Файл: Договорные конструкции (История становления института ренты).pdf
Добавлен: 17.05.2023
Просмотров: 363
Скачиваний: 2
Изучая юридическую природу договора ренты в более позднее время, мы пришли к выводу, что в своде законов Российской империи этому виду договора не нашлось места. Однако это не помешало К.Н. Анненкову обратить внимание на то, что «не может быть, кажется, никакого сомнения в том, что и у нас подобно тому, как и праву римскому, основанием возникновения обязательства доставлять содержание одними лицами другим может служить не только закон, но также договор как соглашение о таком предмете, который никак не может считаться предметом, законом запрещенном». Тем не менее если обратиться к обычному праву России, то в нем можно было найти немало примеров о подобных сделках. Так, например, С. В. Пахман, рассматривая случаи условной продажи, указывал, что у крестьян встречается продажа с условием оставить купленную вещь в пожизненном владении продавца. В качестве примера он приводит случай из практики, по которому один крестьянин продал другому дом с усадьбой, сохраняя за собой право жить в доме и пользоваться до своей смерти, приобретатель же должен содержать хозяина и похоронить его.
Проект Гражданского Уложения России, который разрабатывался на основе положений и норм зарубежного законодательства, и в особенности Германского и Швейцарского, включил в себя и нормы о ренте. В Проекте эти нормы имели много общего с кодексами этих государств. Непосредственным поводом к использованию соответствующих отношений и их регулированию послужило главным образом недостаточное развитие кредита. Рассматриваемый институт возник как одно из средств обеспечения получения дохода и сразу же разделился на два в зависимости от продолжительности действия соответствующего источника средства.
Так, в рамках конструкции договора о непременном доходе появились относительно самостоятельные договорные конструкции: о ренте «вечной» (непрерывной и бессрочной) и ренте «пожизненной». При этом, в свою очередь, в зависимости от источника «вечная рента» разделилась на ренту «с земли» и ренту «с капиталов»10.
В Проекте Гражданского Уложения предусматривались два вида договора - пожизненный доход (рента) и пожизненное содержание. Рента могла быть назначена как в виде денежных платежей, так и в натуральной форме. Договор мог быть установлен в пользу двух лиц: или в пользу контрагента, или в пользу третьего лица. Была установлена периодичность рентных платежей - «вперед за каждые три месяца», если иное не предусмотрено соглашением сторон (ст. 1095). Наряду с этим в Проекте предполагалось обеспечение договора залогом, но не автоматически, а по желанию сторон, потому как это было в их интересах. Также было закреплено положение о том, что если лицо, уплачивающее доход, объявлялось несостоятельным, то «получающий означенный доход, когда таковой обозначен закладом или залогом, пользуется преимущественным удовлетворением» (ст. 1096). Если же доход не обеспечен за - логом, то требования получателя должны удовлетворяться наряду с другими кредиторами. Поэтому в Проекте в интересах получателя ренты было закреплено право залога. В случае неисполнения плательщиком ренты договора получатель дохода мог потребовать возвращения имущества. Следует также отметить и то, что в Проекте право получателя пожизненного дохода не прекращалось в связи с лишением его всех прав состояния либо с принуждением его к каторге или ссылке, т. е. в этом случае не смешивались нормы публичного и частного права.
В связи с началом Первой мировой войны, а затем по причине революционных событий в России Проект Гражданского Уложения России не был принят [5, с. 341].
Таким образом, договор ренты и пожизненного содержания долгое время так и не мог найти свое отражение в нормах российского гражданского законодательства.
1.2 Содержание договора ренты – «узкие места договора»
По данным Е.А. Суханова в литературе существует, по крайней мере, три точки зрения по вопросу о характере договора ренты. Некоторые авторы считают договор ренты реальным, то есть определение реального договора в части, относящейся к платежам ренты, содержит формулу «передает в собственность». По мнению других авторов, договор ренты должен быть консенсуальным, то есть содержать формулу: «обязуется передать». Третьи считают договор ренты, в зависимости от передаваемого объекта, либо реальным, либо консенсуальным.
Большинство ученых считают, что договор ренты является реальным договором. М.И. Брагинский пишет: «Прежде всего, как и заем, рента - это реальный договор. Этот договор начинает действовать с момента, когда получатель ренты передает плательщику ренты в собственность соответствующее имущество. Само соглашение о ренте до передачи имущества никаких правовых последствий не влечет».
