Файл: Индивидуальное предпринимательство (Государственная регистрация как обязательное условие для получения статуса).pdf
Добавлен: 26.05.2023
Просмотров: 297
Скачиваний: 3
Государственная регистрация физического лица в качестве индивидуального предпринимателя в данном случае утрачивает силу после внесения об этом записи в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей.
2. Смерть гражданина-предпринимателя.
Смерть гражданина влечет прекращение его права осуществлять предпринимательскую деятельность.
Государственная регистрация смерти гражданина производится органом ЗАГС в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 15 ноября 1997 г. "Об актах гражданского состояния"[13].
Как в целях государственной регистрации актов гражданского состояния, так и при прекращении деятельности физического лица в качестве индивидуального предпринимателя понятие "смерть" обозначает два случая - и биологическую смерть человека, и объявление его умершим в установленном Законом порядке.
В случае смерти индивидуального предпринимателя его государственная регистрация в таком качестве утрачивает силу с момента смерти.
3. Признание индивидуального предпринимателя несостоятельным (банкротом).
Признание индивидуального предпринимателя решением арбитражного суда несостоятельным (банкротом) влечет следующие последствия:
- утрачивает силу его государственная регистрация в качестве предпринимателя;
- аннулируются выданные ему лицензии на осуществление отдельных видов предпринимательской деятельности;
- лицо, признанное банкротом, не вправе в течение 1 года заново регистрироваться в качестве предпринимателя.
Так, суд, отказывая в удовлетворении требований Федеральной налоговой службы о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя и о включении требования Федеральной налоговой службы в реестр требований кредиторов индивидуального предпринимателя, указал, что по смыслу статьи 214 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", устанавливающей особенности банкротства индивидуальных предпринимателей, при решении вопроса о банкротстве предпринимателя не применяется общее правило определения признаков банкротства, предусмотренное пунктом 1 статьи 3 Закона о банкротстве, согласно которому гражданин признается банкротом только тогда, когда сумма его обязательств превышает стоимость принадлежащего ему имущества[14].
Государственная регистрация при прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя в связи с принятием судом решения о признании его несостоятельным (банкротом) осуществляется на основании копии решения суда о признании его несостоятельным (банкротом), поступившей в регистрирующий орган из арбитражного суда путем направления указанной копии решения суда заказным письмом с уведомлением о вручении либо в электронной форме с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети Интернет[15].
В случае признания индивидуального предпринимателя банкротом его государственная регистрация в таком качестве утрачивает силу с момента вынесения судом решения о признании его банкротом.
4. Принудительное прекращение деятельности физического лица в качестве предпринимателя по решению суда.
5. Вступление в силу приговора суда, которым индивидуальному предпринимателю назначено наказание в виде лишения права заниматься предпринимательской деятельностью.
Государственная регистрация лица в качестве индивидуального предпринимателя утрачивает силу с момента вступления в силу указанного приговора суда[16].
Государственная регистрация при прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя в связи с вступлением в силу приговора суда, которым ему назначено наказание в виде лишения права заниматься предпринимательской деятельностью на определенный срок, осуществляется на основании поступившей в регистрирующий орган в установленном Правительством Российской Федерации порядке информации о вступлении в силу указанного приговора суда.
6. Аннулирование документа, подтверждающего право предпринимателя (иностранного гражданина или лица без гражданства) временно или постоянно проживать в РФ, или окончание срока указанного документа.
Государственная регистрация при прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя в связи с аннулированием документа, подтверждающего право данного лица временно или постоянно проживать в Российской Федерации, или окончанием срока действия указанного документа осуществляется на основании поступившей в регистрирующий орган в установленном Правительством Российской Федерации порядке информации об аннулировании указанного документа или на основании окончания срока его действия с учетом содержащихся в государственном реестре сведений о таком сроке.
