Файл: Собственность как правовая категория.pdf

Глава 1. Понятие права собственности

1.1. Собственность как правовая категория

Одной из основ экономических отношений в России и зарубежных государствах является собственность в различных ее видах. Как верно указывал И. И. Карпец, «собственность — это экономическая основа общества. Нет, пожалуй, более «устойчивой» характеристики человека, чем его приверженность к своему, личному, частному»^[1]. Можно без преувеличения утверждать, что все сферы жизнедеятельности человека в той или иной мере связаны с возможностью владеть, пользоваться или распоряжаться собственностью.

В свою очередь анализ литературы и нормативно-правовых источников показал: единых юридических дефиниций «собственность», «право собственности» не существует, что вызывает обоснованные вопросы у ученых и практиков по поводу объекта и предмета защиты от корыстных преступлений против собственности.

Например, в уголовно-правовой трактовке объект защиты от корыстных преступлений против собственности одними исследователями рассматривается как основа имущественного содержания собственности^[2]; другие выделяют собственность как правовую категорию^[3]; в понимании третьих эти аспекты или объединяются^[4] или собственность как объект преступлений вообще отрицается^[5]. Так, А. А. Пионтковский утверждал, что объектом преступления могут быть любые общественные отношения, охраняемые уголовным законом, но в ряде случаев непосредственным объектом может быть имущество^[6].

Другой ученый советской школы права Б. С. Никифоров отмечал: «Объектом посягательств на социалистическую собственность является возможность для государства использовать принадлежащие всему народу материальные ценности по плану в соответствии с их народнохозяйственным назначением (когда речь идет о государственной собственности) или обеспеченная общественным организациям возможность в установленных законом пределах использовать принадлежащее организации имущество в плановом порядке в интересах входящих в организацию граждан (когда речь идет об общественной собственности), а объектом посягательств на личную собственность является возможность советским гражданам в установленных законом пределах использовать имущество по своему усмотрению»^[7]. В качестве небольшого уточнения отметим, что Б. С. Никифоров недостаточно полно использовал все элементы правоотношения собственности, не указал право владения и распоряжения, но в целом выделил именно особенности правовой свободы по отношению к имуществу.

В данном контексте примечательны соображения И. А. Клепицкого, который обусловливал объект защиты от данных преступлений как собственность в виде общественных экономических отношений по распределению материальных благ^[8].

Позиция И. А. Клепицкого близка к мнению С. Сдобнова о собственности как определенном социально-экономическом взаимодействии между людьми, выражающем исторически конкретную форму присвоения материальных благ^[9].

Рассматривая точки зрения И. Л. Клепицкого и С. Сдобнова, Г. В. Верина указывает: «Субъективные имущественные права и интересы, по И. А. Клепицкому, есть не что иное, как экономическая категория собственности, по С. Сдобнову»^[10].

Вопросы соотношения этих понятий затрагивались и цивилистами. Указанная проблематика анализировалась в трудах ученых дореволюционного периода развития науки гражданского права: Д. И. Мейера, К. П. Победоносцева, И. А. Покровского, В. И. Синайского, Е. Н. Трубецкого, В. М. Хвостова, Г. Ф. Шершеневича. В советское время вопросы о собственности затрагивались в работах С. С. Алексеева, М. И. Брагинского, С. Н. Братуся, Д. М. Генкина, В. П. Грибанова, О. А. Красавчикова. Отдельные проблемы исследования права собственности рассматривались такими теоретиками, как
В. А. Дозорцев, В. П. Камышанский, В. Л. Рыбаков, Е. А. Суханов, В. А. Тархов, Л. В. Щелникова, К. И. Скловский.

Например, сущность собственности, или, по мнению К. П. Победоносцева, отличительное свойство вещного права, выражается в том, что в нем содержится господство над имуществом, имеющим значение вещи (то есть имеющим внешнее, вне лица сущее бытие, объективное значение), и притом господство непосредственное, так что хозяин простирает все действие своего
права непосредственно своим лицом на самую вещь, без отношения к какому-либо другому лицу, и не через другое лицо, а сам собою^[11].

С точки зрения немецкого ученого Г. Дернбурга, «вещными правами являются права, которые непосредственно подчиняют нам телесную вещь. Наиболее совершенным из этих прав является право собственности, право общего господства над вещью. Господство же в определенном отношении, в ограниченном объеме дают вещные права на чужую вещь, например,
сервитуты, залоговое право»^[12].

