Файл: Права собственности граждан.pdf

ГЛАВА 3. ОГРАНИЧЕНИЯ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ

Собственник вправе по своему усмотрению совершать любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Право собственности в его современном понимании означает неограниченность возможностей собственника лишь в рамках, предписанных законом. Как писал И.А. Покровский, «действительность показывает, что принцип частной собственности может при известных условиях вступать в резкие конфликты с интересами общенародными. Тогда по необходимости приходится вспоминать о том, что недвижимость есть не только частное, но и национальное достояние».^[22] В связи с этим «признавая в принципе право собственности полной властью над вещью, государство в то же самое время резервирует для себя право налагать на нее те или другие ограничения, какие оно найдет необходимым, вплоть до полной экспроприации в интересах общего блага». Наиболее распространены такие ограничения в сфере недвижимости, поскольку, как указывал И.А. Покровский, «по необходимости приходится вспоминать о том, что недвижимость есть не только частное, но и национальное достояние».

КС РФ неоднократно подчеркивал, что право частной собственности относится к основным правам человека и подлежит защите со стороны государства наряду с другими правами и свободами человека и гражданина, которые обеспечиваются правосудием, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, а также местного самоуправления.^[23] Из этого следует очень важный практический вывод: ограничения права собственности возможны только федеральным законом, и ограничения эти могут быть введены только в указанных в Конституции РФ целях (ч. 3 ст. 55).

В то же время, например, в Постановлении от 22 июля 2002 г. № 14-П КС РФ отмечалось, что право частной собственности в принципе не принадлежит к таким правам, которые в силу ст. 56 (ч. 3) Конституции РФ не подлежат ограничению ни при каких условиях. Однако, как сама возможность введения федеральным законом таких ограничений, так и их характер определяются законодателем не произвольно, а в соответствии с Конституцией РФ, согласно ст. 55 (ч. 3) которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Возможные ограничения федеральным законом права собственности должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе частных и публичных прав и законных интересов других лиц (Постановление КС РФ от 1 апреля 2003 г. № 4-П). В Постановлении от 21 апреля 2003 г. № 6-П КС РФ также указал, что возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм.

Ограничения права собственности разнообразны. Они могут устанавливаться как для обеспечения интересов общества в целом (в пользу «всех без изъятия»), так и в пользу определенных лиц. Они могут устанавливаться как законом, так и подзаконным актом, как в отношении конкретной вещи, так и в отношении любого имущества, относящегося к определенной категории. Однако в любом случае признаком ограничения права собственности, отличающим его от иной категории — обременения права собственности, является то, что при установлении ограничений, лишающих или стесняющих собственника в реализации определенных возможностей, не возникает производных субъективных прав третьих лиц на принадлежащую собственнику вещь.

Прежде всего общие пределы права собственности устанавливаются требованием разумности и добросовестности поведения собственника. Так, ВС РФ в одном из своих определений указал следующее:

«Указанные правомочия собственника не могут реализовываться без учета общих принципов гражданского законодательства, которые, в числе прочего, подразумевают, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, не допускать злоупотребления правом и не извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 и статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, право собственности не может пониматься абсолютно, как ничем не ограниченная возможность владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим собственнику имуществом.

В развитие данных положений пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что права собственника ограничены возможностью совершения действий, не противоречащих закону и иным правовым актам и не нарушающих права и охраняемые законом интересы других лиц».

В отношении определенных видов имущества непосредственно законом могут устанавливаться пределы содержания права собственности — исходя из необходимости обеспечения публичных интересов (в частности, обороноспособности государства, жилищных и иных социальных нужд граждан). Такие пределы «обрезают» содержание права собственности, и некоторые правомочия собственника «отмирают» и уже не могут быть реализованы ни собственником, ни иными лицами, т.е. носят строго негативный характер.

В качестве примера можно привести устанавливаемые публичным правом различного рода охранные зоны — в той части, в которой они устанавливают пределы права собственности на земельный участок: запрет возводить строения и т.п. Например, у собственников земельных участков, где размещены подземные объекты трубопроводного транспорта, относящиеся к линейным объектам, возникают ограничения прав в связи с установлением охранных зон таких объектов. Владельцы данных земельных участков при их хозяйственном использовании не могут строить какие бы то ни было здания, строения, сооружения в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения без согласования с организацией — собственником системы газоснабжения или уполномоченной ею организацией. Здания, строения и сооружения, построенные ближе установленных строительными нормами и правилами минимальных расстояний до объектов систем газоснабжения, подлежат сносу за счет средств юридических и физических лиц, допустивших нарушения.

В некоторых случаях право собственности ограничивается тем, что, помимо собственника, возможность пользоваться вещью приобретает неопределенный круг лиц; при этом собственник может лишиться определенных возможностей, однако это не является определяющим. Хорошим примером подобного «позитивного» ограничения права собственности в пользу «всех без изъятия» является так называемый бечевник — возможность доступа к водным объектам общего пользования. В соответствии со ст. 6 Водного кодекса РФ^[24] поверхностные водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, являются водными объектами общего пользования (ч. 1); каждый гражданин вправе иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для личных и бытовых нужд, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами (ч. 2). Для общего пользования предназначается и береговая полоса — полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования; при этом сама эта полоса может находиться в частной собственности. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет — в зависимости от вида водного объекта — от 5 до 20 м (ч. 6). Таким образом, собственник прибрежного земельного участка, продолжая быть собственником в том числе и береговой полосы как части этого участка, должен претерпевать пользование этой полосой любым гражданином; в частности, собственник лишен права огораживать свой участок таким образом, чтобы препятствовать использованию береговой полосы. В случае нарушения собственник может быть привлечен к ответственности, а сооруженные им заборы и прочие преграды, препятствующие доступу к водному объекту, — демонтированы. КоАП РФ (ст. 8.12.1) предусмотрена ответственность за несоблюдение условия обеспечения свободного доступа граждан к водному объекту общего пользования и его береговой полосе.

