Файл: Uchebnoe_posobie_quot_Kontrterrorizm_organizatsionnye_pravovye_finansovye_aspekty_i_voprosy_profilaktiki_quot.pdf

121 

действовавшее  на  территории  Уругвая  Движение  национального  освобождения  даже 

создало  подпольную  «народную  тюрьму»,  в  которой  ожидали  освобождения  многие 

влиятельные  заложники.  Среди  них  был  генеральный  консул  Бразилии  А.  Диас, 

освобождение  которого  стоило  четверть  миллиона  долларов,  известный  политик  Уписес 

Перейра  Реверболь  и  министр  сельского  хозяйства  Фрик  Дэви.  Столь  же  масштабно 

действовала аргентинская «Революционная народная армия», в числе пленников которой 

в  70-е  годы  фигурировали  служащие  иностранных  корпораций  ФИАТ,  «Кодак»,  «Акрос 

Стил», «Компании Айерсона» и «Эксон». Свобода каждого из них принесла террористам 

от 1 до 14 млн долларов. Самый большой выкуп был получен «армейцами» в 1979 г. Он 

составил  40  млн  долларов.  Несмотря  на  гигантский  размах  похищений,  любая  страна 

Латинской  Америки  уступала  «пальму  первенства»  в  этом  преступном  бизнесе  Ливану. 

Он  пережил  настоящий  бум  взятия  в  заложники  иностранных  граждан  в  конце  70–80-х 

годов. Нередко условием освобождения заложников были политические требования. В то 

же время международные террористы соглашались и на простой выкуп, делая деньги даже 

на передаче родственникам трупов убитых заложников [7]. 

По информации, опубликованной в СМИ, только на похищениях людей в 2003 году 

террористы  заработали  до  200  млн.  долларов.  По  словам  генерального  секретаря 

Интерпола  Рональда  Ноубла,  доходы  от  выпущенных  без  лицензии  компакт-дисков, 

запчастей автомобилей и другой фальсифицированной продукции также направляются на 

финансирование 

террористической 

деятельности. 

Связи 

между 

нелегальным 

изготовлением  и  продажей  товаров  и  террористическими  группировками  были 

подтверждены  в  Ливане,  Северной  Ирландии  и  Колумбии.  Объём  торговли 

фальсифицированной продукцией составлял 450 млрд. долларов в год. 

Террористы  не  пренебрегают  и  другими  криминальными  способами  получения 

доходов. Например, широкое освещение в американских СМИ получило так называемое 

«сигаретное  дело».  В  1996-2000  годах  группа  жителей  США,  связанные  с  организацией 

«Хезболлах», использовали наличные деньги для приобретения сигарет в штате Северная 

Каролина,  где  налог  на  одну  пачку  сигарет  составлял  5  центов.  Общая  сумма  сделки 

составила  8  млн.  долл.  После  этого  они  перепродали  всю  партию  сигарет  в  штате 

Мичиган, где налог составлял 75 центов. Уклонившись от налогов, преступники оставили 

себе  разницу  в  цене  сигарет,  которая  по  приблизительным  оценкам  составила  1,5  млн. 

долл. Часть этих средств была переведена террористической организации. 

Для «отмывания» криминальных доходов террористические организации, подобно 

организованным  преступным  синдикатам,  создают  прикрытия  в  виде  вполне  легальных 

бензоколонок,  супермаркетов,  транспортных  и  прочих  компаний.  По  данным  экспертов, 

122 

до  70%  всех  средств  террористы  получают  из  легальных  источников.  В  результате 

терроризм приобретает черты мафии, и борьба  «за идею» частично вытесняется борьбой 

за  «большие  деньги».  При  этом  необходимо  учитывать,  что  если  с  «идейными» 

террористами  можно  искать  и  находить  какие-то  компромиссы,  то  с  мафиозными 

террористами они принципиально невозможны. Мафиозный характер приобретают сейчас 

в различной степени все разновидности терроризма.  

