ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 7233
Скачиваний: 7
осистем связаны с их незамкнутостью, множествен-13 тью и изменчивостью условий и т.д., то в кримино-*° и в круг дестабилизирующих моментов входит еще и тсшая форма отражения объективного мира - сознание бъекта, которое, по меткому определению В.И. Ленина, »«е только отражает мир, но и творит его" [25, с. 194]. Это бстоятельство существенно осложняет исследование ^пичинности человеческого поведения вообще и преступ-ого поведения в частности. Современные методы пока не позволяют уловить и в строгой научной форме описать глубинные закономерности субъективного аспекта мотивации, множественные искажения объекта в субъективном образе, способность человеческого сознания к опережающему отражению действительности и т.п. Эта трудность заключена не в том, что причинность, как центральное ядро детерминизма, не в состоянии охватить субъективные явления, и тем более не в толковании субъективного как беспричинного или надпричинного. "Человеческие понятия субъективны в своей абстрактности, оторванности, но объективны в целом, в процессе, в итоге, в тенденции, в источнике" [25, с. 190]. Указанная сложность связана с ограниченными возможностями отдельных наук в исследовании такого сложного явления, как мотивация преступного поведения.
В советской криминологической литературе, например, обоснованно считается, что криминогенные факторы воздействуют на сознание правонарушителя информационным путем. Но мотивацию, как субъективное отражение объективных причин, нельзя уложить в рамки информации. Между отражением и информацией имеется известное сходство, но не абсолютное тождество [156, с.421]. "Этот момент связи между информационным процессом и психическим отражательным процессом, -замечает болгарский академик Т. Павлов, - еще недоста-
147
точно исследован современными физиологами, психологами и гносеологами. И все же диалектическое единство остается фактом, который подтверждается тем, что информация как информация не содержит в себе никаких элементов или признаков субъективности, в то время как психический образ или сознание - это не просто образ, а именно субъективный образ объективно реальных вещей" [194, с. 18]. П.К. Анохин, достигший значительных результатов в исследовании психического отражения через информационные процессы, писал, что момент превращения последних кодов внешнего мира в субъективный образ остается малоизученным, "крепким орешком" [194, с. 121].
Аргументированное мнение различных специалистов о том, что информационные процессы лишь в связи и в диалектическом единстве с психическим отражением формируют субъективный образ объективного мира, имеет существенное значение для углубления понятия причинности в криминологии. Это особенно важно в решении проблемы мотиации преступного поведения, как субъективного отражения объективных причин и условий. Ибо "субъективность", хотя и отражает реальность, но далеко не соответствует ей. Поэтому глубокое криминологическое исследование субъективного аспекта преступления и в настоящее время является задачей чрезвычайной трудности, хотя современная наука достаточно точно определила контуры этой проблемы - социально детерминированная сознательная человеческая деятельность. Социологизация и биологизация преступного поведения связаны с поиском жестких прямых корреляций преступления с условиями социальной среды или с природными особенностями преступника. И "теория среды", и "теория наследственности" превращают человека в послушную марионетку, только в одном случае
148
естко зависящую от внешних условий, а в другом - от «утренних. Сближение этих позиций ничего не изменя-в поскольку проблема лежит не посредине, а на новом и более высоком уровне их диалектического единства - в сознательной человеческой деятельности, где в рамках социального детерминизма нет места ни социальной, ни природной предопределенности (фатальности) к совершению преступлений. А сознание человека возникает в процессе социальной деятельности. Природные предпосылки служат лишь материальной основой, на которой возникает и формируется сознание, но вне общества эти предпосылки не реализуются.
Истории известно множество случаев, когда биологически полноценных детей, выросших среди животных, невозможно было вернуть к человеческой жизни и даже обучить их элементарным человеческим навыкам. В то же время сознание человека - не прямая проекция среды. Из этого делается ошибочный вывод о завышенной оценке одной из ее частей, а именно воспитания и особенно целенаправленного (читай: нравоучительного, наставительного, назидательного). На этой основе в нашей стране допущены непоправимые педагогические ошибки в социализации подрастающих поколений, которая до 70-х годов практически игнорировалась и полностью охватывалась "целенаправленным коммунистическим воспитанием". В этом одна из причин кризиса в нашей педагогике. Однако реставрационные попытки все свести к хорошему воспитанию продолжаются.
