Файл: Вина как условие гражданско-правовой ответственности..pdf

Итак, договорную ответственность можно определить как установленные договором неблагоприятные последствия неправомерного поведения стороны в обязательстве, выражающиеся в лишениях имущественного характера либо в принудительном исполнении первоначальной обязанности.

1.2.Вина как условие внедоговорной ответственности.

Деликтную ответственность, в свою очередь, можно по характеру причинного вреда классифицировать на ответственность за причинения вреда имущественного и ответственность за причинения морального вреда.

Во всех вышеперечисленных случаях основанием, которое порождает обязанность возместить вред, выступает правонарушение. То обстоятельство, что условием гражданско-правовой ответственности за деликт является вина, нашло свое отражение в п. 2 ст. 1064 ГК РФ [3]: «лицо, причинившее вред, от возмещения вреда освобождается, если докажет, что вред причинен не по его вине». Данная норма свидетельствует о том, что при причинении вреда наступает ответственность за деликт (основание ответственности), однако привлечение к такой ответственности невозможно при отсутствии вины, то есть делинквент от гражданско-правовой ответственности освобождается. В этой связи, считаем, что ст. 1064 ГК РФ было бы разумнее назвать как «Основание и общие условия ответственности за причинение вреда».

В соответствии с современной доктриной отечественного гражданского права в качестве основания деликтной ответственности, выделяют некий юридический факт, с которым связано нарушение субъективного права потерпевшего, то есть, наличие вреда. По общему правилу, условия ответственности – это предусмотренные в законе определенные требования, характеризующие основание ответственности и необходимые для применения соответствующих санкций [50, с. 46].

Как нам думается, применительно к деликтным обязательствам, нарушение субъективных гражданских прав свидетельствует о самом факте непосредственного причинения вреда тому или иному лицу. Поэтому, основанием деликтной ответственности можно признать факт причинения вреда имуществу гражданина или юридического лица, либо неимущественным благам – жизни или здоровью гражданина [29, с. 450].

Существует точка зрения, что основанием деликтной ответственности является правонарушение [47, с. 31]. Однако при этом не учитывается, что квалифицировать определенное поведение в качестве правонарушения можно лишь при установлении предусмотренных законом условий ответственности. Основание ответственности обосновывает возможность ее применения, но при наличии установленных законом условий. Таким образом, основанием деликтной ответственности правонарушение как таковое не является, им будет являться сам факт причинения вреда. Условия, необходимые для признания этого факта правонарушением (противоправность, причинная связь, вина), должны быть обнаружены (установлены) в случае применения мер ответственности (возмещения вреда).

Надо признать, что принцип ответственности за вину выступает в качестве обязательного элемента конструкции генерального деликта. Иногда закон предусматривает исключения из данного принципа, но они не могут быть основанием для того, чтобы отвергать сам принцип.

Нелишним будет упомянуть и ст. 6, 55-57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) [8], согласно которым сторонам предоставлены равные права и обязанности в доказывании, а ответчик почти всегда заинтересован в доказывании своей невиновности, то в процессе спора суд может исследовать все представленные доказательства по делу и вынести правосудное решение.

 В литературе отмечается тенденция к уменьшению значения субъективного основания ответственности. При его оценке используются такие объективные критерии, как «требования, принятые в обороте», поведение «хорошего и заботливого хозяина», поведение «разумного предпринимателя». На это обращает внимание и Р. Леже [41, с. 211], полагающий, что субъективная концепция вины существенно затруднила или даже сделала невозможным для потерпевших отыскание платежеспособной ответственности, поэтому делаются выводы, что само посягательство на право другого лица, вытекающее из действий причинителя, образует виновное деяние.

 Однако зачастую судебные органы, вынося решение, не принимают во внимание положения гражданского законодательства, закрепляющие презумпцию вины. Так, ФАС Волго-Вятского округа по одному из дел посчитал, что для удовлетворения требования о взыскании ущерба доказать необходимо наличие состава правонарушения: наступление вреда, наличие противоправного поведения и вины причинителя вреда, а также причинно-следственную связь [18]. В случае отсутствия доказательств хотя бы по одному элементу состава правонарушения, исключается наступление деликтной ответственности.

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что встречаются примеры игнорирования судебными инстанциями и положения п. 2 ст. 1064 ГК РФ. Так, ФАС Волго-Вятского округа по одному из дел посчитал, что для удовлетворения требования о взыскании ущерба необходимо наличие состава правонарушения доказать: наступление вреда, наличие противоправного поведения и вины причинителя вреда, а также причинно-следственную связь. В случае отсутствия доказательств хотя бы по одному элементу состава правонарушения исключается наступление деликтной ответственности [19].

Мы отметили, что на сегодняшний день продолжает развиваться тенденция расширения безвиновной деликтной ответственности. Примечательно, что принцип субъективной ответственности раньше был призван охранять интересы личности, теперь он зачастую действует в ущерб ей, и принцип объективной ответственности встает на защиту личности и ее благ. Указанный процесс объективизации ответственности можно отнести к одному из составляющих элементов процесса социализации права [37, с. 53].

 Расширение объемов безвиновной ответственности представляет собой объективный процесс. По мнению Е. Годэмэ, «требование вины как элемента ответственности в общепринятом учении кажется последним остатком смешения гражданской и уголовной ответственности, возмещением вреда и уголовного наказания. С карательной точки зрения действие должно составлять вину, с точки зрения обязанности гражданского возмещения достаточно причинной связи» [28, с. 241].

