Файл: Понятие оперативно-розыскной деятельности ..pdf

Разведывательно-поисковому характеру ОРД больше соответствует ее негласная форма осуществления. Негласность означает неочевидность, скрытность проводимых ОРМ от лиц, в них не участвующих, в том числе от не посвященных сотрудников оперативно-розыскных органов, но в первую очередь — от объектов (лиц, групп, организаций), в отношении которых они проводятся. Это позволяет нейтрализовать возможное противодействие со стороны объектов ОРД, обеспечить безопасность участников ОРМ.

В зависимости от необходимости санкционирования: 1) ОРМ, не требующие какого-либо санкционирования (например, опрос, наведение справок); 2) ОРМ, требующие ведомственного санкционирования (например, контролируемая поставка предметов, веществ, продукции, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен); 3) ОРМ, требующие судебного решения (контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; прослушивание телефонных переговоров; а также в некоторых случаях — снятие информации с технических каналов связи; обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств). В зависимости от объема использования технических средств: 1) ОРМ, в ходе которых основной объем оперативно значимой информации получают с помощью специальных технических и других средств, материалов или веществ уполномоченные на то субъекты (специалисты) такие ОРМ называют мероприятия оперативно-технические (например, снятие информации с технических каналов связи); 2) ОРМ, при осуществлении которых основной объем получают без помощи оперативно-технических и оперативно-поисковых подразделений органов, осуществляющих ОРД. В соответствии с Законом об ОРД два ОРМ: контролируемая поставка и оперативное внедрение — осуществляются, как правило, в форме оперативно-розыскной операции. Оперативно-розыскная операция — это система согласованных и взаимосвязанных по цели, времени.

2.2 К проблеме оценки доказательств, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности

В настоящее время, время развития технологии, не отстает от развития и преступность, все труднее становится выявить признаки подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления и преступников, скрывающихся от правоохранительных органов.^[15]

Раскрытие многих опасных преступлений, таких как, преступления совершенные организованной группой, заказные убийства, террористические акты, трудноосуществимо только традиционными процессуальными средствами. Поэтому использование в доказывании информации, полученной оперативно-розыскным путем, становится объективной необходимостью.

Оперативно-розыскная деятельность (далее — ОРД) – «оружие» выявляющее и фиксирующее большую часть преступлений. ОРД является основной частью правоохранительной деятельности и направлена на борьбу с преступностью, в том числе, с ее организованными формами. Нестабильную социально-экономическую ситуацию в стране дестабилизирует ещё и состояние преступности, которая в целях избежать ответственности находит ошибки в применении уголовного законодательства. ^[16]

Большую часть этих ошибок составляют, проблемы использования в уголовном судопроизводстве результатов ОРД в качестве основы для формирования доказательств. В дальнейшем используя эти ошибки, для исключения судами доказательств, полученных в результате ОРД и прекращению уголовного дела, что приводит к чувству безнаказанности, подстегивая к совершению новых как правило, более тяжких преступлении.

Распространенной стала практика оспаривания стороной защиты результатов ОРД, в связи с неверным оформлением сотрудниками оперативных подразделении оперативно-розыскных мероприятий (далее — ОРМ), актов и других материалов; нарушение процедуры представления результатов ОРД органам расследования; несвоевременное уведомление судьи о проведении ОРМ в случаях, не терпящих отлагательств; разрешение на производство ОРМ не правомочными на то должностными лицами; проведение ОРМ при отсутствий основании для проведения ОРМ, перечисленных в статье 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»^[17] Адвокаты заявляют ходатайства о признании результатов ОРД, недопустимыми доказательствами (ст. 75 УПК РФ), обжалуют постановления о возбуждении уголовных дел в связи с их незаконностью и необоснованностью.^[18] При получении из оперативных подразделений материалов, в которых содержатся сведения о совершенном преступлении, следователю следует оценить их с точки зрения соблюдения законодательства, регламентирующего ОРД и процедуру передачи оперативно-служебных данных. В оперативно-служебных документах представляемых следователям, дознавателям встречаются названия ОРМ не предусмотренные в ст. 6 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности», также встречаются случаи несоответствия фактической сущности мероприятия его описанию в соответствующем протоколе либо акте. «Проверяя оперативно-служебные документы на соответствие законодательству, регламентирующему ОРД, следователю необходимо ответить на следующие вопросы: – соблюдены ли положения закона о том, в каких целях может проводиться ОРД; – имелись ли предусмотренные законом основания для проведения ОРМ; – имелись ли дополнительные условия, предусмотренные законом для проведения некоторых ОРМ; – соблюден ли установленный законом особый порядок проведения ОРМ, которые связаны с ограничением некоторых конституционных прав граждан; – соблюдены ли положения закона о неприкосновенности должностных лиц, занимающих отдельные государственные должности». ^[19]