Особая  региональная  модель  внутреннего  самообеспечения  террористической 

деятельности  сформировалась  в  Колумбии.  В  Колумбии  действуют  две  основные 

повстанческие  организации  -  «Революционные  вооруженные  силы  Колумбии»  и 

«Национальная армия  освобождения».  По некоторым данным, их численность достигает 

20  тыс.  человек,  что  примерно  соответствует  численности  колумбийской  армии. 

Повстанцы контролируют около трети территории страны (в основном сельские районы). 

Кроме  регулярной  армии и партизан  в  стране  действуют  частные  «эскадроны  смерти»  и 

наркокартели.  Страну  захлестнула  гражданская  война.  Ежегодно  в  Колумбии  гибнет 

несколько тысяч человек, причем 2/3 из них – гражданское население.  

По экспертным оценкам, доходы повстанцев Колумбии достигают 600 млн. долл. в 

год, что соответствует прибылям крупнейших национальных корпораций. С начала 1980-х 

годов  партизаны  систематически  собирают  «дань»  с  наиболее  процветающих  сфер 

экономики  Колумбии.  Сейчас  едва  ли  не  все  экономические  субъекты  выплачивают 

повстанцам-рэкетирам определенные «налоги» за безопасность своей деятельности. Отказ 

платить может закончиться похищением бизнесмена или членов его семьи.  

Похищения  являются  и  самостоятельный  источник  доходов  «революционеров». 

Сегодня  на  Колумбию  приходится  около  половины  всех  похищений  людей  в  мире.  Для 

РВСК  похищения  людей  –  третий  по  значению  источник  дохода  после  контроля  над 

наркотиками  и  вымогательства,  а  для  НАО  –  второй  после  вымогательства.  От 

индивидуальных похищений эти организации стали переходить к массовым. 30 мая 1999 

года НАО в одной из церквей Кали захватила сразу 150 человек. Кроме этого, террористы 

обогащаются  за  счет  контроля  за  выращиванием,  производством  и  переправкой 

наркотиков  –  кокаина  и  героина.  На  контролируемых  ими  территориях  наркоторговцы 

открыто  занимаются  своим  бизнесом,  выплачивая  «революционерам»  налоги  за 

покровительство. 

Колумбийский 

пример, 

когда  террористические 

организации 

образуют 

«государство  в  государстве»,  исключителен,  но  не  так  уж  уникален.  По  некоторым 

данным,  ФАТХ  имеет  годовой  бюджет  в  7–8  млрд.  долл.,  что  вдвое  больше,  чем  ВНП 

Иордании.  Большинство  других  террористических  организаций  имеют  более  скромные 

123 

доходы: так, на конец 1990-х бюджет Ирландской республиканской армии оценивали в 3,5 

млн. долл. в год, «Тигров освобождения Тамила-Илама» – 82 млн. долл. 

По  данным  Всемирного  банка,  незаконные  финансовые  операции,  часть  которых 

осуществляют  террористические  организации,  составляют  от  2  до  5%  от  мирового 

валового  продукта,  то  есть  примерно  600  млрд.  –  1,5  трлн.  долл.  в  год.  Оборот 

международной  наркоторговли  составляет  300  -  500  млрд.  долл.,  торговля  людьми  и 

оружием  -  150  -  470  млрд.  долл.  Доход  от  совершения  компьютерных  преступлений 

достигают 100 млрд. долл. в год.  

Одним  из  главных  источников  финансирования  чеченских  сепаратистов  являлась  их 

криминальная деятельность на территории России. В прессе отмечалось, что финансовая 

помощь боевикам поступает от крупных российских предпринимателей-чеченцев. Многие 

из них, пользуясь тем, что российские правоохранительные органы не имели возможности 

контролировать  обстановку  в  Ичкерии,  многие  годы  бестаможенно  получали  через  нее 

товары.  Попав,  таким  образом,  в  зависимость  от  бандитов,  они  теперь  вынуждены 

раздавать долги. Используется и открытое вымогательство, жертвами которого становятся 

работающие в России бизнесмены-арабы. Так, у гражданина Сирии Мухаммеда Харнуфу, 

совладельца  российско-сирийского  предприятия  в  Москве  (от  российской  стороны  в 

управлении  фирмой  выступали  чеченцы),  под  угрозой  физической  расправы  над  ним  и 

членами его семьи потребовали 600 тысяч долларов [8]. 