В статье "О хлебе насущном и пище духовной" М. Антонов в "Правде" (1988. 28 авг.) пишет: "Теория среды, позволяющая оправдывать любые преступления стечением внешних обстоятельств, находится в полном противоречии с нравственным опытом человечества. Воспитан-
149
ный человек (автор не уточняет: кем и как. - В.Л.) „ последнего вздоха должен оставаться человеком, вс вокруг квартального Рыжова из рассказа Н. Лескова "Однодум" воровали и брали взятки, а он, получая оклад много ниже прожиточного минимума, не воровал и взятки не брал. И сейчас неграмотная бабушка, наставляющая внука-школьника: "Другие воруют, а ты не воруй", в нравственном отношении выше тех, кто стоит на позициях "теории среды".
С точки зрения морали и права эти суждения верны. Человек, если он вменяем, всегда ответствен за свое поведение. Он не может ссылаться в свое полное оправдание на плохое поведение других или на плохую среду своей жизни и деятельности. С позиций же социального детерминизма противопоставление воспитания среде некорректно. Поэтому наряду с нравственным опытом истории автору следовало бы проанализировать 70-летний опыт дидактического формирования нового человека в нашей стране.
Человека воспитывают не только и не столько наставления высоконравственной неграмотной бабушки сколько вся жизнь на всем ее протяжении. На какую почву, внутреннюю и внешнюю, упадут слова бабушки? Вот в чем вопрос. А внутренняя и внешняя почва - это среда личности, только в одном случае интериоризи-рованная и переплавленная, в другом еще полностью не освоенная. Автор "Даты Туташхиа" Ч. Амирэджиби писал: "Если ты видишь плохого человека, не спеши бороться против него, бороться нужно против обстоятельств, которые сделали его плохим". Именно поэтому причины и условия, способствовавшие совершению преступления, могут существенно повлиять на уголовную ответственность преступника.
2. Рассмотрение мотивации преступного поведения в
150
стве субъективного образа объективного мира требу-3 освещения по крайней мере трех важнейших момен-s „. І) можно ли считать мотивацию как систему в Т ячестве специфической формы субъективного отраже-ия криминогенных влияний; 2) каким образом отражаются в мотивации причины и условия преступления; 3) какие социальные явления и процессы находят отражение в мотивации преступного поведения.
Итак, можно ли рассматривать мотивацию преступного поведения как специфическую форму отражения крими-ноге'<яых факторов? Как соответствующие формы отражения действительности исследуются инстинкты, рефлексы, ощущения, восприятия, эмоции, чувства, потребности, интересы, представления, понятия, взгляды, побуждения, цели, память, мышление, воля и т.д. [117, с. 38-39; 194, с. 109-188; 268, с. 50-56; 300, с. 7; 348, с. 4; 249, с. 148-149], т.е. практически весь субъективный мир человека. Следовательно, все элементы мотивации: исходные побуждения (потребности, интересы, чувства, привычки, взгляды, убеждения и др.), мотивы, цели, выбор путей, прогноз, решение и т.д., взятые в отдельности и в совокупности в виде образуемой ими целостной системы, можно рассматривать как специфические субъективные единицы отражения объективных условий жизни и деятельности правонарушителя. Как точно заметил И.М. Сеченов, "тождеству чувственных знаков от внешних предметов должно соответствовать тождество реальностей, сходству знаков - сходство реальностей и, наконец, разнице знаков - разница в действительности" [297, с. 469].
Мотивация преступного поведения как система является комплексным интегральным феноменом. В социальной среде, которая в ней отражается, мы не находим целостного явления, хотя бы в основных чертах могу-
151