Право собственности является одним из основных и важнейших институтов права, который предопределяет развитие, прежде всего, экономических отношений в обществе. Но, с другой стороны, институт собственности в системе прав человека остается одним из дискуссионных и комплексных институтов. Комплексность института права собственности определена сочетанием публично-правовых и частноправовых начал. В большинстве работ отечественных цивилистов право собственности рассматривается именно с точки зрения частного права. Однако «представляется, что для наднационального регулирования данного института на первый план выходит публично-правовая трактовка права собственности как фундаментального неотъемлемого права личности, подлежащего защите со стороны государства и наднациональных институтов»^[13].

Свойство «неотъемлемости» права собственности прослеживается в положениях международных актов о фундаментальных правах человека, что является свидетельством развития института права собственности и упрочения его естественно-правового характера^[14].

В гражданском праве различают вещно-правовые иски и обязательственно-правовые. Вещно-правовые иски защищают право собственности в «статике», при нарушении права пользования или лишение владения. В случае нарушения права собственности в договорных отношениях (например, при невозврате поклажедателю имущества, переданного хранителю по договору хранения) или в случае причинения вреда имуществу применяются обязательственно-правовые иски. ГК предусматривает специальные вещно-правовые способы защиты права собственности, а именно:

1) истребование вещи из чужого незаконного владения (виндикационный иск);

2) защита прав от нарушений, не связанных с лишением владения (негаторный иск);

3) защита прав владельца, не являющегося собственником^[15].

Вопрос отличия виндикационного иска от требования о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права, имеет существенное значение при определении способа защиты вещных прав. Виндикационный иск не имеет прямой связи с нарушением обязательства. В тех же случаях, когда имущество выбывает, в связи с нарушением обязательства и находится у стороны, нарушившей такое обязательство, конвалидация обязательства влечет одновременно и восстановление утраченного владения^[16].

В юридической литературе поднимался вопрос об определении момента приобретения права собственности добросовестным приобретателем. Согласимся с мнением А. В. Головизнина, который полагает, что момент приобретения права собственности может быть связан у такого приобретателя только с возможностью признания права на основании давности владения. Действительно, иные способы приобретения права собственности здесь не могут быть использованы. Но какое здесь имеет значение срок исковой давности, предусмотренный для надлежащего собственника. Предположим, собственник осведомлен о нахождении вещи у определенного лица, которое владеет ею на протяжении, например, шести месяцев, но не предпринимает действий по ее виндикации. Прошел срок исковой давности, и де-юре надлежащий собственник утратил право на удовлетворение иска, однако право собственности не возникло и у владельца. Право собственности последнего возникнет лишь по истечении давностного срока с соблюдением установленных законом правил (ч. 4 ст. 234 ГК РФ)^[17].

Следовательно, не имеет значения в данном случае факт отказа в удовлетворении иска о виндикации^[18] (бывший собственник, скажем, не смог доказать одно из необходимых условий). Право собственности владельца в таком случае также возникнет только по основаниям, предусмотренными ст. 234 ГК РФ, то есть спустя определенное время после истечения срока исковой давности, а не с момента утраты бывшим собственником возможности виндицировать вещь. Таким образом, сам факт вынесения подобного судебного решения не станет основанием приобретения права собственности добросовестным приобретателем.

Аналогичным образом следует определять и момент приобретения права собственности, если приобретатель не обратился в суд за установлением права.

Таким образом, виндикационный иск восстанавливает утраченное владение по отношению ко всем третьим лицам (при этом неважно, выбыло имущество в связи с нарушением обязательства или нет). Если же утрата владения произошла в связи с нарушением договора другой стороной, которая удерживает это имущество, то восстановить нарушенное обязательство возможно, обязав нарушителя вернуть такое имущество. Иск об истребовании имущества следует отграничивать от иных исков, также направленных на конкретную индивидуально - определенную вещь, но базирующихся на договорных обязательственных отношениях, ранее возникших между участниками спора.

Для удовлетворения виндикационного требования вина нарушителя не обязательна. Существенное значение в деле защиты владения имеют положения статьи 302 ГК РФ, которая закрепляет исключение из общего правила, установленного нормой ст. 301 ГК РФ, предусматривая случаи, где собственник не может истребовать свою вещь из владения другого лица.