Опасную  тенденцию  в  этом  направлении  представляет  также  сращивание  исламских 

экстремистских  структур  с  организованной  преступностью,  в  том  числе  через  вполне 

официально  действующие  исламские  неправительственные  организации.  Это  позволяет 

террористам получать в виде пожертвований и непосредственной «дани» от откровенного 

рэкета значительные финансовые ресурсы, «отмывать» полученные средства для создания 

собственной  экономики,  которая,  по  их  замыслу,  призвана  стать  основой  будущего 

«единого исламского государства Великий Халифат». 

К  числу  самофинансирования  терроризма  относятся  всевозможные  мошеннические 

действия  и  хищения.  Достаточно  вспомнить  по  этому  поводу  серии  преступлений, 

связанных с банковской проблемой авизо, в результате которых в 1991–1992 годах Чечня 

вытащила из кармана России 400 миллиардов рублей [9]. Из других источников следует, 

что  в  1993–1994  годах  в  дудаевскую  Чечню  «по  недосмотру»  чиновников  Центробанка 

России ушло по фальшивым авизо в общей сложности более 2 млрд долларов. Нетрудно 

предположить,  что  эти  деньги  были  использованы  в  основном  на  террористические 

действия, а кто-то из высших сотрудников банка получил неплохую долю... [10]. И еще – 

бывшие руководители коммерческого банка «Прима-банк» были привлечены к уголовной 

124 

ответственности  по  статьям  УК  РФ  –  «Мошенничество»  и  «Присвоение  чужого 

имущества». Как сообщил в декабре 2004 года глава ФСБ Николай Патрушев на встрече с 

руководителями ведущих российских СМИ, бывшие руководители банка П. Усманов, М. 

Баркинхоев,  М. Гатиев  обвинялись  в  получении  заведомо  невозвратных  кредитов  на 

сумму  более  72  млн  рублей.  Эти  средства  впоследствии  использовались  для 

финансирования  террористической  деятельности.  Совместно  с  МВД  России  сотрудники 

ФСБ  пресекли  деятельность  одной  из  московских  фирм,  причастной  к  хищению 

бюджетных  средств  в  особо  крупных  размерах  и  подозреваемой  в  финансировании 

бандформирований, действующих в северокавказском регионе, – сообщил дополнительно 

Н. Патрушев [11]. 

Дополнительно  по  этому  поводу  следует  отметить,  что  созданные  и  финансируемые 

лидерами боевиков террористические группы совершают различного вида преступления с 

применением огнестрельного оружия и взрывчатых веществ. Награбленное имущество и 

денежные  средства  поступают  в  своеобразные  фонды  материальной  помощи  этого 

преступного мира. 

Финансовые  поступления  от  незаконной  торговли  наркотиками,  оружием.

Наркотики  и  оружие  являются,  конечно,  самым  подходящим  товаром  для  получения 

тысячепроцентных прибылей. Можно с уверенностью говорить о том, что мировой рынок 

наркотиков,  составляющий, по  оценкам  экспертов,  не  менее  200  миллиардов  долларов  в 

год,  стабильно  отчисляет  «комиссионные»  в  пользу  мирового  терроризма.  Первый 

заместитель  начальника  управления  по  борьбе  с  терроризмом  ФСБ  РФ  Владимир 

Кулешов  в  ноябре  2005  года  отметил,  что  основой  финансирования  международного 

терроризма являются средства, получаемые от незаконного оборота оружия и наркотиков 

[12].  