В действующем Гражданском кодексе Российской Федерации договор ренты, как и договор пожизненного содержания с иждивением, сконструирован как реальный, то есть сохранил присущий всем реальным договорам признак: заключение договора требует передачи вещи (имущества), в ст. 583 (договор ренты) и ст. 601 (пожизненное содержание с иждивением) ГК РФ подчеркивается, что получатель ренты «передает... в собственность имущество». Таким образом, ГК РФ, как представляется, закрепляет реальный характер договора ренты и пожизненного содержания с иждивением. Необходимо заметить, что такая позиция была отражена в свое время не только в законодательстве СССР, в котором соответствующий договор был выделен в отдельную главу, но и в ГК РСФСР 1964 г., где указанный договор входил в главу, регулирующую договор купли- продажи. При этом создалась весьма своеобразная ситуация, когда родовой договор - купля-продажа - включал в свое определение указание на то, что продавец «обязуется передать в собственность» (ст. 237 ГК РСФСФ 1964 г.), а помещенный в ту же главу договор купли-продажи жилого дома с условием пожизненного содержания рассматривался как таковой, но при условии, что «продавец передает в собственность покупателя жилой дом или часть его», то есть в данном случае явно прослеживается модель реального договора.
По мнению других авторов, договор ренты носит консенсуаяьный характер. В этой связи отмечается, что «единственное возражение против предложенной конструкции (консенсуального договора) могло бы основываться не на тексте закона, а на том, что в таком случае после регистрации договора приобретатель имел бы право добиваться его принудительного исполнения, включая истребование еще не переданного отчуждателем дома. Не ясно, однако, почему за отчуждателем нужно сохранять возможность уклонения от договора и после его регистрации со ссылкой на то, что дом еще не передан приобретателю? К тому же не исключено, что после регистрации договора он утратит интерес не для отчуждателя, а для приобретателя. Тогда уже правом на принудительное исполнение, несмотря на еще не состоявшуюся передачу, мог бы воспользоваться сам отчуждатель. А это означает, что, находясь в соответствии с законом, консенсуальная конструкция не ущемляет интересов ни одной из сторон и вместе с тем обеспечивает повышенную охрану интересов отчуждателя на случай любой неисправности, допущенной другим контрагентом».
Авторы, придерживающиеся такой точки зрения, считают, что этот договор изначально является консенсуальным, так как моментом заключения договора пожизненного содержания является его государственная регистрация, а не реальная передача. Если регистрация состоялась, а дом еще не передан, но приобретатель уже стал собственником дома, потому и был обязан содержать отчуждателя. Если же дом передан, но регистрация не состоялась, договор еще не заключен, то никаких связанных с ним обязательств приобретатель нести не может. Эту позицию разделяют В.А. Тархов, В.Ф. Яковлева, и она соответствует конструкции реального договора, так как момент государственной регистрации означает переход нрава собственности, и хотя реальной передачи дома может и не быть, тем не менее приобретатель уже является собственником имущества по договору, то есть юридически передача уже состоялась [14, с. 372].
Э.Ф. Тимкина полагает, что интересным в связи с рассматриваемым вопросом представляется мнение А. Мамаева. В его статье «Противоречивость конструкции договора ренты» отмечается, что договор ренты сформулирован законодателем как реальный, отсылка же ст. 585 ГК РФ к правилам купли-продажи и дарения при передаче имущества делает его консенсуальным. Во избежание этого противоречия А. Мамаев предложил внести изменения в ГК РФ, отдельно предусмотрев последствия отказа от передачи имущества плательщику ренты либо изменив конструкцию договора ренты так, чтобы он считался консенсуальным и взаимным: «По договору ренты одна сторона (получатель ренты) обязуется передать другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме». В этом случае отсылка к договорам купли-продажи и дарения будет правомерной и не противоречащей юридической природе договора ренты.