3. Правоприменительная практика по вопросам, связанным с лицензированием индивидуальных предпринимателей
В соответствии с ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей. При этом многообразие ситуаций, возникающих в ходе осуществления предпринимательской деятельности, в ряде случаев порождает коллизии между названными конституционными ценностями. Одним из примеров является сложившаяся на территории Ростовской области правоприменительная практика по вопросу привлечения работников индивидуального предпринимателя, к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 6.2 КоАП РФ: за занятие частной фармацевтической деятельностью лицом, не имеющим лицензии на данный вид деятельности. В частности, речь идет о случаях, когда индивидуальный предприниматель, имеющий лицензию на осуществление фармацевтической деятельности, лично данную деятельность не осуществляет, а привлекает к ней фармацевтических работников, не имеющих соответствующей лицензии. С одной стороны, в силу ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации от 30.12.2001 N 197-ФЗ индивидуальный предприниматель (далее - ИП) вправе заключать трудовые договоры в качестве работодателя. С другой стороны, в силу положений п. 47 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" для осуществления фармацевтической деятельности требуется лицензия, которой работники ИП не имеют. Как следствие, и работники ИП, и контролирующие органы (Росздравнадзор), и судьи оказываются между Сциллой и Харибдой "трудового" и "лицензионного" законодательства. Результат - отсутствие единой правоприменительной практики:
- часть судей, в том числе апелляционной инстанции, считают, что осуществление работником ИП фармацевтической деятельности без наличия лицензии у данного работника образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 6.2 КоАП РФ (решения Гуковского городского суда по делам N 12-34/2013, N 12-36/2013 от 02.07.2013, Постановления мировых судей Ворошиловского района г. Ростова-на-Дону (судебный участок N 9) по делу N 5-9-292/2013 от 05.11.2013, г. Новошахтинска (судебный участок N 3) по делу N 5-136/2013 от 14.08.2013, Мясниковского района Ростовской области (судебный участок N 2) по делу N 5-2-329/2013 от 19.07.2013 и другие);
- часть судей, в том числе апелляционной инстанции, считает, что в вышеназванной ситуации отсутствует состав и событие административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 6.2 КоАП РФ (решения Азовского городского суда по делам N 12-97/2013 от 17.04.2013, N 12-85/2013 от 17.04.2013; Постановление мирового судьи г. Волгодонска (судебный участок N 4) по делу N 4/5-150/2013 от 31.08.2013).
Частично данная проблема разрешается самостоятельно с 01.01.2014, посредством новой редакции ст. 6.2 КоАП РФ, установленной ст. 39 Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ. Однако административная ответственность за нарушение законодательства в сфере лицензирования предусмотрена и иными статьями КоАП РФ. В связи с чем нельзя исключить ситуацию, при которой административный орган будет то же деяние квалифицировать иным образом, например, по ст. 19.20 КоАП РФ, или ст. 14.1 КоАП. Тем более что отсутствие единообразия в толковании "лицензионного" законодательства применительно к индивидуальным предпринимателям встречается и в практике арбитражных судов кассационной инстанции. В частности, в Постановлении ФАС Поволжского округа от 13.01.2009 по делу N А49-3246/2008 указано на правомерность отклонения судом первой инстанции довода заявителя (индивидуального предпринимателя) о том, что у нее заключены трудовые договоры с наемными работниками, имеющими соответствующее образование, в связи с чем она вправе осуществлять лицензируемую (медицинскую) деятельность по заявленным видам работ (услуг).
В то же время в Постановлении ФАС Северо-Западного округа от 22.06.2010 по делу N А44-405/2010 указано на то, что наличие у индивидуального работника трудовых отношений с работником не свидетельствует о передаче ему функций лицензиата. Более того, согласно Постановлению ФАС Поволжского округа от 01.09.2009 по делу N А12-4262/2009, отсутствие у ИП работников, деятельность которых связана с изготовлением, приемом, хранением, отпуском и продажей лекарственных средств, имеющих необходимое фармацевтическое образование, свидетельствует о правомерности отказа в предоставлении лицензии[17].
