аппарат характеризуется в качестве «системы государственных органов», осуществляющих от имени государства его функции[48]. При такой трактовке термина «государственный аппарат» может сложиться впечатление, что это понятие полностью тождественно категории «система органов государства».

Вместе с тем между понятиями «государственный аппарат» и «система органов государства», на наш взгляд, имеются определенные различия. Первая категория имеет преимущественно теоретико-правовую направленность исследования и характеризует внешний аспект взаимодействия государства (как совокупности граждан, проживающих на определенной территории и политически организованных посредством суверенной государственной власти) с его частью, именуемой «аппаратом» (совокупностью должностных лиц, государственных служащих и других носителей власти, организованных в систему государственных органов). Термин же «система государственных органов» акцентирует внимание на конституционно-правовой проблематике «внутреннего» институционального устройства государственного аппарата. Здесь имеют ключевое значение такие конституционные факторы, как статус органа (законодательный, исполнительный, судебный или иной), его конституционные полномочия и функции (характеризующие понятие «компетенция»), механизмы формирования, взаимодействия и досрочного прекращения полномочий. Если допустима подобная аналогия, можно сказать, что понятия «государственный аппарат» и «система государственных органов» находятся в том же соотношении, что термины «правовая система» и «система права».

С этой точкой зрения корреспондирует ряд мнений, высказанных в современной юридической литературе. Так, с позиций Е. С. Меркулова, «важнейшими характеристиками органа государственной власти следует признать то, что он является относительно обособленным и самостоятельным элементом государственного аппарата, учреждение которого связано с непосредственной организационно-юридической трансформацией и практической реализацией определенной функции государственной власти (осуществлением определенного объема властных полномочий при реализации какой-либо функции)»[49]. А. А. Петров полагает, что система органов - это «формирование, организация и деятельность (включая взаимодействие) органов государственной власти»[50]. По мнению Б. П. Елисеева, под системой органов государственной власти в Российской Федерации следует понимать «сочетание трех ветвей власти, структурно и организационно разделенных (по выполняемым функциям и занимаемым уровням), вместе с тем связанных интегрирующим институтом главы государства, правовыми нормами и реализующих функции государства». Этот же автор дает комплексное определение органа государственной власти как «составной части механизма государства, действующего в сфере законодательной, исполнительной либо судебной власти, выступающего по поручению государства и осуществляющего свою деятельность от его имени, обладающего собственной компетенцией, имеющего свою структуру, использующего присущие ему формы и методы деятельности, применяющего правовые нормы в пределах своей компетенции и издающего нормативные акты»[51].


Орган государства характеризуется такими ключевыми признаками, как организационная самостоятельность, обособленность, публичная правосубъектность. Орган – это часть чего-либо (в данном случае государства, точнее – его аппарата), которая выполняет отдельные функции целого (государства). Государственные органы действуют строго в соответствии со своей компетенцией, устанавливаемой конституцией страны, законами и подзаконными нормативными правовыми актами. Порядок учреждения и упразднения, формирования и деятельности государственных органов не может быть произвольным. Он регулируется законодательством и должен исключать случайные, произвольные и несанкционированные решения. Этим, однако, не исключается определенная подвижность системы и структуры государственных органов[52].

В связи с этим уместно, на наш взгляд, разграничение конституционных органов государственной власти и иных государственных органов, само существование которых, а также ключевые основы организации деятельности которых не предопределяются Конституцией страны. Статус конституционного органа (например, Президента РФ, Федерального Собрания, Правительства РФ, Конституционного Суда РФ, прокуратуры и т.д.) создает дополнительные гарантии стабильности их функционирования в системе органов государства, особенно если порядок изменения и пересмотра положений Конституции страны является усложненным (что характерно, в частности, для современной России).

Нельзя сказать, что в течение действия современной Конституции РФ[53] (с декабря 1993 г.) система федеральных органов государственной власти страны оставалась полностью неизменной. В частности, увеличивались сроки полномочий Президента РФ и депутатов Государственной Думы, контрольные полномочия Государственной Думы в отношении Правительства РФ, порядок формирования Совета Федерации, был упразднен Высший Арбитражный Суд РФ и т.д. Однако в целом статус конституционного органа, безусловно, способствовал стабилизации механизма организации публичной власти на федеральном уровне. При этом не всегда реформирование данной системы сопровождалось адекватными конституционными поправками. Так, административная реформа, которая привела правовую систему страны к разграничению трех видов исполнительных органов специальной компетенции (министерства, агентства, службы), в Конституции РФ разрешения не нашла. Аналогичным образом институционализация Следственного комитета РФ и его территориальных органов существенным образом связывалась с фактическим конституционным статусом органов прокуратуры. Однако в Конституцию РФ соответствующие поправки не вносились, реформы ограничились лишь изменениями в федеральном законодательстве.