Более того, при этих обстоятельствах само право собственности прекращается у бывшего собственника и появляется у владельца^[19]. Законом предусмотрено исключение из общего правила в случаях, когда кроме притязаний собственника имеется иной интерес, требующий защиты – интерес добросовестного владельца. ГК РФ устанавливает приоритет защиты интересов добросовестного приобретателя.

Ограниченная виндикация может быть лишь в отношении хотя и незаконного, но добросовестного приобретателя, приобретшего возмездно имущество у лица, не имевшего права распоряжаться им^[20].

Законодатель ставит решение вопроса об истребовании имущества у обладателя вещью, добросовестного ее приобретшего, в зависимость от того факта, была ли приобретена вещь за плату или перешла безвозмездно. В соответствии ч. 2 ст. 302 ГК РФ, в случае безвозмездного приобретения вещи от лица, которое не имело права распоряжаться им, собственник вправе истребовать имущество в любом случае. Часто, указанное правило закона истолковывается в юридической литературе и в правоприменительной практике в том смысле, что вещь должна быть изъята собственником у любого лица, безвозмездного ее приобретшего, например, у одаряемого, к которому вещь перешла от добросовестного возмездного приобретателя. С этим, конечно, сложно согласиться. По сути дела, такое расширительное истолкование закона препятствует приобретателям, добросовестно и возмездно приобретшим имущество, возможности передавать его в дар, завещать его наследникам и, то есть вводит не основанные на законе грани права собственности. Необходимо учитывать, что норма ч. 2 ст. 302 ГК РФ рассчитана на случаи, когда продавец не управомочен на отчуждение вещи. Если же отчуждатель сам стал собственником вещи, уже не имеют роли какие–либо условия передачи вещи третьему лицу. Не лишен недостатков и принцип разделения материальных убытков, положенный в основу предлагаемого решения. Так предположение, что добросовестный безвозмездный приобретатель в случае изъятия у него вещи ничего не теряет, носит весьма условный характер, поскольку любое отобрание имущества из владения является вполне реальной утратой. Поэтому права приобретателя, к которому имущество поступило безвозмездно от недобросовестного отчуждателя, подлежат юридической защите.

1.2. Защита права собственности в римском гражданском праве

Римское право признавало различные средства защиты права собственности. При наличии либо отсутствии вещи у собственника предъявляется виндикационный или же негаторный иск.

В зависимости от вида собственности квиритскому собственнику предъявлялся виндикационный иск, бонитарному (преторскому) обладателю — публициановский иск, провинциальному собственнику — изменённый иск добросовестного владельца. В исключительных случаях в целях защиты права собственности предъявлялись личные иски, носящие обязательственный характер, и интердикты^[21].

Виндикационный иск являлся для квиритского собственника основным средством истребования своей утраченной вещи из чужого владения, включая все плоды и приращения. Данный тип иска нельзя было предъявлять в целях защиты провинциарной или бонитарной (преторской) сбственности. Виндикационный иск признавался различными процессами: легисакционным, формулярным, экстраординарным. Он подавался для непосредственного возвращения вещи её законному собственнику или же в целях справедливой денежной компенсации за вещь^[22].

Собственник вещи являлся истцом по виндикационному иску, в то же время ответчиком могло стать любое лицо, владеющее вещью на момент его подачи иска. Ответчики были двух категорий: реальные и мнимые. Реальный владелец — тот, кто действительно имел вещь во владении, а мнимый — лицо, умышленно продавшее вещь, с целью не владеть ею на момент разбирательства по иску.

Существовало два вида владельцев: добросовестные и недобросовестные. По критерию добросовестности они имели различный объём ответственности.

Добросовестный владелец несёт ответственность за состояние вещи с момента предъявления иска, также не возмещает плоды и приращения. В свою очередь собственник обязан возместить все, необходимые или полезные владельцу, издержки, им затраченные^[23]. К примеру, расходы по хранению, ремонту вещи и другие.

Ответственность недобросовестного владельца более значительна и объёмна. Он полностью ответственен за гибель вещи как до подачи иска собственником, даже при лёгкой небрежности, так и за гибель вещи после подачи иска, несмотря на отсутствие вины или небрежность. Выделяется перечень обязанностей по возмещению стоимости вещи. К числу таких относят: возмещение стоимости плодов, за период, до подачи иска, основываясь на оптимальной заботливости недобросовестного владельца. Также и после подачи иска, основываясь на предположении оптимальной заботливости реального собственника. Бремя оплаты расходов, связанных с сохранением имущества также обязывало недобросовестного владельца.