Отрицательный ответ хотя бы на один из вышеуказанных вопросов означает, что результаты ОРД и производные от них доказательства получены с нарушением закона, что приведет к признанию их недопустимыми. Практика свидетельствует, что большинство органов правоприменительной системы не допускают использования в доказывании результатов ОРД, полученных с нарушением закона. В связи с этим следователю необходимо помнить, что он несет персональную ответственность за принимаемые решения и результат расследования.

Необходимо закрепить результаты оперативно-розыскных мероприятий надлежащим процессуальным путем, на основе соответствующих норм УПК РФ, так как результаты ОРД не являются доказательствами, это лишь сведения и факты, которые могут стать доказательствами. Они должны быть приведены в надлежащую форму, в порядке установленном УПК РФ, одним словом процессуализированы.

Закон «Об оперативно-розыскной деятельности» указывает, что результаты ОРД представляются на основании мотивированного постановления руководителя оперативного подразделения, осуществляющего ОРМ, в порядке, предусмотренном ведомственными нормативными актами. В настоящее время данным актом является межведомственная Инструкция от 27 сентября 2013 года «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд».^[20]

При выявлении, фиксировании и процессуальном закреплении ОРМ следует быть особенно осторожным, так как мельчайшая ошибка перечеркнет работу всей команды должностных лиц, начиная с возбуждения уголовного дела, заканчивая передачей уголовного дела для рассмотрения в суд. Появление в уголовном деле недопустимых доказательств и принятие на их основе незаконных и необоснованных решении предотвращает прокурорский надзор. Детальное изучение и принципиальная оценка прокурором материалов оперативно-розыскного производства, пресекает нарушение прав и свобод человека и гражданина.

2.3 Судебная практика по делам об оперативно розыскной деятельности

В связи с утверждением Верховным судом названного Обзора есть надежда, что суды будут объективнее при решении вопроса о законности ОРД и судебная практика по этому вопросу в корне измениться.

Ведь уголовный адвокат непосредственно не участвует при производстве оперативно-розыскных мероприятий, в то время как в ходе данных мероприятий допускается масса нарушений действующего законодательства. Алексей Иванов считает, что заявитель жалобы поставил актуальный и давно требующий ответа вопрос: насколько практика признания в качестве доказательств по уголовному делу результатов негласной аудио- и видеозаписи, полученных без судебного решения, соответствует Конституции. Конституционный Суд вынес Определение № 2801-О/2017 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы на ст. 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности УПК РФ. По мнению заявителя, данное законоположение противоречит Конституции РФ, так как позволяет признавать в качестве доказательств по уголовному делу результаты негласной аудио- и видеозаписи, полученные без судебного решения и без рассекречивания сведений о характеристиках технических средств, использованных при проведении оперативно-розыскных мероприятий.^[21]

Между тем суд при рассмотрении ходатайства органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, дополнительные материалы, касающиеся наличия оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, в том числе ограниченного применения, не истребовал и при отсутствии сведений о том, что Савельева располагает информацией о преступлении, совершенном Сомовым, в нарушение требований ст. 8, 9 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», необоснованно санкционировал проведение оперативно-розыскных мероприятий. Рассмотрим на примере судебной практики ст. 89 УПК Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности согласно приговору суда, Люлин А.Е. и Лазарева В.К., действуя группой лиц, умышленно причинили смерть П Преступления совершены в г. с 21 часа 30 минут до 00 часов 3 февраля 2011 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре. В апелляционных жалобах и дополнениях: - адвокат Еникеева Л.В. в защиту осужденного Люлина А.Е. считает приговор незаконным в связи с отсутствием доказательств виновности Люлина. Полагает, что приговор подлежит отмене дело прекращении. В дополнениях ссылается на доводы осужденного о том, что он и Лазарева давали показания о причастности к преступлению под давлением сотрудников полиции.^[22]