Таким образом, приведенная судебная практика указывает на суть проблемы, которая состоит в "размытости" законодательства, определяющего персонифицированный характер лицензии индивидуального предпринимателя. О данном важнейшем свойстве лицензии было упомянуто в Определении Конституционного Суда РФ от 04.10.2006 N 441-О. В частности, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ: "Приобретаемое на основе лицензии право осуществлять определенный вид деятельности обусловливает персонифицированный характер лицензии, означающий, что лицензируемая деятельность всегда должна выполняться только лицензиатом. В противном случае, а именно при передаче возникшего в силу лицензии права на осуществление конкретного вида деятельности другому лицу, утрачивается смысл лицензирования". Однако возможность применения данного Определения Конституционного Суда РФ в последнее время подвергается критике в связи с тем, что оно было принято в отношении утратившего силу законодательного акта (Федерального закона от 08.08.2001 N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности") и ссылки на него, таким образом, недопустимы. Представляется, что сторонники названной точки зрения недостаточно объективны. Со вступлением в силу "нового" Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (далее - Федеральный закон N 99-ФЗ) не изменились ни правовая природа индивидуального предпринимателя, ни требование о том, что лицензируемый вид деятельности осуществляется юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, получившими лицензию (ч. 2 ст. 9 данного Закона). Кроме того, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 15 Федерального закона N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" в лицензии, выданной индивидуальному предпринимателю, указываются персональные данные конкретного физического лица - фамилия, имя и (в случае, если имеется) отчество индивидуального предпринимателя. При этом ни одним из положений Федерального закона N 99-ФЗ, а также ГК РФ не предусмотрена возможность индивидуального предпринимателя передавать другому лицу возникшее в силу лицензии право на осуществление конкретного вида деятельности. Таким образом, в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 9, п. 3 ч. 1 ст. 15 Федерального закона N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" можно сделать заключение о том, что лицензия, выданная индивидуальному предпринимателю, носит персонифицированный характер и предоставляет право осуществлять лицензируемый вид деятельности только указанному в ней физическому лицу[18].
Вместе с тем обеспечить единство правоприменительной практики было бы возможно при наличии ясных и недвусмысленных требований к соискателям лицензии в соответствующих положениях о лицензировании конкретных видов деятельности. Как следует из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 04.10.2006 N 441-О, говорить о персонифицированном характере лицензии возможно тогда, когда лицензионные требования и условия, предъявляемые к юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям (соискателям лицензии), не одинаковы. При этом одним из условий выдачи лицензии индивидуальному предпринимателю является соответствие именно его личных данных (образование, специальная подготовка, стаж) установленным требованиям, а значит, действие лицензии может распространяться только на получившее ее физическое лицо.
К сожалению, действующее в настоящее время "Положение о лицензировании фармацевтической деятельности", утвержденное Постановлением Правительства РФ от 22.12.2011 N 1081, устанавливая лицензионное требование о наличии работников у соискателя лицензии, не содержит уточнений о том, что оно применимо только к юридическим лицам. С одной стороны, данное уточнение может показаться излишним, так как в силу ч. 2 ст. 11 Налогового кодекса Российской Федерации (часть первая) от 31.07.1998 N 146-ФЗ под индивидуальным предпринимателем следует понимать физическое лицо, зарегистрированное в установленном порядке. Как следствие, лицензионные требования и условия к ИП-соискателю лицензии, с учетом его правовой природы, не должны носить неперсонифицированный характер, и допускать возможность требовать от него наличие работников, заключивших с ним трудовые договоры. С другой стороны, п. 2 ч. 3 ст. 8 Федерального закона N 99-ФЗ предусматривает возможность включения в перечень лицензионных требований и условий требования о наличии у соискателя лицензии работников, без учета того, является ли соискатель лицензии ИП или юридическим лицом.
Приведенная правоприменительная практика свидетельствует об отсутствии правовых норм, позволяющих с достаточной степенью определенности говорить о персонифицированном характере лицензии индивидуального предпринимателя, осуществляющего фармацевтическую деятельность. Тем не менее в отдельных приведенных выше случаях виновными оказались работники ИП, в том числе и потому, что действующая редакция КоАП РФ[19] не содержит статьи, предусматривающей ответственность ИП за привлечение к осуществлению лицензируемого вида деятельности работников, не имеющих соответствующей лицензии. При этом такой способ защиты права, как понуждение работников ИП к получению лицензии на осуществление фармацевтической деятельности, невозможен. Во-первых, в силу требований ст. 3 Федерального закона N 99-ФЗ лицензия физическим лицам, не являющимся ИП, не предоставляется. Во-вторых, ни ГК РФ (ред. от 02.07.2013), ни Федеральным законом N 99-ФЗ не предусмотрен такой способ защиты права, как понуждение юридического лица к получению лицензии на осуществление какого-либо вида деятельности, на что указано в Апелляционном определении Пермского краевого суда от 17.09.2012 по делу N 33-7963.