Подобные ограничения, предоставляющие возможность пользоваться принадлежащей собственнику вещью неограниченному кругу лиц, могут устанавливаться и «адресно», в отношении конкретных объектов. Установление подобных «адресных» ограничений тоже производится точечно — в основном путем принятия нормативного правового акта в отношении конкретного объекта. В частности, в целях обеспечения свободного доступа граждан к водному объекту общего пользования и его береговой полосе согласно п. 3 ст. 23 ЗК РФ могут устанавливаться так называемые «публичные сервитуты» для прохода или проезда через земельный участок, т.е. право собственника может быть ограничено не только в части береговой полосы, но и в другой части — для обеспечения доступа граждан уже к самой береговой полосе.

Термин «публичный сервитут» не случайно взят в кавычки: название это необходимо считать условным, поскольку сервитутом является производное субъективное право на чужую вещь (ограниченное вещное право). Однако, как единодушно отмечается в цивилистической доктрине, «публичный сервитут», ограничивая право собственника, в то же время никому конкретно субъективного права на его вещь не предоставляет, т.е. собственно сервитутом в частноправовом смысле не является. Предусмотренные ст. 23 ЗК РФ «публичные сервитуты» представляют собой ограничения права собственности в пользу «всех без изъятия», которые устанавливаются в предусмотренном ЗК РФ порядке в отношении конкретных земельных участков законом или иным нормативным правовым актом Российской Федерации, нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, нормативным правовым актом органа местного самоуправления в случаях, если это необходимо для обеспечения интересов государства, местного самоуправления или местного населения с учетом результатов общественных слушаний.

Возможность установления ограничений права собственности заставляет задуматься и о механизмах защиты интересов собственника. Часть 3 ст. 35 Конституции РФ устанавливает, что принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Конечно, при установлении ограничений право собственности как таковое сохраняется, однако его содержание (как и рыночная стоимость имущества) может сократиться самым драматичным образом, и отказ в компенсации на том основании, что de iure изъятия не происходит, никак не основан на духе закона. Потому не только изъятие, но и любое существенное ограничение права собственности в общественных целях должно обусловливаться справедливой компенсацией. Соответствующие механизмы предусмотрены ЗК РФ. Статья 57 ЗК РФ, в частности, устанавливает, что подлежат возмещению в полном объеме убытки, причиненные ограничением прав собственников земельных участков, изменением целевого назначения земельного участка (п. 1)1. Возмещение убытков осуществляется за счет соответствующих бюджетов или лицами, в пользу которых ограничиваются права на земельные участки, а также лицами, деятельность которых вызвала необходимость установления охранных, санитарно-защитных зон и влечет за собой ограничение прав собственников земельных участков (п. 3). При расчетах размеров возмещения убытки собственников земельных участков определяются с учетом стоимости их имущества на день, предшествующий принятию решения об ограничении прав собственников земельных участков (п. 4).

Для такой разновидности ограничений права собственности, как «публичные сервитуты», установлены специальные правила. В свое время законодатель на случай установления «публичного сервитута» предусмотрел, что если его установление приводит к невозможности использования земельного участка, то собственник земельного участка вправе требовать изъятия, в том числе путем выкупа, у него данного земельного участка с возмещением органом государственной власти или органом местного самоуправления, установившими публичный сервитут, убытков или предоставления равноценного земельного участка с возмещением убытков (абзац первый п. 7 ст. 23 ЗК РФ) . Эта норма утратила силу с 1 апреля 2015 г., и в настоящее время в случаях, когда установление «публичного сервитута» приводит к существенным затруднениям в использовании земельного участка, его собственник вправе требовать от органа государственной власти или органа местного самоуправления, установивших «публичный сервитут», лишь соразмерную плату.

Ограничения права собственности могут устанавливаться также в пользу определенных лиц. Примером таких ограничений можно считать те, которые устанавливаются в пользу собственников соседней недвижимости, вследствие чего сам институт и носит наименование соседского права. Подобного рода ограничения также не относятся к сервитутам, поскольку не предоставляют возможности пользования чужой недвижимостью, не являются субъективными правами тех лиц, в пользу которых установлены. Закон ограничивает собственника, но эти ограничения присущи самому его праву, а не вытекают из существования прав других лиц на его вещь1. Еще одной характерной чертой данного института выступает то, что указанные ограничения взаимны, т.е. ограничение права собственности каждого лица компенсируется установлением «встречных» ограничений права собственности его соседей.

Те случаи, когда собственники соседних участков своим соглашением ограничивают друг друга или одного из них в возможности, например, строить дом выше определенной высоты или строить здание определенного типа (например, свинарник), не охватываются рассматриваемым институтом. В подобных случаях собственник участка ограничен в возможности совершения определенных действий в отношении принадлежащей ему недвижимости не законом или иным нормативным актом, а собственным волеизъявлением. Природа прав, возникающих из подобных соглашений, имеет спорный характер. Иногда их относят к так называемым «отрицательным сервитутам», которые не дают права пользоваться служащей недвижимостью, а лишь ограничивают собственника в пользовании ею; иногда полагают, что в таком случае устанавливается не отрицательный сервитут, а негативное обязательство. Поскольку действующий ГК РФ не знает «отрицательных сервитутов» (согласно ст. 274 ГК РФ сервитут есть право ограниченного пользования соседним участком) и их признание предусматривается лишь соответствующими статьями проекта изменений ГК РФ, на данный момент остается присоединиться к последнему мнению.