Обращает на себя внимание и п. 1 ст. 1083 ГК РФ [3], согласно которому вред, который возник в результате умысла потерпевшего, не подлежит возмещению. В зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, размер возмещения должен быть уменьшен, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда.

 В случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом иное не предусмотрено. Однако нужно иметь в виду, что при причинении вреда жизни или здоровью гражданина не допускается отказ в возмещении вреда [51, с. 441].

 Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела: характера деятельности, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния, обстановки причинения вреда, и др.

Более того, при определении размера вреда наличие умысла или грубой неосторожности в действиях потерпевшего доказывает лицо, причинившее вред.

Обратим внимание и на тот факт, что применительно к деликтным обязательствам вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094 ГК РФ).

Но в любом случае суд также вправе уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно [41, с. 211].

Говоря о формах вины в деликтных обязательствах, важно иметь в виду, что нормы о деликтной ответственности, в отличие от уголовной ответственности, по общему правилу не придают значения тяжести или степени вины при определении размера вреда, подлежащего возмещению. Например, имущественный вред, выразившийся в сумме 50 тыс. рублей, причинен умышленным преступлением и вред на такую же сумму причинен по неосторожности, причем причинитель вреда не был привлечен к уголовной ответственности. Основная сумма, подлежащая взысканию в пользу потерпевшего, в обоих случаях будет одинаковой [47, с. 31].

В виде исключения из указанного правила законом может быть предусмотрено влияние степени вины участников деликтного обязательства на объем ответственности. Например, размер возмещения, подлежащего взысканию в пользу потерпевшего, должен быть уменьшен, если его грубая небрежность содействовала возникновению или увеличению вреда. При этом учитывается и степень вины причинителя вреда (абз. 1 п. 2 ст. 1083 ГК РФ). Легкая (простая) неосторожность не подлежала бы учету в подобной ситуации [22, с. 241].

Анализ норм законодательства привел нас к выводу о том, что договорная и деликтная ответственность существенно отличаются по субъектному составу, специфике условий ответственности, основаниях освобождения от ответственности, поэтому представляется целесообразным включить определение понятия вины в ст. 1064 ГК РФ [3], в которой содержатся нормы об общих основаниях ответственности за причинение вреда. Полагаем, что вина в гражданском праве должна пониматься как психическое отношение лица к своему противоправному деянию и его последствиям.

1.3.Презумпция виновности и ответственность без вины.

Одним из основных начал гражданско-правовой ответственности можно назвать презумпцию виновности. Под данной правовой категорией понимается законное, опровержимое, не обладающее высокой степенью вероятности предположение виновности причинителя вреда, лица, которое не исполнило или ненадлежащим образом исполнило обязательство. Помимо того, в рамках института гражданско-правовой ответственности, презумпция виновности выполняет функцию одного из основных начал (принципов) защиты субъективных прав [22, с. 241].

Особенности функционирования презумпции виновности обусловливают три основные стадии гражданско-правовой ответственности, которые включают в себя возникновение прав и обязанностей участников отношения ответственности, их внепроцессуальную и процессуальную реализацию.

Презумпцией виновности на этих стадиях предопределяется:

- право потерпевшего на требование возмещения вреда (убытков), осуществление мер самозащиты, на оперативное воздействие;

- обязанность правонарушителя претерпеть неблагоприятные материальные последствия и его право на внепроцессуальное опровержение своей виновности;

- реализация участниками отношения гражданско-правовой ответственности своей волей и собственными действиями указанных прав и обязанностей;

- характер решения, выносимого судом, которое зависит от опровержения или неопровержения правонарушителем своей вины [28, с. 241].

Из всех перечисленных стадий только на третьей стадии можно вести речь о привлечении правонарушителя к гражданско-правовой ответственности или освобождении от нее [47, с. 31].

Далее заметим, что роль презумпции виновности в гражданском праве отнюдь не ограничивается юридико-техническим приемом, состоящим в вероятностном предположении виновности правонарушителя и обеспечивающим, как полагается некоторыми правоведами, преодоление трудности доказывания виновности и рациональное с точки зрения законодателя распределение этого бремени между сторонами отношения юридической ответственности. В реальности как основное начало гражданско-правовой ответственности презумпцию виновности применяют в качестве средства осуществления правовой политики, решения социально правовых задач, которые связаны с защитой участников гражданских правоотношений, субъективные права и законные интересы которых оказались нарушенными.

Касательно процессуально-правового аспекта презумпции виновности нужно заметить, он проявляется в том, что бремя доказывания своей невиновности, ложится на причинителя вреда, лицо, которое не исполнило или ненадлежащим образом исполнило обязательство, и то, что он освобождается от гражданско-правовой ответственности, если опровергнет свою виновность.

Материально-правовой аспект презумпции виновности состоит в определении особенности возникновения, содержания и реализации правового статуса участников отношения гражданско-правовой ответственности, предполагающего право потерпевшего на возмещение причиненного ему вреда (убытков) и обязанность причинителя вреда, лица, которое не исполнило или ненадлежащим образом исполнило обязательство, претерпеть неблагоприятные материальные последствия своего деяния.

Обратим внимание на то, что возникновение гражданско-правовой ответственности причинителя вреда, не исполнившего или ненадлежащим образом исполнившего обязательство, определяется моментом нарушения субъективного права других лиц. Указанное принципиальное свойство презумпции виновности признается многими цивилистами [24, с. 56]. Наряду с этим, оно вытекает из гражданско-правовых норм, косвенно закрепляющих эту презумпцию, согласно которым причинитель вреда «несет ответственность, если не докажет отсутствие своей вины».