В  последние  десятилетия  важным  каналом  поступления  финансовых  средств  на 

«освободительные цели»  «тамильских тигров», корсиканских сепаратистов, алжирских и 

ичкерийских  поборников  «чистого  ислама»,  боевиков  Курдской  рабочей  партии, 

албанской  Армии  освобождения  Косово  и  филиппинской  Новой  народной  армии  стала 

незаконная  торговля  наркотиками,  включая  их  поставку  в  страны  Европы  и  США. 

Наркобизнес  стал  «визитной  карточной»  террористических  организаций  Колумбии  и 

Перу. При этом процесс достижения договоренностей о разделе доходов протекал очень 

сложно  и  болезненно.  Колумбийские  Движение  19  апреля,  Национальная  армия 

освобождения  и  Революционные  вооруженные  силы  Колумбии,  а  также  перуанская 

«Сендеро  Луминосо»  в  качестве  средства  взимания  «революционного  налога»  с 

наркомафии использовали вооруженный рэкет и похищение ее руководителей и членов их 

125 

семей.  За  часть  прибыли  от  наркотрафика  латиноамериканские  «революционеры» 

оказывают  преступным  картелям  услуги  по  охране  плантаций  коки,  секретных 

лабораторий  и  складов,  отвлечению  сил  полиции  и  армии  от  борьбы  с 

наркопроизводителями.  Наиболее  успешными  в  этом  «договорном  процессе»  оказались 

Революционные  вооруженные  силы  Колумбии  и  перуанские  последователи  «Светлого 

пути»,  которые  помимо  оказания  платных  услуг  сумели  организовать  свой  бизнес  на 

наркотиках, начиная с возделывания коки и кончая поставками кокаина в США, Канаду и 

Европу [13]. 

В  90-е  годы  произошло  сращивание  экстремистских  организаций  с  наркобизнесом  в 

Центральной  Азии.  Исламский  экстремизм  в  Центрально-Азиатском  регионе  уже 

пропитан  наркотиками.  Однако  сегодня  тезис  о  наркоторговле  как  одном  из  основных 

источников  финансирования  террористов,  видимо,  нуждается  в  корректировке.  Это  же 

относится  и  к  утверждению  о  том,  что  наркомафия  в  Ферганской  долине  пытается 

использовать  местных  исламистов  (Исламская  партия  Туркестана,  Исламская  партия 

освобождения  –  «Хизб  ут-Тахрир  аль-Ислами»  и  др.)  для  дестабилизации  религиозно-

политической обстановки в регионе. Складывается гораздо более опасная ситуация. Уже 

сегодня наркобизнес, как один из наиболее доходных видов криминальной экономической 

деятельности,  подминает  под  себя  местные  группы  религиозных  экстремистов. 

Фактически  мировая  наркомафия  прямо  или  опосредованно  ставит  центральноазиатских 

исламистов  себе  на  службу.  Отдельные  группы  религиозных  экстремистов,  работающих 

на  наркотрафик  в  этом  районе,  уже  обладают  такой  современной  материально-

технической базой, которой позавидовали бы не только многие борцы за дело «джихада», 

но и некоторые местные спецслужбы [14]. 

Незаконный  рынок  оружия  несколько  меньше,  но  тоже  способен  поддерживать  на 

«плаву» террористические группы и организации.  

Финансирование  заказных  проектов  со  стороны  крупных  международных 

корпораций.

Терроризм  оказывает  большое  влияние  на  формирование  экономического 

(инвестиционного и др.) климата в том или ином регионе. Многие крупные региональные 

проекты  выбираются  с  учетом  наличия  террористической  опасности.  Активизация 

террористов может оказаться значимым фактором в решении вопроса о выборе  того или 

иного  маршрута  газопровода.  Террористы  могут  перенаправить  потоки  международных 

туристов. Там, где экономические интересы исчисляются в крупных суммах, легко могут 

быть найдены средства на финансирование террористов.