Файл: Приобретение права собственности..pdf

В настоящее время в Российской Федерации элементы траста применяются весьма ограниченно: применительно к ценным бумагам на основе правового положения ст. 138, 1012 ГК РФ).

Доверительное управление имуществом может: а) прямо основываться на законе. Например, доверительное управление имуществом подопечного (ст. 38 ГК РФ), управление имуществом при патронаже (ст. 41 ГК РФ); б) основываться на гражданско-правовом договоре о доверительном управлении имуществом, заключенном между собственником и управляющим. Например, учредитель управления передает доверительному управляющему объект недвижимости (ст. 1012 - 1026 ГК РФ).

Бремя содержания имущества как правовой институт включает обязанности: а) платить установленные налоги (например, юридические лица коммерческого характера обязаны платить налог на имущество; физические лица - налог по отдельным видам имущества, собственниками которого они являются (транспортные средства, недвижимое имущество), земельный налог и т.п.), страховать имущество в случаях, установленных законодательством, и т.д.; б) осуществлять техническое обслуживание и уход (например, за транспортными средствами); в) возмещать другим лицам вред, причиненный принадлежащим собственнику имуществом (например, возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности). [10, с. 25]

В ряде случаев закон предусматривает, что бремя содержания имущества от собственника переходит к другим лицам. Например, если унитарное предприятие на праве хозяйственного ведения владеет имуществом собственника, то оно несет все расходы, связанные с владением имущества (ст. 120, 295 ГК РФ), и др. Так же ст. 210 ГК РФ допускает, что бремя содержания имущества по гражданско-правовому договору может быть возложено на другое лицо (например, на арендатора в договоре аренды (ст. 634, 646 ГК РФ), на нанимателя квартиры при найме муниципальной квартиры (ст. 343, 616, 891 ГК РФ).

Анализ судебной практики по данному вопросу показывает, что: а) взыскание с граждан неустойки (пени) за задержку оплаты жилищно-коммунальных услуг является правомерным; б) несмотря на то, что действия водителей транспортного средства в момент столкновения автомобилей не были противоправными и они к уголовной или административной ответственности не привлекались, тем не менее, последние несут ответственность за вред, причиненный третьим лицам, в результате взаимодействия источников повышенной опасности, принадлежащих им; в) обязанность по производству последующих капремонтов лежит на новых собственниках в том числе и на гражданах, приватизировавших жилые помещения; г) если жилое помещение переходит к органам местного самоуправления, то следует четко определить момент, с которого новый собственник несет бремя содержания данного имущества.[21]

Необходимо отметить, что в настоящее время, несмотря на широкое толкование и использование в юридической практике категорий «собственность» и «владение», с теоретической позиции остается множество не решенных вопросов.

Российское гражданское законодательство не содержит понятия права собственности, ограничиваясь перечислением трех правомочий, входящих в состав этого вещного права.

Безусловно, важнейшим из правомочий является право владения, предусматривающее фактическое обладание вещью, однако право собственности и право владения зачастую разделены и не совпадают субъектно. Это касается большинства сделок, по которым право на владение имуществом временно переходит от собственника к новому владельцу, а также некоторых вещных прав, как, например, право оперативного управления.

Таким образом, гражданское законодательство не содержит понятия права собственности, а только его содержание, то есть классическую совокупность правомочий по владению, пользованию и распоряжению имуществом.

При этом право собственности презюмируется как право абсолютное и как наиболее полная форма вещных прав. Однако, как в отсутствии определения собственности, так и в наборе правомочий содержатся основные проблемы понимания категории «собственность».

В современном гражданском праве триада правомочий предполагает достаточность для установления права собственности. Однако, ни коим образом нигде в законе или научной литературе не упоминается о том, что список правомочий является закрытым. Как правило, большинство ученых предполагает, что невозможно включить в содержание права собственности какое-либо правомочие, которое не совпадало бы с элементами содержания права собственности или не являлось бы синонимом одного из составляющих. [18, с. 335]

Данное утверждение не совсем справедливо. Помимо категории «собственность», гражданское право содержит смежную категорию «интеллектуальная собственность», так же состоящую из триады правомочий: создание, распространение, использование. При этом, если использование мы можем назвать видом права пользования, а распространение — распоряжением, то право на создание объекта является правомочием, которое не содержится в классической категории «собственность».

Конечно, можно заявить о том, что право на создание является не правомочием, а основанием возникновения права собственности, но это несколько не верно. Создание предполагает не только первоначальное сотворение вещи, но также ее переработку, реконструкцию, изменение свойств и качеств. Не включив такое правомочие как «право на создание» в содержание собственности, мы условно лишаем собственника права на осуществление указанных действий.

Таким образом, триада правомочий является не достаточной конструкцией для определения абсолютного права ­ собственности. Иначе, когда собственник утрачивает права на вещь (вследствие обратимого признания умершим, конфискации, потери вещи и т.п.) все же остается условная связь субъекта и вещи, которая может способствовать возврату прав на нее, даже если все правомочия утрачены.

С другой стороны, если каждому собственнику принадлежат одинаковые права на вещь, почему законодательство урезает права одних по отношению к другим? Получается парадоксальная ситуация, когда у одного собственника фактически и юридически прав меньше, чем у другого. Например, почему физическое лицо ограничено в праве передавать имущество на праве хозяйственного ведения?

Определение собственности посредством любого перечня — это всегда способ ограничения права, это, собственно говоря, несвободное право в несвободном обществе.

Еще одной проблемой собственности является признание гражданским правом такого института, как право общей совместной собственности. Если мы говорим об абсолютном праве собственности на вещь, мы предполагаем полное нераздельное господство собственника над вещью. Право совместной собственности дает нам несколько иное видение — одновременное абсолютное господство над одной и той же вещью нескольких субъектов.