Суд не оценил с точки зрения допустимости показания сотрудников полиции на которые сослался в опровержение этих доводов осужденного ,с учетом их заинтересованности в исходе дела. Показания свидетеля Ч являются недопустимым доказательством, поскольку он заявил, что подпись его на протоколе от 14 сентября 2011 года ему не принадлежит. Оставил суд без внимания причину, почему свидетель себя оговорил. Проверку доводов Ч о самооговоре в результате незаконных методов следствия проверял тот же орган, который его и подозревал в преступлении, что не может отвечать требованиям объективности и беспристрастности рассмотрения его жалобы. Показания свидетеля Л не могут быть бесспорным доказательством вины осужденного, поскольку получены с нарушением закона в силу того, что в протоколе допроса отражены наводящие вопросы, что противоречит положениям ст. 189 ч.2 УПК РФ. Недопустимым доказательством являются показания свидетеля « (засекреченного),поскольку оснований для его засекречивания в силу отсутствия угроз в его адрес, не имелось. Лишив Люлина возможности непосредственного общения со свидетелем и проведения с ним очной ставки, органы следствия и суд нарушили право Люлина на защиту. Показания свидетеля В не могут являться достоверным доказательством, т.к. они противоречивы. Суд необоснованно признал достоверными показания свидетеля в судебном заседании, хотя они также непоследовательны части описания куртки, описания ножа).

-осужденный Люлин А.Е. в апелляционной жалобе и дополнениях (в том числе и на возражения государственного обвинителя) также выражает несогласие с приговором суда, полагая, что он подлежит пересмотру в апелляционном порядке в связи с несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Он считает, что суд не дал оценку всем исследованным доказательствам, в частности, показаниям на очных ставках с Лазаревой, Б Ч , В , т.к. ходатайство осужденных в судебном заседании об исследовании этих показаний не было удовлетворено.

Просит признать недопустимыми показания В и ЛазаревоЩв качестве свидетеля) на следствии и показания свидетеля К , т.к. они в судебном заседании не исследовались.^[23]

Ссылается на применение незаконных методов со стороны сотрудников правоохранительных органов к нему и свидетелям, в частности, Ч .Ссылается на то, что свидетель В также оговорила его в результате воздействия сотрудников полиции. Утверждает, что уголовное дело в отношении его сфабриковано, а суд не исследовал вопрос о причастности к убийству М и Ч . Судебное разбирательство проходило поверхностно, дана неверная оценка доказательствам, нарушен принцип равноправия сторон, ссылается на нарушения ст.89 УПК РФ.

- осужденная Лазарева в первоначальной жалобе не оспаривая назначенное наказание, считает необоснованным размер компенсации морального вреда, обращает внимание, что у нее нет имущества, указывает, что до задержания она не работала и страдает рядом хронических заболеваний. В дополнениях подробно приводя изложение перечня доказательств, на которых основан обвинительный приговор, анализируя содержание показаний свидетеля В и иных доказательств, указывает, что заключение судебно-медицинского эксперта сфальсифицировано, обращает внимание на противоречиях в показаниях свидетеля В утверждает о том, что она не присутствовала на месте преступления, в убийстве П не участвовала и о его пропаже узнала из объявления на киоске.

-адвокат Иванова СВ. в защиту интересов осужденной Лазаревой считает приговор незаконным, основанным на предположениях и вынесенным с нарушением принципа презумпции невиновности и положений ст.49 Конституции РФ. Суд необоснованно критически оценил показания Лазаревой о том, что показания в которых она признавала вину в преступлении были даны ею в результате незаконного воздействия со стороны сотрудников полиции.