Существует и третья точка зрения на рассматриваемый вопрос, согласно которой договоры ренты характеризуются в зависимости от предмета, который передается под уплату рентных платежей - движимое или недвижимое имущество, и от того, на каких началах передается имущество, - за плату или бесплатно. То есть договоры ренты, заключенные под отчуждение движимого имущества, могут обладать реальным и консенсуальным характером в зависимости от того, за плату или бесплатно отчуждено движимое имущество под выплату ренты. Такой позиции придерживаются В.С. Ем, Е.А. Суханов. По их мнению, договор ренты, несомненно является реальным при передаче (отчуждении) движимого имущества под выплату ренты в собственность плательщика ренты бесплатно, так как в этих случаях применяются нормы гл. 32 ГК РФ о договоре дарения. Договор ренты является консенсуальным, когда передача движимого имущества в собственность плательщика ренты осуществляется за плату. В этих случаях к отношениям по передаче имущества применяются нормы гл. 30 ГК РФ о договоре купли-продажи. Совершенно справедливым в этой связи представляется положение о том, что в зависимости от «платности» или «бесплатности» ренты применению, подлежат соответствующие нормы о купле-продаже или дарении. Но, на наш взгляд, слишком категоричным было бы применять только предписания п. 2 ст. 585 ГК РФ без учета существующей в этой же статье оговорки: «...поскольку иное не установлено правилами настоящей главы и не противоречит существу договора ренты», которая допускает применение норм соответственно глав 30 и 32 лишь субсидиарно. То есть правила о купле-продаже и дарении применяются в том случае, если они не противоречат правилам главы 33 ГК РФ и существу договора ренты.
Если под выплату ренты передается недвижимое имущество, то, по мнению некоторых исследователей, следует учитывать фактор необходимости государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. И о консенсуальности или реальности договора говорить не приходится, так как правообразующая сила договора ренты возникает только во взаимосвязи с другим юридическим фактом - актом государственной регистрации. И традиционная римская классификация договоров оказывается в данном случае непригодной. Чем же по сути является государственная регистрация права? Это переход права собственности от одного собственника к другому, то есть это и есть передача вещи. И трудно не согласиться с мнением М.И. Брагинского о том, что моментом регистрации и подчеркивается реальная природа договора, поскольку его возникновение все равно связано не с соглашением как таковым, а с передачей вещи.
В пользу реальной конструкции договора ренты говорит и тот факт, что в ГК РСФСР 1964 г. также прослеживается модель реального договора купли-продажи с условием пожизненного содержания. А необходимость внесения изменения в закон всегда продиктована практикой: за время существования договора купли-продажи с условием пожизненного содержания таких случаев, которые свидетельствовали бы о необходимости конструкции консенсуального договора, не возникало. Кроме того, можно отметить, что реальный договор характерен для фидуциарных, длящихся договоров, а к таковым и относится договор ренты [15, с. 46-49].
Глава 2 Гражданско-правовая практика опосредующая институт ренты
2.1 Выкупная цена ренты
На отношения постоянной ренты распространяются общие правила о прекращении обязательств, изменении и расторжении договоров, за исключением прекращения обязательств исполнением, предусмотренного ст. 408 ГК РФ [3]. В то же время законодательством установлен еще один способ прекращения обязательств по выплате ренты - выкуп ренты. Плательщик постоянной ренты вправе выкупить ренту и таким путем прекратить дальнейшую выплату рентных платежей.
Значение механизма выкупа постоянной ренты состоит в том, что плательщик ренты в порядке, согласованном сторонами, выплачивает получателю сумму, в которую заранее оценена постоянная рента либо определенную в установленном законом порядке, что приводит к освобождению плательщика от дальнейшей выплаты ренты.
В том случае, если плательщик ренты желает ее выкупить, он обязан выполнить ряд условий. Во-первых, плательщик ренты должен письменно сообщить получателю ренты о своем желании выкупить ренту (на тот случай, если между сторонами договора возникнет спор, подобное уведомление следует направлять заказным письмом с уведомлением о вручении, либо вручать под расписку). Во-вторых, сообщение должно быть отправлено не позднее, чем за 3 месяца до окончания выплаты ренты, если более длительный срок не установлен договором. И, наконец, в-третьих, плательщик должен выплачивать ренту в полном объеме до выплаты всей суммы выкупа, если иное не предусмотрено договором.
При этом получателю ренты, несомненно, выгодно установить в договоре срок предупреждения о выкупе больший, чем предусмотрен законом - 3 месяца, так как в это время он продолжает получать рентные платежи [4, с. 15].