При этом право каждого из них ограничивается необходимостью истребования согласия на распоряжение у других сособственников. Напомним, что любые ограничение абсолютного вещного права уже должны низводить его до категории ограниченных вещных прав. Таким образом, общая совместная собственность — это как бы уже не право собственности, а, скорее, ограниченное вещное право. Римские юристы находили решение подобных проблем в разделении понятий собственности и владения, с отдачей приоритета последнему.

Проблемой остается и то обстоятельство, что часто переход владения и переход собственности разнятся во времени. Право владения на недвижимость, например, переходит в момент подписания передаточного акта, в то время как право собственности возникает в момент регистрации права. При этом, договор купли-продажи составляется в простой письменной форме и не подлежит регистрации. Следовательно, право собственности вообще может не перейти к фактическом владельцу и возникнет парадоксальная ситуация — сохранение права собственности за одним субъектом при перешедшем праве владения к другому.

Таким образом, можно сформулировать общий вывод, что право собственности как правовая категория является не более чем правовой фикцией, набором правомочий собственника, список которых не может быть закрытым. Право владения должно иметь более преобладающее значение в вопросах защиты права на вещь.

1.2. Понятие оснований (способов) приобретения права собственности

Из анализа статей гл. 14 ГК РФ и юридиче­ской литературы следует, что существующее в российской юриспруденции разделение осно­ваний и способов приобретения права собст­венности является лишь номинальным и, более того, эти понятия используются законодателем как синонимы. Вместе с тем еще дореволюци­онные ученые указывали на необходимость их разграничения, поскольку этот вопрос, наряду с теоретическим, имеет важное практическое значение.

Многими из современных юристов тер­мин «способ» используется лишь для того, чтобы разграничить на первоначальные и про­изводные способы приобретения права собст­венности.

Правильный подход к рассмотрению по­нятия «способы приобретения права собствен­ности» видится через характер фактических действий, приобретение права собственности без совершения которых не представляется возможным.

Совершение определенного рода факти­ческих действий для приобретения права соб­ственности необходимо, но недостаточно. На­пример, передача вещи как таковая не позво­ляет говорить о возникновении права собст­венности. Она может совершаться и в силу иных соглашений, которые с переходом права собственности никак не связаны, например временное пользование. Право собственности может возникнуть только тогда, когда в основе передачи вещи лежит юридический факт, вы­ступающий в качестве основания приобрете­ния права собственности. Чтобы приобрести право собственности, необходима совокуп­ность способов и оснований.

Способы приобретения права собственно­сти в гражданском праве традиционно делят на первоначальные и производные. Значение дан­ной классификации с точки зрения теории и практики заключается в разных подходах к определению правового положения приобре­тателя, которое зависит от способа приобрете­ния права собственности. Так, если производ­ный способ лежит в основе приобретения пра­ва собственности (например, наследование или гражданско-правовая сделка), то к новому соб­ственнику переходят правомочия в том же объеме, в каком они принадлежали его пред­шественнику, поскольку никто не может пере­дать другому больше прав, чем сам имеет, за исключениями, установленными в законе. Ес­ли приобретение права собственности осуще­ствляется первоначальным способом (напри­мер, при обнаружении клада или находке), то собственник приобретает тот объем правомочий, который предусмотрен соответствующи­ми нормами, в связи с тем, что предшествен­ника у нашедшего клад нет, либо право собст­венности последнего возникает независимо от прав прежнего собственника. [14, с. 97]

Предлагаются различные кри­терии в целях разграничения способов приоб­ретения права собственности. Некоторые спе­циалисты считают, что право собственности при производных способах приобретается с согласия приобретателя и по воле прежнего собственника, а при первоначальных – впер­вые или независимо от воли собственника, что свидетельствует о необходимости брать в ос­нову волю предшествующего собственника. [12, с. 49]

Вместе с тем, на практике встречаются случаи, когда указанный критерий не работает, например, при принудитель­ном прекращении права собственности у пре­дыдущего собственника (обращение взыскания на имущество по обязательствам собственника (ст. 237 ГК РФ). В данной ситуации правомо­чия переходят к приобретателю в том же объ­еме, в каком они имели место у прежнего соб­ственника, поскольку оснований для прекра­щения обременений здесь не возникает.

Под производными способами понимаются способы, приобретение права собственности лицом при которых основано на праве предшествующего собственника. Возможность производного приобретения права собственности при отсут­ствии выраженной воли предшествующего собственника допускается, но исклю­чительно при наследовании. В остальных случаях право собст­венности при его производном приобретении должно передаваться от управомоченного соб­ственником лица или от самого собственника.

Другие авторы в качестве критерия раз­граничения способов приобретения права соб­ственности предлагают использовать право­преемство. Правопреемство есть переход субъективного права (в широком смысле – также правовой обязанности) от одного лица (праводателя) к другому (правопреемнику) в порядке производного правоприобретения (в соответствующих случаях – производного приобретения правовой обязанности). Со­гласно данному критерию способы, при кото­рых переход права собственности происходит от одного лица к другому, называют производ­ными, а те, при которых права нового собст­венника не зависят от прав прежнего или тако­вого вообще не существовало, – первоначаль­ными способами приобретения права собст­венности. [16, с. 111]

Таким образом, после рассмотрения раз­личных точек зрения на критерии разграниче­ния способов приобретения права собствен­ности наиболее правильным и отвечающим действительности представляется критерий правопреемства, поскольку позволяет с боль­шей уверенностью и точностью относить раз­личные способы приобретения права собст­венности как к первоначальным, так и к про­изводным.