Конституционная категория «система государственных органов» находится в неразрывной связи с концепцией разделения властей. Термин «система», при всем многообразии его понимания, в конституционно-правовом аспекте и применительно к организации государственной власти означает прежде всего обособленность и самостоятельность органов законодательной, исполнительной и судебной власти (ст. 10 Конституции РФ[54]). Каждый из названных органов имеет дифференцированные конституционные функции, которые не могут осуществляться представителями других ветвей власти. Тем самым не только обеспечивается защита гражданского общества от произвола и несанкционированного вмешательства со стороны публичной власти. Гораздо более важным, в контексте нашего исследования, является то обстоятельство, что конституционный принцип разделения властей гарантирует системность в организации публичной власти. Эта системность означает конституционное разграничение компетенции, при котором от любых двух и более государственных органов не могут исходить взаимоисключающие властные установления. Вместе с тем все государственные органы образуют единую систему в том смысле, что они в равной степени реализуют государственный суверенитет и функции государства[55]. Их не следует противопоставлять друг другу. Они должны согласованно функционировать и взаимодействовать в целях реализации национальных, публичных интересов.

В связи с изложенным заслуживает внимания позиция О. И. Чепунова, который отмечает «функциональный дисбаланс» в системе разделения и взаимодействия властей, сложившийся «вследствие господствующего преобладания конституционно-правовых полномочий Президента РФ, предрешающих субъективность в развитии институциональных форм взаимодействия органов государственной власти Российской Федерации». По мнению автора, этот дисбаланс «усугубляется недостатком функций контроля Федерального Собрания РФ, недостаточной эффективностью конституционного контроля, разобщенностью ветвей судебной и исполнительной власти»[56]. На наш взгляд, каждое государство имеет право на самостоятельную конституционную модель организации системы государственной власти, при которой учитываются исторические, политические и иные важные особенности обеспечения принципов и ценностей конституционализма в конкретной стране.

По сравнению с советским периодом отечественной истории, современный конституционный строй в значительно большей степени юридически ограничивает фактический статус главы государства. Президент РФ является выборным должностным лицом, причем его полномочия запрещено осуществлять одному и тому же лицу более двух сроков подряд. Компетенция главы государства имеет подзаконный характер, его акты не могут противоречить законам, принимаемым парламентом, причем высший орган народного представительства может преодолеть вето Президента РФ квалифицированным большинством голосов. Конституционный Суд РФ имеет конституционное право на признание актов главы государства противоречащими Основному Закону страны, следовательно, недействующими и не подлежащими применению. Президент страны не вправе единолично решать вопрос о назначении Председателя Правительства РФ[57], для этого требуется согласование его воли с Государственной Думой по смыслу ст. 111 Конституции РФ[58]. Многие другие конституционные нормы свидетельствуют об определенной сбалансированности конституционной компетенции органов законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти.


Следует присоединиться к точке зрения итальянского конституционалиста Ф. Пинто в том, что «не может быть единой модели демократии для всех стран, каждая страна вправе иметь собственную концепцию демократии». Экспорт демократии не является допустимым[59]. Российская система государственных органов выстраивается на основе не только единых во всем мире, но и своих собственных, специфических демократических конституционных принципов. Б. С. Эбзеев верно подчеркивает, что конституция жизнеспособна лишь в том случае, если она «отвечает потребностям общественного развития, адекватна переживаемому обществом и государством этапу социального, политического, экономического развития и соответствует правосознанию народа»[60]. С этой мыслью солидарна Ю. А. Куликова, по мнению которой конституционное развитие представляет собой «многофакторное и многоаспектное явление», а конституционная система публичной власти как часть фактического конституционализма настолько сложна и внутренне взаимосвязана, что «трансформация или стагнация одного из элементов системы неизбежно сказывается на устойчивости и эффективности всей системы»[61]. При этом В. Т. Кабышев считает, что «период романтического конституционализма закончился», мы вступили в новый этап «перехода к становлению» гражданского общества и правового государства. По мнению ученого, этот этап займет длительный период, потому что «для нашей страны, с ее трагической историей жесткого, неправового властвования, необходимо время»[62].

Общий взгляд на публикации в научной литературе по проблематике разделения властей показывает, что мнения современных российских ученых разделились на следующие основные группы. Первая из них настаивает на необходимости более активного обеспечения государственного единства, в том числе за счет определенных ограничений конституционного принципа разделения властей. По мнению Ю. В. Дьяченко, организационно-политическое единство общества может обеспечиваться различными средствами, однако ведущую роль на государственном уровне играет совокупность соответствующих норм конституционно-правового содержания[63]. В. Г. Анненкова не просто считает необходимым проведение активной и последовательной политики государственного единства. По ее мнению, такая политика должна быть выражена в «значимом, концептуальном документе»[64]. В юридической литературе было высказано мнение о том, что одной из важнейших целей в механизме обеспечения разделения властей является достижение эффективности управления. Чтобы власть эффективно работала, каждая из ветвей власти должна располагать средствами «для преодоления противодействия или бездействия другой ветви». Причем в процессе разработки действующей Конституции РФ «эта цель была одной из основных», поскольку «нужно было обеспечить проведение непопулярных экономических реформ»[65].